Многоуровневая любовь!

- Ого! У тебя и правда еды навалом. Неужели сам всё это готовил? – с прищуром спросил Славик, наблюдая за тем, как друг всё доставал и доставал блюда со всякой вкуснятиной. - Ну да, сам. А что? - Ничего. Никогда бы не подумал, что ты у нас кулинар, столько всего умеешь. Я, конечно, предполагал, что ты неплохо готовишь, но не до такой степени. Можешь же ты удивлять снова и снова. Сколько тебя знаю, ты всегда мог меня поразить чем-то новым! - Ха-ха. Стараюсь. - Как у тебя вообще всё это получилось? Уму не постижимо. - Ничего особенного. Просто следуешь по рецепту и вуаля... - сказал Саня, достав из холодильника самодельный торт, который выглядел не хуже, чем в кондитерской, между прочим. - Офигеть. - только и вымолвил темноволосый, как заворожённый, смотря на этот шедевр.- И как тебе всё удаётся? Я даже омлет или какую-нибудь кашу не могу приготовить: либо подгорит, либо выкипит, либо пересолю или наоборот переслащу. А у тебя тут такая обжираловка! - Ха-ха-ха! Бедненький ты мой. Оголодал небось?! Хочешь хоть каждый день ко мне приходи, кормить тебя буду, – смеясь и одновременно сюсюкаясь предложил светловолосый. Хоть внешне он был в весёлом и даже приподнятом настроении внутренне он весь напрягся, нервозно ожидая, что же скажет Славик. - Ага-ага, думаешь такой крутой, да? Думаешь я брошусь к тебе в распростёртые объятия и соглашусь? И правильно думаешь. Я не гордый, да и к тому же не совсем дурак, чтобы от такого предложения отказываться. Значит так. На завтрак я предпочитаю бекон и чашечку горячего фоке с чем-нибудь сладеньким. Обедаю я почти всегда на работе, но в выходные я предпочитаю что-нибудь лёгкое:супчик там, салатик какой. Вот… А на ужин я хотел бы что-нибудь посолидней, мясо что ли. - Ого запросы! И как ты до этого питался? Ты ж готовить не умеешь. - Ну, я на дом еду заказываю или в нашей кафешке беру. - Ясненько. - Ты всё понял на счёт меню? - Да. Больше пожеланий не будет, мой господин? – решив подколоть своего друга, сказал Саша. - Хм, ты знаешь, наверное, будут. Значит так: корми, одевай, купай, вытирай, люби, уважай, в приставку играй. Я весь в твоей власти, давай! – Славик призывно раскинул руки в стороны и с довольной улыбкой прикрыл глаза. Саня же не знал куда себя деть. Его переполняли различные чувства от умиления ситуации, до жуткой смущённости, от каждого произнесённого шатеном слова. Именно поэтому этот высокий светловолосый парень, не в силах сдерживать свои истинные чувства к своему другу сейчас стоял красный и полностью растерянный, потупив голову, в которой повторялись по кругу эти, ничего не значащие для одного и решающие всю оставшуюся жизнь другого, слова. - Сань, а Сань, я у тебя давно хотел спросить. А чё у тебя холодильник чёрный? Прострация, прострация и ещё раз прострация, в придачу к активному перевариванию ранее сказанного, я бы назвала это мозговым штурмом. Вот как можно описать нынешнее состояние блондина, который сквозь пелену своих мыслей даже не услышал, что к нему обращаются. - Санька... Саня, ты чё так грузишь то? Если не хочешь можешь не делать... Слава подошёл с другу и, слегка приобнимая, нагнулся, чтобы взглянуть в его лицо из-за опущенной им головы и слегка свешивающихся локонов волос. - Ты чего красный такой? Может тебе плохо, а тут я ещё на голову свалился и напрашиваюсь на дальнейшее гостеприимство? – внимательно рассматривая пуще прежнего раскрасневшегося Санька. - Нет. Нет! В-всё в порядке… - мямлил светловолосый, отводя глаза в сторону, при этом рукой пытался отдалить неожиданно заботливого товарища. - Тебе душно, может окно открыть? – спросил Славик, внимательно всматриваясь в налившееся кровью лицо. «В первые его таким вижу, как помидорка» - как-то с умилением подумал паренёк, наводящими движениями заставляя друга присесть на стул. - Да, пожалуй – с облегчением выдохнул светловолосый, избавившись от такого пристального и заботливого взгляда, который, как оказалось, очень легко может заставить его смутиться ещё больше чем какие-либо слова. - Слушай, Сань, я всегда хотел у тебя спросить. - начал шатен, наклоняясь и кладя свою голову на плечо Саше, который только-только начал отходить. - Ч-что? – заикаясь поинтересовался блондин, нерешительно поворачивая голову в сторону и непременно утыкаясь носом в щеку шатена, тут же краснея и отворачиваясь. «О Господи, как же он близко! Он что так издевается? Провоцирует? А иначе я не понимаю что происходит? Или может так было всегда. Да точно! Так было абсолютно всегда, просто я не придавал этому внимания. А теперь совсем недавно я ему признался в своих чувствах. Пусть я и оправдался, но... Неужели он поверил? Неужели он действительно думает, что он для меня друг? Да даже если и так! После признания, какое бы оно ни было, я бы всё же относился к признавшемуся человеку с опаской, а он наоборот липнет ко мне и всячески провоцирует! Вот например сейчас. Зачем он положил свою голову ко мне на плечо? Зачем приобнимет меня одной рукой? Стоит мне только повернуть голову, как я уткнусь носом в его щеку. С такого расстояния я могу рассмотреть всё. Всё понимаете?! Его удивительные зелёные глаза, обрамлённые длинными и к тому же пушистыми тёмными ресницами, его идеально правильный, аккуратненький носик и губы... Такие желанные. К которым я всегда хотел прикоснуться, но никогда не осмеливался. О Господи, ещё немного и я сойду сума от этой близости!» - А то. Вот почему у тебя холодильник чёрный? - Чтобы ночью, когда пожрать захочешь, в темноте не нашёл. - Ха-ха-ха! И часто ты по ночам есть ходишь? - Бывает – немного обиженно сказал Саня и, подойдя к этому самому чёрному пятну в квартире, приоткрыл дверцу. - Ты пиво будешь? «Мне нужно срочно выпить и расслабиться, а иначе может случиться нечто непоправимое». - Хм, а давай. Всё равно мне завтра никуда не идти. - У тебя выходной? – спросил светловолосый и, доставая и ставя тару на стол, сел напротив шатена. - Ага, и будет он длиться ещё дня четыре. - Правда? Мне тоже дали несколько дней выходных. - Здорово! Ну, так развлечёмся же по полной?! «Совсем его не узнаю. Но ничего, думаю алкоголь развяжет ему язык и мне удастся что-то выяснить».

***

- Саня, ик. Санечка...– пьяно, словно мартовский кот, мурлыкал Славик, довольно странно поглаживая светловолосого по плечам и спине, слегка приобнимая и прижимаясь к нему. - Чегось? – не так сильно опьянённый алкоголем Саша всё ещё мог здраво мыслить,отчего и пытался отдалить от себя темноволосого, что с каждым разом давалось ему всё труднее и труднее. - Ты, наверное, не знаешь, но мой, как ты его называешь «петух расфуфыренный», смылся. - В каком это смысле? - Ну, уехал. По делам.– с толикой пафоса заявил шатен, усаживаясь на колени Сане при этом, совсем по-детски надувая губки. - А мне теперь так одиноко. – призывно мурлыкал Славик на ушко светловолосому, то поглаживая его торс, то теребя футболку. - Может... Ты утешишь меня? Поможешь избавиться от этого чувства? Тебе ведь не всё рано, что со мной твориться, да и вообще… - томно дышал на ушко темноволосому Славик, в то время, как его руки вовсю блуждали по торсу афигевающего от жизни блондина. - И как я это должен сделать? «Если он сейчас это скажет… Если он сейчас это произнесёт, то я… Боюсь, что я больше не смогу себя сдерживать» - тяжело сглотнул светловолосый, собирая в себе последние остатки здравомыслия. - Трахни меня. – соблазнительно облизнулся шатен, пьяно всматриваясь в эти широко распахнутые глаза. - Но... - Да-да-да. Я знаю всё, что ты мне хочешь сказать. Пусть ты меня любишь только как друга, но… Но… Трахни меня, а. Я те так благодарен буду. Ты не переживай. Это так же как с девчонкой. Только у меня сисек нет. Зато есть кое-что другое... - хихикнул Славка, широко раздвигая ноги и опираясь спиной о стол, что в данный момент был у него за спиной. - Нет. Нет, нет! Я не должен этого делать. Я не должен идти у тебя на поводу, а иначе... - А иначе что? – продолжал соблазнять темноволосый - Иначе мы оба об этом пожалеем. Понимаешь меня? Нам не стоит этого делать. - пытался убедить не столько парня, сколько себя в безрассудности данного поступка. - А мне всё равно. Сейчас мне грустно и одиноко. А ещё рядом со мной нет этого садиста и… Кажется я сильно напился, ха-ха-ха. - Вот именно! - Всё. Больше ни слова. Что ты как девчонка ломаешься? Я думал ты сильный и решительный мужик. Ну же. не разочаровывай меня. - голосом маньяка-искусителя прошептал Слава, опаляя губы светловолосого своим горячим дыханием. «Что... Что происходит? Моё сердце так бешено бьётся. Хотя это и неудивительно. Ведь сейчас рядом со мной он – человек, ради которого я готов на всё. И пусть он пьяный, и пусть он не знает, что люблю я его не как друга люблю, но так издеваться над моими чувствами... Это слишком жестоко! Наверное, всё то что происходит сейчас - это месть за то, что я соврал ему, обманул и не сказал, что я действительно к нему испытываю. Но ведь если так продолжится ещё хоть мгновение... Я ведь отымею его прямо на этом кухонном столе! Что же мне делать? Я совсем запутался или может я сам хочу запутаться ещё сильнее, чтобы потом мне было на что свалить свою вину после того как я... Нет! Я не должен этого делать. Он ведь пьяный и ничего не соображает. Да, точно! Он ведь всегда, когда выпьет ведёт себя не совсем адекватно, вот и сейчас... Или нет?» Все мысли и попытки воспротивиться самому себе были прерваны нежным, поначалу изучающим, поцелуем, который вскоре перерос в очень страстный и пылкий. Саша, уже не владея собой, усадил на свои бёдра паренька, который, во время их перемещения в спальню, то целовал, то ласкал его, дразня ещё больше. Обстановка в спальне была довольно мрачной. Комнату освещал, своим тусклым, еле доходящим до этих окон светом, фонарь, но и этого хватало двум молодым людям, охваченных порывами страсти. Слава лежал спиной на кровати и пожирал взглядом тело, что сейчас уже полуобнажённое нависало над ним, тяжело дыша. До этого всё происходило быстро и очень спонтанно, но сейчас оба упивались красотой друг друга пусть и во мраке, но… Каждый под кончиками своих пальцев мог ощутить эту гладкость кожи, её шелковистость и мягкость. Мог почувствовать, как напрягаются мышцы под ладонями рук, как плавно струятся волосы, словно водопад. Как они свисают или же небрежно покоятся и обрамляют лицо. Каждый из них мог не только услышать, но и почувствовать, ощутить эту сладость тяжёлого дыхания, отдаваемое лёгкой хрипотцой. Все эти поцелуи, прикосновения, пьяные, но такие сладостные речи сводили с ума обоих. Они уже не могли сдерживаться. Хотелось продолжения. Желанной развязки.