Когда скрывать уже нет смысла

       Вечер выдался невероятно длинным. Кажется, он тянулся невероятно долго. Особенно тогда, когда мысли пожирали голову, словно вирусы. Такое происходило редко, но сейчас совсем другой случай.        Чонгук никогда не думал, что столкнется с проблемой взаимности или невзаимности своих чувств так рано. Да еще и с мембером группы. Когда–то хёны шутили по поводу того, как близко дружат Чонгук и Тэхён. Они тогда еще стеснялись друг друга, потому что это было как–то слишком. Казалось чем–то запредельным и даже немного неприличным. Уже тогда внутри немного покалывало оттого, как они заботились друг о друге. Чонгук был совсем невинным ребенком, но время летит очень быстро, сейчас по нему даже и не скажешь, что он – макнэ группы. Но для хёнов он навсегда останется младшим, за которым надо ухаживать и приглядывать. Они всегда принимали активное участие в его выборе чего–либо и четко знали, чего хочет Чонгук.

* * *

       Но сейчас только он в праве выбирать так, как думает, и ошибку допустить ни в коем случае нельзя.        Снова тот самый момент, когда замирает сердце, к горлу подкатывает ком и ничего сказать невозможно. Вот он. Тот самый человек, который пробуждает бурю эмоций внутри, который может вырвать все остатки души, который в силе опустошить мир или наоборот, наполнить его чем–то необыкновенным, по–настоящему желанным. Тэхён стоит, опустив голову. Практически сразу поднимает ее и смотрит куда-то сквозь Чонгука, прожигает взглядом, выжидая, пока легкий ступор покинет младшего. После размеренного выдоха макнэ, старший тихонько говорит. – Привет. «Как же в тему, Тэ–Тэ» – Заметил про себя Чонгук. Они виделись за этот день больше, чем обычно, но сейчас поздороваться было просто необходимо. Всё, как в первый раз. – Привет. – Коротко отвечает макнэ. Он облегченно выдыхает, потому что помнит заветные слова лучшего друга: «Раз он тебя поцеловал, значит, чувствует то же самое». – Как ты? «Я обязан был спросить. Я должен убедиться, что он в порядке» – Тэхён смотрит все так же серьезно, немного смущая Чонгука, но старается не обращать на это внимание. Потому что, блин, еще немного, и он сам зальется красным румянцем. – Всё хорошо. – Чонгук улыбается, уже не скрывая того, как сильно рад, что Ви вообще пришёл. – Заходи.        Тэхён легонько улыбается в ответ и проходит к окну. Макнэ закрывает дверь и слышит тихое: «Нам надо поговорить». Неуверенно кивает и садится на кровать. Кажется, что сейчас от этого разговора будет зависеть вся его жизнь. От части, так и есть. За окном совсем темно. Тэхён прокручивает в голове варианты начала разговора. За окном больше нет никаких пар, идущих за руку. Да и это уже не важно, главное, что его пара рядом.        В любом случае, этого разговора не избежать. Голова взорвется от терзающих ее мыслей, и заснуть будет невозможно, если они не поговорят. Ви поворачивается лицом к младшему и на выдохе начинает очень неуверенно: – Я даже не знаю, как начать... – Он невольно заводит руку за голову, поглаживая волосы. – Слишком много надо сказать и объяснить... – Я чувствую то же самое, хён. – Вдруг перебивает его Чонгук. В комнате повисло секундное молчание, после которого вообще трудно что–либо говорить. По сути, они уже признались друг другу, но с другой стороны, находятся на расстоянии, которое все никак не могут преодолеть. – Правда? – В это действительно непросто поверить. Либо Шуга был прав насчет того, что все настолько просто, либо Тэхён тупит. Чонгук кивает. – Мне было очень страшно признаться в этом даже самому себе. – Он отвечает честно, потому что так настроился. Легче все сказать и решить, наконец, проблему, которая мучает его уже очень долгое время, чем еще месяцы держать это в себе. – Хён... – Ты уверен в этом? – Тэхён немного подается вперед. Описать то, что происходит внутри него нереально. Одним словом это называется безумием. – Мне очень плохо без тебя, хён. «Да что ты заладил, хён–хён...» – Проносится в голове у Ви. «Почему он так это выделяет?». Сейчас Чонгука не узнать. Он не смотрит в глаза, он как будто сам себе признается. Но говорит он четко, почти уверенно, с нотками волнения и безысходности.        Внутри Тэ всё буквально расцветает. Тот букет чувств, которые он скрывал уже долгое время, может, наконец, выйти наружу и раскрыться на полную. На душе ощущение расслабленности, воодушевления и чистоты. Рядом с ним человек, который может еще больше украсить этот букет, а так и будет. Ви не упускает тот факт, что, возможно, в прошлой жизни они уже были вместе, потому что эта невидимая нить между ними существовала с самого начала. Без объяснений их тянуло друг к другу на подсознательном уровне. И это прекрасно, на самом деле. Взаимные чувства – это лучшее, что может произойти в жизни подростков, если поступить правильно. Поэтому старший настроен серьезно. Тэхён подходит к младшему и нагибается так, что их головы соприкасаются лбами.        Черт, он снова это делает. Заставляет раствориться в своих мечтах, когда обжигает дыханием и сверлит уверенным и нежным взглядом. Это надо заканчивать. Чонгук закусывает губу и выдает последнее: –Не оставляй меня больше.        Теперь точно ждать нечего. Это самые дорогие слова на свете для Тэ. Оба парня облегченно выдыхают и смотрят друг другу в глаза, потому что теперь можно. Как же долго они ждали этого момента, когда смогут всё высказать. Не стенке, не подушке, не Чимину, а именно наедине. Чтобы никто не помешал, это нереально круто. Тэхён улыбается и не выдерживает. Он так же, как и в первый раз, кладет руку на шею младшему и приближается, и снова ждет, пока тот даст свое согласие. И, когда скрывать уже нет смысла, Чонгук тоже улыбается и едва ощутимо соприкасается своими губами с губами Тэ. Наконец–то можно почувствовать свободу, вот эту самую настоящую свободу, которой так давно не было. Больше не будет никаких терзаний, мучений и до жути ненавистного одиночества, когда идешь домой и знаешь, что там только компьютер. Всё прошло, остались только влюбленность и родной человек. Остановиться невозможно, да и ненужно. Тэхён целует нежно и одновременно жадно, потому что очень долгое время хотел и ждал. Возможно, они бы еще долго наслаждались близостью друг друга, но выходные, к сожалению, закончились, и завтра вставать нужно рано. Ви вовремя вспоминает об этом, поэтому, нехотя отрываясь от Чонгука, второй рукой поднимает его и крепко обнимает, прижимая к себе настолько сильно, насколько можно.        Все замечательно. Наконец, оба добились своего. – Спасибо, Тэ... – Выдыхает макнэ и утыкается старшему в плечо. Возможно, стоило добавить: «Спасибо за то, что ты есть», и еще довольно много различных признаний в любви, но это лишнее. И Тэ это прекрасно понимает. – Я рад, что мы всё выяснили. – Ви легонько стучит по спине Чонгука и отстраняется. – Завтра вставать рано, погнали спать, сегодня был очень напряженный день. – Тэхён пытался выглядеть серьезным, пока не увидел ухмылку на лице макнэ. – Да что ты говоришь? – Младший сделал как бы удивленное лицо, будто это не он терзал себя первую половину дня и вечер. – Ой, ну спи уже, мелкий... – На самом деле эта невинная шутка очень задела Тэ, потому что он примерно представлял, как мучил себя ожиданием Чонгук. Его было очень больно представлять, как–то даже по-особенному больно.        Поначалу казалось, что из этого безвыходного положения и нависшего молчания не вырваться, что парни снова будут сторониться друг друга. Но на то, чтобы облегченно вздохнуть и сказать себе: «Смирись, все уже хорошо» у них мозгов хватает, поэтому сейчас они спокойно переодеваются, еле заметно улыбаясь. Чонгук как всегда очень быстро переоделся и направился расправлять кровати. В принципе, он всегда так делает, и сейчас ничего не изменилось. Ну, кроме того, что теперь Чонгук и Ви вместе. Тэхён совершенно спокойно подходит сзади и тормошит волосы младшего, пока тот расправляет кровать хёна.        Сказать, что парни вымотаны, значит, ничего не сказать. Моральная и физическая усталость берет свое. Тэхён плюхается в кровать, закутываясь в одеяло, на что Чонгук усмехается и идет выключать свет. Когда он уже хотел лечь в кровать, вспомнил, как некрасиво поступил тогда, в зале. Да, только сейчас до него дошла эта мысль. Поэтому он подошёл к кровати Тэхёна, который, кстати, наблюдал за каждым движением макнэ, и сел рядом. – Хён, ты ведь не обижаешься, что я тогда убежал?        Учитывая то, что мозги уже отключились, до Ви не сразу дошло, о чем пытается спросить Чонгук. Он начал вспоминать все, что произошло за день, и только через минуту вспомнил про зал. Тэхён берет Чонгука за руку и резко тянет на себя. Тот не удерживается на носках и падает прямо к Тэ в крепкие объятья. – Главное, чтобы сейчас не убежал.

* * *

       В общежитии очень темно. Практически ничего не видно. Чимин лежит и сверлит потолок взглядом. Он ждет, пока на соседней кровати заснет Хосок, и тогда сможет выйти в коридор. Пак в курсе, что сейчас там, за дверью напротив его лучшие друзья мнутся и пытаются выразить свои чувства друг другу. Любопытство берет свое и, не выяснив, заснул ли Хосок, Чимин выходит из комнаты и тихонько подкрадывается к двери, прислоняясь к ней ухом. Похоже, чертова дверь очень плотная, потому что рыжеволосый практически ничего не слышит. Едва различимое: «Не отпускай меня больше» и снова всё, как в тумане... Но то, что это сказал Чонгук, не было никаких сомнений, значит, всё получилось. Чимин уже давно ловил на себе косые взгляды Тэхёна, который явно неравнодушно относился к тому, как макнэ и Пак развлекались. Это даже немного забавляет, если бы не еще одни глаза.        Пак всегда был убежден, что он для Юнги что–то типа пустого места, иначе это никак не описать. Однако так хочется иногда присоединиться к нему и другим старшим для обсуждения очередной песни. Да, Чимин же не камень, он тоже ревнует Юнги. Периодически эта ревность превращается во что–то ненормальное, когда хочется подойти к старшему, отобрать телефон и сказать: «Алло! Оторвись уже от него, посмотри на меня!». Но младший всегда жмется и вскоре покидает комнату, дабы не тревожить личное пространство хёна.        Чимин обреченно вздыхает, вспоминая Чонгука и Тэхёна. Хоть у кого–то все хорошо. Он встает и идет по недлинному коридору, а потом выходит в широкий холл с окнами с видом на город. Всё бы было замечательно, если бы не черный силуэт человека, сидящего на просторном подоконнике. В этом силуэте Пак различает знакомые черты лица, такие аккуратные и красивые, от которых невозможно оторваться. Даже в темноте видно, какие белоснежные волосы у этого человека, как он облизывает губы. Такая вот у него соблазнительная привычка, которая лишает рассудка. Какого черта здесь забыл Шуга? Он специально что ли Чимину попадается на каждом углу? Парень решает просто подойти к окну, не обращая внимания на хёна, и спокойно стоять, будто ничего не происходит. Хотя в душе понимает, что так не получится. – Вы сегодня решили все меня игнорировать? – Как–то слишком холодно говорит Юнги, не поворачивая головы. – Я не игнорирую, мы с тобой уже здоровались сегодня. – Ну, да. Если можно это так назвать. – Раздается легкий смешок, и Шуга лениво чешет затылок. – Чего ты вдруг не спишь? Поздно уже, иди, ложись. – А что не так? – Чимин цепляется за первые слова Юнги, которые звучали очень двусмысленно. Они настолько заинтересовали Пака, что он даже пропустил мимо ушей то заботливое предложение в конце.        Шуга удивленно поворачивает голову. Его взгляд очень теплый. – В смысле? Ты про что? – Нет, ничего… – Чимин понимает, что не сможет ничего сказать, поэтому просто отрывается от окна и опускает голову, сложив руки на груди. – Давай признавайся, что случилось, и я пойду. Действительно поздно. – Парень слез с подоконника и подошёл к Чимину очень близко. Как-то даже слишком. Он и правда был готов уйти прямо сейчас. «Ты серьезно?» – Пронеслось в голове Пака. То есть сейчас он может высказать всё, что думает и чувствует, а Юнги просто так возьмет и уйдет. По–другому это называется безразличием. Сейчас Чимин очень сильно злится внутри себя, посылая Шугу на все четыре стороны. Он нервно набирает воздух в легкие, готовый сорваться в любой момент, но спокойно выдыхает, оставив все свои мысли глубоко в сознании. Юнги удивленно смотрит на него, но не уходит и настойчиво ждет ответа. – Ничего. Просто... Ты долго будешь еще надо мной издеваться? – Резко начал Чимин. Юнги опешил от такого вопроса и немного дернулся назад. Пак поднял голову и продолжил. – Ты меня постоянно подкалываешь, не упускаешь ни одного момента, чтобы упрекнуть в чем–либо, не даешь прохода, а потом, как ни в чем не бывало, улыбаешься, будто все нормально, так и должно быть… – Неловкая пауза, пока оба приходили в сознание. – Ты меня даже к Хосоку не ревнуешь! – Резко выпалил Чимин, подавшись вперед и сразу же закусив губу. Зачем он это сказал, не знает никто, просто не выдержал. Их взгляды столкнулись. С одной стороны, Пак очень хотел сказать: «Забудь», но больше всего хотелось дождаться реакции Юнги. Тот едва заметно улыбнулся уголками губ. – А должен? – Старший не скрывает радости в глазах. Они буквально светятся, как никогда не светились. Чимин уже хотел что–то сказать, но не успел, потому что… – Иди сюда… – Шуга закинул руку на плечо Паку и потащил к комнатам.        На самом деле, Чимин даже рад такой реакции. В любом случае, Юнги не послал, и это уже замечательно. Младший действительно очень боялся признаться, несмотря на то, что упрекал макнэ в обратном. Юнги идет сейчас рядом, он обнимает и тихонько радуется, это всё, что нужно сейчас, когда было реально одиноко. Коридор кончается слишком быстро, но Шуга не торопится выпускать Пака из рук. – Завтра обо всем поговорим. Прекрати волноваться и спи спокойно. – Юнги смотрит прямо в глаза, тепло улыбаясь. Чимин неуверенно кивает, как бы всё еще волнуясь, но на самом деле просто выбивает из старшего такие же теплые, как и его улыбка, объятия. Бинго, он их добивается. Даже если Шуга и выглядит очень строгим и холодным, он всегда смягчается перед младшими. И выбить из него эту нежность легче, чем кажется. Чимину вообще можно не напрягаться, на самом деле. Юнги крепко прижал к себе Пака, положив голову ему на плечо, вдыхая едва ощутимый запах одеколона. Несколько секунд, как вечность. Стоять бы так еще очень долго, но сейчас очень сильно клонит в сон обоих.        Напоследок Чимин улыбается и провожает взглядом хёна, пока тот не скрывается за дверью. Хосок спит без задних ног, хотя особо не уставал. Пак падает в кровать, закрывает глаза и прокручивает все моменты десятью минутами ранее. Он, конечно, очень хотел, чтобы Юнги отреагировал положительно, но не настолько… «Прекрати волноваться и спи спокойно». И Чимин засыпает.

* * *

       Рыжеволосый спал очень неспокойно и проснулся первым. Он хотел немного поваляться, но вдруг вспомнил, что Тэхён и Чонгук могут спать вместе, и их могут, мягко говоря, спалить. Чимин тихонько поднимается и на носочках идет в соседнюю комнату. Он заметил, что Хоуп вертится, значит, скоро проснется. Пак открывает дверь напротив.        Предчувствие его не подвело. Очень замечательная картина: Чонгук и Тэхён действительно спят вместе. Чонгук лежит с краю, крепко обнимая любимую игрушку Тэ, тихо сопит и иногда ворочается. Но у него особо не получается, потому что рядом примостился Тэхён и, как Чон обнимает игрушку, обнимает младшего, утыкаясь кончиком носа в его мягкие волосы. Если их не разбудить, они опять проспят полдня, но сейчас нельзя… Чимин прикрывает дверь и подходит к краю кровати. Он присаживается на корточки и пальцем ведет по носу Чонгука. Все прекрасно знают, что если он крепко заснул, то его войной не разбудишь, но утром Чон всегда спит чутко. Поэтому от первых же прикосновений просыпается и невольно улыбается. Он тихонько потягивается, чтобы не разбудить Тэ, и удивленно смотрит на Чимина. Тот кивает в сторону двери и шепчет: - Сюда в любой момент могут зайти хёны. Отмазки вряд ли прокатят, они всё поймут… - Чимин знает о том, что макнэ немного стесняется признаться хёнам, что у них происходит с Тэ. Только Паку, потому что это лучший друг. Рыжеволосый снова улыбается, смотрит на младшего и краем глаза замечает, что Тэхён тоже проснулся, но сообщать об этом не собирается. - Чимин... – Губы Чонгука снова невинно растягиваются в улыбку, а руки сильнее сжимают игрушку… - Я… - Я уже понял, очень рад за тебя. – Очень хочется сказать «за вас», но Тэхён, похоже, мысленно прожигает Пака глазами. Чонгук облегченно выдыхает, не подозревая о Тэ сзади. Ему сейчас меньше всего хочется прекращать это и лежать так еще очень долго. Осадок, конечно, остался неприятный от осознания того, что они терзали себя очень долго и не признавались, но это уже в прошлом. Чонгук и Чимин понимают друг друга с полуслова. Просто по взгляду можно уже определить, о чем дальше пойдет речь. А после Ви и макнэ речь всегда идет о самом Паке и, конечно же, Юнги. Младший уже хочет начать, но Чимин начинает резко мотать головой, округляя глаза до невозможности. Он встает, опять мило улыбается и также тихо говорит. - Потом расскажу. – На эти слова Чонгук вздергивает бровь и по-доброму усмехается. Да, он все понял, что-то явно было. Скорее всего, произошло это так: случайная встреча, косяк Чимина, последствия. И ведь угадывает. Одно непонятно – почему Чимин уходит именно сейчас, на самом интересном? Рыжеволосый отворачивается к двери и практически прямо отвечает на немой вопрос Чонгука, правда, обращается не к нему. – Доброе утро, Тэ.        И уходит. Чон все понимает, представляя, как Тэхён все внимательно слушал и пытался вникнуть в разговор. Любопытный от природы, бывает, ему можно. А еще немного ревновал, наверное, хотя сам понимает, что зря. Чонгук никуда уже не убежит. Вот он, прямо перед ним, в крепких объятиях и совершенно спокойный, значит, все хорошо. Он притягивает младшего еще ближе, полностью зарываясь в волосы и коротко целуя того в затылок.        Он не видит лица Чонгука, но чувствует, что тот улыбается. Потому что до одури приятно. Плохо то, что надо вставать. - Привет. – Тихонько говорит Тэ, еще сильнее прижимая к себе макнэ. Тот заметно смущается, опустив голову, но отвечает, не подавая виду. - Доброе утро. – Чонгук чувствует, что сильно краснеет, поэтому по максимуму отводит взгляд. Это не остается без внимания Тэхёна. - Чонгук-а, не бойся меня, я ж не обижу, ты знаешь… - Все надежды на то, что Ви не заметил смущенного Чонгука, провалились. Но когда-то же ему надо будет сделать шаг первому? Поэтому он решает повернуться и посмотреть в озорные глаза старшего, который явно попытается еще больше обескуражить Чона. Так и есть. Тэхён беззаботно улыбается, так и нарывается ведь. - Я знаю. – Чего уж там говорить, когда улыбается Ви – то и все вместе с ним, потому что у него очень обворожительная улыбка на самом деле. Дело даже не в том, боится он – не боится, а в том, что перед человеком, который нравится до дрожи в руках, всегда происходит подобное. Смущение, некий страх, нервы.        Все мысли отходят на второй план, когда Чонгук, поборов стеснение, утыкается носом в грудь Тэхёна и закрывает глаза, не желая просыпаться. Ви усмехается, но не возражает, хотя прекрасно понимает, что хёны могут войти в любой момент и нарушить эту идиллию. Возможно, он даже хочет, чтобы они узнали, но это подождет... Чонгук засыпает практически сразу, странно, конечно, но очень мило. Тэхён привстает, опираясь на локоть, и тихонько говорит: - Ты такой смешной, мелкий...        Макнэ вмиг просыпается, чувствуя горячее дыхание на затылке. К свету привыкает не сразу, поэтому немного щурится и поднимает голову. - Почему? - Потому что мелкий.        Логика, конечно, улетела куда-то далеко, не обещая вернуться. Да она сейчас, собственно, и не нужна. Чонгук снова смущается. Он уже привык, что старшие называют его по имени, ведь вырос же. Но Тэхёну можно, потому что это Тэхён. Потому что это человек, изменивший жизнь макнэ еще 3-4 года назад, когда они только-только встретились и сразу подружились. Помимо этого, Ви в придачу познакомил с замечательным другом – Чимином, который невероятно красиво поет и танцует.        Тэхён немного отодвигается, тяжело дыша, кончиками пальцев поднимает подбородок Чонгука и прислоняется всё ближе и ближе... Чонгук тихонько сопит, но знает, что можно. Раздается щелчок дверной ручки. - Упс, ребят, я не вовремя? – На пороге комнаты стоит Чимин и, не на секунду не теряя уверенности, прикрывает за собой дверь и продолжает. - Ребята, я все понимаю, но буквально через пару минут сюда зайдет Хосок или Джин, все проснулись уже. Чонгук резко оборачивается, на что Тэхён недовольно хмыкает, быстро кивает. Старший покидает комнату. Макнэ встревожено вздыхает и снова поворачивается к Тэ. - Надо вставать... - Я понял, – на самом деле, всё ясно кроме одного момента, – Чимин-хён в курсе? - Да... – Тэхён неодобрительно наклоняет голову. – С самого начала все знал. - С самого начала?        Чонгук, одеваясь и краснея одновременно, кивает. - А ты что думал, что все это происходит только из-за того, что было вчера?        Тэхён встает и начинает тихонько смеяться. Когда Чонгук заправил кровать и готов был уйти, старший, схватив макнэ за руку, притянул к себе, не давая пути отхода. - А что вот это такое «все это происходит»? – Акцентируя внимание на последних словах, спросил Ви. Он нежно обнимал Чонгука за пояс, утыкаясь лбом в лоб младшего. Сильно смущаясь, Чонгук прерывисто дышал и всячески отводил взгляд. Всё только началось, и тут на тебе… Тэхён стал немного напористее, что от части пугало, но он все равно прекрасен. - Я не знаю… – Не то что бы Чонгук не знал, что происходит, просто он не мог описать это. Ну, или боялся одного слова, слишком уж оно громкое. Вообще все казалось очень странным. Да, макнэ всегда тянуло к Ви. Да, они были лучшими друзьями с Чимином вместе. Да, потом они просто стали не разлей вода вдвоем. Да, потом случился какой-то сдвиг, и в груди обоих стало неожиданно ёкать на появление друг друга.        Но здесь что-то не то. Тэхён почему-то не выглядит больше таким беззаботным и простым для понимания. Конечно, это на прямую было связано с Чонгуком. Сейчас он просто откровенно залип на Тэ, немного вгоняя в краску старшего. Но тот особо не растерялся, приблизился к уху Чона и тихонько прошептал: - Это называется встречаться, Чонгуки…        Мягко говоря, макнэ парализовало. В его понимании «встречаться» это немного другое, хотя по сути эти двое уже спали в одной кровати вместе и целовались. Произошло это, правда, за одну ночь, но не в этом суть. Внезапно Чонгук для себя осознал, что ему даже нравится, когда Тэхён не ищет каких-то предрассудков и просто отдается любимому человеку. Это приятно. Чувствовать со стороны любовь, заботу, нежность, тепло и одновременно защиту. И пусть это всего лишь ночь и утро, не стоит отказываться от того, что хотел. Да, все происходит очень быстро, но у этой парочки было и так много времени, чтобы все обдумать.        Поэтому Чонгук кивает, хитро улыбается и, воспользовавшись недоумением Тэхёна, быстро целует его, оставляя влажный след на щеке. И убегает. Старший стоит и улыбается, как дурак. Улыбка не слезает с лица. Мир как будто остановился и больше не хочет двигаться. И Тэхён тоже не хочет его двигать дальше, потому что сейчас все просто замечательно. В комнату с шумным возгласом «Ты только проснулся?!» влетает Хосок, лихорадочно заправляет кровать Ви и уносит парня за собой в коридор, потому что «Ты видел сколько времени?!». К черту это время.

* * *

       Чимин заходит в ванную комнату и начинает умываться. Он любит ухаживать за лицом и делать всякие разнообразные процедуры по утрам, особенно тогда, когда есть время. И сейчас оно есть, хоть и немного. В помещении светло, воздух чистый, легкий и очень свежий. На такой позитивной утренней нотке Чимин решает начать день, как в комнату заходят Шуга и Намджун. Настроение вмиг меняется. Рыжеволосый сразу же прячет взгляд, сам не зная, куда делась его уверенность. Он нервно сглатывает и пытается вслушаться в разговор.        Хёны как обычно о чем-то спорят. Причиной их спора может стать любая мелочь, поэтому во время «интеллектуальных и очень важных» разговоров их никто не трогает. Намджун, заметив, что Чимин закончил заниматься своим лицом, маневренно махнул рукой, и младший послушно отошёл. Слева, в шаге от него стоит Шуга. Он непринужденно смотрит на лидера и продолжает о чем-то говорить. Чимин уже не пытался включиться в разговор и просто сверлил взглядом Юнги. С одной стороны, его полусонный профиль без косметики очень красивый, выглядит мило и, что греха таить, очень привлекательно. С другой же, Шуга не обращает внимания на Чимина. Ну, они перекинулись парой приветственных фразочек, и на этом все закончилось. Хотелось большего. Вчера вечером Юнги пообещал поговорить с ним. Погрузившись с головой в свои мысли, Чимин не заметил, как старшие сменились у зеркала. Вскоре Намджун покинул ванную комнату, закинув свое любимое полотенце на плечи и оставив Шугу с Паком наедине. Юнги практически бесшумно моет руки и молчит, как рыба. Чимин, сложив руки на груди и улыбаясь уголками губ, стоит сзади и смотрит, не отрывая глаз от хёна. Тонкие белые руки, которые едва не сливаются с цветом волос, узкая, но очень изящная спина, обтянутая черной футболкой и умопомрачительные плечи, которые Чимин часто трогает, потому что ему можно и очень нравится. Вот только сейчас это будет немного не к месту, поэтому он просто продолжает стоять, а после, когда Юнги уже хотел уйти, спрашивает: - Кажется, ты хотел поговорить со мной? - Хотел, но не сейчас, я не проснулся еще. – Блондин зарывается лицом в полотенце и облегченно выдыхает, после чего закидывает его на плечи, как лидер. – Чимини, попозже.        И спокойно выходит, прикрывая за собой дверь с противным скрипом. Сначала Пак кривится, потому что он что, серьезно? Вчера Чимин практически все сказал Юнги, чтобы понять, что он чувствует. Это разговор не просто важный, он просто жизненно необходимый. Парень чувствует, что сегодня время будет тянуться очень долго. Немного поглощает некая злоба, но потом Пак расслабляется. Его назвали «Чимини». И это очень ему нравится.