Фетиш

АУ. Уэйд — доктор в психиатрической больнице. Харли — пациент. Намёки. Заигрывания. Недо-любовь. *** Однажды Харли понимает, что пути назад может и не быть. Снова, как по сценарию второсортного фильма ужасов, приказы Джокера будут звенеть набатом в голове. «Убей. Ну же, ради меня», — говорит призрачный Мистер Джей и скребет острыми ногтями внутри черепной коробки. До боли. До хрипа. До приступа неконтролируемой паники. Харли — хорошая девочка, но плохие мальчики манили к себе, как Сирены заблудших моряков. На погибель. «Харли, детка, ради меня ты готова на все?» — ласково спрашивал Мистер Джей. «Да». Она всегда отвечала «да», после этого доброго чувственного «ради меня». И снова по кругу. Раз. Прекрасным воскресным утром, все снова пойдёт своим чередом: писклявые хихиканье, чья-то здоровенная голова под её молотом и занудное «Пирожок будет рад!». Два. Ещё одна команда «фас» от Джокера, любимого хозяина, и Квинн скалит идеальные зубки. Три. Безумие ломает её, как личность. Арлекин этого не хочет: человечность внутри нее трепещет пойманной птичкой, рвется наружу. — Я сдаюсь, — Квинн роняет на асфальт дробовик и поднимает руки вверх. — Помоги мне, Мышка. Бэтмен кивает. *** Уэйд Уилсон — типичный кутила. Да, он умен, сообразителен и находчив, но тратит слишком много времени на дам, необремененных поведением. И что? В этом нет ничего необычного. В двадцать два хочется жить, радоваться свободе, пить напропалую, целоваться и… не подчиняться. К черту ответственность! Просто «нахуй» её! Папа считал по-другому… — Где твои мозги?! — рычит мужчина и хватает пьяного Уэйда за шкирку. — В заднице, папуль. Его молодая любовница — ох, ладно, жена! — противно взвизгивает и шлепается на диван, прикрывая рот ладошками. На пальцах мачехи сияют бриллианты. — Значит будем выбивать их оттуда. Отец, типичный богатей, насильно пихает сына в медицинский университет, потому что быть врачом престижно. Потому что… его достало собственное чадо. — И где мне жить? — В общежитие, как все студенты. Отучишься на хирурга, ясно? — Как я могу сказать тебе «нет»! Уэйд подался в психологию. Назло родному отцу. *** Харли — буйный пациент. Она ругается и дерется, отказывается пить лекарства. Смирительная рубашка, словно вторая кожа, облепляет хрупкое тело. — Подружка Джокера — отличная тема для докторской, — жмет плечами Уэйд. — Она тоже так когда-то думала, — с желчью говорит мистер Фрей, — про самого Джокера. И не заметила, как влюбилась. — Такие, как я, не влюбляются. Априори. *** — Как твоё ничего, Харлин? — Уэйд садится на стул, напротив блондинки, ставит на стол пончики и кофе из Старбакса. Он не успел позавтракать, а санитары и словом не обмолвились по поводу еды в рабочем кабинете. — Мрачно, скучно и с привкусом транквилизаторов. Впрочем, как всегда, — улыбка Квинзель напоминает оскал дикого зверя. — Не угостите леди кофе? Здесь его не наливают. — Он теплый, — Уилсон подталкивает стаканчик ближе к девушке. — Оу. — Я же не идиот нести сюда кипяток, — парень жмет плечами и вгрызается зубами в пончик. — Оу-у-у… — Харли подрагивающими руками сжимает стаканчик в руках, звякая при этом тяжелыми наручниками. — Умный мальчик. — С воображением. *** Как-то на одном из многочисленных приемов Уилсон называет Харли красивой. Просто так, констатируя факт или желая поднять настроение. Квинзель таращит на него свои огромные глазища: — Что? — Ты очень привлекательная, — снова повторяет Уэйд. — И я совершенно не понимаю, что ты нашла в Джокере. — Он харизматичен. — И с ним не скучно? — Более, чем не скучно, — хихикает Арлекин. — Даже очень! — Тогда откуда у тебя шрамы на запястьях, Харли? Доктор бьет по больному, поэтому Квинн отвечает ему тем же: дергается, валится вместе со стулом на спину и заезжает пяткой Уилсону прямиком в челюсть. *** — Ты же не дуешься на меня, зайка? — слащаво выдает девушка, высоко задирая голову. Комната с мягкими стенами ей не нравится — слишком мало места. Негде развернуться. Уэйд не отвечает. И не потому что не хочет, потому что просто… не может. Чертовка сломала ему челюсть! Он жмет плечами и шлет своей пациентке воздушный поцелуй, с удовольствием замечая, как та краснеет. *** Джокер не пытается вытащить свою подружку из лечебницы — наигрался. *** — А ты способен на безумства? — Без сомнения.