Возрождение.

Возрождение. 4E 202 год 1 Восхода Солнца, Морндас. Ночь. Обычная зимняя ночь на Солстейме, каких было уже великое множество. Авроры, словно змеи, обвивают луны и переливаются всеми цветами. Спокойная панорама моря Призраков хоть как-то рассеивалась Красной Горой, её редкими отблесками небольших извержений и гигантским столбом пепла. Воронья Скала засыпала. В этом тихом сопении выделялся только рынок и таверна, где работяги отмечали конец месяца своей трудовой деятельности в знаменитой эбонитовой шахте Вороньей Скалы. В небольшом отдалении находилось поместье Драконорожденной. — Все же хорошо здесь, — Заявила Драконорожденная. — Соглашусь, неплохо. Особенно в этом доме, напоминает мне Морнхолд. Как тебе удалось его получить, ведь им же владели Северины? — Пытался выведать Телдрин Серо — Ты что, не помнишь тот инцидент, когда они при помощи Мораг Тонг пытались убить советника Морвейна? — И вправду, выскочило из головы. Столько всего произошло за последние полгода. Драконы, Драконорожденный из Апокрифа, сотни гробниц и эта гражданская война. Немудрено тут забыть. — Согласна. Эта бурная жизнь… После месяца этого отдыха мне хочется опять уйти в странствие. Я скучаю по ним. — Нравится мне твоя жилка авантюризма. Если что, помни, мой меч — твой меч. — Спасибо, но мне кажется разговор у нас дальше не пойдет. — Почему? — Удивился Телдрин. — Суджамма кончилась. — Беда… Тем временем, в Воронью Скалу прибыл корабль из Скайрима, и старый знакомый Драконорожденной Аэты, гонец Йорик из Виндхельма, уже спустился на причал, так как морская болезнь его в конец достала. — Говорил же я тебе, выпей эликсир и легче будет. — Ехидничал капитан корабля. — Я заплатил тебе крупную сумму за проезд, это уже грабеж. — Признался ему Йорик. — Ну, как хочешь. — Буркнул себе под нос капитан. Вывалив свои туши из поместья, Аэта и Телдрин двинулись в сторону кабака «Пьяный Нетч». По пути получив выговор от стражника, что не надо расхаживать такими пьяными в такой мороз, и что они не будут выкапывать ваши трупы из снега и пепла пока не придет весна. В столь поздний час в таверне задержались только капитан Велот, флиртующий с Дрейлой Алор, отец которой ушел час назад, и старик Кресций, который встречает делегацию Восточной Имперской Компании, ведь других мест для размещения в городе нет. — Гелдис, продай нам суджаммы, да побольше. — После того случая я ее продам вам, только если вы будете распивать где-нибудь в другом месте, а не в моей таверне. — Мы знаем твои условия, давай уже, не привередничай как знатная дама. Передав небольшой кошель и получив в свою очередь несколько кувшинов с суджаммой, Телдрин хотел было уже уснуть за барной стойкой, но бодрый толчок в бок увел чувство сна. — Пошли, выпивка ждать не будет. И, уже когда пара гуляк хотела выйти из двери, в таверну зашел гонец Йорик. -Какие-е, икк, люди в наших краях! — Выразила удивление Довакин. -Ты же знаешь, я бы не стал плыть сюда по мелким делам. — Деловито, будто от этого зависит судьба мира, сказал Йорик. -Cуджаммки? — Парой сказали Аэта и Телдрин. Придя обратно, Аэта смогла выведать причину приезда Йорика на Солстейм. — Причина проста — письмо от некого рыцаря на белоснежном коне, да и в доспехах неместных, с плащом с каким-то зеленым отливом, который встретил меня в поселке при лесопилке Алвы. Спросил, известна ли мне Герой Скайрима, на что получил положительный ответ и, увидя эмблему гонцов, попросил, чтобы я отдал этот сверток с запиской. Сразу скажу, письмена какие-то непонятные, да и доспехи мне его сразу не понравились. Но заказ есть заказ, монет сказал у него нет, поэтому я попрошу оплатить эту посылку. — Ну, ты и скряга, Йорик. По старой дружбе не мог цену сбросить? — Извини, служба, сама понимаешь. Найдя в своих закромах горсть монет, Аэта позвала Йорика поужинать, ведь по его лицу было видно, что море — не его стихия, и оно полностью опустошило бедного гонца. Треск дров в камине придавал дому атмосферу уюта и покоя. Но больше всего радовала готовящаяся похлебка из хоркера. Неописуемый аромат копченного мяса и душистых трав вносил свои радости жизни. -Ты же все-таки нордская дворянка, Аэта. И столько выпивать… Позаботилась бы о чести. — упрек её Йорик. — Не нагнетай. Лучше давай посмотрим, что ты нам принес за три девять земель. Положив сверток на стол, Аэта с трепетом раскрывала посылку, ведь вот она, снова, жизнь в приключениях. Жизнь, полная азарта и опасности. В свертке из шкуры оленя с зелеными полосами лежал светящийся бирюзой цветок, амулет в виде солнца, слиток белого цвета, ограненный кристалл и книга, подозрительно похожая на фолиант из Забытой Долины. Рассказывай, что это, Аэта, — попросил данмер. — Все предельно просто, – ответила Аэта, крутя блестящий цветок в руке. — Ты же помнишь как я с Сераной пропадала месяц? — Это та самая вампирка? Как забыть такого кутилу? Я с ней пить больше не буду. Разные всё же у нас весовые категории: я — простой солдат, а она — вампир с нарушенным обменом веществ, даэдра её побери. — Та попойка — это не самое главное. Нам нужно было узнать смысл пророчества из Свитка. — Знаю я ваши разгадки, пропадали больше месяца. Я уж думал, полегла ты где-то, сэра. — Спасибо за твою заботу, но я всё же хочу сказать, для чего всё это. Нами был встречен фалмер. — Ишь, удивила, — усмехнулся Йорик. — Что фалмер сможет сделать на солнечном свете? — Ты дослушай. Это был непростой фалмер, который сидел в пещере. Он словно из легенд о Снежном Принце. Настоящий рыцарь в белых резных доспехах. Разящий молот Аури-Эля. — Да брешете вы, дамочка. Я видел их. И не одно выше описание «рыцаря в доспехах» под него не подходит. — Захочешь, сам убедишься. Но не суть. Он показал мне эти вещи и сказал: «Цветок — символ жизни. Солнечный диск — надежда. Кристалл — умение. Слиток — знание. Книга — мудрость» — Что за загадки, Аэта? Что за неясные суждения? — судорожно бегая глазами, пытался Телдрин понять предназначение этих предметов. — Я сама не очень хорошо его поняла. Йорик, он писем или записок не передавал? — ища в книге хоть какие-нибудь записи. — Ох, чуть не забыл, чуть не потерял в виндхельмском кабаке, — доставал тот такой заляпанный жиром кусок бумаги, словно в него заворачивали сало. — Спасибо за твою учтивость, хоть не потерял, — поучала его Аэта. — Впереди у нас долгий переход к Тель-Митрину, и, скорее всего, нам придется спускаться в курганы. Я и Телдрин идём к Гловеру за сталью, нужно сопроводить караван в Сатил, а ты, Йорик, сходи на рынок завтра и закупись провизией нам. Завтра ранний подъем, до зари. Все расходимся по кроватям. Йорик, место найдешь себе где-нибудь в боковой комнате. Всем отбой.