Как всё начиналось или в меня влюбился эмо-фрик

Патрик всё-таки заболел. Простуда появилась в тот же вечер, ближе к ночи температура подскочила до 39, и Стамп почувствовал в теле жуткую слабость и головокружение, что заставило миссис Стамп очень сильно забеспокоиться. Она ни на шаг не отходила от сына, пичкая его всякими лекарствами, лишь бы тому стало лучше. Разумеется, на следующее утро он остался дома. Патриция тихо вошла в комнату, дабы не разбудить сына и еле слышно подошла к кровати Патрика и положила ему ладонь на лоб, проверяя наличие температуры. Трик, почувствовав прикосновение к своему лбу, завертелся и проснулся. Чувствовал он себя лучше, чем вчера, но всё равно паршиво. — Патрик, как ты? — ласково спросила мама, присаживаясь на краешек кровати и убирая мешающее пряди волос за ухо. — Не очень, — ответил Пат, переворачиваясь на бок. — Лоб всё еще горячий, так что сегодня отлежишься дома, — заботливо сказала Патриция, поправляя складки на одеяле. Голос ее был тихий и приятный, от чего Патрик чувствовал покой. — Я сделаю тебе чай с малиной, а ты пока переоденься. Наверное, вспотел, пока спал. Патрик кивнул, а миссис Стамп улыбнулась и вышла из комнату, прикрыв за собой дверь. Трик перекатился обратно на спину и тяжело вздохнул. Как же ему фигово. А всё из-за кого? Вспомнив вчерашний день, Патрик, наверняка бы, покраснел, если бы ему сейчас не было плохо. И как ему теперь смотреть Питу в глаза? Однако, Патрик понимал, что с каждым днём Питер нравится ему всё больше и больше, но отчаянно это отрицал. Пат откинул одеяло и сел, свесив ноги с постели. Рукой он нащупал очки на тумбочке (предварительно уронив всё на пол) и сразу же надел их на себя. Еле-еле встав, он подошел к шкафу и достал сменную одежду, в которую поспешил переодеться. Через пять минут пришла мама с кружкой чая в руках и загнала сына обратно в кровать. — Тебе нужен постельный режим, — сказала она, когда Патрик вновь забрался под одеяло. — Твоя температура ещё не спала, так что лучше поспи ещё. — Хорошо, — выдохнул Трик, беря в руки и не много отпивая чай из кружки. — Мне надо будет идти на работу, так что после обеда прими таблетки, — она положила какие-то таблетки на тумбу около кровати. — Если станет хуже, сразу звони. — Хорошо, — вновь повторил парень, выпив уже почти весь чай. Патриция с любовью смотрела на своего сына и улыбалась. — Какой же ты у меня хороший, — сказала она, гладя его по голове. — Мам… — Знаю-знаю, — рассмеялась она, — но, это же правда. Ты у меня самый лучший. — Я тоже люблю тебя, мам, — Патрик слабо улыбнулся и протянул ей пустую чашку. — Отдыхай, — сказала мама, и, поцеловав сына в лоб, встала и вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Трик вернул очки на тумбу и откинулся на подушку, прикрывая глаза. Сон тут же принял парня в свои объятия и тот блаженно отдался ему. Хоть и спалось ему не очень хорошо, Пат чувствовал, что часть его усталости прошла. Проснулся он от ощущения чего-то мокрого на своем лбу, но глаза не открыл, решив притвориться спящим. Послышался хлопок двери, а через какое-то время звук мотора на улице. Значит, мама поехала на работу. Звуки на улице стихли и теперь Патрик лишь слышал, как негромко постукивают ветки, раскаченные ветром, по окну. Патрик положил руку на лоб, обнаруживая там влажную и прохладную тряпку. Так вот что это было. Пат перевернулся на бок и, придерживая тряпку, стал шарить рукой по полу в поиске часов, которые он уронил на пол несколькими часами ранее. Когда рука, наконец, нащупала будильник, парень притянул его к себе и посмотрел на время. «10:24» О, — подумал юноша, — уже второй урок идёт. Надо будет позвонить на перемене Энди. Поставив часы обратно на тумбочку, Патрик взял с неё свои очки. Спать пока не хотелось, чем же занять себя? Вдруг послышался стук в окно. Через пару секунд еще один. Патрик нахмурился. Неужели из-за температуры у него появились галлюцинации? Стук вновь повторился и, наконец, решившись, Патрик вылез из-под одеяла и пошёл к окну. Он несмело открыл его, как тут же в него просунулась голова Вентца. — Привет! От неожиданности, Патрик вскрикнул и отпрыгнул от окна, а Пит, как ни в чём не бывало влез к нему в комнату. Какого чёрта?! — Что… я…как… второй этаж же… — растеряно произнёс Патрик, неотрывно глядя на Вентца. — Ой, да брось, — сказал тот, окончательно залезая в комнату, — ты же знаешь, что у тебя, очень удачно, растет плющ во всю стену, по которому я и забрался. — А-а-а, — потянул Пат, всё еще не до конца понимая, что происходит. Пит в его комнате. И скорей всего, это не глюк. Ага. Но вот вопрос, что он тут забыл? — Кхм, Пит, что ты здесь делаешь? — осторожно поинтересовался Стамп, не сводя взгляда с Вентца. — У нас же сейчас уроки. — Ты не пришел и я заволновался, что с тобой что-то случилось, — пожал он плечами, — и поэтому я смылся после первого урока. — Но тебе же влетит. — Да пофиг, — махнул рукой Питер и стянул с себя куртку. — Не в первой уже. — Ладно… Патрик кивнул и поплёлся обратно к кровати. Ему захотелось забраться под одеяло и накрыться им с головой. Как только он лёг на постель и отвернулся к стене, до него дошло, что только что произошло. Резко развернувшись, он сел и впился взглядом в Пита, мать его, Вентца, который сейчас стоял посреди его комнаты. Не то чтобы Патрик был не рад его видеть, как раз наоборот. Пат сам от себя не ожидал того, что будет рад видеть Питера. — Хэй, Пит, — опоздало поздоровался Трик, улыбаясь. — У-у-у, — протянул Пит, подходя к постели. — Так ты всё же заболел. Он снял уже тёплую ткань со лба Стампа и убрал мокрую чёлку в сторону. — Ага. — Я сейчас, — сказал Вентц и вышел из комнаты. Вернулся он буквально через минуту с тряпкой в руках. — Ложись. Патрик послушно лёг и Пит положил холодную ткань ему на лоб. — Какая у тебя температура? — Утром была 37,8. Питер ничего не ответил и присел на край кровати, не смотря на Стампа, когда тот, в свою очередь, не сводил с гостя взгляда. — Так ты… — произнёс больной, — сбежал с уроков ради меня? Пит кивнул. — Мне приятно, — улыбнулся Трик. Вентц, наконец-то, повернулся к нему лицом, приподняв бровь.  — Болезнь странно на тебя действует. Ты сегодня через чур дружелюбен со мной, Кексик, — с усмешкой сказал он. — Болезнь тут не при чём… Просто… я много думал сегодня ночью и… мне надоело. Надоело врать самому себе… Пит поражено смотрел на Стампа. Прошло около минуты и Пит уже поддался вперёд, намереваясь поцеловать Патрика, но тот натянул одеяло до самой макушки и губы Пита пришлись в одеяло в область щеки Стампа. — Ты дурак что ли, — пробубнил Трик, вылезая из-под одеяла, — я же болею. — Я не боюсь заразиться. — Да почему я вообще должен давать тебе целовать меня? Мы даже не встречаемся… — А ты хочешь? — тут же оживился Пит. — Ой, всё, — сказал Пат, снимая тряпку со лба и кладя её на тумбу. Питер весело рассмеялся. — Ох, Патрик, ты себе не изменяешь, — сказал он сквозь смех. Пат ничего не ответил, а только сел, облокотившись на спинку кровати. — Кстати, — неожиданно воскликнул Пит и, вскочив с места, побежал к своему рюкзаку, который он бросил возле окна, как только влез. Он какое-то время копался в нём, а после что-то достал и вернулся обратно к кровати, держа руки за спиной. — Угадай, в какой руке, — улыбаясь, произнёс он. — О, да брось, — закатил глаза Стамп, — ты серьёзно? Тебе сколько лет, Вентц? — В како-о-ой? — пропел Пит, стоя на своём. Трик тяжело вздохнул и кивнул на правую руку Питера. Тот радостно улыбнулся и вытащил руку из-за спины, протягивая Патрику… кекс? Пат покосился на выпечку в руке и нахмурив брови, спросил: — Что это? — Маффин, — пожал плечами Пит. — Нет, — мотнул головой Стамп, — ты не понял. Я имею в виду… что это? — тупо повторил он, сдавшись переформулировать вопрос. Питер рассмеялся и сунул кекс Пату в руку. — Это маффин моей мамы, — сказал он, доставая вторую руку из-за спины, в которой так же была выпечка. — Мама утром их испекла и я взял ещё один для тебя, чтоб дать в школе, но ты не пришёл, — он пожал плечами и откусил маффин. — Оу… — растеряно произнёс Трик, вертя в руках лакомство. — Спасибо. Выглядит аппетитно, — он приблизил маффин ко рту и откусил небольшой кусок. — М-м-м, он еще и с шоколадом? Кекс словно таял во рту и был безумно вкусным. Патрик не заметил, как уплёл его буквально за минуту. Доев последний кусочек, он откинулся на спинку кровати и блаженно замычал. — Это был самый вкусный маффин в моей жизни. Пит, услышав это, тихо рассмеялся и отломил половину своего кекса и протянул Стампу. — Кхм, кстати, Пит, — сказал Патрик, принимая кусок, — я хотел… кое-что спросить у тебя. — Правда? — удивился тот. — И что же? — В первый день, что мы познакомились… ты…эм… ты сказал мне… такую фразу… блин, в общем, спустя месяц, я всё же решусь спросить. Ты не хочешь объясниться? Питер перестал жевать и внимательно посмотрел на Патрика, видимо, обдумывая, что сказать. — Ну, — начал он, почесав затылок, — если честно, то хрен знает. Это первое, что пришло мне в голову… Да, возможно это звучит дико, но это было то, о чём я тогда подумал. Не то чтобы я какой-то там похотливый самец или типо того, просто… ты мне сразу приглянулся, вот и всё, — он пожал плечами и отправил последний кусок маффина в рот. — Вот так просто? — Ну да, — кивнул Вентц, облизывая пальцы. — Я человек прямой, что думаю, то и говорю. — Я заметил, — хихикнул Патрик, поедая питовый кусок, которым тот поделился. — Думаю, это одна из тех черт в тебе, что мне нравится. — Ты уверен, что я не могу тебя поцеловать? — спросил он. — Определенно, — весело рассмеялся Патрик, а следом за ним и Пит. Он точно влюбился в этого эмо-фрика.