Outside reality.

Боже... О Боже мой, боженьки... моя головаа... А-а что произошло? Манать, нихера не помню... хотя нет... стирку помню. Потоп тоже помню, а дальше? Я медленно, ОЧЕНЬ медленно открываю глаза. При этом еще и на виски давит. Ладно, жива осталась и на том спасибо. - Нина, ты как? Аааа, вот и наше ходячее бедствие! - Цвету и благоухаю, - он еще и спрашивает! - Нина, п-прости меня, пожалуйста. Я не хотел,точнее не думал... - Тэйто. - Что? - Я тебя прошу, ради Бога, не подпускай вот ЭТО, - показываю на Микаге, - к этому стиральному ящику. - Гоменасай. - Забей. - Кстати, я там все убрал. Ну, пока ты без сознания лежала. - Бурупья! - А что произошло-то? Я после своего сальто ничего не помню. - Ну, как тебе сказать... Даже не знаю. - Да говори уже как есть! - В общем, ты прибежала на крик. - Угу, – это я помню. - А я уже успел открыть крышку этого твоего... блин, как его там? Стирального ящика! - Вообще-то это правильней зовется стиральной машиной. Хотя, какая разница? Один хрен! Ну-ну, дальше что? - Ты вбежала. - И? - А затормозить не успела. - Пья. - И все? - И еще ты сильно ударилась об кран. Я даже вспоминать не хочу. - Потрясающе. – Прямо ни в сказке сказать, ни пером описать. С тормозами это у меня семейное. Во всех смыслах. - На вот, приложи, а то у тебя большой синяк у виска, – “обрадовал” меня Тэйто. - Это что? – да уж, идиотский вопрос. Но в моем состоянии это нормально. - Как что? Бутылка с холодной водой. - Эх... ладно давай, – честно говоря, мне лучше сразу гильотина. Интересно, где он ее взял? Хм, а это случайно не...СТОП. - Тэйто. - Да? - Ты что, вылил папин коньяк? - Ну, там было что-то, но я вылил и налил холодной воды. Вот теперь мне точно только гильотина поможет, В ПРЯМОМ СМЫСЛЕ! - А что такое коньяк? Он что, помогает? - Он скорее всего вставляет. - Что? 4 часа спустя... - Нина. - Чтооо? - Я хотел с тобой поговорить. - Ты "хотел" или "хочешь"? - Э... - Да рожай уже! - ЧЕГО?! О Господи!!! - Думай, говорю быстрей! Да и рожать ты не той комплекции. - Не дай БОГ! И вообще, я поговорить с тобой хочу. - О чем? - Мы же тогда не закончили разговор по телефону, и ты это прекрасно помнишь. - Больному вообще-то покой нужен. - Нина! - Ладно-ладно, хорошо. ГОВОРИТЕ, СУДАРЬ. - Спасибо. Видишь ли, так как мы попали в твой мир, значит что-то произошло. - Пф, ясное дело! Но, знаешь, я иногда задумывалась над существованием параллельных, кроме нашего, мира вместе с раем и адом. - Я тоже. Ведь не только же мы одни существуем. Хотя, все это очень сложно. - Бурупья. - Однако, если мы смогли сюда попасть, то вполне возможно смогут и другие. - Вполне. А ты это сейчас к чему сказал? - Я просто боюсь, что "Черные Ястребы" тоже смогут сюда попасть. Или уже попали. - Пья. - Ты хочешь сказать, что... - только не говорите мне, что здесь может появиться этот УПЫРЬ! - Не исключено. - ЕПЕРНЫЙ БАЛЕТ. - Я же тебе это ЛИЧНО в письме писал!- констатировал факт Кляйн. - Конечно-конечно, кто же спорит?! – а в Средние Века, гонца с плохой вестью вешали или сжигали (так, я что-то не туда поехала!). - А Аянами уж точно сможет! Я в этом уверен. - Тейто. "Не чіпай ти мертвого, бо встане!" - Пья. Следующее утро для меня стало словно последнее. Однако, первая в жизни сессия и есть казнь! Вид у меня смахивал на что-то в духе: "Я упала с самосвала, тормозила головой!". В данный момент мне было на это глубоко фиолетово. Нашу кровушку и так литрами бухали. И не подавились, сволочи! Придя на место казни, я сразу пошла отвечать в первой шестерке. Мне хотелось поскорее со всем этим покончить. Тем более, я уже говорила раннее, что я – самоубийца. Пошла, вытянула билет. Я везучая, я знаю (аж рыдать хочется!) и молча пошла повторять. До меня моя очередь дошла быстро (смертный час всегда быстро доходит). Так что сейчас мне предстоит чистосердечный разговор ГЛАЗА В ГЛАЗА. Эх, не зря тогда директриса в школе говорила: "Каждый день по утрам нужно пить 100 грамм ЧИСТОЙ, ПШЕНИЧНОЙ ВОДКИ для здоровья!". Не знаю как для здоровья, но для смелости мне бы сейчас не помешало. - Нина, ты чего такая перепуганная? Помирать собралась что ли? – неожиданно для меня говорит мой куратор. - Да что вы, я совершенно спокойна. И помирать мне еще рано, - ага, ЩАС, не дождетесь! - Это хорошо. А то я уже было подумала... - Подумали, что я встретила того несчастного доцента, которого мы с вами случайно заперли в его же аудитории? – это было нечто! - Ни-на! - Все, все, не палю контору. Как все начиналось и как заканчивалось я плохо помню, но вышла я оттуда, как не от мира сего. Минута, две, три... Я СДЕЛАЛА ЭТО! Я СДАЛА! Епт, да мне памятник нужно ставить за эти адские мучения! Все мои мысли улетучились в небытие, а моя грешная душонка прям-таки парила от счастья. И тут (хотя какого фига я не знаю) меня конкретно пробивает на Александра Сергеевича. - Я помню чудное мгновенье Передо мной явилась ты КАК МИМОЛЕТНОЕ ВИДЕНЬЕ..! - Эй, тебя там че, прорвало сегодня?! – послышался голос Бондаревой. - Даааа!.. – ... пошло всё нахрен! Что хочу, то и ворочу! - Вот до чего доводят сессии человека, – вынесла свой вердикт Сверидова. Но мне его услышать, увы, не удалось. Настроение у меня сейчас было просто ОФИГЕННО ПРЕКРАСНОЕ! Казалось, что ничто не может его испортить. Ни шедший снег, ни скользкие дороги и даже этот странный тип в фуражке, стоящий на противоположной стороне около перехода. Мда, тип, в фуражке... не, ну, в натуре странный какой-то! Наверно немец. На светофоре еще горел красный свет, так что придется дожидаться зеленого. И чего это я так всматриваюсь в этот ШКАФ в фуражке? Ну, стоит человек, никого не трогает и не убивает, наверное. Хм, а где я могла раньше видеть эту фуражку? А может и болгар... Хотя не, альбиносы в Болгарии навряд ли водятся. Значит все-таки немец. Продолжая всматриваться в этот инородный субъект, я потихонечку начала соображать, в чем вся соль, но когда до меня ДОШЛО... Широкие плечи, черная униформа, белые, слегка волнистые волосы, которые выглядывали из-под фуражки, козырек, скрывающий его до ужаса холодные, способные убить одним взглядом, аметистовые глаза. ТВОЮ ДИВИЗИЮ!!! Да, это был сам главнокомандующий "Черных Ястребов" Аянами! Прошу любить и жаловать. Как раз в самый неподходящий момент загорается, теперь уже не очень долгожданный, зеленый свет. Блин, как масло в огонь! Шаг, второй, третий. Все это происходит как в замедленной съемке. Остается еще каких-то жалких пару секунд и вот мы, чуть не задевая друг друга, проходим мимо. Дойдя до нужной мне стороны, я все также шла, не оборачиваясь. Я все же надеялась, что эта ходячая смерть меня не заметит, но я спиной чувствовала его пронзительный взгляд именно в мою сторону, который в дальнейшем не предвещает ничего хорошего. Дома: - Я помню жуткое мгновенье, Передо мной явился ТЫ. Как смертоносное виденье, Как СВЕТ от ЧЕРНОЙ красоты. - Нина? - А? – о, его высочество пожаловало! - Ты это... чего это с тобой? – то ли испугавшись, то ли удивившись спросил Тэйто. - Со мной? Та со мной все нормально, просто мозгами немного поехала. - Да что случилось? - Бурупья? - Случилось Тэйто, случилось. ХАНА этому несчастному городу, которому уже 218 лет, если не ошибаюсь! А может и все 219. - Ты что, приведение увидела? – усмехнулся шатен. - Нет. Хуже. Самого Аянами. - Да уж, действительно, что может быть ху... ЧЕГО?!!