Та самая

Дорогие мои читатели. Я сама не ожидала такого размаха главы, не планировала ее такой, какой она в итоге вышла. Всё изменилось в этой главе лишь потому, что автор посмотрел вторую серию про Камни Чудес и на последних минутах серии буквально утопал в слезах. И продолжает в них тонуть при повторном просмотре. В общем — вдохновение. Люблю вас /^*^/ — Обещай, слышишь, обещай, что вернёшься! Если не сможешь, обещай найти себе кого-то, слышишь?! Мартин, обещай мне хоть что-то. — Она больше не могла сдерживать нахлынувший поток солёных слёз, что и так не прекращались. Её аквамариновые глаза смотрели в его сапфировые, ища необходимую поддержку. Вот тот день, та самая минута, когда она обязана отпустить своего горячо любимого человека с волосами цвета ночного неба. Тот день, после которого она не сможет заглянуть в его прекрасные, но неживые глаза, причину безжизненности которых Мари так и не поняла. Не услышит его приятный тембр голоса, его смешные шутки и не примет участие в его столь увлекательной беседе на разные темы, и не важно, что есть средства связи на расстоянии, позволяющие увидеть и услышать человека, в каком бы он конце Земли не находился. Через технику по-настоящему чувств не передашь. А поцелуй? Он был один, не исключено, что первый и последний. Или она будет целовать экран, камеру? Бред. Вот они — минусы разговоров на расстоянии — нельзя прикоснуться и почувствовать телесного контакта и тепла других. — Хэй, я обещаю, мы увидимся скорее, чем ты можешь себе представить. — Правда? — она подняла голову с мокрой от слёз рубашки и посмотрела на него как ребёнок, потерявший свою самую дорогую игрушку и только что узнавший, что ему помогут найти её. — Правда. — Мартин мягко улыбнулся и прижался своими губами к её. Как не хотелось отрываться… Но воздух в лёгких обладает свойством кончаться, да и потом, он ведь «опаздывает на самолёт». — Так значит, ты любишь меня? — голос был тихим, немного хриплым, но нежным. — Да. А ты? — Чуть сильнее, чем ты меня, — усмехнулся он.  — Эй, я тебя сильнее, — упрямо ответила девушка. Каждое слово сопровождалось тихим всхлипом. — Если я скажу, что любим мы одинаково, ты согласишься? — Да, но только потому, что не хочу с тобой сейчас ссориться. — А в другое время захочешь? — он наклонился к её шее и слегка задел её губами, отчего девушка покраснела и вздрогнула. — Не бойся, я не вампир. — Откуда мне знать? — хихикнула Мари. — Миледи, мне пора. До скорой встречи. И спасибо за то прекрасное время, что я провёл с тобой. — И тебе тоже. — Она всхлипнула. — Подожди, «миледи»? Неужели у Нуара нахватался? — Можно и так сказать. Он нравится девушкам… — Он? Возможно… — То есть тебе Нуар нрав… — Кажется кто-то опаздывает, — печально улыбнулась девушка. — Я ещё не закончил. Разговор откладывается на короткое время. — Мартин вплотную подошёл к девушке, убрал с её лица иссиня-чёрную чёлку на бок и поцеловал любимую в лоб. Большего он себе позволить не мог — желание уже трудно было держать в узде. — Я тебе обещаю, увидимся мы быстрее, чем ты можешь себе представить. Брюнет развернулся на пол оборота и направился в сторону регистратуры, постоял там немного и развернулся в сторону Мари, которой уже не было видно. После парень направился прямо по коридору и зашёл в мужской туалет. Зайдя в кабинку, он открыл чемодан и достал привычную для Адриана одежду. Правда снимать рубашку, к которой недавно прижималась Мари, совсем не хотелось. Но образ Адриана не должен терпеть изменения, по крайней мере сейчас. Не составило труда стянуть с себя столь надоедливый, и не важно, что почти не портящий волосы, парик. Достав из чемодана привычную чёрную футболку и белую рубашку с рукавами в три четверти, блондин вышел из кабинки, подошел к раковине и принялся смывать с лица любые намёки на грим. Осталось лишь снять с глаз линзы и можно продолжить возвращение к нормальному виду. Адриан аккуратно приложил подушечки чистых пальцев к глазам, снял линзы, убрал их в маленький контейнер и положил его в карман рубашки. Париж, встречай Адриана Агреста! Он официально вернулся в этот мир, правда не совсем в нормальном виде, но это временно. Юноша забежал в кабинку и вышел оттуда всё тем же блондином, только теперь тёмные джинсы и чёрные кроссовки сменили морковные кеды и синие джинсы. Придерживая в руке чемодан, Адриан направился в зал ожидания.

***

Посмотрев немного на брюнета, стоявшего у стойки регистрации, Мари тяжело вздохнула, пытаясь сдержать слёзы, отвернулась и пошла в сторону стульев, где села на самый крайний в последнем ряду и положила голову на ладони. Смешно осознавать тот факт, что слёзы до сих пор продолжали идти нескончаемым потоком, а когда она увидела Мартина с Хлоей — их не было вообще. Будто тогда она поняла, что брюнет её и только её, а эта Хлоя лишь недоразумение, которое нужно убрать из своей жизни. В хорошем смысле слова. Брюнетка откинулась на спинку стула и печально оглядела потолок. Из колонок, стоявших наверху колонн, прозвучал женский голос: «Самолёт „Париж — Пекин“ приземлился на посадочную полосу номер пять.» Ещё чуть-чуть осталось до того, как самолёт улетит. Мари твёрдо для себя решила, что покинет аэропорт тогда, когда взлетит самолёт, который увезёт из Парижа Мартина Линга на долгое время. Девушка закрыла глаза на мгновенье, но тут же почувствовала, как чья-то рука легла на её плечо — Приятно осознавать, что тебя встречают. — Этот голос показался Дюпен слишком знакомым и она повернула голову к источнику звука. — Адриан, привет, — получилось не самое яркое приветствие, но удивительно было то, что оно вышло без заиканий. — Ну, может пойдём? — улыбнулся парень. — Если хочешь. Я побуду здесь ещё немного. — Она устремила свой взгляд в пол. — Кого-то ждёшь? — Скорее провожаю… Блондин провёл взглядом зал. — А кого именно? «Самолёт „Париж-Пекин“ взлетел», — раздалось из динамиков. — Уже никого. — Девушка тяжело вздохнула. — Пошли. — Мари встала со стула и почти поплелась в сторону выхода, не поднимая голову. Адриан пошёл следом за ней. Нет, так больше не может продолжаться. Он не может тупо идти и делать вид, что не замечает, как ей плохо, как она пытается сдерживать слёзы, всхлипы… Это выше его сил. Когда же они вышли из аэропорта и направились в сторону небольшого сквера, откуда можно было сесть на метро, блондин ускорил шаг, встал прямо перед Маринетт и схватил своими руками её плечи. — Маринетт, скажи, что случилось? — начал из далека парень. — Ничего особенного для чужих ушей, — отрезала Мари — Дело в Мартине, да? — он заметил, как девушка вздрогнула и скептически посмотрела на него. — Ты его знаешь? — спросила она, а потом пробубнила себе под нос: — Точно, знаешь, — и уверенно вслух спросила: — И причём тут он? — Я знаю, то есть, он знает, что ты знаешь, что он сказал, прежде чем ты сказала, что… — Можно ближе к делу? — Брюнетка оборвала спутника и перевела взгляд на мило воркующих голубей. — Я, то есть Мартин, который… — он тяжело вздохнул. — Тебе Мартин, перед вылетом говорил, что вернётся быстрее, чем ты думаешь. — Откуда ты знаешь? — во взгляде, который перевела на парня девушка, можно было уловить нотку волнения и удивления. — Понимаешь, дело в том, что я… — Юноша потёр рукой затылок. — Дело в том, что я и есть… Мартин, — свой псевдоним он чуть пропищал, ожидая реакции девушки. Маринетт посмотрела на него с сочувствием и положила свою руку к нему на плечо. — Адриан, спасибо за поддержку, но не стоит меня успокаивать. Это пройдёт через какое-то время, может, через всю жизнь… когда-нибудь пройдёт. Я надеюсь. Прости, мне надо идти. — Девушка сняла его руку с плеча и уже было хотела двинуться, как руки собеседника крепко схватили её ладони. — СТОЙ! Я не вру. Вспомни… Помнишь нашу первую встречу? Тогда ещё полил дождь, а до этого ты спасла меня от лекций Хлои про то, какие мы все ничтожества. — Он улыбнулся. — Может то, как я пригласил тебя в кафе на кофе с мороженым? Смешно, правда? Ты тогда ещё надела мятное платье до колена, которое тебе очень шло. Или то, как ты ухаживала за мной, после того как на меня напали… — «Напала акума, и ты стала моей защитой» . — Может, вечерние прогулки, посиделки в библиотеке? — Я помню всё, — всхлипнула она. — Я поняла почти всё… Но так и не поняла, зачем всё это? — Так удивительно, я всегда считал, что мне нужна уверенная в себе девушка, хотя сам оставался неуверенным в себе. Мартин родился из образа сильного человека, который поможет мне найти себя в этом мире. Для меня все те чувства, что я испытывал при тебе, были первыми искренними и взаимными. Именно ты, Маринетт, открыла мне самого себя. Мечта найти хорошего друга, который будет со мной искренним, честным и примет меня таким, какой я есть, сбылась. И это ты. Всё то, что делал Мартин для тебя, делал и Адриан. И ровно так же, как Мартин любит тебя, люблю и я. Даже ещё сильнее. Знаю, возможно, это покажется глупостью, нюнями, и ты не захочешь принять и полюбить меня настоящего, я хочу, чтобы ты знала, что я нуждаюсь в тебе так же, как и в кислороде. В моей голове это звучало лучше… Но не это сейчас важно. Я приму любое твоё решение, сделаю всё, что хочешь, лишь бы ты меня простила. И попрошу взамен всего одну просьбу: стань моей спутницей на завтрашнем вечере. Маринетт стояла и смотрела в его зелёные глаза, в которых заметила не только печаль и грусть, но и влюблённость, и искренность. Этот факт просто казался невозможным. Адриан, сам Адриан Агрест, объект её давнего обожания, оказался её возлюбленным, проводившим с ней два месяца, два! — Значит, это чистая правда? — Абсолютно, миледи. — Так ведь миледи говорит Кот, когда обращается к Ледибаг. — Знаю. Так он выражал ей свою искренность, уважение и любовь, ровно так же, как делаю сейчас это я. — Я влюбилась в тебя дважды… Я просто мечтала о тебе, не думая о том, какой ты уверенный или неуверенный. Просто жила грёзами о тебе, — усмехнулась девушка. — А я просто был слепым и не видел то, о чём мечтаю сейчас, когда вижу тебя рядом. — Правда? — Чистая и абсолютная. — Он нежно взял её за руку и повёл вглубь сквера как можно быстрее. Она поддалась и уверенно пошла за ним. Подростки дошли до небольшого почти что безлюдного места, где слышны были лишь трели птиц и шелест листьев. Парень дошёл до скамейки и встал на колени перед девушкой, протягивая ей синюю коробочку. — Маринетт Дюпен-Чен, ты будешь моей девушкой? Брюнетка закрыла руками рот, едва сдерживая слезы, но это было лишь от счастья. Когда же она убрала руки от лица, на нем сияла нежная и такая искренняя улыбка. Девушка смогла произнести лишь одно слово: — Да. Адриан выпрямился и подошёл к брюнетке настолько близко, насколько мог, нежно взял свободной ладонью щеку девушки и притянул к себе, касаясь своими губами её. Их губы встретились не в первый раз, но сейчас не чувствовался вкус слёз, разочарования и сопротивления. Губы Адриана были мягкими и прохладными, от чего Мари чувствовала, как подкашиваются ноги. Блондин старался вложить в поцелуй всю нежность и все свои чувства, он хотел большего. Его губы чуть приоткрылись, изменяя угол, а затем вновь обрушились на губы Мари; он обхватил руками талию брюнетки. Её руки скользнули вверх по затылку, чтобы зарыться в его густые, пышные волосы. Но это не могло продолжаться вечно. Воздух закончился раньше, чем ожидалось. Адриан мягко, но нехотя отстранился от губ девушки и медленно открыл глаза. В её аквамариновых глазах отражалась нежность, искренность, любовь, счастье и даже искорка азарта. Щёки покрылись малиновым румянцем, нежно-розовые губы были слегка приоткрыты, чёлка чуть взъерошена и скошена на бок. Мысленно ему хотелось запечатлеть этот момент навсегда, но тут же эту идею перебила другая — повторить ещё раз. — Та коробочка, открой её. — Он тяжело дышал, протягивая из-за пазухи маленький предмет. Девушка отвела взгляд от бездонных глаз парня на его ладонь и взяла в руки коробочку. Когда же девушка открыла бархатную крышку, то увидела колье, состоящее из нескольких рубинов, находящихся в нескольких миллиметрах друг от друга. Адриан наклонился к её уху и прошептал:  — Я хочу чтобы оно украшало твою шею на завтрашнем вечере. — Это… приказ? — её губы были близки к мочке его уха. — Абсолютный. — И он снова коснулся её губ, но она позволила ему сделать это лишь на секунду. — Что ж, тогда до завтра, котик. — Если встретимся раньше, ты не будешь против? — А если буду? — Я всё равно приду к своей леди, чего бы мне этого не стоило. — Блондин чмокнул любимую в щёку, и, взяв за руку, повёл девушку в сторону входа в метро.

Слушай сердце свое! Ведь оно не молчит! И неистовый ветер в окно нам стучит! Это ветер любви нам счастье несет! Слушай сердце свое! Лишь оно нас спасет!