Та самая

Идиллия. Слишком чистая идиллия живёт в отношениях Мартина и Маринетт. Их частое общение на разные темы сблизило их, а каждая неудача сделала отношения крепче. Хлоя на это не могла смотреть. Как и каким образом такая простушка, как Маринетт, смогла завести такое хорошее общение с китайцем? С начала ей было наплевать на то, как будут развиваться их отношения, потому что теория, возникшая в её голове, гласила: нельзя за такой короткий период времени понять свои чувства к человеку и тем более их развить, да ещё и сохранить. Но теперь, когда же теория опровергнута, можно брать инициативу в свои руки и сделать всё возможное, чтобы у Маринетт Дюпен-Чен не было взаимной любви. Разбить сердца… О, она это умеет довольно хорошо. Пора узнать, на что способна многолетняя практика школьных дней на этой слишком уж много возомнившей о себе брюнетке!

***

«Что стоит для меня, Хлои Буржуа, делать то, что мне хочется? Ничего! Ладно, давай, Хлоя, ты же такая умная и коварная! Что тебе стоит унизить Маринетт на глазах у всех? Ты же получаешь от этого блаженство. Так действуй.» Прозвенел звонок. Как раз не вовремя. Я зашла в класс и села рядом с Сабриной, которая что-то уже писала то в одной, то в другой тетради. Что ж, она мо… нет! Она тоже никто, как и прочие — никто в этом мире. И вообще, как она их терпит?! «В этом мире кроме таких, как мы с Адрианом, мест нет!» Наверное, прошло пол урока. Идей так и нет, ну, если бы точнее, есть, но отнюдь не новые. Подножка, расстегнуть сумку… Бр, было! Никакого разнообразия! И что же они подумают: смотрите, у Буржуа идеи иссякли! Мда… Хотя нет, постойте. Есть идея! Да, она не нова, но про неё и никто не знает. Молодец, Хлоя! Осталось только подключить к этому Сабрину и дело в шляпе. — Сабрина, — прошептала Буржуа. — У меня есть план, в котором важной частью твоей миссии будет сказать сегодня Маринетт, что бал перенесётся на полчаса. — Полчаса? Не мало ли? — Самое то. — Больше ничего не нужно? — Ты хотя бы это сделай! — Блондинка повысила голос, но после продолжила достаточно тихо. — Там посмотрим. — Э, Хло-оя, а когда Адриан вернётся? — О, поверь, скоро. — Девушка усмехнулась и почувствовала, как на лице появилась довольная ухмылка. Свою основную задачу она выполнит сегодня. Всё зависит от этой Сабрины. И чем бы она занималась, не будь у неё Хлои? Наверное, сидела бы в уголке или завела подругу, а может даже друга. Блондинка содрогнулась от последней мысли. Ещё одно подтверждение того, что она пропадёт. В общем, у каждого гения должен быть ассистент. Ладно, прошла минута после окончания последнего урока. И почему эта заставляет ее, Хлою, ждать?! Пришла… — Где ты так долго была? — Дочь мэра повысила на неё голос. «Ради неё одной, бедные мои связки!» — Я ждала, понимаешь, ждала! И знаешь кого? Тебя! — Про-ости, Хлоя. — Рыженькая девушка опустила голову вниз. — Сделала? — Д-а. А что за план? — Увидишь всё сама, а теперь пошли. О, этот план идеален и главное прост. Буржуа была на все сто уверена — он добудет свой успех! И ей больше нечего было сказать на этот счёт.

***

— Сильно спешишь? Может, останемся немного в библиотеке? Там, уроки поделаем. — Мартин поправил свою челку цвета ночного неба. — Звучит заманчиво, но думаю, сейчас не время. Надо хорошенько подготовиться к сегодняшнему вечеру. — Ладно, значит, приглашение всё ещё в силе? — Как тебе угодно. — На лице Мари отразилась хитрая улыбка — То есть, тебе не угодно? Ты против? — Он не не на шутку разволновался, но показывать этого не стал. Мало ли, что она подумает. Правда спокойное, как у удава, выражение лица немного смутило девушку, но та тоже свои чувства показывать не стала, а лишь ответила: — Вскоре все узнаешь сам. Мне пора, до следующей встречи. — Она помахала рукой и побежала в сторону выхода. Сегодня нужно всё успеть до половины седьмого, благо Сабрина предупредила девушку об этом. — Я всё ещё не понял, это «Да»? — Друг мой, тебе парик мозги не греет? — Из бокового кармана портфеля высунулась недовольная мордочка чёрного котёнка. — Справка предоставляется при поддержке сыра камамбер. — А для друзей скидка не делается? — Поэтому и делается: вам справка предоставляется. В это время брюнетка выбежала из здания. Что ж, быть супер героиней круто! Во-первых — всегда хорошая фигура, во-вторых — ловкость, в-третьих — сила и в-четвертых — физическая выносливость. И именно эти факторы помогли Мари в мгновение ока оказаться дома, в своей комнате, где в шкафу девушка уже что-то искала. — Вот оно, идеально! — воскликнула она, снимая с вешалки чехол для одежды. — Это та самая твоя недавняя работа? — к Мари подлетела красная квами и зачарованными глазами осмотрела бежевый чехол. — Если ты про содержимое, то да, — улыбнулась брюнетка. — О, ты мне так, кстати, и не разрешила посмотреть! — лапки квами находились по бокам, её большие васильковые глазки были сужены, а маленькие губки были выгнуты вниз. Со стороны выглядело бы очень мило, если бы не сердитый взгляд, который, казалось, испепелял подопечную. Посмотрев на свою квами, Леди ничего не оставалось, как показать свою самую яркую, по её мнению, улыбку и состроить щенячьи глазки. — Не обижайся, сегодня ты не только его увидишь. Но и мой лично придуманный образ, сочетающий в себе необычную причёску и даже макияж, тоже сможешь узреть. — Уууууууу-уууууу, кажется, кто-то действительно влюби-ился по уши, — пропела малютка. Щеки Мари, ровно так же, как уши, покрылись розовым румянцем. — Ты… эй, не надо такое обсуждать сейчас, я могу и опоздать из-за того, что слушаю тебя. — Девушка быстро схватила халат и комплект нижнего белья из шкафа, бросила на кушетку платье, подбежала к люку, спустилась вниз и забежала в ванную комнату. Прошло больше сорока минут. Если это почти свидание, то всё должно быть идеально. Из сухих волос она заплела высокую шишку, покрыла её лаком, надела нижнее бельё, поверх него — бирюзовый халатик, который завязала пояском и, накинув капюшон на голову, вышла из ванны, поднялась к себе в комнату и подошла к кушетке. Причёска — одна из самых важных вещей. Она должна идеально сочетаться с образом. От неё будет зависеть, какой макияж стоит нанести. Хотя с другой стороны, обычный лёгкий макияж, который девушка решила сделать, подойдёт ко всему. О, сейчас их так много. И даже к одному такому платью может подойти несколько десятков. Но выбор был сделан ещё до того, как Мари обещала Тикки показать новый образ. Пора было приступать. Девушка расплела шишку, открыла верхний ящик туалетного столика и взяла ободок-резинку, украшенный по бокам нежно розовыми цветами. Надев его на голову так, что бы концы ободка держались за виски, закрутила локоны в полуокружность, находящуюся на затылке, достала плойку, подключила её к розетке и принялась по очерёдности крутить локоны. Ну вот, теперь причёска готова. Мари подошла к кушетке, расстегнула чехол, достала оттуда платье и надела его. Элегантное вечернее лёгкое шифоновое лавандовое платье с оболочкой кона, длинной чуть выше колена, на широких бретелях, с асимметричным подолом. Оно подчёркивало контуры её аккуратной груди и осиной талии. «Необходимо что-то для бала… Буду верить, что вечернее подойдёт. Та-ак, посмотрим.» Девушка присела на колени так, чтобы спина оставалась ровной, и осматривала нижнюю полку, где стояли ботинки, балетки, парочка кроссовок и кед, сапоги, пара ботильонов и туфли на платформе и шпильке. Так как это был больше бальный вечер, выбор её остановился на последнем, поэтому каблуки она и достала. Бирюзовые туфли — довольно смелое и даже немного неожиданное решение, которое подошло к образу благодаря такому же тону, что и у платья. Мари подошла к туалетному столику, открыла второй слева ящик, достала пудру, губную помаду и тушь; тонким слоем она нанесла основу для макияжа кожу, тушь — на ресницы. Когда же открыла коробочку с тенями, недолго думая, нанесла на веки нежно-розовые тени. Убрав все эти «атрибуты красоты» на место, из верхнего ящика достала флакон духов и красную коробочку. Девушка слегка пшикнула духи на ключицы, на кисть и на палец; пальцем провела от шеи до мочки уха. Открыв заветную коробочку, брюнетка увидела серебряное украшение длиной около шестнадцати сантиметров, не считая сантиметрового изумруда в виде капли, надела его на себя. Прежде чем уйти, Маринетт взяла в руки сумку, в которой уже лежала белая кофта и мирно сопела Тикки, прижимая к себе упаковку печенек, и поцеловала в щеку маму. Париж вечером был особенно прекрасен. Уличные фонари рассеивали свет, создавая некий уют, вокруг гуляло не так уж и много народу — видимо, большинство сидели или дома, или в кафе, а может даже уже танцевали на дискотеках в честь наступившей пятницы. Птицы почти не пели, иногда разносились звуки клаксонов автомобилей, да и сами автомобили, несмотря на вечер, не прекращали своего движения по шоссе. На горизонте виднелась красная полоса, что говорило о заходе солнца и приближающейся ночи. Этот, как и многие другие вечера, был спокойным, по крайней мере для Ледибаг и Кота — Бражник вот уже как неделю не делился с миром своим негативом через темных бабочек, что не могло не радовать. Хотя спокойные дни — хорошие побудители фантазий и даже чувств. Печальных, может злых, но иногда и самых светлых, таких как сострадание, доброта, любовь. Любовь, искренняя и тёплая, заполнила сердце девушки. Сейчас она помнила, что чувствовала к Адриану и как эти чувства зародились. Именно тогда Мари поняла — от ненависти до любви один лишь шаг. И не важно, что оригинал звучит по-другому. А сейчас Мартин. Что в нём такого, что она смогла так быстро полюбить? Много чего. Но самое главное тут то, что нет того, чего бы ей не нравилось в нём, а это, поверьте, самое главное. Погрузившись в мысли, девушка и не заметила, что уже поднялась по лестнице и стояла перед дверьми коллежа, из которого уже доносились спокойные мотивы мелодий, что говорило о бальной тематике дискотеки. Теперь Маринетт была уверенна: её образ идеально соответствует вечеру и из-за того, что на ней нет ни брюк, ни кроссовок, ни прочей молодёжно-спортивной атрибутики. Мари глубоко вздохнула и открыла стеклянную дверь. Полумрак; иногда синее свечение запечатлевалось на вальсирующих парах. Когда же она спустилась вниз, то приложила ладонь к губам, так как заметила среди танцующих пар Алю с Нино, которые, будучи прижатыми к другу, вальсировали. Чувства искренней радости за подругу наполняли её параллельно с чувствами беспокойства. Где Мартин? Неужели она так сильно задержалась? Видимо, да. К ней подошла учительница. — Я уж думала, что ты не придёшь. Всё в порядке? Почему опоздала? — А на сколько я опоздала? — На двадцать минут. Так что случилось? Образ? — Нет, просто… подождите. Сабрина, она мне сказала придти на тридцать минут позже! — Что ж, тогда понятно. — Учительница осмотрела её с ног до головы. — Ты великолепно и, самое главное, подходяще выглядишь, Маринетт! Хорошего вечера. — Спасибо. — Девушка улыбнулась. — Вам тоже. — Сначала ей было жаль учительницу, которая надела на себя лазурного цвета платье до колен и распустила свои волосы, а пришла одна. Но, заметив симпатичного молодого человека, галантно подававшего ей руку, успокоилась и пошла в толпу искать того, из-за кого пришла. «Аля с Нино, а Мари с Марти….» — Мысль прекратила своё течение, как только она увидела Мартина, которого прижимала к себе Хлоя, а тот прижимал её к себе, держа за талию, покрытую красным, кажется шёлковым, платьем до колен. Время, казалось, замерло, а земля начинала уходить из-под ног.

Я знаю, что-то есть в улыбке твоей, И то же самое я вижу в глазах, А та любовь, что казалась сильней, Меня сегодня оставляет в слезах.

То, что она видела, казалось страшным сном. Девушка стояла на месте. Все надежды начинали рушиться, не оставляя после себя ничего: ни чувств, ни воспоминаний. Только сейчас, только горькое сейчас, что губило, пожирало всё внутри.

И в этой жизни нет того волшебства И счастья любви — мечты не сбылись.

Зачем, зачем так быстро и так больно? Зачем чувства вообще зарождались? Почему так мало просит взамен так много? Слёзы, а они на что? Где они? Почему их нет, где эта ярость, боль, слабость в ногах и тому подобные симптомы? Видимо, слишком больно, чтобы испытывать хоть какие-то эмоции и чувства. К безэмоциональной Маринетт подошел Натаниэль и пригласил на следующий танец. Следующей танец? Когда песня успела закончиться? Всё происходит слишком быстро, когда нет чувств. А откуда им быть, когда ты в пустоте, где нет времени, а есть лишь боль, которую нельзя выпустить? Она улыбнулась. Улыбка, смешно, ведь это уже рефлексы тела: улыбнуться тому, кто улыбнулся тебе. Песня. Старая, возможно, песня. Чуть-чуть понятны слова. Слова, которые были понятны и будто специально написаны — так похоже на ее ситуацию.

У меня есть всё, что мне нужно. Я ни в ком не нуждаюсь. Я знаю, что выживу. Знаю, что останусь в живых Я останусь наедине с собой. Я сейчас не хочу в ком-либо нуждаться. Это время лишь для меня. И никто не сможет его у меня отнять.

Что держит в ней чувства к нему? Ничего! Нет смысла больше быть влюблённой дурочкой! Пора открыть в себе своё альтер-эго — Ледибаг. Сильную и ни от кого не зависящую Леди. Другого способа заглушить свою боль нет. Нет смысла рушить чью-либо любовь. Тем более, если любишь — отпусти. Что, если Мартин использовал её, чтобы добиться Хлои, и всё эти упрёки, задирки, были подстроены для того, чтобы унизить Мари? Да пускай! Только вот теперь эта самая Маринетт знает, что она сильна даже без красной маски в чёрный горошек.