Сумасшедшая.

Спустя три года.

      Полностью белая комната, оббитая мягким толстым материалом, окружала меня. Голова кружится от света, все белое, кровать тоже оббита этим материалом. Меня считают психически больной, даже родная мать. Предательство… предательство. Об этом я все время думаю. Сейчас я слышу, что идет медсестра. Наверное несет новую порцию этих адских таблеток: на вкус они отвратительны, от них постепенно превращаешься в овоща, зомби… У меня много ассоциаций. Я живу тут уже три года, в этой белой комнате, но я не чувствую себя психом. Я нормальная. «Ты самая нормальная тут…» -снова этот голос. Я к нему уже привыкла, хотя бы есть с кем поговорить, иначе я бы действительно сошла с ума. -Кира, лекарство и обед, -произнесла вошедшая медсестра. По сравнению с остальными, она самая добрая, именно поэтому она долго тут не продержится. Она положила еду на стол, круглый стол. Тут нет ни одного острого края. «Бедная, даже ее мать не хочет ее забирать.» -подумала Кэри — так звали медсестру. Если бы я не читала мысли, я бы не знала, что моя мать вышла замуж. Однажды она пришла ко мне, сказала что я не иду на поправку и она не знает когда сможет меня забрать. Но в ее мыслях я узнала, что у нее новый муж. Когда она хотела забрать меня, он ей сказал, что в его доме не место для психов. Она беременна, наверное уже родила. Она не ходит ко мне уже год. Она забыла про меня. Я ей никто… Кэри дала мне таблетку в руку и проконтролировала, чтобы я ее выпила, но я этого не сделала. Почти все это время я прячу эти адские таблетки под язык и, когда медсестра или санитар уходят, прячу их. Приходится притворятся овощем, чтобы они не заподозрили, что я не принимаю таблетки. Медсестра ушла. Я положила таблетку под кровать. Еда… еда тут отвратительна, яблоко нарезано. Они боятся, что я косточкой порежусь? Я съела лишь яблоко. Спустя время в дверном проеме снова появилась медсестра. Она болела гриппом, на ее лице была марлевая повязка. Она наклонилась, чтобы взять поднос с едой, но я сильно надавила ей на сонную артерию, и медсестра потеряла сознание. Я не хотела этого делать, но я не намерена больше оставаться здесь. Я взяла эту марлевую повязку и надела на себя. Знаю, знаю. Антисанитария, и все такое, но заболеть гриппом лучше, чем находится тут всю жизнь. Почему всю жизнь? Потому что меня отсюда никто не заберет. Я сняла медицинскую форму с медсестры: штаны, повязка на голову и халат. Повезло, что я ростом почти как она, правда глаза у нее серые, а у меня голубые, но при таком освещении они тоже кажутся серыми. Я сняла даже с нее резинку для волос, ведь у нее они блондинистые, а у меня темно-коричневые, почти черные. Я положила ее на свою кровать и накрыла одеялом. Я оделась, взяла тележку, на которой находился поднос с едой и пошла. Как только я вышла меня встретил заведующий врач. -Так и не ест? -спросил врач. -Нет, но она съела яблоко. -сказала я. Я постаралась сделать голос таким же как и у нее. Не знаю, получилось ли, ведь тут я ни с кем не разговаривала. -Пойду зайду к ней, она не спит? -спросил врач. Ему было за сорок. -Спит. Ну я пойду, а то мне надо еще у остальных посуду забрать. -сказала я и ушла. Я пыталась найти выход. И нашла — это был выход для персонала. Чтобы не привлекать внимание, я надела чьи-то куртку и ботинки, и вышла через эту самую дверь. На мне так и оставалась марлевая маска. Я шла по родному городу, но он не казался родным, он очень изменился за каких-то три года, я даже не уверена — он ли это? На улице начало темнеть. Солнца, которое я так хотела увидеть три года, не было. Начал дуть ветер, я засунула руки в карманы куртки и нащупала что-то кожаное. Я достала из кармана эту странную вещь — это был кошелёк. Я открыла его: там были две кредитки и наличные — 500 $. На одной из карточек были нацарапано 4 цифры: 2315. Может это пин-код от карты? Хотя…мне не может так везти, но надежда умирает последней. Я подошла к ближайшему банкомату и решила для начала ввести код, который был нацарапан, и получилось. Там 400 $, мне нужно купить одежду пока магазины не закрылись, а то на меня все странно смотрят. Интересно, я выросла? За три года я даже в зеркало не разу не смотрелась, потому-то у меня его не было. Боюсь представить как я выгляжу. Я смотрю на руки. Они бледные, даже слишком, значит кожа того же оттенка. Я сняла повязку с лица и головы, и выбросила в урну. Мне нужна была новая одежда. Ближайший торговый центр находился недалеко, раньше я часто ходила туда. Он не изменился внешне, изменились только магазины внутри. Зайдя в магазин одежды, я выбрала там джинсы, чтобы не выделяется из толпы, чёрную футболку с какой-то надписью, куртку из кожзаменителя и белые кроссовки. Рядом находился салон красоты. Было принято решение подстричь волосы. Когда я только оказалась в психушке, то у меня они были до плеч, сейчас же они отросли до бедра. Правда, если собрать их в невысокий хвост, они кажутся несколько короче. — Здравствуйте, что бы Вы хотели изменить? — спросила девушка-мастер. «Такая красивая» -подумала она. Она, верно, мысленно шутит, ведь я не считаю себя красивой, многие не считали меня красивой. — Мне нужно немного волосы подстричь, можете на ваше усмотрение, — сказала я. Мастер дружелюбно улыбнулась и начала искать расческу и ножницы. Сейчас будет самое ужасное — встреча с собой. Хочется убежать… Но отступать некуда. Мгновение, и моему взору предстала картина: я не была страшной как раньше, а довольно симпатичной, мне даже не верится, что это я. Раньше я была гадким утенком. У меня голубые глаза, длинные ресницы, алые губы, я очень худая, за три года я ничего в основном не ела — только овощи или фрукты, иногда могла съесть булочку. Волосы у меня были неестественно длинные и густые, черты лица аккуратные, кожа мертвенно белая. Мастер подстригла их чуть ниже ребер, и передние волосы, там где должна быть челка, она немного подрезала. — С вас 20 $, -сказала девушка. Я протянула ей деньги и ушла. Надеюсь, теперь я не буду выделятся из толпы. Я пошла купить себе рюкзак. Он был полностью черный и с какой-то надписью. Следующим пунктом был продуктовый магазин. Нужно было купить еды. Я взяла в основном фрукты, воду, купила готовой еды и пошла расплачиваться на кассу. Неподалеку было кафе. Почему бы не зайти поесть? Я заказала бутерброд и колу, в первые за долгие годы у меня появился аппетит. Когда я все съела, я вышла из торгового центра на улицу. Проходя мимо этой злополучной психушки, я увидела, что на стеклах были наклеены объявления с моим лицом: «ОСТОРОЖНО! СБЕЖАЛА СУМАСШЕДШАЯ. Если вы что-то знаете о ее местонахождении, сообщите по этому номеру: ''номер'' » я улыбнулась и пошла дальше. Нужно где-то найти ночлег, но как? У меня нет документов и я несовершеннолетняя. -Это она! -услышала я голос того врача. Я неслась вперед что есть сил. Я бежала куда глаза глядят. Так я оказалась в лесу. Жаль, что палатки нет, я бы тут и ночевала.