Семь трупов

— Алло, штаб? У нас ЧП. Нет, не крысы, но геморроя будет много. Вы записываете? Лежат, значит, на рельсах шесть трупов с полностью обезображенными лицами и телами. Удостоверений личности или водительских прав при них нет. И вообще документов никаких нет. Эй! Суки, трубку бросили. И на кой чёрт я нанялся на эту неблагодарную работу? Чтобы получить разрешение на уборку размозженного говна с железной дороги, я всё же должен его идентифицировать и описать в рапорте. Но как? У меня есть только вороватый помощник Джефф, который, воспользовавшись моим отсутствием (я справлял малую нужду за шлагбаумом, кошмар, ни на минуту отлучиться нельзя!), обшарил карманы жертв (прибрав все деньги, кольца и часы; гад, а мне ничего мне оставил) и нашёл у каждого по красивому метровому чеку. Убитые, оказывается, ходили к слепой Еве, местной гадалке, и получили на себя небольшие предсказания о будущем. Или характеристики психотипа. Или ответы, с кем в ближайшее время им обломится потрахаться. Или Ева всё-таки продаёт китайские гороскопы? Плевать, проехали, ничего им уже не понадобится. — Что ты там делаешь, ушлёпок? — негромко позвал я Джеффа, с глуповатым видом рассматривавшего запачканные бумаги. — Неужели ты умеешь читать? Ну так читай вслух! Труп 1 Он меланхолик, властный, неторопливый, расчётливый, бережёт свои нервы, деньги и время. Внимание попусту не расточает, при посторонних (а зачастую и в тесном кругу) эмоционально не разбрасывается. Владеет ситуацией, никогда не был знаком с паникой. В экстренных случаях, когда времени на размышления не остаётся, поддаётся импульсам и обычно не ошибается. Не болтлив и довольно скрытен. Иногда кажется излишне холодным, но на самом деле он себя стесняется и умеет выбираться из рамок только в постели. Внешне представляет собой довольно хрупкое существо и вводит в заблуждение окружающих своей кажущейся беззащитностью. В меру ленив, самоуверен, себе на уме. Неравнодушен к лести, немного меркантилен, привык выбирать окружение в первую очередь с пользой для себя. Стыдлив и не склонен к разврату. Гетеросексуален до умопомрачения. Очень немногое способно заставить его изменить свои взгляды и внутренне перестроиться. — И куда его, начальник? — В белую коробку запихни. Будет трупом невесты. Дальше читай, бездельник! И где ты только этих цветных коробок набрал, тьфу... Труп 2 Его рождению сопутствовали землетрясение, огненный дождь, смерчи и цунами. Экстрим течёт в его венах вместо крови, безудержное влечение ко всему недозволенному порой оканчивается весьма плачевно. Его жизнь — сплошное выживание и борьба с закостенелым и прогнившим обществом. Он не бросает вызовы, он сам весь один сплошной укор и издевательство над стандартами и общепризнанными ценностями. Его законченный пофигизм и наплевательство на законы и правила сравнимы только с жаждой свободы и желанием сполна насладиться всем, что имеет вкус, отличный от пресного. Дикий и притягательный, внешне слишком хорош, чтобы оставаться нормальной ориентации. Беспорядочные связи не оставляют на нём никаких отпечатков, внутренне он всегда одинок и ни к чему не привязан. Свет и энергетика, которые он излучает, сводят всех с ума, однако сам он относится к себе критично и собственной уникальности не осознает, пока это не сказать ему в лоб. Честолюбие, интерес к деньгам, к власти или карьере — вполне логично — отсутствуют. Гордый, с виду неприступный, ироничный в общении, с особенным чувством юмора, его сарказм иногда достаёт до печёнок. Имеет врождённую тягу к чувственным наслаждениям и вкус к роскошной жизни, однако удовольствуется малым. Найти «своего» человека не самоцель, но он не сразу осознаёт, что без этого просто никогда не станет счастливым. Ему нужен уединённый и оторванный от всех мирок, где он будет дышать воздухом свободы в объятьях родственной души. Плотские отношения здесь уходят на второй план, однако это не мешает завидовать его избраннику. — Забавно, этот сексуальный маньяк какой-то. — Нет, просто строптивый болван с шилом в заднице. В красную коробку клади. Дальше! Труп 3 У него одна цель в жизни. К ней, этой вершине, он будет идти быстро и верно, часто — бессознательно. Его натура являет собой пламя под толстым покровом льда. Он не даёт ему разгораться настолько, чтобы вырваться наружу, и чем лучше с детства он отладит самоконтроль, тем страстнее станет... но об этом никто не узнает. Скрытность его иногда доходит до абсурда, тайные желания становятся причинами ужасных преступлений. Обладает огромной волей и способностью сворачивать горы. В его руках часто сосредоточено так много власти, что он предпочитает оставаться с нею в тени. Ничто не имеет для него ценности кроме той, одной-единственной, светоча его души. Практически для всех является загадкой, в разговорах немногословен, последний уровень замкнутости делает его достаточно ненормальным психически. Презирает мир и общество, однако себе подчинить не стремится, рабы ему не нужны, хотя он имеет все предпосылки быть идеальным диктатором, монархом-владыкой и т.п. Сексу не уделяет должного внимания, контрастный темперамент заставляет его с особой тщательностью выбирать партнёра. Внешне описывается одной фразой «beastly beautiful», что становится ужасной ловушкой для всех. В интимной сфере раскроется сполна и покажет своё истинное лицо, а оно отнюдь не для слабонервных. Полигамен, ярко выраженная склонность к садизму. — Нет, начальник, вот он маньяк! — В черную коробку его определи и не болтай лишнего. Следующую записку бери. Труп 4 Незаметный парнишка, ничем не примечательный, мелькающий то здесь, то там, помогающий по мелочам. На самом деле он полон амбиций, мечтает о славе, повышенном внимании, восхищении и томных взглядах. У него есть все задатки, но ему сильно мешают неуверенность и постоянное сравнение себя с более успешным окружением. Напористости ему могли бы придать победы на личном фронте, но, увы, он постоянно засматривается не на тех. Очень хорош собой, но красота эта — красота бабочки, еще дремлющей в коконе. И для пробуждения нужен хороший пинок. Отчаянный романтик, однолюб, с детства одержим несчастной любовью, довольно-таки противоестественной и без надежды на взаимность. Сильная встряска поможет ему перестроиться, а пока он маячит на втором плане. — А это лузер какой-то, начальник. — Отставить мысли! В серый короб его. Ну и длинный же, чёрт... Чего стоишь, читай! Труп 5 Баловень судьбы, ему почти всё доставалось без всяких усилий... до поры до времени. Симпатичный, имеет все предпосылки к нарциссизму. Рано повзрослел и укрепился в позиции прекрасной игрушки гораздо более сильной личности. В слабохарактерности его всё-таки не обвинить, но он очень ревнивый собственник и капризное дитя. Нуждается в повышенном внимании и заботе, их недостачу будет восполнять мелкими пакостями, в которых он знаток. Как дитя временами жесток и бесчувственен, как дитя его очень легко обидеть. Заинтересован в деньгах и внешних признаках благосостояния, чем круче будет его пассия, тем лучше и увереннее он будет себя чувствовать. Капелька счастья ему не повредит, а целый мешок горестей и испытаний пойдут на пользу и отшлифуют угловатый характер. Ему ещё предстоит вырасти и превратиться в уважаемую личность, от дальнейшего воспитания многое зависит. Имеет некоторые способности к точным наукам, однако вследствие большой лени и избалованности знания ему не пригодятся. Он постарается наладить жизнь так, чтобы не работать. Довольно умён, но язык грубый. При должном обтачивании станет острым и хорошо подвешенным. Маленькие обманы и недосказанности — это его все. Избранника побаивается, всегда предстаёт в его присутствии нежным и пушистым. Гомосексуален и полностью подчинён. Задатки шлюхи достались ему от рождения, но нужно ли их развивать? — Фу, а этого и трогать тошно. — Положи в розовую коробку. И не мусоль последнюю записку! Что там? Труп 6 Его портрет сложен из кусков. Поведение зависит только от настроения, он может быть абсолютно кем угодно. И чаще всего не собой. В маске он всегда чувствовал себя уютнее: скрывая его целиком, она скрывает и его недостатки. Склонность к критическому самоанализу идёт в соединении с чувством собственной невероятной значимости и уникальности. Он страстно хочет соответствовать внутреннему облику самого себя и ясно видит, что до идеала далеко, но всё же с упорством железного идиота лепит из себя совершенство. Идёт на поводу эмоций и очень слабо умеет их контролировать. Но это не мешает окружающим впадать в блаженные заблуждения и считать его душкой. Внешность странная, частично отражающая его психическую неуравновешенность. Болеет расстройством личности, страшно этим гордится, холит свой недуг и лелеет. Обожает врачей, готовых сутки напролёт копаться в его экзотической голове. Под клыками и грубой бронёй скрывает ранимую и абсолютно прозрачную душу, страшно боится за её невредимость и свободу-одиночество, что иногда прячет так, что сам найти её потом не может. Поглощён наукой, экспериментами и эмпирическими наблюдениями. Не считает, что занят важным делом, однако валять дурака в перерывах между опытами очень даже умеет. Доверчивый параноик, сторонник теории заговоров, и эти взаимоисключающие параграфы достойно венчают его образ. Не имеет чёткого представления ни о своих любовных пристрастиях, ни о половой ориентации, в его предпочтениях сам чёрт ногу сломит. Достоверно знает лишь одно — что любит своих... — Начальник, тут листок оторвался, текста дальше нет. Интересно, кого же он любил? — Джефф, ты накурился? Клади его быстрей в стальной короб, и покатились. Тележка с трупами, грохоча, понеслась к шлагбауму, Джефф натужно пыхтел, а я прикидывал расклад. Леонард притащит сюда свою ленивую жопу только через час. По моему скромному мнению, он самый жирный коп во всей округе. И он не мог достаться кому-то другому, исключительно мне. Было бы здорово позвонить еще Бакстеру, но сегодня в морге не его смена. Жаль. И, пожалуй, мне было бы стыдно нагружать старого друга таким дерьмом. Хотя самому уже тошно. Джефф начал возиться с ключами от станции, я нетерпеливо пнул тележку, и тут мне показалось, просто на секундочку показалось... — Ушлёпок, ты не заметил, что наши жмурики стали лёгкими как пёрышки? И это непорядок. Проверь короба. Шесть цветных коробов по описи, шесть неопознанных трупов. Проверили. Шесть коробов. Ноль трупов. Джефф внезапно поглядел грустными-грустными глазами куда-то в лес, а у меня шевельнулись волосы на лобке. Я успел подумать, что это они, наверное, седеют.

* * *

Что было потом — не знаю. Когда в очумевшем сознании родилась следующая мысль, вокруг царила глубокая ночь, железнодорожную станцию не освещал ни один фонарь (их все кто-то разбил, ссыпав осколки стекла в урны, а из трансформатора аккуратно вынули сердечник), а шея безумно чесалась, будто её искусала стая комаров. Я поднялся с рельсов, не переставая чесаться, позвал Джеффа, но он либо ещё валялся где-то без чувств... либо не валялся. Я дошёл до своего потрёпанного «Шевви», но завести его почему-то не смог. Так и уснул в водительском кресле. А утром меня через окно растолкал жирный Леонард — я забыл поднять стекло. — Харрис, трупы где? Помощник где?! За каким хреном я тащился в такую... — Заткнись. Нехорошо мне. Выпить есть? А пожрать? Я выпил весь его бренди, слопал три пончика, под недовольные лопотания поискал добавки на станции, не нашёл и поплёлся в нужник. Волосы на лобке действительно поседели и даже немного поредели, но это было уже не важно. Я не увидел себя в зеркале и огорчённо понял, по какой именно причине Леонард не только не узнает, куда девались шесть трупов, но также и не поймёт, куда в ближайшие минут пять денется он сам. Спасибо, ребята, удружили со своими записочками. К слову, Леонард был просто тьфу, никогда не пейте кровь копа, если она воняет холестерином. Джефф, найденный на опушке леса, оказался намного вкуснее. Только визжал чересчур громко, все белки попрятались.

* * *

Я помню, что надо позвонить Бакстеру, но не помню — зачем. Жрать по-прежнему хочется. To be continued...

02.10.2007, 12.09.2014