Новая жизнь.

Следующий день стал для юноши сущим адом. Парень тяжело привыкал к поставленным меткам, так как организм был на стадии изменения. Голова болела и кружилась, словно омега не спал несколько недель, метки жгло огнем, как будто Риму воткнули два раскаленных штыка прямо под ключицы. Ко всему прочему на душе скреблись кошки от печального осознания собственной беспомощности. Эти альфы так жестоко себя повели, будто он их игрушка, с которой можно вытворять все, что захочется, но сам Рим не мог им помешать, ведь отец буквально продал его. Теперь он и физически принадлежит им, и вскоре у двоих альф будут все права и по закону. Сейчас парень заканчивал переносить коробки с забранными вещами из дома, планируя отнести их в совсем уж небольшую квартирку, на которую он копил самостоятельно, работая в дневную и в ночную смену. Он не был уверен, что скоро вернется в свой крошечный, но уютный уголок в этом мире. Хоть и надеялся, что после заключения брачного договора, его отпустят и омега постепенно будет возвращаться к старой и привычно спокойной жизни. Вскоре коробки стояли в узком коридорчике, а сам Рим пошел в ванную, желая побыстрее залезть в душ, чтобы смыть с себя всю грязь и горькие чувства, окутавшие его за последний день. Метки покрылись легкой корочкой, которая, немного потрескавшись, кровоточила, поэтому, после ванной Риму пришлось забинтовать себя, предварительно обработав раны. Сборы личных вещей тоже не заняли много времени: у Рима их не так много и было, учитывая, что одежду брать не было смысла. Несколько фотографий, памятных вещей, любимая кружка и все принадлежности для кота — это все, что вмещал в себя потрепанный рюкзак омеги. А дальше юноша принялся за уборку, ведь за время его отсутствия здесь станет грязно, а так, хоть как-то, можно время убить и насладиться последними моментами старой жизни. Никки — любимый годовалый рыжий кот, напоминающий омеге солнышко, обеспокоенно ходил около хозяина, и когда Рим с трудом достал с высоченного шкафа переноску, то вообще жалобно заплакал, ласкаясь у ног омеги, но не убегал — между ними было огромное доверие, как между закадычными друзьями. Когда все было закончено: счетчики на свет и воду отключены, а вещи собраны, Рим в последний раз огляделся, присев на пол. Его квартира… Место, которое повидало как много радости, так и немало горя: именно у этого подъезда Рим нашел полумертвого сморщенного котенка, и тогда спас его, потратив все свои сбережения на лечение и еду маленькому лучику света в своей жизни, но он совсем не жалел. Еще раз мазнув взглядом по стенам, парень мысленно попрощался с этим местом и, встав, забрал все нужное, и покинул квартиру. Сегодня было дождливо, многочисленные лужи на асфальте были похожи на маленькие озера, конец лета уже медленно наступал, но омегу совсем не беспокоила перспектива намокнуть, поэтому он размеренным шагом шел к автобусной остановке — спешить было некуда. Проходя по улицам, сердце Рима вздрагивало, он замечал, как пары сидят в кафе, кто-то гуляет под дождем, хохоча, а дети в высоких сапожках прыгают по лужам...и понимал омега, что всего этого у него скорее всего не будет. А кому он нужен? Омег вон пруд пруди, их уже давно не считают за что-то особенное, и многие не уважают даже как людей... А ведь родись Рим бетой, так легче бы стало... И вот, спустя полтора часа входная дверь скрипнула, повторно приглашая омегу в родительский и уже не такой любимый дом. На часах было девять и скоро должны подъехать альфы. Рим выложил из сумки небольшую шкатулку, где лежали фамильные украшения, которые тоже по договору принадлежат семейству Клиф. Ждал парень недолго, вскоре послышались звуки шуршащих шин, свет, исходящий от огромных фар, освятил полутемное помещение зала через широкие окна. Рим не стал включать свет: видеть этот дом он не хотел, прощаться с ним было бы слишком тяжело. Через несколько минут в зал вошли беты с небольшими кейсами, включая свет и, почему-то, пристально оглядывая сидящего на диване омегу, прожигающим пустым взглядом полуголые стены. Повернув голову, Рим увидел и альф, сегодня они были проще, чем вчера: Левиан сверкал черными джинсами, футболка с изображением воющего волка обтягивала его тело, выставляя все мышцы напоказ, поверх плеч была накинута легкая кожанка. «Дорогая, наверное…» — мысленно подметил омега. А Нейвиан предстал перед ним в светлых джинсах, немного зауженных к низу и в выправленной темно-болотной рубашке с парой карманов на груди. «Такие люди, да без охраны…» — и правда, в этот раз телохранителей было гораздо меньше, лишь два высоких близнеца стояли за спинами альф, скрестив руки на груди. Невольно Рим подумал, что даже в таком, кажется, простом виде они выглядят превосходно и, даже, скорее дорого, парень был уверен, их внешний вид работает на них. Интересно, как много омег проводили с ними свои течки? — Добрый вечер, — как и в прошлый раз первым разговор начал омега. — И тебе, куколка. Ты выглядишь, как промокший котенок, так мило. Неужто умудрился забыть зонтик? — обманчиво приторный голос Льва и беззаботная интонация, с которой тот к нему обращался, заставило юношу невольно напрячься. — Мне он не был нужен. — Да ну? По мне, так в такую погоду он как раз смертельно необходим, льет как из ведра. — Мне так захотелось, я и сам могу принимать решения, — вышло немного небрежно, но Рим был рад, что дал отпор слишком настойчивому альфе. — Хватит уже, мы не о погоде пришли сюда говорить, — Нейвиан был более серьезен, резко оборвав разговор. На кофейный столик у дивана тот швырнул несколько тонких папок и железную ручку, — Здесь договоры на дом и украшения, это оригинал, копии тебе уже отдадим на месте. Твоя подпись нужна в самом низу. Омега открыл папки и, быстро пробежав глазами по строчкам, поставил заковырку в нужных местах. А после, потянулся к шкатулке у себя под боком, открывая ее, протянул альфам, чтобы те удостоверились в подлинности содержимого. — Две серебряные броши, золотое колье и серёжки. Все как указано. Левиан достал украшение из шкатулки, пристально разглядывая и вертя между пальцами. И Рим понимал, что это просто глупо, суммы, что можно достать с этих украшений, в лучшем случае хватит чтоб оплатить прикол альф и неплохой ужин в ресторане. И скорее эта шкатулка больше акт повиновения, так они показывают место Рима, которое он уже давно и так знает. — Куколка, ты такой правильный, аж тошно. Мы уж думали, что ты себе оставишь эту красоту, многие омеги так делали, мы наслышаны. Нейвиан улыбнулся словам брата, забрав папки и шкатулку, он передал их бетам. — Все бумаги на дом мы оформим сами, замки поменяем тоже… В общем, это все. Бери вещи и иди в машину. — Ну… Ты чего братец? Он теперь наш омега, так что мы должны быть нежные и заботливые с ним. Давай я возьму сумку, куколка понесет кота, а ты подержишь зонтик, чтобы наш будущий муж не промок и не простыл. Шатен что-то буркнул в ответ, но все же послушал брата. Омега в последний раз посмотрел на дом и переступил порог. Альфы шли по обе стороны от него, лишь иногда кидаясь между собой фразами о делах и планах на завтра. Уже стоя перед открытой дверцей черного джипа, омега предпринял отчаянную попытку: — Может я все же вам не нужен, а? Столько красивых омег в нашем городе, вы сможете выбрать мужа себе по вкусу. А я самый обычный и неприметный. Нейв кинул сумку и кейсы в багажник, поставив котовозку с шипящим и недовольным котом на заднее сидение. — Пока мы всем довольны, ты довольно милый, приятно пахнешь, тихий и молчаливый. Таких омег мы редко встречали, так что можно считать тебя удачной партией. Даже если ты чем-то недоволен, то нас ты полностью устраиваешь, не волнуйся. Ты не истеришь, и нам это нравится, а теперь ты полностью наш. Левиан неожиданно приподнял омегу над землей, уставившись в широко распахнутые зеленые глаза. Омега только тихо пискнул и зажмурился, когда дождь опять стал мочить его волосы. — Куколка, ты подошел по всем нашим критериям, поэтому мы и не думаем тебя отпускать. Нельзя сказать, что ты нам нравишься, но лично я испытываю к тебе симпатию: такой чистый и невинный, со светлой кожей и мягкими волосами — да ты просто находка в этом мире притворства и фальши. Но это просто моя симпатия, сильно носик не задирай. Лев подтолкнул омегу на заднее сидение, отодвинув переноску на самый край широкого джипа. Рим быстро уселся, но вдруг наглые руки перехватили его поперек живота, так что он оказался почти сидящим на коленях светловолосого альфы. — Мы живем в другом городе, довольно далеко отсюда, но тут часто бываем по делам, вот и забрали тебя. Нам долго ехать, поэтому я советую тебе попробовать заснуть. Нейв поедет в другом авто, мы будем наедине… Не считая водителя. Так что, нам никто не мешает познакомиться поближе… Юноша побледнел, и постарался отодвинуться от альфы, но широкие ладони лишь сильнее сжали его, притягивая ближе к сильной груди альфы. Он обмяк, понимая, что в этой ситуации нет иного выхода. Джип двинулся с места, за рулем сидела неприметная и самая обычная девушка-бета, которая неотрывно следила за дорогой, иногда резко поворачивая, отчего Рим часто оказывался почти лежащим на альфе. Он обеспокоенно обернулся, Лев с хитрой улыбкой сжимал в ладонях довольно широкую толстовку омеги, пытаясь приподнять ее. Рим испуганно дернулся, с надеждой прошептав: — Может… Как-нибудь потом? — Прости, но я твой альфа, и перечить, а тем более отказывать мне в наслаждении твоим телом, ты не имеешь права. Рим обессиленно кивнул, жмурясь от прохладного дуновения ветерка внутри машины и ледяных рук самого Льва. — Холодно… Юноша вздрогнул, когда ледяные пальцы альфы пробрались под ткань толстовки и футболки, оглаживая плоский живот, пересчитывая слегка выступающие ребра и оглаживая острые соски. Альфа сжал бусинки между пальцами, иногда резко потягивая за них, создавая ощущение легкой боли. Невесомыми поцелуями он стал ласкать тонкую шею. Рим вздрагивал от каждого касания губ с кожей: такие ласки были для него чем-то новым, доселе неизведанным. Когда альфа прикусил нежную кожу на шее, омега застонал и прогнулся в спине. Лев наслаждался юным девственным телом юноши, подливало масло в огонь и то, что пару раз изо рта Рима донеслись тихие стоны, что сносило альфе крышу. Легкие поцелуи перекочевали в более грубые покусывания, после которых оставались маленькие засосы. Соски мальчика уже напряглись, Лев стал сильнее сжимать их, надавливая пальцами, предварительно смоченными слюной. Заметив небольшой бугорок через джинсы омеги, мужчина довольно улыбнулся. — Я разрешу тебе кончить, и даже помогу, если будешь послушным и возьмешь у меня в ротик. Рим вздрогнул и напрягся, но вспомнив, что такие люди опасны и влиятельны, омега снова обреченно кивнул. Ему хотелось поскорее закончить это все, так что особого выбора у него не было. Лев помог мальчику опуститься на пол, а сам отодвинулся, давая место для действий. Омега покраснел и опустил голову, протягивая дрожащие руки к черному поясу брюк. Парень практически плакал. — Ну чего же ты, куколка? Я даже еще ничего не сделал, а ты уже плачешь. Это твой первый минет, так что я даю тебе волю действий. Постарайся доставить мне удовольствие, я в долгу не останусь. Рим расстегнул пряжку ремня, осторожно касаясь ладонью ткани нижнего белья, ощущая под пальцами напряженный член. Второй рукой он отодвинул ткань, стягивая боксеры. Перед глазами тут же оказался стоящий член альфы. «Какой большой…» — омега почти испугался, как в будущем это орудие, не иначе как пыток, сможет влезть в его… На глазах навернулись слезы от бессилия и страха: совсем не хотелось принимать в себя напряженный член альфы, который был весьма немаленьких размеров, даже для представителя сильного пола. Покачав головой, отгоняя такие странные мысли, юноша осторожно сомкнул ладонь на члене, задев большим пальцем красную головку. Альфа тихо шикнул. Юноша открыл рот настолько сильно, насколько смог, принимая через силу в себя. Он остановился, прислушиваясь к ощущениям, обведя языком головку, он услышал тихий стон. Это его порадовало. Принявшись держать член у основания, омега осторожно двинул головой, впуская член глубже в рот. От каждого слишком глубокого заглатывания на глаза наворачивались слезы, омеге казалось, что его вот-вот вырвет, но каким-то образом держался. Он случайно задел головку зубами при очередном толчке, на что альфа, зашипев, сказал: — Осторожнее с зубами, куколка… Ты ведь не хочешь мне член откусить? — омега послушался, стараясь убрать зубы. Вскоре альфа стал сам подаваться навстречу горячему рту, придерживая омегу за волосы, помогая и направляя его. Юноша неумело пытался облизать напряженный член, что вовсе не раздражало альфу, даже наоборот, доставляло удовольствие. Оттолкнув омегу, альфа сделал пару резких движений собственной рукой и кончил омеге на лицо. Липкая белесая жидкость стекала со лба и щек омеги. — Неплохо… Ух. Весьма неплохо для первого раза. Рим покраснел и постарался отвернуться, но альфа схватил его подбородок, пристально вглядываясь в его лицо, Рим сразу же закрыл глаза, борясь со стеснением. Лев помог ему подняться, снова укладывая на свои колени легкое и тонкое тело. Альфа уже успел привести себя в порядок, быстрыми движениями застегивая ремень — Могу я вытереть свое лицо? — тихий голос омеги звучал хрипло, после минета горло еще чуток саднило. — Прости-прости, я уж совсем залюбовался твоим личиком. Мужчина сам вытер бледное лицо юноши и, убрав салфетку, снова вернулся к сладким пыткам. Горячие ладони снова огладили живот, пробравшись к соскам, рука альфы коснулась маленького бугорка в джинсах омеги, легко сжав. Омега вздрогнул и не сдержал стон, когда альфа стал вылизывать его шею, спускаясь к основанию шеи и снова поднимаясь, а метки обожгло, будто бы пролился кипяток. Незаметно, омега всхлипнул и зажмурился, почувствовав боль. Левиан не терял времени, уже доставая небольшой пенис парня и быстрым и резким темпом надрачивая его. Новых ощущений было слишком много, поэтому омега кончил быстро, с громким стоном дернувшись в сильных руках: ему было плевать на водителя, волновало только ощущение горячей ладони на его члене и движений влажного языка по его шее. После быстрой разрядки омега тут же провалился с глубокий неспокойный сон. Альфа осторожно вытер следы спермы на омеге и сидении, поглаживая омегу по спутавшимся волосам. — Что ж, куколка, я надеюсь, ты оценил новые ощущения?