Симбиоз

ПРОЛОГ Если бы его спросили, с чего всё началось - он бы ответил: с озера. На самом деле, с озера всё началось ещё тогда, когда никто не знал, что всё началось. И когда уже началось осознанно - тоже с озера. Так что озеро определённо можно было считать точкой отсчёта. Если бы его спросили, чем всё закончилось... Пожалуй, он бы ответил, что именем. С другой стороны, возможно, именем же всё и началось... В тот день, когда социальный работник исправил в его документах фамилию с Доу на Доусон. "Вдруг так ничего и не вспомнит, - сказал своему коллеге, - пусть хоть фамилия нормальная будет". Новоявленный Джонни Доусон на эти слова внимания не обратил. Ни начала, ни конца у своего будущего - да и самого будущего - он тогда не видел. ГЛАВА 1 Я спускаюсь по лестнице и думаю о тебе. Я поднимаю взгляд к небу - и думаю о тебе. Я пишу твоё имя пальцем на запотевшем или мёрзлом стекле, И когда я смотрю в окно, то вижу не город и не людей, А твоё имя… Джонни удивлённо моргнул. Пожалуй, единственное, что он чётко о себе понимал, так это собственное спокойное равнодушие к жизни. Однако уже не в первый раз он ловил в себе отголоски мыслей, фраз и чувств, ему не принадлежащих. Это было… странно. Всё было странно. Город представлялся одной большой загадкой, да и сам Джонни – загадка не меньшая. Кто он такой? Кем был? Для чего жил? К чему стремился? Как его звали, в конце концов?! Уж точно не Джон. Он бы понял, если бы имя было его. Но имя ему категорически не нравилось, он и называл-то его людям с большим скрипом, исключительно по необходимости, если никак не мог этого избежать. Например, мистеру Керксу пришлось сказать, когда тот нанимал его на работу. Джонни отвлёкся от размышлений, чтобы бросить взгляд на озеро, и оказался неприятно поражён: у берега замерла тонкая женская фигура. Не то чтобы Джонни не понимал, что озеро – общественное место, но ему всё-таки не доставляло ни малейшего удовольствия осознавать, что своей тихой гаванью придётся делиться с другими. Женщина стояла у самой кромки воды, не двигаясь с места. Ветер шевелил её рыжие волосы, в свете фонаря теряющие свой неповторимый оттенок. Откуда она взялась? Джонни хмыкнул. Ну, конечно – спустилась от центра Фокса. Что ей могло здесь понадобиться? Зачем она пришла ночью, совсем одна, к этому озеру? «Может быть, - подумал Джонни, - с ней тоже что-то случилось? Это место просто притягивает потерянных людей». Женщина поёжилась и обхватила себя за плечи. Ветер с озера дул холодный, и она явно замерзала, но не уходила. Джонни знал, кто не уходит с холода – те, кому некуда идти. Он заколебался. С одной стороны – кто ему была эта женщина? Зачем она была ему нужна? Не всё ли ему равно? С другой – и он сам стоял так же, с пистолетом у подбородка. Но его-то переубедило озеро… А потом социальные службы и мистер Керкс – просто тем, что помогли адаптироваться. Теперь же Джонни не был даже уверен, что есть, кому помочь. «Кроме меня», – добавил он мысленно. Женщина слегка качнулась вперёд, словно собираясь шагнуть в озеро, и Джонни решился: рывком поднялся со скамейки и быстрым шагом пересёк расстояние, отделявшее его от женщины. - Добрый вечер, - произнёс он, останавливаясь за её спиной. Женщина вздрогнула и обернулась. На лице у неё Джонни прочёл не страх, а что-то более запутанное… словно она понимала, что должна испугаться, но не боялась. Это тоже было ему очень, очень знакомо. - Извините, что прервал ваше уединение, - продолжил Джонни, демонстрируя женщине пустые ладони, - просто мне показалось, что вам очень нужен друг. Несколько секунд женщина просто молча смотрела на него. Потом разлепила пересохшие губы, выдохнула: - Мне… никто не нужен. И отвернулась. - Что, правда? – Джонни хмыкнул, – А то я, как друг, могу поделиться пистолетом – сегодня слишком холодно, чтобы топиться. Женщина снова взглянула на него, почти дико. - Очень, очень неудачная шутка, - немедленно согласился Джонни. – Со мной бывает. Извините. Нет, то есть, у меня и правда есть пистолет, но я вам его не дам, потому что… ох, проклятье! «Что я несу!». Он сжал пальцами переносицу. Его чудовищное чувство юмора иногда прорывалось, хотя он и старался его контролировать. Джонни глубоко вдохнул и прямо посмотрел на собеседницу. - Послушайте, - сказал он так мягко, как только мог, - я, наверное, кажусь вам конченым психом, но насколько я успел понять – в этом городе каждый второй псих. И с каждым вторым, если не с каждым, что-то случилось. И с вами что-то случилось, я же вижу. Вам, наверное, сейчас кажется, что никто не способен вас понять, но… На самом деле, все всё понимают. Женщина молчала, и Джонни почему-то был уверен, что она пропускает все его слова мимо ушей. - Я, например, потерял память во время последней атаки Джокера. Вся моя жизнь оказалась стёрта. Так что я знаю, как сложно пережить подобные потрясения, - устало закончил Джонни. «В конце концов, я попытался». Женщина подняла лицо и даже подалась к нему. Похоже, последние слова она и услышала, и восприняла. - Потеряли память? – прошептала она. – Прямо как он… - Он? – быстро подхватил Джонни. - Человек, которого я любила всю жизнь… - губ женщины коснулась слабая улыбка. – Он, наконец, обратил на меня внимание. Даже предложение сделал. И всё забыл… Голос её дрогнул. Джонни взял её за руку, стремясь поддержать, и почувствовал, что ладонь у неё ледяная. - Вы замёрзли, - пробормотал он. Стянул пиджак и накинул женщине на плечи. Она растеряно моргнула. - Спасибо… - Не за что, - тут же отозвался Джонни, - и если вам вдруг некуда идти… - У меня есть дом, - теперь улыбка была более похожа на настоящую, - а у вас, похоже, случаются приступы альтруизма. Часто вы таскаете к себе потерянных незнакомцев? - Вы первая, - честно ответил Джонни. – Я, на самом деле, не очень люблю людей. Просто вы напомнили мне самого себя после Эндгейма. Женщина протянула ему руку. - Джулия Мэдисон, работаю в центре Фокса. Джонни тяжело вздохнул, пожимая её. - Я из мясной лавки Керкса. Джон Доусон. По документам. Поменяю это ужасное имя, как только вспомню настоящее. «Если вспомню», - добавил он мысленно, чувствуя подкатывающую глухую тоску. - Вы надеетесь, что память вернётся? – тихо спросила Джулия. - Что ещё мне остаётся, если не надеяться. – Джонни пожал плечами. – И вы могли бы. Вдруг он вспомнит? - Вряд ли, - горько усмехнулась Джулия, - но спасибо вам. Не могу сказать, что мне стало легче, но, возможно, теперь я смогу с этим справиться. Жила же я как-то, пока он смотрел мимо… Она ещё мгновение постояла, а затем вдруг решительно обняла его. Джонни вздрогнул от неожиданности и прислушался к себе, а затем осторожно ответил на объятие. Он и правда не любил людей, но объятие Джулии по каким-то причинам не вызывало в нём негативных чувств. На самом деле, он с удивлением заметил, что Джулия Мэдисон – второй человек, общение с которым не только не было ему неприятно, но его хотелось продолжить. Первым был Брюс Уэйн.