Куча ублюдков, убивающих друг друга...

      — Жизнь - это завораживающий аттракцион выбора. Что выберешь, то и будет! — этой фразой кормят всех. Детей, учеников, студентов, заключённых, рабочих, стариков и всех - кто готов поверить в ложь в силу слабости духа и отчаянья. Дейв Мёрдестер - один из тех, кто разгадал несправедливость мира совсем недавно… Печальная и унылая вышла бы новелла, если музыканта не пригласили на званый вечер, на Ривер авеню, в тот самый злополучный день. Парень был музыкантом, который всё ещё верил в мечту. Ему было около тридцати, когда жизнь дала сдачи. До этого он промышлял продажей наркотиков, воровство и вымогательством. Сложно сказать, что всё это принадлежит ему до сих пор, а точнее, вплоть до неудачного тура, о котором рассказывал сам он вечером. Тогда бородатый мерзавец наткнулся на смерть, которая была совсем близко. На самом деле душой парень погиб… Приобрёл то знание, которое противно для всех нас. Рано или поздно небо будет разыскивать нас для того, дабы сказать, что всё кончено. Невесёлая судьба у человека, осознавать существование смерти.       Мало существования этого факта, так вдогонку получайте обман от своих близких и родных. Миллион обещаний, что всё получится и ноль настоящей помощи. Сложно распоряжаться судьбами, когда осознаёшь цену своей… Но люди не думают, они делают. Ломают с десяток судеб, для своего счастья. Иногда нечаянно. Иногда они добились своего честным путём, а потом осознают, что заполучив кусок пирога, тем самым разозлили всех остальных, впоследствии довели кого-то до ручки. А может и дальше. Если ты встаёшь на какое-то важное место в мире, то кто-то должен уйти. Этот порядок вещей нам не изменить, пока каждый из нас не начнёт задумываться. Но помните, все слишком заняты устройством своей жизни и благополучия, которого может завтра и не быть, как и жизни тех рабов. А пока посмотрим, как наши ублюдки убивают друг друга!       Спустя час звонок в полицейский участок.       — Перестрелка с взломом и угрозами, — сказал Дейв, — улица Ривер Авеню, дом двадцать два.       — Вас понял, выезжаю, — ответил ему полицейский. Это был мужчина средних лет, который доживал до пенсии. Он знал этот город. Этот сотрудник давно перестал носить форму и светить значком, в связи со своей должностью. Мужчина был криминалистом. Слово закона он видел по своему. Многие политиканы и администрация не видел то, что видит этот человек. На улице стреляли преступники, а в когресмены стреляли словами... И те и другие убивали людей. Нет, он не нарушал закон, а просто утратил веру, дабы можно всё исправить.       К дому Мёрдестера подъехал тёмно-синий кадиллак. Из него вышел полный мужчина с короткими, рыжими, прибранными волосами. Дейв испугался, так как на парне не было официальной формы. После ухода соратника, в страхе следил за всем, что происходило на переднем дворе.       На нём была синяя рубашка, красно-коричневые подтяжки, бордовые штаны и чёрно-синий пиджак. Мужчина постучался в дверь. Музыкант не заметил, как быстро прошло время, пока он был погружён в догадки, кто это мог быть. Парень не спал всю ночь, болтая с гостями, и когда он открыл дверь, его ослепило яркое солнце, которое било ему прямо в глаза, как озорной ребёнок солнечным зайчиком, дразня-играясь.       — Доброе утро, мистер Мёрдестер? — спросил мужчина в костюме. Внешне, мистер Мёрдестер не внушал доверия для него.       — А вы кто? — спросил его Дейв.       — Я полицейский этого города, которому поступил вызов по поводу перестрелки, — отвечал странный мужик. Его зелёные глаза уставились на собеседника, с некоторой унылой ноткой недопонимания и усталостью.       — И вы не боялись, что здесь будут преступники? — скептически отозвался музыкант, боясь за свою шкуру.       — Я служу народу этого района уже более десяти лет, и знаю, что никто из этих жителей не сообщают о преступлении непосредственно во время совершения, ибо выходит так, что часто они сами причастные к этому. Так что, ни налагайте на себя подозрения и просто дайте пройти, — отвечал он, глубоко вздохнув.       И недоверчивый гражданин всё-таки впустил нестандартного полицейского.       — Это было во дворе, а затем перешло в мой дом, — говорил музыкант, провожая уполномоченного сотрудника безопасности.       Было несложно заметить два гвоздя на стене, которые должны держать что-то огнестрельное. И полицейский спросил: — А была кража? — И сразу отвёл взгляд от пустой стены. Смущало ещё пятно крови на полу у прохода в прихожую, которое тоже приметил мужчина.       — Нет, — буркнул владелец дома, не догоняя о чём тот.       Они прошли во двор, где развернулась сама пальба, по словам пострадавшего. На крыльце лежал старик с простреленной головой. Было видно, что кровь уже высохла и оставила лишь пятна. По причине отсутствия ремня, полицейский определил, что убийцы ещё и мародёры, а также это указывало отсутствие оружия у убитых. Четверо трупов лежало на лужайке. С первого взгляда было понятно, что в них стреляли со стороны дома. А некоторые пытались убежать. Мужчиной было обнаружено, что всего стреляло трое. И один стрелок вёл огонь из дома, а, значит, парень который вызвал, не лгал в том, что в доме были преступники, но оставалось выяснить ещё пару моментов. Затем полицейский увидел сигару, которая валялась в кустах. Следователь взял фотоаппарат и стал желать снимки. После съёмки, мужчина надел перчатки. Он наклонился и поднял сигару, что заприметил ранее, а затем положил в небольшой прозрачный пакет.       И вот, после нескольких минут молчания мужчина заговорил: — Ну, тут было так. Один занял позицию в доме и стрелял по четверым оттуда, — мужчина показал на дом Мёрдестера — Стреляло всего трое. Один находился очень близко к противникам и по очертаниям крови, держал на коленях убитого старика. Труп перенесли, так как с него сняли ремень. Видно, по оторванным петлям на поясе. Парней, в которых разрядились преступники, были не готовы к этому. Похоже, всё это было на разборку. Пока я могу сказать, что старого мужчину подстрелили самого первого из крупнокалиберного пистолета с расстояния не больше десяти-пятнадцати метров. Затем, убийцы подошли и начали издеваться над выжившим парнем, которому на колени упал труп. Не знаю как, но он вследствие и перестрелял противников на пару со стрелком из дома. Они были в сговоре. Одна лишь удача помогла парню, что сидел с "куклой" на коленях.       Затем полицейский поднял ружьё. Осмотрел его. И к его удивлению, оно было не заряжено, хотя точно участвовало в потасовке.       — Могу лишь добавить, что перестрелка была, как в фильме… С незаряженными ружьями и длинными диалогами, — говорил мужик с оружием в руках. Дейв не стал говорить, что это его, так как у него не было документов на этот агрегат, хотя полицейский догадался. Всё это он говорил, дабы сразу дать важный намёк. Ничто не скроется от следствия. И тут он вспомнил, что все выстрелы были сделаны явно не с ружья или как минимум не с этого калибра. «С ремнём утащили и пушки… Интересно, значит, они им были явно нужны. Это будет серия преступлений», — размышлял следователь.       — Мы можем вернуться в дом?! У меня есть пару вопросов, — выдал мужчина средних лет, и они проследовали внутрь. В зале был лишь диван и место для гитары и принадлежности к ней, так что полицейскому не составила труда найти гильзы. Он повесил ружьё обратно. Они уселись на диван.       — Это были сообщники. Трое, один был в доме, именно здесь. Он стрелял из пистолета через открытое окно. Второй был на улице со стариком. Они уселись разговаривать на крыльцо. И всё пришло к тому, что я здесь. Я вызову мед-экспертов и увезу тела на осмотр. Затем, узнаю кто поступал вчера-сегодня в больницу с пулевыми ранениями, — рыжеволосый поднял одну металлическую капсулу с пола.       — По гильзам и сигарам начнём предполагать, кто это сделал. Знаю одно, что это было вчера ночью, а значит, след совсем свежий, надо действовать быстро. Ребята обпачкались и придётся вытираться, а о кровавой одежде я и не говорю. Только вот в чём дело. Они собираются на новое дело, так как обобрали тех ребят, что убили их старого друга, — говорил полицейский пострадавшему, убеждая его - врать бесполезно: — А теперь вопрос. Как ворвались к вам в дверь, если замок не сломан, вам угрожали или это были - знакомые?       — Позвонили в дверь, сказали, что ведут расследование, хотят задать пару вопросов. Три человека. Один остался со мной и начал меня расспрашивать, двое мужчин вышли на крыльцо, — отвечал музыкант.       — Ясно… Расследование… Может, это могли быть спецслужбы. Надо будет разузнать. Но почему в них стреляли… И как там оказался старик, он должен быть в отставке, — размышлял мужчина, перебирая гильзу в руках: «Так… Он явно врёт. Три мужчины. Все владеют оружием лучше, чем обычные полицейские или охотники… Они забрали оружия… Может, они, правда, из службы? Тогда надо будет проверить карманы старика, там должно быть удостоверение или иначе оно у других представителей. Зачем старик…»       — Ладно… Вы курите? — спросил полицейский увидев пепел от сигарет на ковре, боясь, что его находка — бесполезна.       — Да, — ответили ему, вообще не улавливая ход мыслей.       — Предпочитаете сигары? — спросил снова мужчина с недоверием.       — Нет, — вновь ответ, вновь юркая глазами и не понимая в чём суть.       — Преступники предлагали вам сигары? — спросил вновь полицейский.       — Да… нет, — ответил Дейв волнуясь.       — Хорошо, я пройду на кухню? — спросил мужчина.       — Да-да, конечно, — ответил Мёрдестер.       Пройдя на кухню, обладатель подтяжек оставил музыканта без присмотра, когда в тот момент он проклинал себя за враньё.       Комната для готовки еды не была столь роскошна, как всё в доме Дейва. Схема - прямоугольник. Слева серия шкафов, не доходящая до конца комнаты, отставляя место для мусорного ведра, уменьшающая комнату в ширь на одну четвёртую часть. Были одни шкафы и в конце плита. На другой стороне лишь стоял холодильник в углу, а на противоположной от двери стороне стены было окно в чужой сад. Забор - низкий. В остальном особо описывать нечего, пол - плитка, а на месте для готовки всякие бокалы, огрызки и фантики-бумажки. Мужчина средних лет увидел пепельницу, в которой была потушена пара сигар. Он открыл холодильник. Было видно, что у парня много алкоголя и яблок. Напротив холодильника стояла мусорка, спрятанная за стену шкафов, если смотреть с ракурса входа, что вызвало подозрение. На дне был чек, который увидел мужчина через пустую стеклянную бутылку. Полицейский вызволил квитанцию из недр и заметил, что запах алкоголя был свежий, хотя судя по крепости алкоголя, владелец не мог всё это выпить. А там было три бутылки водки и одна виски. Чек говорил, что алкоголь приобретён за несколько месяцев до этого. «Выходит, Мёрдестер — человек не пьющий, но выпить в компании — не откажется». Было ясно, что Дейв распивал алкоголь с преступниками, может, даже курил. Выйдя с кухни, он подошёл к луже засохшей крови. «Они переждали здесь. Это было недавно. Чёрт-побери, может, Дейв их прямой сообщник», — рассуждал полицейский.       — Ладно, я вызываю подкрепление, дабы здесь немного прибраться. Сейчас сюда нагрянут четырёхглазые, но уже в форме. Возьмут всякое на анализ и прочее. Спасибо, что сопутствуете раскрытию дела, — его лицо поменялось на более строгое, он поправил пиджак и ушёл, не попрощавшись. Стук двери.       Дейв пошёл на кухню, налил стакан виски и выпил, после чего пошёл спать. Ему не хотелось ничего помнить. Ничего делать. Ничего вспоминать. Эта передряга так сильно попортила, уже будучи плохие, планы Мёрдестера, что он не мог представить, как может быть хуже. Его жизнь была не сахар, дабы в неё пришёл Джонни со своими проблемами и смог немного поделится ими. Скорее это был добивающий удар, ежели один из неудачных случаев. И придётся довериться Брауну, ибо сдать его музыканту не давала совесть. Есть хорошие люди, которые обязаны делать плохие дела, и плохие люди, прикрывающиеся хорошими. Это так сложно для Дейва, который только недавно осознал цену жизни, что просто выкачало из него все соки, из-за чего его хватило только на то, дабы свалиться без сил в зале на свой диван.