Драбблы SW ep.VII-VIII: reylo etc.

      Крошечный костерок потрескивал и стрелял искрами. Сухие травы сгорали быстро, но их Рей использовала только как растопку, от которой должно было заняться основное топливо — сушёный навоз хаппабора. Тепло костра почти обжигало, а спину морозил поступающий холод. Утром тут будет настоящий колотун, скалы и песок покроет иней - и растает с первыми лучами солнца.       Рей выбрала себе место в скалах неподалеку от пути Пилигрима. Тут ей были не страшны песчаные черви и грызоглоты, а скалы надёжно скрывали маленький огонек и отдавали накопленное за день тепло. Здесь было уютно — если такое негостеприимное место, как Джакку, можно было назвать уютным. Впервые Рей поняла, что могла бы полюбить эту планету, если бы у нее был шанс. Ведь даже здесь можно было найти что-то хорошее… а может быть, все дело было в том, что Рей просто тосковала по дому, каким бы уродливым и жестоким он ни был. Так или иначе, но она была рада вернуться.       Ночная тишина здесь была такой плотной, что Рей не сразу поняла, что единственные звуки — треск костра и потрескивание камней — тоже стихли.       Она была не одна.       Прошли месяцы с тех пор, как они с Беном последний раз видели друг друга. Месяцы с момента, когда они пытались убить друг друга, используя Узы Силы.       Рей не была особенно рада тому, что снова его видит. Но и расстроена тоже не была. В какой-то степени она даже скучала по нему также, как и по Джакку.       Холодный взгляд Верховного лидера скользнул по ней, переместился на вещи, приготовленные для сна и котелок с водой, а потом окинул вид на скалы. Это могли быть любые скалы, на самом деле, в любой точке Вселенной, но Кайло Рен уверенно спросил:       — Что ты делаешь на Джакку?       — Для того, чтобы понять, куда двигаться, иногда необходимо вернуться назад, — ответила Рей.       — Вижу, ты уже усвоила типичную джедайскую манеру изъясняться.       — У меня каникулы, и я решила провести их дома. А чем ты занят?       Рен не ответил.       — Можешь молчать, — сказала Рей. — Ты мне не мешаешь, правда.       Она подбросила в костер еще травы и повесила над ним котелок. Подумав, натянула на плечи теплый вязанный плед, уже пообтрепавшийся по краям — подарок Маз. У Рей никогда не водилось много вещей, и уж тем более она никогда не получала подарков.       — Ты знаешь, что тебя разыскивают? — спросил наконец Рен.       — Да, — спокойно ответила Рей. — Если бы это случилось год назад, за такие деньги я бы сама сдалась.       — Ты все еще можешь это сделать.       Теперь не ответила Рей. Будто подбодренный ее молчанием, Кайло продолжил:       — Твое оружие оставят при тебе. Если ты примешь… — он запнулся, почти незаметно, хотя ему самому показалось, что прошла минута, прежде, чем он продолжил:       — ...сторону Первого Ордена, к тебе прислушаются. Ты сможешь влиять на события, по-настоящему. Сможешь спасти от смерти тех, кого выберешь.       — Чтобы они сгнили в тюрьме заживо? — негромко спросила Рей. — Кайло, зачем ты здесь?       Она подняла на него глаза, и в ее взгляде не было ни интереса, ни злости, ни надежды. «Безразличие» было бы слишком сильным словом, чтобы описать это выражение. Рей просто ждала, что он ответит, без интереса, просто убивая время, прежде чем связь между ними снова разорвется.       Это было странно обидно. Сила связала их. Они побывали в голове друг друга, пытались убить друг друга, спасали друг другу жизнь. Но как бы Кайло не старался, он не смог проникнуть дальше той границы, которую Рей установила. За ней — ее жизнь, за ней она сама, без налипшей джедайской шелухи, ее интересы и стремления, ее смех, ее страхи. Что-то настолько глупое и обычное, что даже стыдно хотеть стать частью этого. Все, что достается ему — ее непроницаемый взгляд и вполне материальные удары кулака или рука, предложенная в жесте разовой помощи. Он может сказать что угодно: что заглядывал в ее голову, что знает ее, что видел ее в своем видении Силы… На самом деле он не знает ничего, и жадно скребёт крупицы, перепадающие ему через связь, чтобы собрать их в единую картину. Пассивно спасается от наваливающегося порой одиночества.       — Я хочу с тобой поговорить, — в его голосе почти не было эмоций, но на секунду глаза Рей вспыхнули, как угли в костре.       — Хорошо, — согласилась она и указала ему место напротив. Кайло сел, чувствуя под собой не пол — покрытую песком и мелкими камешками скалу. И, как и прежде, их разделял костер.