That Place you can't come back/Место, откуда не вернёшься

      В считанные секунды вся компания оказалась на месте назначения, а именно — в Водопадье. Лёгкий ветер обдувал кожу девочек, а влажная атмосфера расслабляла. Как мысленно подметила Фриск, здесь совершенно ничего не изменилось. Видимо, те самые многочисленные войны сюда ещё не дошли, сохранив всю красоту этого места в целости и сохранности. Маленькая Гвен открыла рот от удивления, вглядываясь в безграничную синеву этого места. — Добро пожаловать! Я, конечно, всё понимаю, стены и потолки здесь очень красивые, но, может, вы обратите внимание и на наш дом тоже? — Санс, со своей фирменной улыбкой, кивнул в сторону большого здания, которое девочки с первого раза почему-то не заметили.       Этот дом был очень похож на тот, в котором братья жили раньше, но что-то в нём было явно не так. В то время, как Гвен, раскрыв рот, смотрела на разноцветные гирлянды, Фриск изо всех сил пыталась понять, что же её смущало: окна, кирпичи, дверь, крыша… Вроде, всё в норме, но… — Вы уже закончили? Хотя, с другой стороны, можете не торопиться, я пока костёр разведу, палатку поставлю, может, к утру следующего дня войдём. — Санс саркастично подмигнул девочкам, умудрившись улыбнуться ещё шире. — «Странно. Я ни разу не видела, чтобы Санс не улыбался. Как-то это подозрительно, да и, зная его положение и состояние, постоянно видеть эту улыбку…» — Гвен, никого не спросив, как с цепи сорвалась и понеслась к дому скелетов. Фриск едва успела опомниться. — Гвен, стой! — но девочку было уже не остановить, она только подбежала к двери, как та отворилась, и оттуда вышел тот, чья стряпня наводила ужас на всю округу, чуть не сбив младшую из сестёр с ног. — Санс! Что здесь происходит?! Я слышал чей-то голос, и… — его глаза моментально округлились, а челюсть непроизвольно отвисла. Примерно такая же реакция была и у всех остальных.       Фриск в очередной раз убедилась, что время не стоит на месте. То, как теперь выглядел её несостоявшийся костлявый бойфренд — это что-то с чем-то. И, кажется, его всё-таки приняли в Королевскую Гвардию.       На самом деле, стиль, которого он придерживался, остался примерно таким же, но сама одежда… Это нечто. Вместо привычных ярких и немного «детских» цветов, его тело украшала настоящая броня — такого же формата, что и предыдущая. Больше всего бросалась в глаза замена верхней части обмундировки: она всё так же оставляла позвоночник незащищённым, но на этот раз, была сделана из более крепкого материала, возможно, железа, а внизу — металлическая полоска, выкрашенная в желтоватый цвет, окаймляющая нижнюю часть в месте, где у людей находится талия, помогая подчеркнуть визуальную границу с телом воина.       Вместо нижней части «Battle body» — своеобразные штаны почти до колен, в основном чёрного цвета, сделанные из точно такого же материала и снабжённые шарнирами, чтобы Папирусу было удобнее двигаться. Их также украшала металлическая полоска на нижних и верхней частях, окаймляя тело. Возможно, они имели своё, неизвестное девушке предназначение, но, скорее всего, были лишь для красоты.       Вместо привычных красных сапог — тяжёлые, грубые ботинки, соответствующего оттенка, с огромными золотыми пряжками спереди.       А на замену красным перчаткам пришли совершенно непонятные металлические, похожие на рыцарские.       Единственное, что осталось неизменным — ярко-красный шарф, небрежно обмотанный вокруг шеи.       Фриск резко вздрогнула, осознав, что эта неловкая пауза длилась уже больше минуты. Девочка была действительно в шоке. Такие чудовищные изменения поразили девушку до глубины души. Разумеется, Фриск очень скучала по своему старому другу, но то, как он сейчас выглядит, наводило её на весьма нехорошую мысль…       Гвен замерла на месте, непроизвольно задержав дыхание и уставившись на война. Она не то чтобы испугалась, скорее просто не ожидала такого его появления. Особенно учитывая описание, которое Фриск дала Папирусу до того, как они упали сюда.       Фриск уже собиралась нарушить неловкую паузу, как внезапно рука высокого скелета легла на плечо младшей из сестёр. — Человек… — все присутствующие затаили дыхание, то ли от страха, то ли от неожиданности. Фриск уже собиралась подбежать к ним, схватить Гвен и унестись оттуда как можно быстрее, но было поздно. Папирус взял ребёнка за талию, поднял в воздух и… — Человек! Ты вернулся! — скелет прижал девочку к груди и крепко обнял, вызвав у вышеупомянутой бурю необъяснимого восторга. — «Слава Богу, он не изменился!» — Фриск с облегчением почувствовала, как до боли напряжённые мышцы резко расслабились, а кровь продолжила циркулировать в привычном ритме.       Гвен была немного ошарашена таким внезапным проявлением любви со стороны скелета, но это явно лучше, чем быть убитой или покалеченной. Но девочку всё также смущал факт, что все постоянно принимали её за сестру… — Постойте, — Папирус резко остановился и, отодвинув девочку от себя, продолжая держать в воздухе, начал её рассматривать. — Ты — не тот человек. — скелет поставил Гвен на место и немного расстроенно уставился на стоящего рядом Санса.       Столько неожиданностей за один день — перебор. Фриск, не успев подумать и секунды, подойдя ближе к Папирусу, выдала: — Как ты догадался?!       Санс немного качнул головой, ленясь принять участие в ситуации, а его брат лишь поправил шарф. — Это же очевидно! Человек носил свитер в полосочку, а этот одет в розовую футболку! — Санс усмехнулся, решив всё-таки просветить брата. Он медленно проковылял к Фриск, пока внимание Папируса было привлечено к Гвэн, и подмигнул ей. — Эй, бро, как ты думаешь, кто это? — старший брат повернул голову в сторону Фриск. Папирус лишь хмыкнул. — «Только не говори, что камень.» — Это… — он собирался что-то сказать, но замер, так и не доведя предложение до конца. — Ч-человек? Второй?! Но Большой Г сказал, что человек всего один! — «Большой кто?» — Ты меня не узнал, да? — Фриск скрестила руки на груди. — Хотя, неудивительно. — Санс демонстративно поднял руки вверх, указывая на девушку. «Как будто что-то рекламирует!» — Тебе не кажется, что этот человек на кого-то очень похож? — Папирус сделал задумчивое выражение лица. — Хм. Ты прав, Санс, этот человек действительно на кого-то похож, но вот на кого… — старший из братьев начал рисовать в воздухе какие-то знаки, непонятные девочкам. — Кажется, я понял! Да, да, определённо! — Санс снова засунул руки в карманы, улыбнувшись ещё шире. — Человек похож на Андайн! Похожий рост, похожие ноги, похожие руки, только эти отличаются. Санс, как их там? Ну, которые сверху спереди у женщин-монстров выпирают. — Фриск едва сдержалась, чтобы не хлопнуть ладонью себе по лбу. — Нет же, Папирус! — Гвен наконец не выдержала. — Разве ты не видишь, что это Фриск! — вышеупомянутый взглянул на неё с искренним непониманием. — Кто? — Фриск — «тот самый человек»! — ещё пару минут Папирус простоял без движения, обдумывая услышанное.       Внезапно его глазницы расширились, челюсть непроизвольно отпала, а Фриск ощутила, как что-то высокое и худое сжало её и сгребло в объятия. — Человек! Знаю, ты очень рад снова видеть Великого Папируса! — скелет отпустил девушку, наконец-то позволив ей дышать, чем вызвал улыбку Гвен и тихий смешок от Санса. — Почему ты не говорил мне, великому Папирусу, что ты девочка? — Как-то вылетело из головы; была ослеплена твоей неземной красотой. — Фриск заметила, что прядь её волос зацепилась за перчатку скелета, и поспешно вытащила её из плена. — Что стало с твоей одеждой? Куда делся привычный костюм «Battle body»? — по лицу вышеупомянутого было видно, что второго предложения он не услышал. — Конечно! Ещё бы! Моя красота, разумеется, привлекла твоё внимание, ведь круче, чем я — не найти! Так, Санс? — старший из братьев кивнул. — Конечно, бро, ты лучше всех. — Папирус упёр кулаки в бока, приняв свою наиболее пафосную позу, а Санс лишь сощурил глаза, не переставая улыбаться.       Младшей из сестёр было очень неуютно наблюдать эту ситуацию. С одной стороны — Папирус показался ей очень милым и харизматичным (хоть она и плохо понимала значение этого слова), но с другой — этот бессмысленный выпендрёж заставлял её чувствовать себя некомфортно. Она терпеть не могла людей, которые считают себя чем-то лучше других, но этот симпатичный скелет почему-то внушал ей доверие. — Хех, кто бы спорил. — Фриск была немного смущена тем, что Папирус либо не услышал, либо не хотел слышать последнее предложение. — «Может, для него это больная тема или что-то в этом роде? Пожалуй, попробую задать этот вопрос ещё раз, если ответит — действительно не расслышал» — Папирус? — Фриск слегка потянула за красный шарф, чтобы привлечь внимание скелета. — Хм? Что тебе нужно, человек? — девушку немного смущал тот факт, что Папирус теперь был лишь сантиметров на пять выше неё. — А что стало с твоей старой одеждой? — скелет оглядел свой костюм, как будто в первый раз его видит. — С «Battle body»? О, человек, ты не представляешь, как я по нему скучаю! — Гвен приподняла бровь. — Почему тогда не носишь? Тебе ведь так шло! — Ну, — Папирус сделал задумчивое лицо, — Великому Папирусу всё идёт, как всегда, но… С тех пор, как я стал главой Королевской Гвардии, Андайн почему-то очень печётся о моём здоровье, да и обо мне в целом. Она сама сделала этот костюм и… убедила меня носить его. Ведь я, Великий Папирус, не могу отказать своему другу! Хотя, должен сказать, в нём не очень-то удобно. — он демонстративно подвигал левой ногой, заставив шарниры издать противный, скрипучий звук. Гвен зажмурилась и резко заткнула уши. — Это многое объясняет. — Фриск была немного сконфужена упоминанием знакомого решительного рыцаря, но, взвесив всё, решила спросить: — А, раз уж ты теперь глава Королевской Гвардии, что стало с Андайн? — скелет незадачливо почесал затылок. — С Андайн? Ну, знаешь ли, человек, всё это сложно. Сначала, когда война только началась, она пошла с теми, кто был против людей, и меня назначили на её место, но когда они начали разрушать Снежград, Андайн передумала и вернулась обратно. Я так рад, что она передумала! — А почему её не назначали… ну… Вместо тебя? — Папирус на секунду задумался. — Королева Ториель сказала, что Я, Великий Папирус, прекрасно справляюсь со своей работой и нет нужды меня заменять! Ньех, ещё бы! — тем временем Санс достал из кармана свой мобильный и начал резво набирать номер. Фриск заметила это. — Санс, кому ты звонишь? — С тех пор, как я стал королём, всё стало намного проще. Не надо самому идти в замок, можно приказать кому-нибудь другому сделать это. — Гвен с недоумением посмотрела на него. — А как же те короткие пути? Ведь можно просто воспользоваться одним из них и за несколько секунд оказаться в тронном зале. — глаза Санса резко стали чёрными, а костлявые пальцы непроизвольно сжали телефон. Улыбка и не думала сползать с его лица.       Фриск не имела малейшего понятия, что могло так разозлить вечно спокойного скелета, но факт оставался фактом — Санс был не в восторге. — Короткие пути? Какие короткие пути? И почему ты мне о них не рассказывал? — в голосе Папируса отчётливо читалось удивление. Он явно был не в курсе дела.       Лицо Санса вернулось в нормальное состояние так же внезапно, как и исказилось. Белые зрачки (если их можно так назвать) снова сияли в его глазницах. — А, это. Расслабься, бро, тому, у кого нет желудка, будет тяжело… — Санс, нет. — …переварить эту информацию. — он развёл руками, всё ещё держа телефон, и подмигнул брату. — Сааанс! — Папирус возмущённо затопал ногами, а девочки, переглянувшись, лишь улыбнулись.       Невысокий скелет взглянул на экран своего телефона и, не отрывая взгляда, сказал: — Папирус, мне нужно кое-куда позвонить, можешь потусить с девочками, пока я занят? — вышеупомянутый встал в привычную позу супергероя — «Суперскелета, как сказал бы Санс» — Разумеется! Я, Великий Папирус, с радостью проведу с людьми некоторое время! Прошу, заходите! — Папирус зашёл в дом, оставив девочек стоять снаружи. Воспользовавшись случаем, Гвен потянула сестру за рукав. — Фриск, мне тут не нравится. Этот Папирус, он… странный. Даже моё имя не спросил. — Не волнуйся, ты привыкнешь к нему. Мне он тоже поначалу казался странным, но, вот увидишь, когда познакомишься с ним поближе, поймёшь, что лучше друга не найти. — девушка погладила сестру по плечу. Этот жест всегда успокаивал их обеих.       Для Фриск такое поведение младшей было немного непривычным. Там, на поверхности, она вела себя очень застенчиво по отношению к малознакомым людям, и, порой, казалась Фриск слишком замкнутой и тихой, но сейчас… Такое ощущение, что что-то изменилось внутри неё.       Из мыслей девушку вытащила Гвен, неожиданно обнявшая сестру. Фриск непроизвольно обняла её в ответ, крепко прижав к себе. — Фриск, как думаешь, с мамой и папой всё хорошо? — девочка не знала, что ответить, но сестринский долг говорил сам за себя: — Они в порядке. С ними всё хорошо.       Постояв так ещё пару минут, Фриск отпустила сестру и попыталась отойти, но та вцепилась в неё намертво. — Хех. Я… не хочу отпускать. — Гвен ещё сильнее притянула её к себе.       Фриск прекрасно знала эту игру, но сейчас просто времени на неё не было. — Гвен, да ладно тебе, отпусти. — получив в ответ отрицательный кивок, девушка решила действовать радикально: она прижала сестру к себе и начала щекотать. — Х-хей! Не честно! — Гвен отпустила сестру, моментально опустив руки и, тем самым, спрятав своё тело. Фриск лишь усмехнулась. — Вот так-то. А теперь, с вашего по… — девушка обернулась, надеясь увидеть Санса, но там, где ещё пару минут назад стоял скелет, было пусто. — Хм, ушёл. Ну и ладно, пойдём? — Гвен кивнула и взяла сестру за руку.       Когда девочки входили в дом, Фриск намеренно закрыла глаза, чтобы драматично распахнуть их и сравнить то, что она помнит, с тем, что есть сейчас.       Но, к огромному удивлению Фриск, её ожидало разочарование, смешанное с радостью. Не изменилось вообще ничего. По крайней мере, с первого взгляда. Даже тот самый, знаменитый на весь мир, носок Санса всё ещё оставался на своём законном месте. — Добро пожаловать! Не хотите осмотреться? — Конечно, хотим. Давно я здесь не была. — Фриск не терпелось посмотреть на дом братьев снова, что пробуждало много хороших воспоминаний. — Хорошо! А после мы можем пойти в мою комнату и развлечься!       После этих слов глаза девушки загорелись огнём любопытства, в то время как Гвен всё с таким же интересом разглядывала Папируса, то и дело наклоняя голову вправо (старая привычка, от которой не очень-то и хотелось избавляться).       Фриск обошла всё, что можно, посетила каждый угол, кроме комнаты Санса, так как она по непонятным причинам была закрыта. В принципе, особых изменений это место не претерпело, даже тот самый камень, служивший братьям питомцем, всё так же лежал на своём месте и был посыпан разноцветными блёстками. — «Блёстками? Хм, видимо, это его „еда“ или что-то в этом роде» Она зашла на кухню и начала осмотр (к её удивлению, Папирус не последовал за ней). Та самая высоченная раковина теперь была немного ниже. «Или же это я выросла»       Фриск открыла дверцу шкафчика, находящегося под раковиной и, не успев среагировать, оказалась завалена целой кучей костей разного калибра и цвета.       Удостоверившись, что младший из братьев ничего не услышал, девушка быстро запихнула всё это добро обратно, аккуратно прикрыв дверцу и тихо выдохнув. Вроде, пронесло. Да и сама не пострадала. Удивительно, ни малейшей царапинки.       Немного оклемавшись, Фриск подошла к знаменитому музею Великого Папируса (то бишь к холодильнику) и, предусмотрительно выйдя из возможной зоны поражения, медленно открыла его, зажмурив глаза. К такому же великому, как и Папирус, облегчению, ничего оттуда не посыпалось, но… «Господи Боже, Дева Мария, Иуда, Аллах, Кришна, Ганеша и так далее, как такое могло произойти?!»       Весь холодильник снизу доверху был забит… лазаньей.       «К такому меня жизнь не готовила» Фриск усмехнулась и, мысленно оценив масштабы катастрофы, закрыла дверь «музея».       «Да уж, неожиданно, однако. Хотя, с другой стороны, девять лет прошло, должен же он менять меню» Девушка, привыкнув к температуре и изрядно подзадолбавшись носить свитер в руках, решила всё-таки надеть его. Когда процедура была закончена, а наэлектризованные волосы приглажены, Фриск отправилась на поиски Папируса и сестры.       Выйдя из кухни, она обнаружила, что никого из них на месте нет. «Хм, интересное кино. Надеюсь, Папирус не увёл её куда-нибудь, он в одиночку кучу проблем заработать может, а вдвоём… Ходячая атомная бомба замедленного действия» Девушка решила первым делом проверить снег на улице на наличие следов, но, покинув дом, вспомнила, где на самом деле находится. Повертев головой вправо-влево и окончательно убедившись, что вокруг никого, Фриск уже собиралась возвращаться обратно, как откуда-то сверху раздался громкий детский крик.       Не помня себя от страха и волнения, старшая сестра метнулась обратно в дом, в очередной раз кляня себя за безответственность. Быстрее пули она метнулась на второй этаж, в душе надеясь, что всё обошлось.       Звук исходил из комнаты Папируса.       Фриск ворвалась туда на всём ходу, резко распахнув дверь и буквально застыла на месте. Она ожидала чего угодно, но только не такого… — Пожалуйста, хва-атит! Сто-оп! — Гвен лежала на кровати Папируса, смеясь и извиваясь, пытаясь вырваться из его щекочущих рук. Её щёки были красными, а кофта немного задралась вверх, обнажая дрожащий живот. — Вот видишь?! Я же сказал, что это сработает! Ньех! — Папирус продолжал «мучить» ребёнка, бегая пальцами по её рёбрам. Фриск только сейчас заметила, что он снял перчатки. — Я больше не могу-у! — Гвен забавно сжалась в комок, пытаясь защитить особо уязвимые места, что вызвало у Фриск улыбку.       Папирус перестал щекотать девочку и скрестил руки на груди. — Вот видишь! Книга была права! — скелет смотрел на всё ещё хихикающую девочку и умилялся. — Человек, ты сегодня особенно смешливый! Я просто не могу удержаться! — Папирус одной рукой пощекотал живот девочки, вызвав новый шквал хихиканья. Фриск продолжала стоять в стороне и молча наблюдать за процессом, периодически посмеиваясь.       «Это действительно превзошло все мои ожидания…» — Папирус? — Хм? — скелет посмотрел на девушку, не прерывая перформанс. — А что это за книга, о которой ты говорил? — Что? Ох, эта?! — Папирус свободной рукой указал на толстенную книгу в зелёном переплёте, лежащую на столе вместе с фигурками различных героев. — Это — книга о том, как сблизиться с людьми! Ну, не в смысле именно с людьми, а как с людьми, так и монстрами, понимаешь? — Фриск кивнула и подошла поближе к кровати, бросив игривый взгляд на беспомощно смеющуюся сестру. — Ты это оттуда вычитал? — с улыбкой спросила девушка. — Ещё бы! Я, Великий Папирус, очень люблю читать! — оба одновременно подпрыгнули на месте, когда рука Папируса непроизвольно дошла до места между рёбрами и подмышками девочки, вызвав тем самым пронзительный визг. Фриск залилась смехом, услышав такой непривычный для сестры звук. Гвен лишь покраснела ещё сильнее и продолжила попытки вырваться. — Хм, тот самый человек тоже сегодня особенно смешлив. — Папирус поднял вверх свободную руку и пошевелил пальцами, вызвав у Фриск непроизвольный смешок. — Эй, ты что де…? Не-не-не-не-не! — Фриск, улыбаясь во все тридцать два, взяла скелета за руку и попыталась отодвинуть её от себя, но не тут-то было. С годами он стал только сильнее и без труда сопротивлялся усилиям девочки. — Неужели…? — скелет с добродушной улыбкой схватил старшую из сестёр и, перетянув на кровать, забегал пальцами по её бокам. Она пыталась сдержать смех, но делать это с каждой секундой становилось всё сложнее и сложнее. На самом деле, Фриск ничего не имела против, но сам факт, что она, вся из себя взрослая и независимая, боится щекотки, как маленький ребёнок… ужасно смущал. — Наполнена решимостью, да? Ньех! Великий Папирус никогда не проигрывает! — скелет начал шевелить пальцами обеих рук ещё быстрее, от чего Гвен чуть с кровати не упала (но была вовремя придержана Папирусом). Фриск пришлось закусить губу, чтобы не смеяться. — «Да что с тобой такое? Не обязательно всегда быть такой занудой, хоть раз в жизни позволь себе побеситься! К тому же, не засмеёшься — расстроишь Папируса!» — Похоже, кое-кто здесь упрямится! Человек, не заставляй меня использовать свою специальную атаку! — в шутку сказал скелет, медленно двигаясь к подмышкам девушки. — Папи-иру-ус! — Гвен схватила его за запястье и попыталась отодвинуть от себя, умильно хихикая. Скелет сам не мог сдержать весёлой улыбки, наблюдая за ними. — В чём дело, человек? — Пожалуйста… — Гвен не смогла закончить предложение, так как руки Папируса достигли своей цели, вызвав у неё ураган громкого, заливистого смеха.       Фриск, ещё немного потерпев, в конце концов не выдержала и присоединилась к сестре, покраснев не столько от смеха, сколько от стыда за свою гордость. — Ха! Я победил, как всегда! Ещё одно достижение Великого Папируса! Ньех Хех Хех! — по непонятным причинам эти слова вызвали лишь больше восторга со стороны Гвен.       Так продолжалось ещё несколько минут, пока чья-то костлявая рука не легла на плечо Папируса. Тот обернулся, не прекращая щекотать девочек, с удивлением уставившись на улыбающегося брата. — Санс? Я даже не заметил, как ты вошёл! — Папирусу пришлось говорить очень громко, так как смех сестёр заглушал слова. — Папс, тебе не кажется, что с них хватит? — Санс усмехнулся, посмотрев на сжавшихся в комок и отчаянно вырывающихся девочек. — Людям дышать надо, ты же не хочешь дух из них выщекотать. — Папирус посмотрел на них и, тепло улыбнувшись, осторожно убрал руки. Гвен моментально прижала колени к груди и спряталась под смятым одеялом младшего скелета, дабы защититься от возможных атак, в то время как Фриск, изрядно раскрасневшись, легла на кровать и пыталась восстановить нормальное дыхание. — Санс, разве они не милые? — Папирус прижал ладони к своим щекам. Его глазницы непроизвольно расширились, что делало его выражение лица довольно умильным. — Хех, есть немного. — Стыд окончательно накрыл Фриск с головой после этих слов. — «Санс видел это! Санс. Всё. Видел. Боже, какой позор.» — С-Санс? — Да, милашка? — от этих слов Фриск, сильно застеснявшись, опустила голову, боясь посмотреть скелету в глаза. — Т-ты давно здесь стоишь? — Санс усмехнулся и потрепал и без того растрёпанные волосы девочки. — Не, — скелет сделал короткую паузу, — … исключено. — Фриск перевела взгляд на всё ещё хихикающую под одеялом сестру. Именно такой ей и хотелось её видеть: весёлой, беззаботной и смеющейся. — Хех. Кажется, кое-кто ещё не успокоился. — Санс убрал одеяло, заставив девочку непроизвольно пискнуть. — Порядок? — Гвен лишь захихикала ещё громче и попыталась вернуть одеяло назад. Старший скелет сощурил глаза и улыбнулся. — А ты действительно милая. — Санс слегка пощекотал ей шею, вызвав громкий визг. Фриск лишь улыбнулась, наблюдая за ними.       Скелет вернул Гвен одеяло, под которым она моментально спряталась, не переставая смеяться. — Вот видишь, человек, я же говорил, что это помогает! Санс, скажи, что я великий! — Ты великий, бро. — Именно! — Папирус с довольным видом скрестил руки на груди.       Фриск продолжала возвращать свои волосы в привычное состояние, то и дело оглядываясь на отказывающуюся успокаиваться сестру. — Ньех! У меня есть идея! Что, если мы пойдём вниз и поедим моей великолепной лазаньи? — Гвен высунулась из-под одеяла, всё также улыбаясь. — Отличная идея, бро. Только не уверен, что вторая мелочь сможет сама дойти, уж слишком много хихикает, — младшую сестру почему-то сильно рассмешила эта фраза, и она вернулась обратно в глубины одеяла. — Хм, верно подмечено, Санс. Но Великий Папирус знает, что делать! — не дожидаясь ответа, высокий скелет убрал одеяло с кровати и взял всё ещё смеющуюся девочку на руки. Гвен поначалу сопротивлялась, но потом, оказавшись в руках Папируса, прижалась к нему и обняла его шею. — Хех, Фриск, что-то мне подсказывает, что метод Папируса действительно работает. — Ещё бы, братец! Разве бывает иначе? — Ты абсолютно прав, бро. — Папирус усадил девочку поудобнее и, аккуратно придерживая её, направился вниз, на первый этаж. Фриск уже собиралась последовать за ним, как только рука Санса остановила её. — Ничего не забыла? — Санс протянул ей непонятно откуда появившийся рюкзак и, как всегда улыбаясь, подмигнул. — Мой рюкзак! Спасибо тебе, Санс! — Фриск обняла его и, отстранившись, взяла посылку. — Да не за что.       Девушка надела рюкзак, про себя подметив, что он, кажется, потяжелел. — Ты только следи за ним. Хорошо, что в тронном зале оставила, а не где-нибудь ещё. — Да, конечно. Прости за… — Не извиняйся, — Санс положил руку ей на плечо и по-дружески потеребил его, — лучше беги вниз, пока эта парочка ничего не натворила. — Фриск, сама не понимая почему, чувствовала себя очень хорошо. Лучше, чем обычно. Ей хотелось бегать, беситься и радоваться жизни. Такого с ней давно не было.       Подняв капюшон Санса и натянув его ему на голову, так, что закрывало даже рот, Фриск выпалила: — Тогда догони меня, костлявый! — смеясь, девушка побежала вниз по лестнице и уже была готова отпраздновать победу, как, на полном ходу, врезалась прямо… в Санса. — Попалась! — скелет, непонятным Фриск образом, не только сумел устоять на месте, но и поймать её, как будто обнимая. — К-как ты тут оказался?! Секунду назад ты там, а теперь… — Просто кое-кто бегает как хромая черепаха. — Санс слегка пихнул её локтем и, в очередной раз подмигнув, направился на кухню, оставив Фриск недоумевать в одиночестве.       «Что это сейчас было? Он никак не мог обогнать меня. Возможно, это был его очередной короткий путь» Девушка решила оставить размышления на потом и направилась на кухню. — Ты закончил, человек? — Почти! Осталось только вытереть. — Гвен как ни в чём не бывало сидела на плечах Папируса и изо всех сил тянула руки вверх, чтобы помыть их в той самой раковине. — Давай, мелкий, почти готово. — Санс стоял рядом, опершись на «музей», и пил свой любимый напиток (если его можно так назвать) — кетчуп. — Готово! — Гвен гордо продемонстрировала свои чистые, сухие руки. — Миссия выполнена! — Папирус уже собирался снять девочку с себя, но та бурно запротестовала. — Что такое? — Папирус стащил Гвен со своих плеч и теперь держал отдельно от себя на расстоянии вытянутой руки. «О нет, начинается.»       Фриск уже наталкивалась на подобное поведение сестры раньше. Каждый раз, когда ей кто-либо нравился (именно противоположенного пола), она практически считала своим долгом постоянно либо касаться его, либо висеть на нём. Тоже самое было и с тем несчастным учителем по математике в подготовительной школе, который, стиснув зубы, терпел постоянно цеплявшегося к его ноге ребёнка почти полгода. — Не хочу. — Гвен притянула Папируса к себе, стиснув его в руках как плюшевого мишку. — Ух! Человек, умерь свою атаку, Великий Папирус не может дышать! — девочка отпустила его шею, всё ещё отказываясь спуститься вниз. — Бро, с каких пор тебе нужно дышать? — С тех самых, когда человек стиснул Великого Папируса! — Аа, — Санс сделал короткую паузу, — логично. Кстати, где будем есть? Андайн же снесла стол, когда вы в последний раз готовили вместе. — Ах, да, точно… Ну, думаю, будет неплохо, если мы все переместимся на диван. Учитывая то, что человек отказывается покидать моё общество, он может сесть мне на колени… — Не называй меня «он»! — Гвен не знала, как сказать это по-другому — Я девочка! — Оу, извини, вы, люди, такие интересные! — Папирус устроил её поудобнее и, придерживая одной рукой, указал на гостиную. — Вы с Сансом можете идти садиться, пока я, Великий Папирус, готовлю нам ужин! — Или он просто разогреет его в микроволновке. — шепнул Санс, подмигнув девушке.       Фриск взглянула на Гвен, которая с любопытством перебирала в руках шарф Папируса и, с облегчением вздохнув, отправилась в гостиную вместе с Сансом.