Бесконечность

      - Милый, все хорошо...слышишь? Все в порядке, я с тобой... - прошептала я почти умиравшему Гасу.       Он смог только лишь кинуть на меня свой взгляд и слегка улыбнуться уголком рта, как он это всегда делает.       Я долго думала, что же было бы со мной, если бы Гас не выжил? Ведь он был так близок к смерти... Эта мысль заставляла меня только глубже впадать в депрессию, в которой я провела почти всю свою жизнь. Но я все же понимала, что Гас жив. Как бы близко он не был к смерти - он жив.       - Как ты себя чувствуешь? Можешь поговорить со мной? - я так сильно волновалась за него.       - Хейзел Грейс... - его остановила слабость, — ты же понимаешь... Понимаешь, что мне сейчас чертовски фигово? - и снова поднял он уголок рта.       Я прекрасно понимала, что ему хреново, но мне так хотелось услышать его голос, который всегда меня успокаивает.       Через десять минут моих посиделок у него в палате, зашли его родные. Еще через двадцать минут, все покинули палату. Ко мне подошла мама Огастуса, обняла за плечи и подбодрила:       — Хейзел, мы тоже за него волнуемся. Но, поверь мне, с ним все будет в порядке! Доктор сообщил, что ему нужно остаться в больнице на неделю или две.       Я улыбнулась, попрощалась с родителями и родственниками Гаса и вышла из больницы. Конечно же, мама уже ждала меня в машине.       - Ну привет, Патрик-мама, — посмеялась я открывая дверь машины.       - Привет, родная. Как там Огастус? С ним все хорошо?       Я сама не до конца понимала, хорошо ли с ним все, или же нет, но раз уж он остался в живых...       - Да, с ним все в порядке. Ему нужно полежать в больнице около полторы недели.       Мама поцеловала меня в лоб, задев канюлю.       - Оу, мам... - поправила я канюлю.       Примерно через тридцать минут мы были уже дома и смотрели «Топ модель по-американски». Но все-таки я волновалась за Гаса. Конечно, доктор сказал что он идет на поправку... Но мало ли что могло случиться? Может, метеорит из космоса решит приземлится именно в больницу Огастуса? Или, может быть, террористы выберут здание для обстрела именно больницу? Конечно, это были глупости... А может и нет. Каждые пять минут я думала: «А как там мой Гасси? Все с ним хорошо?».       На часах уже было одиннадцать. Мама заставила меня пойти в спальню. Там я взяла ноутбук и начала читать письмо с моего e-mail. Парочка реклам, ничего больше. Около часа ночи, я решила что пора спать. Самостоятельно (что для меня большой прогресс) я подключилась к моему ИВЛ. Перед сном меня конечно же начали атаковать мысли о самочувствии Гаса. И утешала я себя фразой: «Хейзел, возьми себя наконец в руки! Что может случиться, м?» Да много ли чего? Спорила я сама с собой. После пару штучек бешеных мыслей, я провалилась в сон.