Don't leave me alone

Самое ужасное – это когда лицом к лицу сталкивается твоё прошлое и настоящее. Стив и Остин. О, надеюсь, с вами такого никогда не произойдёт, потому... как бы это выразиться? Это полный абзац. И всё, что меня сейчас действительно волнует – это реакция Остина. Но, кажется, парень удивлён не меньше меня. Вздыхаю и захлопываю дверь, не удостоверившись, попаду ли по рукам Уотерсу. Мне плевать на него. Главное для меня – это Остин. – О, серьёзно? – разочарованно стонет парень за дверью, – Второй раз подряд? Могла бы быть пооригинальнее и, например, открыть дверь и выслушать меня. Что думаешь? – Заткнись! – не сговариваясь, хором прерываем мы его с Остином. Затем смотрим друг на друга. Парень трёт переносицу и пытается подобрать слова. Что вообще можно сказать в этой ситуации? Не успев он покинуть дом своей девушки, как к ней заявляется её бывший. – Хочешь я останусь? – тихо спрашивает Остин. И... я не знаю. Я была бы совсем не против, но он и так, должно быть, уже устал от меня. Ему нужно хорошенько выспаться, тем более работу никто не отменял. Не хочу его грузить своей проблемой в виде Стива. – Всё хорошо, я справлюсь. Улыбаюсь и целую его на прощание. Он напоследок чмокает меня в лоб и открывает дверь. И что вы думаете? Стив всё ещё стоит там. Закатываю глаза. Остин смотрит на меня, я улыбаюсь, махая ему на прощание, и закрываю дверь. Выглянув я окно, я замечаю, что Остин ушёл (спасибо ему. По правде говоря, не хотелось бы, чтобы он ругался со Стивом. Что толку-то?) и ухожу в свою комнату. Если вы думаете, что Стив всё-таки решил уйти из моей жизни, то вы ошибаетесь. На часах было около двух ночи, когда я услышала скрип и шорох. Мне потребовалась пару минут, чтобы понять, какого хрена происходит. Открываю глаза, потирая их. И заметив в комнате силуэт, вскрикиваю. Я бы так и продолжила кричать, если этот кто-то не подал голос. – Успокойся. Это я, Стив. После этих слов я замолчала. Просто... какого хрена? Я теперь ещё и спать нормально не могу. Этот чёртов маньяк преследует меня везде. И как он вообще попал в мою комнату? Поворачиваю голову и замечаю, что окно открыто. Всё понятно. – Что тебе нужно, Уотерс? – устало спрашиваю я. По правде говоря, он мне так надоел за эти пару дней. Глаза бы мои его не видели. – Я хочу извиниться. И в этот момент я жалею, что в комнате темно. Так бы он хоть видел, как я закатываю глаза. – Отвали. Я хочу спать, – говорю я, опять ложась на кровать. Накрываюсь одеялом с головой, надеясь на то, что Стив уйдёт. Ну, ладно, это ведь не мир сказок и желаний, верно? Он подходит к моей кровати и садится на корточки, чтобы быть на уровне моего лица. – Хорошо, тогда я буду говорить, – он прокашливается и шёпотом продолжает, – Помнишь, ты на последок мне крикнула, что будешь надеяться на то, что моё сердце разобьётся? – я отлично это помню, Стив. Что ты хочешь этим сказать? В ответ я лишь молчу, – Так вот, тогда я особо не придал этому значения. Я поехал в Лондон. Я начал вести разгульную жизнь. Пить, курить, ходить в клубы. Но одно я не мог выкинуть из головы... – я слышу звук плача или мне кажется? О, нет, Стив, только не надо плакать. Этого мне не хватало, – Тебя. Я не смог забыть тебя. Моё сердце и вправду разбилось. Что я должна на это ответить? Если он сказал все эти милые вещи и заплакал, то я должна его сразу простить? Так не бывает. – На самом деле, в Лас-Вегасе я уже около двух месяцев. И знаешь, почему я решил извиниться? – честно говоря, понятия не имею... – Когда я гулял по парку, я увидел тебя с... твоим новым парнем. Вы выглядели счастливыми. Это правда... С Остином я по-настоящему счастлива. Он поддержал меня, когда этот чёртов Уотерс наглым образом кинул меня. – Я не смогу больше никогда полюбить. Стив... он был моим светом. – Хелен, – Остин аккуратно дотрагивается до моей щеки, останавливая поток слёз. Я смотрю на него заплаканными глазами, – я буду твоим светом. Я выгладываю из под одеяла, смотря на Стива. И что вы думаете? Мы оба плачем. Я, чёрт возьми, плачу... И опять из-за грёбанного Уотерса. Он сидит с опущенной головой. – Стив, – тихо зову его я. Он поднимает свой взгляд на меня, – слишком поздно просить прощения. Он минуту смотрит на меня с нечитаемым выражением лица, а затем встаёт, кивая. Медленно подходит к окну и, в последний раз взглянув на меня, вылезает из него. Я падаю обратно на кровать, обречённо вздыхая. Чёртов Стив.. Почему мне вновь приходится думать о тебе?

***

С этого дня проходит около месяца. Наступает Рождество. Все люди в нашем доме суетятся: кто-то пытается повесить игрушки на ёлку, кто-то готовит рождественский ужин. Я сижу на диване, смотря на эту красоту. Я люблю, когда дома много людей. Ты чувствуешь уют и безопасность. Замечаю, как ко мне подсаживаются Лили с Алией (она вернулась около двух недель назад). Лили отдаёт мне кружку с горячим какао, и мы начинаем наблюдать за нашими парнями, которые пытаются растопить камин. – Чёрт возьми, ничего не выходит! – раздражённо кричит Тео, размахивая руками. Я смотрю на Лили и замечаю, как она посмеивается, любовно качая головой. Я рада, что мы – три сестры нашли любовь всей своей жизни (правда, у кого-то это получилось не с первого раза). Мы рискнули, уехав в совсем неизвестный нам город, и ни разу не пожалели. – Совсем скоро начнётся Рождество, надо бы позвонить родителям, – говорит Алия, наблюдая за парнями. Третий раз они не могут зажечь камин. Да что такое! – Ладно, пойдёмте ко мне, а то чувствую, – киваю я в сторону грустных ребят, – это надолго. Вместе смеёмся и всё-таки поднимаемся ко мне в комнату. Беру ноутбук, располагая его на кровати. Включаю Skype. Подождав, пока он загрузится, нажимаю на звонок, и мы ждём... Переглядываемся с девчонками. Мы около двух месяцев не связывались с родителями. Наконец, вызов принят, и мы видим в экране заплаканную маму... Но где же папа? – Мама? – тихо зову её я. – Дочки, – нежно улыбается она, стирая слёзы с щёк, – как вы? Сердце пропускает два удара. Почему мама плачет в Рождество? Что-то могло случиться. Папа... – Мам, мы в порядке. Что случилось? Она всхлипывает. Что-то серьёзное. – Я... – О Боже, уйди, женщина! Весь экран затопила своими слезами! – слышим грозный тон папы, а позже видим и его самого, – Она лук чистила, – поясняет отец, и мы выдыхаем. Чёрт, мы так напугались... Думали, что с папой что-то стряслось. Мама встаёт, говоря, что сейчас вернётся, и мы остаёмся наедине с папой. – Привет, красавицы! – дружелюбно говорит отец, – Мы замечательно живём, вот только соскучилась по вам. Как Лас-Вегас? – Па-а-апа, – хором тянем мы. Они скучают по нам, – мы тоже скучае-ем. В Лас-Вегасе отлично. – Я рад, – отвечает он и чешет затылок, вспоминая, что хотел сказать, – О, точно! С Рождеством, милые! В этот момент подходит мама, и вот уже оба родителя смотрят на нас. – Вас тоже с Рождество-ом! – вопим мы, и родители затыкают уши. Мы всегда так орём и они, кажется, уже отвыкли. После мама говорит, что кинули нам денег на карточку, чтобы мы купили всё, что захотели. Мы говорим, что привезём им подарки через пару недель, когда соберёмся их навестить. Пожелав друг другу приятного времяпровождения, мы отключаемся. Закрываю ноутбук и смотрю на Лили. Она плачет... Да и не только она. Я и Алия тоже все в слезах. Так всегда, когда мы разговариваем с родителями. Расстояние убивает. Проходит ещё пару минут, как в дверь стучаться и забегают радостные парни. – Мы зажгли его! Да-а! Мы улыбаемся, и они, наконец, замечают наши слёзы. Объясняем всю ситуацию, и каждый парень подхватывает свою девушку на руки, неся за праздничный стол, ведь через пять минут начнётся Рождество! Стоим за столом, держа бокалы с шампанским в руках. В доме всё завешано разными украшениями, ёлка вся в игрушках, за окном идёт снег, а на столе множество еды. Смотрим на часы, отсчитывая время. – Пять! Остин поворачивается ко мне. – Четыре! Обнимает меня за талию. – Три! Притягивает ближе к себе. – Два! Наклоняется в моему лицу. – Один! Шепчет: – С Рождеством, любимая, – и целует. Целует нежно, вкладывая в поцелуй всю свою любовь. А затем отстраняется, смотря на меня. Указываю на бокалы в наших руках, и мы чокаемся. – Я люблю тебя, – говорю я. Он улыбается, выпивая содержимое бокала. Мы вновь целуемся. Стоим на улице с бенгальскими огнями и смотрим на салют. И в этот самый момент я понимаю, что я самый счастливый человек на всём белом свете. У меня есть всё: любящие родители, верные друзья и самое главное – замечательный парень. Мы встречаем все вместе Рождество... Что может быть прекраснее? – Ребят, – окликает нас Тео. Мы поворачиваемся, – я бы хотел сделать заявление. Мы подходим ближе, ища подвох. Что он задумал? – Дорогая Лили, – нежно произносит Тео, встав на одно колено и достав что-то из куртки. Чёрт, это же кольцо! – мы знакомы не так много, как хотелось бы, но я уже знаю, что хочу связать с тобой всю свою жизнь, – смотрю на сестру, которая закрыла рот руками от удивления. Она плачет, – Я тебя чертовски люблю и хочу, чтобы ты была моей женой... Ты выйдёшь за меня? Лили смотрит сначала на меня, потом на Алию. Оглядывает Остина с Джеффри, а затем возвращает своё внимание к Тео. – Да, я согласна! – восклицает она. Тео улыбается и встаёт, крепко обнимая Лили. Отстраняется, одевает ей кольцо на палец, а затем целует свою, теперь уже невесту. Мы все радостно вопим. Лили подбегает к нам с Алией и крепко обнимает. Мы обнимаем её в ответ. Я безумно счастлива за неё. Жизнь – это удивительная штука. Она полна приключений. Она насыщена радостями и горестями. Бывает сидишь и кажется, что вся жизнь несправедлива. Но наступает тот день, когда ты встречаешь того, кто готов стать светом в твоей жизни. Залечить все твои раны и направить на путь истинный. Что бы не случилось в твоей жизни, нужно ждать, что счастья придёт и в твой дом. И когда оно придёт, не стоит отпускать его.