Don't leave me alone

Задерживаю воздух в лёгких и, не посмотрев на Тео с Лили, медленно начинаю спускаться на первый этаж, пытаясь задержать время. Но, чёрт, какой в этом смысл, если мне всё равно придётся открыть? Я уже почти около двери, когда резко останавливаюсь. А что, если мне не открывать? Кто бы это ни был уйдёт. Подождёт немного и уйдёт. Разворачиваюсь на пятках и только собираюсь уйти обратно на второй этаж, как замечаю стоящую на лестнице Лили. Сестра мотает головой и кивает в сторону входной двери. Разочарованно вздыхаю и иду открывать дверь. Медленно поворачиваю ключ, тянув время. Но вслед слышу недовольные возгласы Лили. Чёрт бы её побрал. Наконец, открываю эту грёбанную дверь, надеясь на визит Джеффри или Остина, но реальность порой так жестока. Передо мной стоит Стив. Собственной персоной. Если бы я не знала, что он в городе, я бы очень удивилась его визиту. Но не сейчас. С силой захлопываю дверь, но парень успевает её перехватить. Какого чёрта? Молча смотрю на него. Не хочу с ним говорить. Буду просто стоять и смотреть на него, пока он либо сам не нарушит молчание, либо не уйдёт. Хотя я больше склоняюсь ко второму. – Привет, – неуверенно произносит Стив, – Можно войти? – Не думаю, что тебе здесь рады, – слишком грубо отвечаю я, от чего парень отшатывается. Чего ты ожидал, Уотерс? Что я запрыгну к тебе на шею, целуя, и, говоря, как сильно я скучала? Как жаль, что этого не произойдёт, правда? Как он со мной, так и я с ним. Как бы это банально не звучало: я уже не такая, как раньше. Я не буду плакать (кажется, я выплакала всё ещё очень давно), я не буду умолять его остаться. Скорее всего, я его просто пошлю. Но ничего из этого я ему не говорю, а просто продолжаю испепелять его взглядом. – Грубо, но справедливо, – отвечает он, приглаживая отросшие волосы. Он смотрит на меня и, кажется, не знает, что сказать. А что здесь вообще можно сказать? Он бросил меня, как последнюю шавку... – Прости меня, Хел. Я очень виноват перед тобой, и... – Не стоит, Стив, – я выставляю руку перед ними, защищаясь, а мой тон холоден, но это ни чуть не сбивает парня с толку. Он этого вполне ожидал, когда сюда шёл, – Зачем ты пришёл? Он переминается с ноги на ногу, обдумывая ответ. Честно говоря, у меня нет никакого настроения и терпения ждать. Мне хочется поскорее, чтобы он ушёл. Ушёл раз и навсегда из моей жизни, как сделал тогда, очень давно. – Я был в Лондоне. Там так красиво, знаешь?.. Я думал о тебе и хотел, чтобы... – Мне наплевать, где ты был, понятно? Мне важно знать, зачем ты здесь. – Оу, я... – он прочищает горло, сцепив руки в замок, – Я скучал, Хел. Я осознал свою вину. Мне жаль, что я так поступил с тобой, и я хотел бы... – он говорит это настолько быстро, мне мне на мгновенье кажется, что он давно заготовил эту речь, – А что, если бы мы попробовали начать всё сначала, а? Как прежде? Вместо ответа я захлопываю дверь. Терпеть не могу, когда люди просят прощения, когда поступили так отвратительно. Прошло много количество времени, и я, правда, не думаю, что прощу его. По крайней мере, не в этой жизни. Наплевав на укоризненные взгляды сестры и её парня, бегу наверх и запираюсь в своей комнате. По сути дела, я должна позвонить Остину. Но, что я ему скажу? Что у меня за дверью стоит мой бывший и просит вернуться к нему? Как на это отреагирует парень? И я решаю, что пока Стив не несёт никакой опасности, Остину не обязательно о нём знать. По крайней мере, я ему точно не расскажу о нём. Ну, конечно, это сделала за меня Лили. Вчера (уже перевалило, кажется, за два-три ночи, поэтому это уже считалось сегодня), когда я легла спать, а Стив ушёл, сестра позвонила моему парню и рассказала обо всём. Совершенно обо всём. О том, как он первый раз навестил нас, но не нашёл меня дома; когда начал писать мне на телефон, а затем вновь нанёс визит. И сейчас передо мной сидит обеспокоенный Остин, держа мои руки в своих. И я не знаю, что делать: злиться на сестру или нет? – Остин, я в порядке. Не беспокойся, – обманчиво улыбаюсь, и Остин замечает мою наигранность, обнимая. Вдыхаю его аромат. Нет, сегодня он не надушен (вообще он никогда не душится, просто так получается, что из-за своей ежедневной работы он пахнет кофе и пончиками). Он пахнет свежим морозом. Сразу понятно, что он был на улице. Парень ничего не говорит в ответ, а просто водит пальцами мне по спине, успокаивая. И это, по правде говоря, действительно успокаивает. Дальше никто из нас так и не произносит ничего. Мы оба понимаем, что для того, чтобы поддержать, необязательно что-то говорить. Важно быть рядом. Просто быть рядом, когда кто-то из нас в этом нуждается. – Можем сходить за какой-нибудь вредной едой, например, пиццей, а затем посмотреть фильм. Что скажешь? – предлагает Остин, и я удивлённо смотрю на него. Он знает, в чём я нуждаюсь. Он понимает, что я расстроена, и он знает, как меня приободрить. Но удивляет то, что я ему не говорила об этом. Либо он сам догадался, либо его на это натолкнула Лили... О, чёрт, ну, конечно. Я киваю и встаю с кровати, заставляя Остина следовать за мной. Всё, что мне осталось сделать – это накинуть на себя свою джинсовку и кроссовки. Я это делаю и выхожу из дома, краем глаза замечая, что парень что-то прихватил из шкафа. Не уделяя этому особого внимания, продолжаю идти, пока не чувствую, что Остин завязывает мне на шею шарф, а на голову одевает шапку. – Эй, посмотри на меня. Из-за этой шапки я выгляжу лохматой и некрасивой, – обиженно дую губы, и Остин начинает смеяться. – Ты не права. Ты выглядишь милой, – он целует меня в висок и переплетает наши руки, начиная идти. Охаю и мысленно соглашаюсь с ним. Главное, чтобы он считал меня милой. Не окружающие, а именно он. Потому что он, вроде как, мой парень, и я должна выглядеть для него на все сто. До ближайшей пиццерии пару кварталов, но мы срезаем через дворы, поэтому доходим за каких-то пятнадцать минут. Заходим в помещение, и тёплый воздух приятно охватывает всё тело. Морщусь, привыкая к смене температур, и мы с Остином идём к кассе, чтобы сделать заказ. Заказываем две пиццы: «Грибную» и «Пепперони». Расплатившись, мы ждём ещё около двадцати минут, после чего возвращаемся снова домой. Дома мы быстро бежим в мою комнату (мы жадные и не хотим ни с кем делиться пиццей). Кладу пиццы на тумбочку, а сама заваливаюсь рядом на кровать. Смотрю на Остина, который неловко стоит около. Столько знакомы, а он до сих пор не понял, что может вести себя, как дома. Поэтому тяну его за руку, но не рассчитав силы, получается довольно сильно, от чего он падает прямо на меня. Болезненно вскрикиваю, потому что это действительно было больно. Придя в себя, я понимаю, что парень лежит прямиком на мне. И Остин это тоже понимает, поэтому пытается встать, но я снова тяну его за руку. Он такой тёплый, и его тело приятно давит на меня. Эта близость заставляет тугой узел образоваться и тянуть внизу живота. Нежно притягиваю его за шею, аккуратно касаясь своими губами его губ. Парень приятно мычит и пытается ответить, но я кусаю его, слегка оттягивая нижнюю губу. Остин явно в замешательстве, потому что не привык к таким выходкам со стороны меня. Улыбаюсь, снова целуя его, на этот раз разрешая ему ответить. Целует меня, углубляя поцелуй, но не пытается приоткрыть мне губы, проталкивая свой язык. Этот поцелуй ленивый и в нём столько нежности, что нам это обоим нравится. Отстраняется, и мы пытаемся восстановить дыхание. Остин убирает прядь, упавшую мне на лицо, и совсем тихо, еле слышно, произносит: – Ты такая красивая. Чувствую, как заливаюсь краской. Я не знаю, что на это ответить. Если я сейчас и вправду выгляжу хорошо или, как говорит Остин, красивой, то я, в любом случае, не могу это принять. С самого детства у меня были проблемы с самооценкой, критикой к себе. Хоть я сейчас и выросла, похорошела, привычки остались. Не любовь к себе осталась. – Спасибо, – так же тихо отвечаю я и притягиваю его за очередным поцелуем. Мне нравится целоваться. Это такой тесный контакт между людьми. Конечно, секс куда теснее, но в него не всегда вложены чувства. Но через поцелуй ты их чувствуешь. Ты чувствуешь, как к тебе относится человек. Как он это делает: грубо или, наоборот, нежно; пытается причинить боль или, наоборот, осторожничает. Влюблённый человек способен заметить это. Кладу руки ему на плечи, слегка надавливая. Поднимаю тело в воздух и оказываюсь сверху Остина. Наклоняюсь к парню и напоминаю о том, зачем мы здесь: – Пицца... Смеюсь и встаю с него, садясь рядом на кровать. Беру коробки с пиццей. Одну кладу на лежащего парня, другую к себе на колени. Открываю её и вдыхаю запах. Запах пиццы. Он такой прекрасный, и его с ни с чем не перепутаешь. – Это ведь не значит, что каждый съест по коробке с пиццей, верно? Потому что я тоже хочу попробовать «Пепперони», – говорит парень, приподнимаясь на локтях. Смотрю на пиццу на своих коленях, а затем на него. Снова на пиццу и на него. – Я подумаю, делиться ли с тобой или нет, – широко улыбаюсь и беру в каждую руку по куску. Остин тянет руку за тем, чтобы взять один из кусков в моих руках, но я лишь мотаю головой и кусаю один ломтик, а затем другой, следя за реакцией парня. Тот вскидывает брови и садится на кровать, как я минутами ранее. Выдыхает и открывает коробку с пиццей на его ногах. Слегка морщится, когда чувствует запах грибов (он не очень любит грибы, и мы её взяли чисто из-за меня), но всё-таки берёт в руки кусок, откусывая. Кажется, он плюёт на свою не любовь к грибам, потому что через мгновенье довольно мычит, с каждым разом захватывая ломтик всё больше и больше, пока он не заканчивается. А затем тянется за вторым куском. – Знаешь, я теперь даже согласен, что каждому достанется по коробке с пиццей. Я возмущённо смотрю на него, протестуя. Но я не согласна! Он так вкусно её ел, что мне самой захотелось. – Нет, я тоже хочу! – Я подумаю, делиться ли с тобой или нет, – он цитирует меня несколькими минутами ранее и начинает смеяться, – Нет, я серьёзно. Она чертовски вкусная. Бью его по руке, и пока он трёт ушибленное место, краду один ломтик. Показываю язык и победно улыбаюсь, запихивая почти целый кусок в рот, давясь. Да, есть красиво перед парнями, да и в целом, перед людьми – это то, чего у меня не отнять. После просмотра, кажется, четвёртой серии Teen Wolf, мы спускаемся вниз. Пока Остин обувается, собираясь пойти домой, я стою около, наблюдая за ним. Когда-нибудь, чуть позже я попрошу его остаться с ночёвкой. Не сейчас, когда я не готова к этому. Странно, но со Стивом было всё противоположно к этому. Он, кажется, на второй или третий день нашего знакомства остался. Но мы ничего не делали. Даже спали в разных комнатах. Но с Остином я такого не хочу. Если он и собирается остаться у нас, то только в моей комнате и в моей постели. Чтобы я проснулась утром, лёжа у него на груди. Слышать, как он слегка сопит и пытается притянуть к себе ближе. А когда он проснулся, то нежно поцеловал бы меня в уголок губ, а затем мы бы вместе пошли чистить зубы, и... Заткнись, Хел. Останови свою фантазию. Открываю входную дверь, чтобы выйти с Остином на порог, но замечаю Стива, держащего руку напротив дверного звонка. Мгновенье парень смотрит на меня, а затем переводит взгляд на стоящего рядом Остина. Я готова провалиться сквозь землю. И всё бы ничего, пока парень не начинает говорить: – Привет. Ты, должно быть, Остин? Я, Стив, бывший Хел, – Уотерс протягивает руку для рукопожатия, а Остин поворачивается ко мне, вскидывая брови.