Драбблы SW ep.VII-VIII: reylo etc.

Солнце медленно клонилось к закату. Его слабые золотые лучи терялись среди густого переплетения веток, тени наливались глубокой синевой. Рей отступила назад, прижавшись спиной к дереву. Сбежать бы никак не вышло, но и безвольно сдаваться на милость этих оборванцев она не собиралась. — Ну, что там у тебя в корзинке? — спросил главарь, ухмыляясь. Зубов у него недоставало, что было неудивительно. — Отошел от нее! На повелительный окрик повернулись все. Из-за деревьев выступила высокая фигура в тяжёлом плаще с капюшоном, целящаяся в разбойников из арбалета. Рей сглотнула, гадая, не обернется ли вмешательство незнакомца бОльшими проблемами для нее. Мужчина с арбалетом сделал шаг вперед, и стало видно, что на его поясе висит внушительных размеров меч. — Кто желает стать первым? Ты? Или ты? — нежданный спаситель, не сводя взгляда с нападавших, обратился к Рей: — Эй, девчонка! Сюда быстро! Рей торопливо отступила к нему, пристально глядя на разбойников, ожидая, что кто-нибудь из них точно схватит ее. — Мы вас еще догоним, — усмехаясь, заметил главарь. — И тебя пощекочем, и эту шлюху. Ой, пощекочем… — Конечно, — ответил незнакомец и нажал на спусковой крючок. Арбалетный болт, выпущенный с близкого расстояния, вошел в глазницу главаря, пробив ее дно с мерзким звуком. Отброшенный инерцией, мертвец завалился на спину, раскинувшись на вытоптанном снегу. А незнакомец опустил арбалет и взялся за меч. Один из разбойников толкнул в плечо другого, и они медленно стали отступать. Незнакомец не спускал с них взгляда. И только когда они скрылись, посмотрел на Рей. — Они могут вернуться, — заметила девушка. — К дьяволу их! Отребье!.. — бросил мужчина. — Ты что здесь делала? Или вы с ними чего не поделили? — Я шла по дороге, — тихо ответила Рей. — В другую деревню… — В разгар зимы, через лес… Нужно быть глупцом или отчаявшимся, чтобы решиться на такое путешествие в одиночку! — резко заметил он. — Мне нужно добраться до Мос-Эйсли, — ответила Рей. — Там у меня дед. Ее спаситель покачал головой и снял капюшон, глубоко вдыхая морозный воздух. А Рей наконец получила возможность рассмотреть его как следует. Правую половину его лица пересекал уродливый бугристый шрам, приковывающий к себе все внимание, но Рей отметила и темные глаза, и красивые мягкие губы… Печальное лицо, будто отягощенное каким-то мрачным знанием. — Лес не так уж и пуст, — ответила девушка. — Его наводнили охотники после того, как за голову Джаккуанского зверя назначили награду. Незнакомец нахмурился и ответил: — Я ничего не слышал об этом. — А я думала, что вы один из охотников, — заметила Рей. — Зачем же вы приехали к нам? — У меня дела, — уклончиво ответил незнакомец. — Я могу проводить тебя до границы леса, раз уж наши пути сошлись. — Значит ваши дела — в лесу? — не отступала Рей. Незнакомец уставился на нее мрачно. — Меня зовут Рей, — быстро добавила девушка. — А вас? — Кайло Рен, — ответил мужчина. — Что за зверь? — Говорят, что это оборотень или волк-переросток, — ответила Рей. — Уже три года, как он поселился в наших лесах. Больше сотни человек погибло от его набегов. Он никогда не трогает скот или живность — только людей. Кайло Рен покачал головой: — Что за странный зверь! — Это же чудовище, — жестко ответила Рей. — Его ведет желание убивать, оно у него в крови. — Ты не можешь этого знать, — серьезно ответил Кайло Рен. — Никто не может этого знать. — А разве эти жертвы не говорят об этом? — Понятия не имею. Может статься, что ты права, — Рен поднял голову и посмотрел на небо. — А может нет. Скоро стемнеет. Я знаю, тут неподалеку есть охотничья сторожка. Можем заночевать там. Рей поежилась. — Я бы… — начала она неуверенно, но потом осеклась, вздохнула и сказала: — Хорошо. *** К сторожке дошли уже затемно. Это было хлипкое, вросшее в землю строение с ветхой, рассохшейся дверью. В щели надуло снега, а внутри было холодно и необжито. Пара покрытых пылью лавок и стол, большой очаг в углу с огромным медным крюком, вбитым в стену. — Похоже, тут давно никто не бывал, — заметил Рен. В поленнице было немного дров, и он сел у очага и стал разводить огонь. — Теперь в лес ходят не так часто, — ответила Рей. Она стащила с себя капюшон своего выцветшего красного плаща и присела на лавку, потирая замерзшие руки. — Нужно будет еще дров нарубить, — пробормотал Рен. Его лицо осветили рыжие отблески первого слабого огонька. — Прямо сейчас? В темноте? — Рей посмотрела в крохотное окошко. — Там же бродит зверь. — Я не боюсь ни темноты, ни зверя, — ответил Рен. Когда костерок разгорелся, мужчина соорудил себе факел и ушел, велев Рей следить за огнем. Когда он вернулся, костер уже ярко пылал, а на медном крюке висел помятый закопченый котелок с талой водой. Рей протерла стол и разложила на нем скудное содержимое своей​ корзинки: кулек с пирогами и немного вяленого мяса. Рен уложил дрова возле огня, чтобы просохли, и присел напротив Рей. — Угощайтесь, — негромко сказала девушка. — Спасибо, — буркнул Рен, разламывая один из пирогов пополам. Повисло молчание, лишь ветер завывал в щелях, и потрескивали поленья. Закипела вода, и Рей сняла котелок с огня длинной палкой. — А откуда у вас этот шрам? — спросила девушка. — Получили его на охоте? — Нет, — резко ответил Рен. Рей помолчала, и снова начала: — Почему вы шли пешком через лес? — Лошадь сломала ногу, — ответил Рен. — Пришлось пристрелить и идти пешком. Рей кивнула. Снова повисла тишина. — Ты говорила о звере, — заметил Рен. — И говорила яростно… Твои друзья пострадали от него? — Моя семья, — ответила Рей. — Поэтому я и иду в Мос-Эйсли. У меня больше никого не осталось. — Тебе не позавидуешь, — Рен вздохнул. — Надо ложиться. Дверь я подопру, чтобы никто не зашел. Они улеглись на скамейках, пододвинув их к очагу и укрывшись плащами. — Если, — неожиданно зазвучал голос девушки, — вы встретите этого зверя, убейте его без промедления. Он заслуживает смерти. И обязательно убьет вас, если вы замешкаетесь. *** Кайло проснулся от холода, вползшего под одежду. Очаг еле тлел, нос и щеки замерзли. Кайло медленно сел и только тогда заметил, что соседняя скамейка пуста. В сторожке он был один. Подпиравшее дверь полено лежало на полу. — Куда тебя понесло? — пробормотал Рен. Почему-то его одолевали сильные сомнения, что девчонка отошла до ветру. Он раздул огонь, подкинул в него еще поленьев. И в рыжем свете разглядел то, что заставило его вскочить: у двери грудой лежал плащ Рей. Вряд ли она отправилась бы в морозную ночь без плаща по своей воле. Кайло быстро оделся​, закутал лицо шарфом и подхватил арбалет. Снаружи было морозно, но достаточно светло — светила полная луна, желтая, низкая. Снег расчерчивали расплывчатые тени. Следы на снегу, петляя, вели прочь от дороги, вглубь леса. Какого дьявола ее туда понесло? Потом Кайло увидел другие следы — две пары. Их обладатели сначала долго топтались вокруг дома, а потом последовали за Рей в лес. Они выманили ее? Или изначально были в сговоре? Но это никак не объясняло брошенный плащ. Кайло двинулся по следам, прислушиваясь и внимательно глядя по сторонам. Воздух словно звенел от холода. Царило ледяное безветрие. Следы уходили дальше, в неглубокий овраг. Застыв на его краю, Кайло вглядывался в открывшуюся ему картину. Разрытый снег пестрел темными пятнами. В глубине лежало одно тело, мужское, с разорванной шеей, а ближе к Кайло нечто терзало и грызло останки второго. Лунный свет туда не достигал, и Кайло видел лишь темный силуэт странного, поджарого, длиннолапого зверя с крупной головой, похожей на волчью. С туловища свисали редкие слипшиеся пряди длинной шерсти. Стараясь не издать ни звука, Кайло медленно снял с плеча арбалет и прицелился, тихо и ровно дыша. У него один выстрел — пока он будет перезаряжать оружие, тварь трижды успеет его настигнуть. Где-то вдалеке треснуло от мороза дерево, и Джаккуанский зверь поднял голову. Кайло почувствовал его взгляд: сосредоточие невероятной злобы. Тварь низко зарычала, и Кайло нажал на спусковой крючок. Зверь метнулся в сторону, и болт ушел в снег. Кайло потянулся к мечу, но пальцы схватили пустоту — в спешке он забыл его в сторожке. Рен попятился, а зверь в два прыжка покрыл разделяющее их расстояние и бросился на Кайло. Тварь ударом тяжелой своей туши повалила его на землю, но вцепиться в горло ей помешал выставленный Кайло арбалет. Зубы, острые, как кинжалы, сомкнулись на дереве в опасной близости от пальцев Рена. В бледном лунном свете Кайло сумел разглядеть: то, что показалось ему клочьями длинной шерсти, было обрывками платья. Он не придал этому значения, его занимал зверь, вцепившийся в арбалет и старающийся вырвать его из рук Рена. Силы были неравны, Кайло чувствовал, что сведенные болью пальцы вот-вот отпустят оружие. В этот момент зверь выпустил арбалет и щелкнул пастью. Кайло воспользовался этим и стукнул его по морде. Зверь отшатнулся, приглушенно взвыв, словно сквозь сжатые зубы, и Кайло пнул его, снова ударяя арбалетом. Зверь отступил, и Кайло, не сводя с него взгляда, с трудом поднялся на ноги и начал отступать назад, одной рукой крепко держа арбалет, а второй нащупывая на бедре сумку с болтами. Зверь ходил туда-сюда, следя за Кайло, лупя себя по ногам длинным тонким хвостом, больше похожем на кошачий, чем на волчий. — Ну давай, — тихо сказал Кайло, упирая арбалет в землю. Сердце бешено колотилось, замерзшие пальцы ничего не чувствовали, он едва не упустил болт в снег, укладывая его в ложе. — Подойди. Услышав треск взводимой тетивы, зверь снова зарычал, но не бросился на Кайло, а стремительными прыжками унесся прочь. Он исчез среди деревьев, и Кайло попятился, держа взведенный арбалет в руках, ожидая в каждой тени увидеть жуткую тварь. Он вернулся в сторожку, запер дверь и снова раздул костер, грея руки над огнем и осматривая себя. Зверь не продрал его толстый кожаный плащ, но на теле наливались болезненные синяки. Кайло сел на лавку, протянув ноги к огню, и обернулся, посмотрев на брошенный плащ. Неужели та девушка и была тем жутким чудовищем? Неужели остатки ее одежды болтались на том странном диспропорциональном теле? И теперь она собиралась в Мос-Эйсли. Впрочем, какое ему дело до чудовищ? У него свои заботы, а предупреди он кого о девчонке — многие ли поверят? Нет, пускай идет, куда хочет, а он дождется утра и покинет эти края, как и собирался сначала… Но ее слова никак не вязались с тем, что Кайло увидел: «если вы встретите зверя, убейте его». Раз она так хотела смерти, почему же не повесилась? Или не знала?.. Кайло потер щеки — к ним возвращалась чувствительность. Говорят же, что лунатики не помнят, что делают, что одержимые не знают о своей одержимости… Быть может она была искренна. Искренняя последняя просьба. Кайло прикрыл глаза рукой. Нет, это не его дело. Он переждет ночь, и пойдет дальше своей дорогой. Или пристрелит полуголую девку, если она вновь повстречается ему в лесу… Не в силах оставаться на месте, Рен поднялся, прошелся по сторожке и в сердцах пнул лавку. Будь оно все проклято! Заглянув в седельную сумку, которую он тащил на плече, он нашел бутылек с маслом — оставалось совсем немного, но ему должно было хватить — и стал методично рвать подол плаща девчонки на длинные полосы. Заготовив несколько факелов, обернутых промасленными тряпками, он укутался поплотнее, тщательно замотав шею тканью, повесил меч на пояс и вышел, неся с собой весь свой инвентарь. Безветрие было лишь на руку — пламя факела горело ярко и ровно. Кайло воткнул его в снег и прислонился спиной к стене сторожки. Оставалось только ждать. Зверь наверняка вернется. *** Несмотря на холод и огонь в крови, Кайло слегка задремал. Ему снилось, что луна опускается все ниже к земле, становится огромной, багровеет, и в ее свете снег тоже становится алым. И в нереальной тишине зверь забирается на крышу сторожки, задирает голову и воет… Вой разбудил Кайло. Он вздрогнул, кое-как вскочив на одеревеневших ногах, оглядываясь. Вой шел из леса, факел почти догорел, и Рен спешно поджег новый. Рыжие блики озарили снег, и среди деревьев Кайло увидел два оранжевых огонька. Зверь мелькал среди деревьев, но не приближался. Луна почти скрылась и совсем не давала света, и Кайло приходилось напрягать зрение, чтобы уследить за оборотнем. Он то прицеливался из арбалета, то опускал его. И зверь, будто издеваясь, то приближался к границе светового круга, то вновь уходил в темноту. Несколько раз Кайло стрелял в него, но не видел, достигали ли болты цели. Оборотень проскакивал очень близко, рычал и скалил зубы. Несколько раз Кайло казалось, что он попал, но раз за разом зверь исчезал среди деревьев, чтобы появиться вновь. Несколько раз он пытался подобраться к Кайло со спины, и тому приходилось отбивать его атаки, отмахиваясь мечом. Один за другим гасли факелы. Болты закончились. Последний отправился в паз, и Кайло замер, ожидая появления зверя. Тот бросился вперед, припадая на одну лапу, и Кайло выстрелил. Оборотень будто споткнулся и, сделав несколько шагов по инерции, упал в снег. Отбросив арбалет, Рен вытащил меч, но зверь не пытался подняться. В дрожащем свете последнего факела Кайло стоял, тяжело дыша, опустив меч острием в землю. Ноги подгибались. Тварь шумно дышала, лежа в напитывающимся кровью снегу. Ее бока тяжело вздымались, и каждый следующий вздох все больше походил на сипящий стон. Янтарные глаза зверя не были дикими — они были ясными и осмысленными, и по-прежнему светились ненавистью. Кайло сглотнул горькую слюну и направился к твари, подняв меч. Замахнвшись, он одним ударом отсек ей голову. Установилась тишина. Было темно — луна опустилась низко, и в редкие прогалы меж ветвей можно было разглядеть ее багровеющее — прямо как в его сне! — пятно. Опустившись на колени, Кайло выдернул из тела твари все попавшие в него болты и спрятал в сумку. Он не чувствовал холода — лишь жуткую усталость. Тело не изменялось — оно по-прежнему оставалось звероподобным. Интересно, останется ли оно таким утром, в солнечном свете? Оперевшись на меч, Кайло поднялся и, пошатываясь, двинулся обратно к хижине. Его хватило лишь на то, чтобы развести слабый огонек в очаге, а потом он повалился на лавку и заснул. *** Проснулся Кайло уже днем. Солнце ярко светило в окошко. Кайло сел, чувствуя, будто лицо стянула пленка, сонно потер глаза. Вчерашний день казался сном. Рен встал, стянул перчатки, а потом пошел к двери. На улице он умылся снегом, оглядывая следы вчерашней драки перед домом. На ладонях остались бурые разводы. С недоумением уставившись на них, Кайло простоял так немного, соображая. У него самого, оказывается, все лицо было в засохшей крови — Кайло не помнил, как поранился. Тело ломило, а больше ничего не болело. Набрав еще снега, Рен вернулся в сторожке, чтобы развести огонь в очаге. У порога он вновь наткнулся на плащ Рей, и поднял его. Вся ткань оказалась изорвана, будто ее полосовали когтями, а еще на ней обнаружилось несколько бурых пятен. Кайло нахмурился. Вчера этого не было. Плащ был цел, когда он нашел его, и он не трогал подкладку, когда рвал полосы для факела. Перекусив, Кайло отправился туда, где вчера погиб зверь, гадая, что он увидит. Снег был разрыт и запятнан кровью. Возле тела уже прыгали вездесущие вороны, а появление Кайло спугнуло лисицу. Но и тело отличалось от того, что Кайло видел вчера. Рен сначала замер, а потом попятился, чувствуя, что его подстегивает ужас, а разум, не в силах справиться со знанием, готов его покинуть. Тело несчастной девушки лежало там же, но все следы указывали, что не меч оборвал ее жизнь, а огромных размеров когти и зубы.