Истинная любовь.

Хельга не видела того, что происходило дальше: она не знала, как Белль рылась в книгах в попытке осознать, чего же добивается Зелена, не участвовала в защите Белоснежки и её ребёнка, не могла ничем помочь Сторибруку. Ведь Сторибрук не помог ему. Она даже не смогла пойти на похороны Нила, достойно с ним попрощаться. У Мартины не было сил и желания вести брата в его последний путь. Это было слишком тяжело. Ночью, лежа в кромешной темноте в плену нежных рук Питера, Хельга вспоминала, как Нил проходил к ней. Они тогда разговаривали обо всём на свете. Он говорил, как ему тяжело видеть Генри, потерявшего память, как бы он хотел проводить с ним больше времени, стать настоящим отцом. Они оба переживали за Румпельштильцхена. Не смотря ни на что, дети давно прости все его грехи. Им хотелось, чтобы он просто снова был рядом, а не в плену у Злой ведьмы Запада, которая делает с ним всё, что хочет. Тогда Хельга не могла и подумать, что эта будет их последняя встреча, что она больше никогда не увидит доброго лица Бея, не услышит его голос. Она пыталась тщетно удержать зыбкие воспоминания в своих руках, но они превращались в прах, не оставляя ей и малейшего шанса. Наконец-то Злую ведьму запада победили. По этому случаю, да и по случаю рождения принца, Прекрасные устроили праздник в кафе "У Бабушки". Мартина решила не участвовать. Она только недавно отошла от потери брата и сейчас не могла думать о чём-то другом. Но, так как такого огромного количества народа у них в кафе ещё не было, то с раннего утра бабушка и Руби вместе с Хельгой крутились на кухне, чтобы к назначенному часу всё было готово. Хельга была погружена в рабочую атмосферу и мир для неё перестал существовать. Бабушка была права, монотонная работа помогала справиться с хандрой. По помещению разносились звуки бокалов, радостные голоса людей и запах вкусной еды. Вдова Лукас даже на время забыла о своей строгости и сейчас пила пиво в компании гномов, хотя уверяла, что крепче чая ничего не пьёт. Руби сидела за одним столом со Снежкой и маленьким счастьем. Даже Эмма радовалась за родителей и постоянно улыбалась, что было для неё странно. Мартина всматривалась глазами в зал полный людей. Она искала одного юношу в тёмно-зелёном костюме и с глазами изумрудами. Питер стоял, облокотившись на дверной косяк в самом конце кафе. На его лице виднелась полу усмешка, полу улыбка, как хорошо, что сейчас на него никто не обращал внимания. Хельга подошла к нему, как будто и не его искала. Ловкие руки парня обвили её за талию и несильно встряхнули. Мартина, не снимая с лица улыбку, уткнулась носом в его ключицу. От Пэна пахло травой и свежестью. Девушка шумно выдохнула, от чего её плечи задрожали. -Как ты? - заглядывая ей в глаза, спросил юноша. Мартина попыталась улыбнутся. Она понимала, что вечно носить траур не получиться. Нужно принять всё, как есть, и наконец сходить на могилу к Нилу. Теперь, когда отец свободен, они могут сделать это вместе. -Вижу ты сегодня в красивом платье, - протянул Пэн, опуская свои руки ниже талии. От его действий Мартина дёрнулась, но руки не убрала. На ней правда было новое платье чуть выше колена, которое её заставила надеть Руби. Оно было белого цвета и рукава прикрывали только плечи, на талии был прикреплён золотой поясок. Её русые волосы, свободно раскинутые по плечам, так и манили Питера. Он хотел вдохнуть их аромат, но здесь было слишком многолюдно. Он взял её за руку и повёл в небольшой коридор от куда они попали к гостиничным комнатам. Питер остановился у своей двери и посмотрел на девушку. В его глазах плясали черти и бушевал огонь. Он прижал Хельгу к стене и жадно поцеловал, стараясь помочь ей забыть всё, что было. Поцелуй получился длинным и сладким. Со вкусом шоколада, который девушка съела совсем недавно. Питер был равнодушен к сладкому, но губы Мартины были самой желанной его конфетой. Он медленно опустился на шею девушки покусывая и целуя мрамор кожи. С губ Хельги слетел непроизвольный стон, от чего она испугалась, что их могут услышать. Питер знает, что за мысли вертятся в её голове и отстраняется. Он любит её, безумно любит, но нельзя быть с ней всё время от этого у него только теряются остатки самообладания. Питер закусывает губу, только чтобы сохранить вкус губ Хельги. Девушка снова улыбается, она не обижается на него Как бы ей не хотелось спрятаться куда-нибудь вместе с Питером, нужно возвращаться в зал, пришли новые гости и в них Мартина узнаёт своих биологических родителей. Она радостно улыбается и идёт прямо к ним. Румпельштильцхен, как будто и не был в плену, бодр и полн магии. Он обнимает за плечи счастливую Белль, которая увлечённо что-то рассказывает Руби. Приёмная мать девушки тоже не может сдержать улыбку. Однако, Хельга видит, что вокруг глаз Тёмного мага появились новые морщины, глубокие и тяжёлые, которых раньше не было. -Папа... Она не успевает больше ничего сказать, как оказывается прижата к груди отца. Он ласково гладит свою дочь по волосам. Оказаться рядом с ней для Румпельштильцхена сейчас было самой лучшей наградой. -Я знаю, Хельга, - тихо произносит мистер Голд, целуя дочь в лоб. - Я всё знаю, но ты не опускай голову. Держись. Я ведь держусь, ты видишь? Она старается улыбнуться ему, запрятав слёзы куда-то глубоко внутрь себя. Странно, но от слов отца становиться, пусть ненадолго, но легче. Она действительно должна держаться. Мартина обнимает обоих родителей. Она рада, что они вместе, хотя уже прошло много лет и она уже давно не маленькая. Было видно, что Белль волнуется, но причина этого волнения явно радостная иначе бы не так не улыбалась. -Хельга, мы поженимся. Я и Румпельштильцхен, - лицо женщины светится счастьем и Хельга улыбается, чтобы порадовать мать. -Я рада за вас, - искренни говорит она, стараясь не выдать своего беспокойства. Ей грустно от того, что она была так долго без них. Они её настоящие родители, но не они, а Руби была с ней все двадцать восемь лет. Но теперь, возможно, они захотят построить свою жизнь заново. Она не корит их за это желание, понимая, насколько им обоим это необходимо. Мартина замечает, что Голд сверлит Питера ненавистным взглядом, как и Пэн Тёмного. Между ними всё ещё оставалось напряжение и чтобы это напряжение исчезло, Хельга позволяет обернуть руки Питера вокруг своей талии. Ей хочется, чтобы отец поверил, что Питер рядом с ней не просто так, он не враг их семье. Проходящая мимо вдова Лукас, не может сдержатся от комментария: -Я же говорю, у вас это семейное. Как и мать, она влюбляется в чудовище. Тут ничего сказать нельзя. От слов бабушки Хельга расплывается в улыбке. Бабушку не изменить, да и она, сказать по правде, не хочет менять. Мартина любит её такой, какая она есть. Со всем сарказмом и недовольством. Девушка привстаёт на носочки и целует Питера в щёку, оставляя ели заметный след нежно-розовой помады. -Мартина, - сдержанно отвернувшись, вздохнул Тёмный. Ему не нравились отношения дочери с Питером Пэном, но он не мог прямо сейчас высказывать свои резкие мысли. Пэн помогал Мартине пережить тяжелые события, а это значит, что пока юноша полезен Голду.