Фетиш

В комиксе про «Отряд самоубийц» Харли очень переживает из-за того, что считает Джея мёртвым, поэтому бежит от Уоррен. В Готэм, где отряд следует за ней. В общем, Дэдшот её находит, но Квинн нейтрализует наёмника и цепляет на него лицо Джокера. Так вот, что если на месте Дэдшота будет Дэдпул? И что если Джокер на самом деле мёртв? Легкая отсылка к предыдущему драбблу, где Уэйд обещал прикончить Клоуна. Уэйд обещал — Уэйд сделал. *** — О, да ладно тебе, детка! Давай забудем то, что было? Мы сделаем вид, что эта очередная галлюцинация! Вернёмся домой, закажем пиццу… Так уж и быть, поиграем с доставщиком в бутылочку, чур он будет «бутылочкой», и займёмся сексом! Вместе! Я устал делать это в одиночестве! — Дэдпул перешагивает через мёртвого охранника, согнув руку в локте и сжимая в ладони пистолет. «Это звучало жалко». — Заткнись… Будь проклят тот, кто сказал Квинн про смерть этого двинутого Клоуна. Или убит. Дважды. Почему дважды? Ну, наверное, потому что Уилсон прикончил болтуна, предварительно выдрав тому язык. Тот немножко подавился собственной кровью, да и умер… от ножа, застрявшего в черепной коробке. От этого многие умирают! Или нет?.. «Ну, не стоило самую сильную мышцу этого придурка прикалывать к его шее. Степлером», — подмечает Жёлтый. «Ага, но идея запихнуть его язык ему же в задницу нам не понравилась! Это было бы отвратительно… И очень ржачно!» — Что бы написали в протоколе ребята в форме? Я бы прочёл! Уилсон смеётся, оглядываясь по сторонам. Кровавые отпечатки на стенах, тела, валяющиеся в хаотичном порядке, и огоньки пламени, грызущие бумагу и однотонные обои на стенах. Напоминает кадры из второсортного фильма ужасов… Или что-то из «Война миров Z»? — Харли, дорогая, где же ты? — вопит Уилсон, снова и снова заглядывая в пустые камеры. Ладно, камер здесь всего две… Он просто застрял у столика с пончиками! Нетронутыми пончиками, покрытыми вкусной глазурью! «Это как в той игре, помнишь? Где есть миссия, но по дороге к цели, ты маешься всякой». «Во всех играх так, зануда», — смеётся Белый. — Даже в ГТА. «Почему мы платим шлюхам за секс? *» — Это их работа — обслуживать нас, а каждая работа оплачивается. Закон наёмников номер какой-то там, не важно. «Ты сам его придумал. Только что!» «И это я ещё зануда?» — усмехается Жёлтый. — Да. «Да». Белый и Уэйд говорят одновременно и… выглядит это очень странно! Не страннее, чем обычно, конечно, но всё равно как-то не так. Ох, да как всегда при разговоре с самим собой! Зачем кривить душой и прятаться за красивыми метафорами, лучше поюлить немного. Да, так гораздо лучше. — Дальше по маршруту — хранилище! Готов поспорить, моя благоверная застряла именно там! Она всегда была небезразлична к вещам покойников… Хм, раньше я этого не замеча-а-ал?.. Ох. «Нас опять вырубили», — громко вздыхает Жёлтый. И мысленно, будто бы он может по-другому, хлопает себя ладонью по лбу. Как делают это в кино или на тех смайликах из фейсбука. «Но эти звёзды перед глазами — просто нечто!» «Ты чокнутый, Сумасброд*». *** Харли крепко привязывает Дэдпула к стулу, цепляет руки жесткими веревками, фиксируя те за спиной наёмника, и мысленно торжествует. Она его поймала, заманила предателя в ловушку! И от этого на душе… мерзко. — Сладкий, а ты поправился! Не пора ли нам сесть на диету? Посажу тебя в клетку и буду кормить… ничем не буду тебя кормить — это же голодовка! «Уэйд этого не заслуживает». «Он оказал нам огромную услугу, слышь, ты?» «Может, нам позвать Харлин? Она вправит тебе мозги!» «На то Квинзель и доктор… Но дамочка слишком дотошная, просто жуть. Она говорит, что мы ненастоящие». Квинн мысленно отмахивается от голосов внутри её больной головы и поворачивается на сто восемьдесят градусов. Ей хочется видеть это: — Красота! Лицо Джокера за стеклянной пуленепробиваемой витриной так и манит к себе. Коснуться, вдохнуть запах подгнившей плоти и оставить частичку Пудинга себе. Кто-то рожает, чтобы сохранить в ребёнке черты двух влюбленных друг в друга людей. А Харли бьёт стекло, чтобы забрать единственное, что осталось от её дорогого сердцу Мистера Джея. Каждому — своё. — Пирожок, — мурчит девушка, когда осколки летят на пол. Стекло гарантированно не выдерживает пламени ацетилен-кислородной горелки, плавится под её действием. — Я так скучала по тебе. Кусок сырой плоти не отвечает, только упрекающе смотрит пустыми глазницами на неё. — Я не знала, что он хочет убить тебя, сладкий! Харли окровавленными пальцами касается срезанного лица бывшего возлюбленного, беря то на руки. Она оглядывается на секунду и легким, плывущим движением укладывает плоть на маску Дэдпула. — Как новенький! «Нам кажется, что тебя затянули в какое-то подобие ролевых игр», — говорит Жёлтый. И его голос — первое, что слышит Уэйд. — Детка?.. — Джей, ты проснулся? — Харли клонится к нему, сверкая безумной улыбкой. — Ты спал так долго, что я подумала, хах, будто ты умер! Глупость какая, да? Ох, ясно, крыша поехала окончательно. «Хэй, дамочка скоро нас в безумии переплюнет! Возьми свои яйца в руки и действуй! Мне за тебя стыдно!» — талдычит Белый, которому лишь что-нибудь да сказать. — Харли… — Да, Пирожок? — Почему я связан? И если я связан, то почему не голый и не в кровати? Желательно, чтобы и ты там была, в костюме Человека-паука! У каждого свой фетиш, правда же? — Ты играешь не по правилам! — злится Квинн и втыкает нож в колено Дэдпула. — Играй по правилам! Уилсон кривится, чуть болтает головой, от чего наложенное поверх его маски лицо соскальзывает, грозясь свалиться на грязный пол. Она хочет играть? О, они поиграют. Пул, мать его, любит играть, когда он в ёбаном бешенстве! — Почему ты бросил меня, малыш? «Да, почему ты содрал с её «малыша» кожу и сбросил того с крыши? А потом ещё и прошелся по его кишкам, будто бы другой дороги не было». «Подыграй ей, — даёт дельный совет Жёлтый. — Иначе застрянешь здесь на всю ночь! А мы ещё не досмотрели «Мистер Робот» и «Клинику». — Ты была… недостаточно хороша, — бросает Уэйд, вспоминая недавно просмотренную порнушку. Злой учитель и студентка. «Оказывается порно может помочь не только в делах ручных». — Я делала всё, как ты говорил! Выполняла каждый твой приказ! Я была хорошей девочкой! Харли топает ногой, кусая губы, и едва ли не давится горячими слезами. Она — брошена и разбита, предана любимым личным богом. Хочется кричать, но не… получается. Воздуха в легких так мало/много. — В этом-то и причина, куколка: я люблю плохих девочек. Это так похоже на её Мистера Джея: мешать Квинн с дерьмом. Поливать её грязью и каверзными словечками, а потом просто распахивать объятия, словно так и нужно. — Почему ты умер? Дэдпул фыркает, маскируя за неуважением хруст собственного сломанного запястья, и подмечает ехидно: — Ты меня достала. — Я не!.. — Хватит строить из себя невинную овечку, доктор Харлин Квинзель! Ты с самого начала хотела, чтобы я сдох! Не раз и не два желала мне мучительной кончины, даже шептала молитвы во сне! Так какого чёрта ты ревешь? Нет, она не могла такое… пожелать. Она его… любила?.. Любила ведь, так?! Харли медленно оседает на пол, вцепившись пальцами в светлые грязные волосы: — Я виновата в том, что ты умер? Это ведь я тебя убила, да? Я?.. — Меня грохнул Дэдпул. Содрал кожу и выкинул из окошка! Конченный псих. — Уэйд? — Да, детка, он самый. Дэдпул поднимается на ноги, хрустя поломанными запястьями, и с отвращением разглядывает сползшее на пол лицо, которое тут же сжимает в объятиях Арлекин. «С ней все кончено». «Ага, от такого не лечат, дружок». — Наверное, мне стоит оставить тебя наедине с собой… — Уэйд… — Мм? — Пожалуйста, помоги мне!.. Избавиться от Него в моей голове! Пожалуйста! Я так больше не могу! *** — Я советую вам немедленно выдать мне Харли Квинн, — чеканит Уоллер, проедая Дэдпула своими мутными карими глазами. — А я советую вам иди нахрен, — пожимает плечами Уэйд. — Со мной шутки плохи, мистер. — И что вы мне сделаете? Убьете меня? Наверное, стоит напомнить, что я… ну, как бы, бессмертный? И не из-за той штуки, что вы колете своим собачкам, когда те откидывают копытца, — да-да, Харли такая болтушка, — а сам по себе. Или нет, стоп! Вы прикончите мою семью? Не нужно, я всё сделал за вас: сжег мамочку и папочку живьем! Или, быть может, устроите облаву на одного из Мстителей? Того парня, который… ну, вкладывает огромные бабки в отряд? Хм, не знаю, как вы будете на меня давить. — Я найду способ усмирить твою гордыню, — холодно подмечает женщина, вставая из-за столика в кафе. — И верну чокнутую суку в Отряд. — Так дело в этом? — фыркает наёмник. — Тогда всё просто! — Что?.. Аманда падает, сшибая собой столы и стулья… Уэйд хмыкает, накидывая на голову капюшон, и сваливает, пока не приехала полиция. Мёртвая Уоррен — хорошая Уоррен.