Каждый охотник желает знать...
17 марта 2016 г., 22:39
Прошло меньше минуты, прежде чем они оказались в лифте. Фриск была поглощена своими мыслями, а Гвэн, не отводя взгляда, смотрела на Санса. Её изумлял этот мир, а скелет в голубой куртке и розовых тапочках уже непостижимым образом умудрился психологически заменить ей отца. На самом деле, разумеется, настоящим родителям найти замену невозможно, но тех, которые достались девочкам, тяжело назвать даже людьми.
То, что послужило для Фриск финальным рычагом, останется в её памяти на веки вечные. Вспоминать об этом нет никакого желания, тем более, когда им предстоят такие приключения, но всё же… нужно помнить, что это было не зря, что на поверхности всё сложилось бы только хуже…
Маме девочек стало совсем плохо: начали появляться признаки параноидального психоза: она могла подойти к Фриск, когда та смотрела телевизор или делала домашнее задание и, прислонившись вплотную к её лицу, нашёптывать в ухо различные не связанные друг с другом слова. Однажды, ей взбрело в голову, что за ними следят скрытые камеры и устройства записи звука, и, таким образом, все разговоры проводились шёпотом, «чтобы ОНИ не услышали».
Кто эти «ОНИ», у Фриск не было ни малейшего понятия, но это не значит, что подобные моменты жизни бок о бок с родной матерью можно с лёгкостью вытерпеть.
С каждым днём состояние женщины ухудшалось. Таблетки, которые посоветовал принимать врач, Фриск пришлось покупать в магазине на другом конце города. Путь туда и обратно занимал по меньшей мере два с половиной часа на автобусе, если без пробок. Но мать Фриск — Арлин — отказывалась принимать их, мотивируя это тем, что её здоровье в норме и не нуждается в лекарствах.
Но девушка не сдавалась. Расталкивая таблетки в специальной ступе, она распределяла дозировку и подсыпала их матери в еду и воду. Всё шло хорошо, пока, однажды, мать не обнаружила на дне супа бледный осадок.
Начался серьёзный скандал. Она решила, что её хотят отравить и набросилась на первого попавшегося под руку члена семьи — Гвэн. Арлин к тому моменту была слаба и не смогла нанести ребёнку серьёзный вред, но Фриск это не остановило, когда ей пришлось встрять между ними. И, когда удалось улучить момент, она, взяв со стола немного денег и телефон, направилась к подруге, у которой периодически ночевала.
Это и был так называемый переломный момент. В ту ночь она не могла заснуть и, сидя на балконе комнаты подруги, думала, что можно предпринять. Тогда девушка ещё не знала, что будет дальше, но, когда откуда-то с улицы раздался громкий звук трескающегося стекла, почему-то, именно в этот момент ей и пришло в голову вернуться туда. Обратно, в Underground. Вместе с Гвэн.
Но на тот момент это казалось невозможным. Младшая сестра была ещё слишком мала, чтобы быть так резко оторванной от родителей, да, к тому же, Фриск не была уверена, что её готовы принять с распростёртыми объятиями.
Но теперь уже, как говорится, «поздняк метаться». Она здесь, вместе с Гвэн и Сансом…
— Эй, ребёнок, с тобой всё в порядке? — несмотря на обычный дружеский тон, Фриск расслышала в голосе друга/отца нотки беспокойства.
— Да, всё нормально, просто задумалась, — девушка оглянулась вокруг. Место, куда Санс доставил их, даже отдалённо не напоминало Сноудин: странного оранжевого цвета стены, температура под тридцать градусов, духота…
— Ну и отлично, а то оторвала меня от государственно важных дел, да ещё и с грустной миной ходит. Совесть тоже надо иметь! — «В каком это ещё смысле? Он, конечно, муж Тори, но… Неужели это означает, что он король?»
Мысли Фриск были прерваны резкой остановкой Санса. Следом за ними, остановилась и Гвэн, она подняла голову и уставилась на невысокое здание с вывеской на самом верху: «У Гриллби».
— Санс, погоди-ка, Тори сказала, что Сноудин захватили, получается…
— Да, это не совсем то, что было раньше. Но роботы-строители постарались на славу: всё почти такое же, как было, только место другое и запах кетчупа отсутствует, — Фриск и не заметила, как они дошли. Хотя, в принципе, прошло не так уж и много времени. — «Забавно, я даже не помню, как мы выходили из лифта»
Расцепив руки, к огромному огорчению Гвэн, трое направились прямо внутрь, вслушиваясь в раздающуюся оттуда музыку.
***
В нос ударил резкий аромат лакированного дерева и свежих гамбургеров. Всё действительно находилось на своих местах: музыкальный автомат, починенный, скорее всего, теми же роботами; мебель, совершенно новая и без потёртостей; даже старый-добрый Гриллбз, совершенно не изменившийся. Санс подошёл к женщинам-монстрам, сидящим ближе всего к двери. — Здравствуйте, девушки! — он подмигнул им и улыбнулся ещё шире. — Здравствуй-здравствуй, Санси… — в игривой манере произнесли они чуть ли не одновременно. — «Интересно, а как Тори относится к подобным разговорам? Да и знает ли она вообще? Хотя, не моё дело, и нечего в него лезть.» Его королевское величество откланялся и, обойдя таким образом каждый стол, подошёл к барной стойке. Закончив помогать Гвэн забраться на стул, Фриск села рядом и тут же подпрыгнула на месте, услышав очередной, характерный для подушки-пердушки звук. Младшая из сестёр захихикала, что вызвало очередную улыбку у скелета. — Санс, ты повторяешься, — с улыбкой произнесла девушка. Вышеупомянутый сделал удивлённое лицо. — Кто? Я? С чего ты взяла, что такой важный и серьёзный человек как я мог такое сделать? — девушка привстала, убрав «орудие для розыгрышей» из-под себя и кинув его на пол с соответствующим звуком. — Хотя бы с того, что ты… — Фриск решила, что дальнейшее продолжение этой беседы просто бессмысленно, и решила хотя бы попытаться сменить тему. — …муж Тори. Разве это автоматически не делает тебя кем-то забавным? Санс усмехнулся и, подозвав к себе Гриллбза и поздоровавшись с ним, заказал себе и девочкам по бургеру, даже не спросив, что бы они хотели съесть. Гвэн тем временем уставилась на нашего любимого «огненного» официанта, немного приоткрыв рот от удивления. — Тоже верно, — Санс почесал то место, где у людей находится попа. — Насчёт «кого-то забавного», как ты здесь оказалась? — Фриск опустила голову, уставившись в пол. Ей совсем не хотелось портить сейчас чьё-либо настроение своей историей, поэтому она решила ограничиться простым и банальным объяснением: — На поверхности неспокойно. К тому же, я долго думала и решила, что очень сильно по вам всем скучаю. — Фриск выдавила из себя улыбку. Санс прекрасно понимал, что что-то здесь нечисто, но мудро решил не устраивать ребёнку допрос и просто отшутиться или сменить тему. — Ещё бы! — с наигранной усмешкой в голосе выдал он. — Разве можно жить без моих весёлых шуток?! — девушка не заметила его игру, поэтому расслабилась и, когда Гриллбз наконец-то принёс еду, откусила пару кусков от бургера. Это было очень странно — есть еду монстров. Она не чувствуется во рту и, тем более, в желудке. Такое ощущение, что, когда она попадает в рот, то просто впитывается в тело и… всё. Моментально даёт какое-то количество энергии, оставляя интересное послевкусие. Но, всё же, это здорово. Когда с бургером было покончено, девушка посмотрела налево, где должна была сидеть Гвэн, но её там не оказалось, а бургер, принадлежавший ей, так и остался нетронутым. Фриск тут же вскочила со стула и стала озираться по сторонам. — Расслабься, с мелочью всё под контролем. — Санс потягивал непонятно откуда взявшийся кетчуп прямо из бутылки. — Вон она, с Кори играет. Фриск посмотрела в сторону Догами и Догрессы, стоящих около стола и над чем-то смеющихся. Прямо рядом с ними стоял маленький щенок в детской металлической броне и с деревянным топором, каким-то образом закреплённым на спине, и о чём-то оживлённо беседовал с Гвэн, энергично махая хвостом. — Это сын Догами и Догрессы, ему недавно стукнуло пять. Можешь не волноваться за Гвэн, я предупредил их о вашем приезде, они на нашей стороне. — Фриск мысленно поругала себя за безответственность и села обратно на стул, в душе радуясь возможности побыть с Сансом наедине. — Слушай, я тут подумал… У тебя был такой ошарашенный взгляд там, в тронном зале… Ничего спросить не хочешь? Что знаю, отвечу, может быть. — скелет подмигнул ей, снова засунув руки в карманы. Фриск немного задумалась. На самом деле, вопросов у неё было пруд пруди, но некоторые из них задавать было просто неприлично или неудобно. Один из них вертелся у неё в голове ещё с того раза, когда она впервые увидела Монстрёнка. В очередной раз обдумав своё странное намерение задать тот самый неприличный вопрос… Она решилась. — Санс, я хотела спросить тебя кое о чём ещё с первого раза… Только ничего, если вопрос будет немного неприличный? — Санс с непринуждённым видом потрепал её волосы. — Ну, раз уж ты итак оторвала меня от обязанностей, задавай, жги! — Фриск немного подождала, затем, сосредоточившись, выпалила: — Откуда у монстров берутся дети? — «Боже, как стыдно. Как стыдно. Как стыдно. Как стыдно.» — Я читала, что им нужно сделать что-то со своими душами, чтобы получить ребёнка. — девушка опустила голову и зажмурилась, в душе надеясь, что Санс не будет смеяться над подобным вопросом и всё поймёт. Скелет заговорил не задумываясь: — Это легко. Хотя, людям понять такое может быть трудно… Скажу вкратце, чтобы заиметь ребёнка, монстры берут по частичке своей души и складывают её воедино, помещая в живот монстра-женщины, и, спустя какое-то время, она рожает. Я надеюсь, ты знаешь, как проходят роды? — девушка была несказанно обрадована такой спокойной реакции. — Да, конечно. — она положила руку на стойку, чтобы было удобнее сидеть, краем глаза поглядывая на сестру. — Ну, или, в очень редких случаях, можно заняться сексом. — Фриск чуть со стула не грохнулась от этих слов. — Эй, ты в порядке? — Д-да, в порядке, только… Как ты можешь так спокойно об этом говорить, да ещё и произносить это слово? — девушка редко задумывалась о таких вещах, да и особого интереса к ним у неё не было. Поэтому даже упоминание такого, казалось бы, простого природного процесса вводило её в лёгкий ступор. — А что в этом такого? — «Действительно!» — Я не знаю, как к этому относятся люди на поверхности, но у нас это совершенно нормально и ничего позорного в разговорах об этом нет, хотя… Им уже много лет никто не занимался, и, честно говоря, я бы не рискнул. Фриск ужасно не хотелось продолжать разговор по этой теме, но любопытство взяло верх и чуть ли не заставило её выпалить: — В каком смысле «не рискнул»? — Санс уселся поудобнее и, на секунду задумавшись, уставился в потолок. — Ну, опять же, не знаю как у вас с ним обстоят дела, но в нашем мире секс — это штука опасная для жизни. Понимаешь, когда монстры занимаются… — Фриск зажмурилась и подняла руки вверх, всем видом давая понять, что не хочет слышать это слово. — Хорошо, хорошо, понял. Когда монстры занимаются «этим», их души сливаются воедино и… Ты слышала про такое понятие как «дыхание души»? Фриск немного призадумалась. Она слышала (или читала в одной из книг в лаборатории Альфис), что души монстров имеют какое-то особое… излучение? поле? Но чтобы именно «дыхание души» — никогда. — Нет, а что это? — Санс усмехнулся. — Это своеобразные волны, издаваемые душой как человека, так и монстра. У тебя когда-нибудь бывало такое ощущение, что человек или монстр тебе просто не нравится, без видимой на то причины? Ты можешь не знать его имени и никогда в жизни не говорить с ним, но вот не нравится он тебе и всё тут! Было такое? Фриск, в который раз за день, погрузилась в воспоминания. На её памяти такое случалось достаточно редко, но тем не менее имело место быть. Также, имела место быть одна девочка, учившаяся в её классе, очень красивая, привлекательная для всех, и, вроде как, хорошо училась, но… вызывала у Фриск какие-то непонятные, отрицательные эмоции. Они и разговаривали всего-то раза два (и то, диалоги были короткими и почти что бессмысленными), но тем не менее… — Да, было, и, кажется, не раз. — Ну вот! Об этом я и говорил. — Санс развёл руками. — Это и есть результат диссонанса. — «Чего? Слово красивое, но что оно значит?» — Ты что, и об этом не знаешь? Эх, молодёжь, всему вас приходится учить! — Фриск усмехнулась озорной интонации Санса. — Когда дыхания душ — в частности, волны, издаваемые ими — имеют слишком разную, порой даже несовместимую, частоту колебаний или диапазон, люди чувствуют сильную неприязнь друг к другу, иногда это даже доходит до ненависти. Понимаешь? — Фриск кивнула. — А когда волны, наоборот, очень похожи, происходит так называемый «резонанс душ» и, соответственно, люди хорошо ладят между собой, могут даже влюбиться. — «Ого. А ведь действительно. Возможно, это даже объясняет любовь с первого взгляда.» — Отсюда и опасность се… «этого». И что тебя так не устраивает в этом слове? Ладно, не суть. Когда монстры «им» занимаются, их души вступают в сильнейший резонанс. Настолько сильный, что если кто-то попадёт в область его влияния, может получить серьёзные травмы или даже умереть. Но подобные вещи пока, к счастью, не случались. Если, к примеру, каким-то образом разорвать этот резонанс, независимо от его силы и стойкости, обе души погибнут. Такие дела. Также Может быть опасной ситуация, если волны душ монстров недостаточно хорошо подходят друг другу, или просто не сочетаются. В таком случае, одна из них, более сильная, может поглотить другую. Как я понимаю, у людей такой проблемы нет? — Нет. — «Боже мой. Кто бы мог подумать, что такое может быть? Кстати, если подумать, ещё один хороший аспект жизни в мире монстров — стопроцентная гарантия, что тебя никто и никогда не изнасилует.» — Вот так вот. Я слышал, это приносит огромное удовольствие. Не знаю, правда, почему ты этого так стыдишься. Ты когда-нибудь этим занималась? — глаза Фриск распахнулись от удивления, а руки как будто сами по себе начали двигаться из стороны в сторону. — Нет, нет, конечно же, нет! — Санс осторожно, но резко взял девушку за запястья и положил её руки ей же на колени. — Ладно, ладно, успокойся, я просто пошутил. — соврал Санс. На самом деле, ему, в силу природного любопытства, было просто интересно, как это, и что при этом чувствуют. А обсудить, учитывая то, что этим никто не занимался уже долгие годы, было не с кем. — Если ты закончила краснеть, то, с твоего позволения, настала моя очередь, я задам тебе свой вопрос. — «Я что, действительно покраснела?» — Фриск посмотрела в своё отражение на бокале, который недавно усердно полировал Гриллбз, и закрыла лицо руками. Она действительно была красная как варёный рак. Санс заметил её смущение и положил руку на плечо Фриск, чтобы хоть как-то её успокоить. — Расслабься, мелочь, если тебя это так смущает, я не буду поднимать эту тему, ок? — девушка кивнула, не убирая рук от лица. Скелет ухмыльнулся и приобнял её за плечи и по-дружески прижал к себе. — Ой, да ладно тебе! Ты лучше расскажи дяде Сансу, кем ты хочешь его считать: другом или всё-таки отцом? Фриск ненадолго задумалась и, спустя несколько глубоких вздохов, с полной уверенностью выдала: — Друг. Конечно же, друг. Однозначно. Без обид, но я бы никогда не смогла воспринимать тебя как отца, особенно, учитывая тот факт, что, если бы ты был моим отцом, получается, я ходила на свидание со своим дядей. — Санс на секунду задумался, затем, поняв, о ком идёт речь, рассмеялся. — Да, это было бы действительно странно, даже для нашего мира!.. О, ты только посмотри на это, — скелет указал на Гвэн, играющую с Кори в чехарду. Старшая сестра, увидев, как младшая, смеясь, прыгает туда-сюда, расплылась в улыбке. — Повезло тебе с ней. — В каком это смысле? Учитывая всё, что произошло, глубоко внутри Фриск остался лёгкий осадок бремени, ответственности не только за себя, но и за сестру. Особенно в такое время и в таком месте. — А разве это не очевидно? Младшие — это всегда ходячая радость. Что бы не делали и сколько бы не было от них проблем. — Ну, даже не знаю, как ответить. Насчёт радости полностью согласна, но ведь это ещё и ответственность, разве нет? — Фриск резко встряхнулась. — «Точно! Как я могла забыть?!» — Кстати, я только что вспомнила, давно хотела тебя спросить… А кто из вас старший брат — ты или Папирус? — Санс улыбнулся ещё шире, согнув руки в локтях и положив их на стол. — Я старший, только Папирусу не говори, — он подмигнул ей, получив в ответ снисходительную улыбку. — На самом деле, наша разница в возрасте — примерно четыре года, но свою дату рождения я не знаю. Но, одно о себе знаю точно, по сравнению с тобой, я — старпёр. Да, кстати, а ты сколько годиков наработала? — Шестнадцать, недавно исполнилось. — Да? Ну ты и малявка. — Фриск шутливо тыкнула Санса в рёбра, вызвав смешок. — Отличное сочетание: малявка и старпёр! Что может быть лучше?! — Скелет разразился громким, заразительным смехом, а вскоре к нему присоединилась Фриск. Спустя какое-то время, девушка почувствовала, как кто-то дёргает её за рукав. Более-менее отправившись, она посмотрела вниз. — Фриск! Фриск! Смотри, с кем я познакомилась! — Гвэн держала за лапу небольшого щенка, напоминающего овчарку, только белую. «Такой миленький! Всегда любила собак. Жалко, родители никогда не разрешали заводить животных…» Фриск погладила Кори, при этом потрепав ему уши и почесав шейку. Он открыл пасть, высунув язык и продемонстрировав всем свои небольшие, едва прорезавшиеся клыки, и прерывисто задышал, виляя при этом хвостом. Санс поставил кетчуп на стол и присоединился к девушке, почесав у собаки за ухом. — Хех, а он милый, особенно, когда не… — Кори взглянул на руку скелета и, выпустив немного слюны, укусил его прямо за запястье, несильно зажав челюстью. Санс вскрикнул. Не то чтобы от боли, скорее, от неожиданности. — Воу, воу, хей, полегче, приятель! — Гвэн негромко засмеялась, а Кори продолжал жевать руку скелета, немного чавкая. — Санс, возьмись другой рукой за стойку и держи так крепко, как можешь! — вышеупомянутый сделал, как Фриск сказала и, заодно упираясь в пол ногами, с трудом сдерживая свою знаменитую улыбку (при этом, он сам не понимал что в этой ситуации такого смешного), приготовился тянуть в свою сторону. Фриск, встав в удобную позицию, взяла Кори за туловище и, прижав к себе его спину, попыталась свободной рукой разжать его челюсть. «Надо же! Такой маленький, а столько силы. Весь в родителей!» Спустя примерно минут пять, она окончательно убедилась в том, что это бесполезно. Конечно, была мысль просто резко дёрнуть его, но был слишком велик шанс травмировать кого-нибудь. Или что-нибудь сломать. Гвэн, тем временем, куда-то отлучилась. Девушка попробовала другие способы: поговорила с Кори — ничего; ещё раз попыталась раздвинуть челюсти, то и дело уговаривая молодого война отпустить — безрезультатно; помахала перед его лицом кусочком мяса, без разрешения одолженным у Глиллбза — пёс даже носом не повёл… — Кори! Как тебе не стыдно? Перестань жевать короля! — с этой фразы, произнесённой матерью Кори, Гвэн, попросившая помочь Догами и Догрессу, выпала в осадок, а Фриск с недоумением взглянула на эту презабавную парочку. «Значит, всё-таки король.» Догресса, в своём привычном боевом костюме и с боевым топором в руках, стояла совсем рядом с ними, скрестив при этом лапы на груди и топая ногой. «Собаки разве так могут? У них же это анатомически невозможно, разве нет? Хотя, это же монстры, а не животные, у них это нормально.» Она резко повернула голову в сторону Догами, стоящего рядом, отчего её броня слегка скрипнула. — Твоя мама абсолютно права! Кори, отпусти нашего короля немедленно, иначе… — он не смог придумать, что «иначе», но намёк щенок прекрасно понял. Стыдливо опустив уши, Кори отпустил скелета, а тот, не стирая с лица улыбку, выхватив у Гриллбза салфетку, стал немедленно стирать с себя слюни. — Вот так-то! Молодец, сынок! — Догами потрепал его по голове, виновато взглянув на Санса. — Простите его, маленький ещё. — No problem, Догами, — снова засияла та знаменитая «от ушей, хоть завязочки пришей» улыбка, — кстати, ты уже видел, кто к нам пожаловал? — он указал на Фриск, забавно прищурив глаза, но муж и жена лишь приподняли брови. — Человек? Да, мы знаем. Ты же сам просил охранять его. — Фриск с удивлением, смешанным с радостью и лёгким укором, посмотрела на друга. «Охранять нас? Ну, спасибо, конечно, только как-то неожиданно.» — Не узнали? Хотя, могу понять, сам обалдел, когда увидел. — он положил руку на голову девушки. — Дама и господин, та самая Фриск! — после этих слов, удивлению собачьей парочки не было предела. — К-как?! Если это — тот самый странный щенок-человек, то кто… — они одновременно оглянулись на Гвэн, на лице обоих отражалось удивление, перемешанное в кучу вместе со страхом, смятением и ещё бурей различных эмоций. Санс на это лишь усмехнулся. — Это — второй человек, которого, к слову, я вам тоже приказал охранять. — скелет с немым укором посмотрел на своих подчинённых, а Гвэн подошла к сестре и взяла её за руку. А новоиспечённый король тем временем подошёл поближе к девочке и положил костлявую руку ей на плечо. — Прошу любить и жаловать, младшая сестра Фриск — Гвэн! Я, как король всея Underground, приказываю воспринимать её, как свою дочь, и относиться к ней соответственным образом! — «И когда это ты успел такие речи толкать научиться?» — Фриск слегка усмехнулась своим мыслям, а Санс, заметив её усмешку, лишь обрадовался. — Прошу прощения, ваше величество! — к глубочайшему удивлению старшей сестры, и Догами, и Догресса встали на колени и преклонили головы. Разумеется, такой реакции вполне можно было ожидать, учитывая то, как теперь относились к скелету все вокруг, но привыкнуть к такому у Фриск получится явно не скоро. — Ничего, я вас прощаю, но только на первый раз. — наигранно величественным голосом подметил Санс. Гвэн была, мягко говоря, ошарашена таким проявлением власти со стороны своего, с одной стороны друга, а с другой стороны отца, но этот, казалось бы, незначительный поступок в глазах ребёнка вознёс Санса на пьедестал почёта и уважения. «Кажется, я сделала правильный выбор, вернувшись сюда с Гвэн. Осталось только решить проблему с Флауи и, очень надеюсь, всё устаканится…» Мысли Фриск прервал неожиданный лёгкий хлопок по спине. — Знаешь, что, мелочь, — Фриск подняла голову и, немного испугавшись улыбающегося лица Санса, увидела, как Догами и Догресса вместе с сыном уходят куда-то, а Гвэн слегка расстроенно смотрит вслед, — я тут подумал, ты же наверняка скучаешь по своим старым друзьям? Я имею в виду Папируса, Альфис, Андайн… — Андайн?! Кажется вы что-то перепутали, ваше костлявое величество. Если память мне не изменяет, с ней мы расстались ну совсем не друзьями. — Санс в очередной раз усмехнулся и, дотянувшись до барной стойки, «заправился» ещё парочкой глотков кетчупа. «Господи, как это вообще можно пить? Да ещё и прямо из горла, фу» — Поверь, это тебе так кажется. На самом деле, когда она узнает, что Асгора убила совсем не ты, сразу изменит к тебе отношение в хорошую сторону. «Что-то с ним явно не так. Может, конечно, его отношение к жизни изменилось, но… Очень странно. Он стал более серьёзным, перестал отпускать забавные каламбуры, да и ответственности в нём явно прибавилось. Что-то однозначно произошло.» — Честно говоря, я сильно сомневаюсь, что она поверит мне на слово. Может, за такой долгий срок она изменилась, но… — Фриск немного приуныла, опасаясь, что не только Андайн может усомниться в её словах. — Не дрейфь, мелочь, всё будет ок! — Санс закинул руку ей на плечо и резко прижал к себе, заставив девушку от неожиданности издать забавный звук, похожий на смесь крика и писка. Гвэн тем временем продолжала стоять на месте и откровенно пялиться на скелета, ни чуть его этим не смущая. Сама того не понимая, она сделала его своим идолом, поэтому теперь все его действия и слова для неё — высшие деяния мира сего. И не важно, что они значат. — Хех, это ещё что было? — Санс подмигнул ей, намекая на изданный звук. Девушка умело скрыла свой стыд (к слову, после такого звукового сопровождения на неё уставился весь бар) и убрала с щеки выбившуюся прядку волос. — Это краткое изложение всех эмоций, которые я сейчас испытываю, — с ноткой стыда в голосе ответила девушка. Санс прищурил глаза, продолжая улыбаться. — Больше похоже на крик отсталого тюленя. — Фриск, пытаясь сделать обиженный вид, наигранно скрестила руки на груди и закатила глаза, не в силах сдержать улыбку. — И на том спасибо, Санс. — скелет убрал руку с плеча девочки и, порывшись в карманах, вытащил оттуда 43 золотые монеты. — Упс, бедный король, с кем не бывает. Ладно, Гриллбз, запиши на мой счёт, ок? — вышеупомянутый поднял на него взгляд и, порывшись в каких-то бумажках, ответил: — Ваше величество, на вашем счету уже более десяти тысяч золотых монет, максимальный лимит уже давно достигнут, когда вы собираетесь платить? — Санс не шелохнулся. — Скоро, Гриллбз, скоро, а пока… держи-ка ты эти монеты, — король передал официанту своё состояние, — до скорого! — прихватив за руку Фриск и сделав знак Гвэн, скелет поспешил удалиться. Как только они вышли, сёстрам моментально стало очень жарко. Видимо, дело было в том, что внутри бара поддерживалась примерная температура Сноудина, а снаружи, в Хотленде, тридцатиградусная жара. Такой резкий перепад температур девочки совершенно не ожидали, поэтому, учитывая то, что они обе носили свитера, на их лбах выступили небольшие капельки пота. — Это было круто, а? Надо бы нам почаще так зависать… Эй, что это с вами? — Санс заметил покрасневшие щёки девочек и то, как Гвэн слегка приподнимала свитер, обнажая нижнюю часть живота. — Что-то не помню… чтобы в прошлый раз… было так жарко, — задыхаясь, ответила Фриск. Ей было ещё хуже, чем Гвэн, так как у неё под свитером была ещё и чёрная майка. «Точно! А я про неё и забыла» Фриск медленно сняла с себя свитер, чувствуя на теле лёгкое дуновение ветра, исходящее со стороны ядра. Она сложила его в стопку и уже собиралась положить в рюкзак, как только… — Вот блин! — Фриск хлопнула ладонью по лбу и тут же отдёрнула руку, почувствовав, насколько он горячий. — Ну как же я так?! — Эй, мелочь, что стряслось? — Санс, пока старшая сестра воспроизводила свой горестный монолог, достал из Item мороженное и дал его Гвэн, чтобы она хоть как-то охладилась. — Я забыла свой рюкзак у Тори! Боже, ну как можно быть такой безответственной?! Там же все наши вещи! Я могла бы сейчас дать Гвэн футболку, чтобы она переоделась, а футболка — в рюкзаке, а рюкзак — в тронном зале… — А зал — в утке, а утка — в зайце? — как всегда феерично подметил Санс. Фриск хихикнула, хоть и была немного зла на него за неуместный каламбур. — Почти. Получается, а тронный зал — в Хотленде, а Хотленд — в Underground. — скелет уже собирался высказать свою оценку, но тут Фриск заметила мороженое в руках сестры. — Гвэн, стой, не ешь! — Почему это? — хором воскликнули девочка и скелет. — Санс, это ты дал ей мороженое? Ни в коем случае нельзя есть холодное, когда тебе очень жарко, можно заболеть! — вышеупомянутый слегка тыкнул локтем Гвэн, чтобы привлечь её внимание. — Кхем, кхем, зануда, кхем, — прокашлял слова Санс. «Да, вот теперь я начинаю его узнавать» Фриск возмущённо посмотрела на него, мельком наблюдая за сестрой. — Я не зануда, просто у Гвэн очень слабый иммунитет, и есть большой риск заболеть… — младшая из сестёр откусила последний кусок мороженого (да, именно откусила), несмотря на предостережение сестры, и заулыбалась. — Фуф… Спасибо, Санс, теперь не так жарко. — ребёнок убрал прилипшие ко лбу волосы и облегчённо вздохнул, явно расслабившись. Фриск негодовала, но делать что-то было уже слишком поздно, поэтому, она просто решила сделать обоим замечание: — Санс, имей совесть, ты не знаешь Гвэн так, как знаю её я. И, если она заболеет, это будет твоя вина, — девушка посмотрела на сестру, — а ты тоже хороша! Знаешь же, чем это всегда заканчивается. Гвэн виновато опустила голову, а Санс лишь, как обычно, развёл руками, он терпеть не мог ссориться, поэтому, немного поразмыслив, решил сменить тему: — Знаешь, я тут подумал, чтобы тебе не пришлось идти обратно в тронный зал, как насчёт встречи со старым другом? Я отведу тебя в наш дом, а сам пойду к Тори и заберу твой рюкзак, ок? — скелет по привычке засунул руки в карманы, сверкнув лучезарной улыбкой во все тридцать два. Обиду и злость Фриск как ветром сдуло после этих слов. Не раздумывая, она согласилась. Разумеется, под «Старым другом» Санс имел ввиду своего брата — великого и могучего Папируса, с которым девушка горела желанием снова встретиться, может, даже поесть его самого знаменитого блюда, которое, как ей казалось, он всё ещё готовит. Фриск с улыбкой взглянула на бар, будто видит его в последний раз. — Отлично! Раз так, пойдём, я знаю короткий путь…***
Fooled them hoping to seem Like a slayer of evil, but the product of greed and Itʼs not a mask so be honest with me We canʼt afford to ignore that Iʼm the disease***
Примечания:
Прошу прощения за задержку
