Странствия Утренней Звезды

      Теперь мысль о том, что он просто обязан увидеть Тантаос, буквально завладела им. Люцифер метался по вселенным, обыскивая каждый уголок. Он разгонял крыльями пылевые облака, рылся в скоплениях мелких звезд — и нигде даже следа не нашел искомого.       Постепенно желание поугасло, и он снова начал скучать по дому.       Решив повернуть к дому, Люцифер сделал небольшой крюк, чтобы исследовать на обратной дороге интересное скопление звезд у черной дыры.       И кто же знал, что во вселенной случаются бури?       На легкие колебания энергий он сначала даже не обратил внимания. Просто щекотнуло крылья и взлохматило волосы. А до черной дыры осталось совсем чуть-чуть. Буквально рукой подать. Кончиком крыла почти достать. Он даже запах успел почувствовать — чуть пряный, солоноватый, словно за тонкой мутной пленкой черного провала шумело море.       Люцифер вскрикнул, когда мощная волна буквально смяла его в мяч, прокатывая по твердым острым граням звезды. Попытался расправить крылья — и даже шевельнуться не мог. Его бросало и крутило между звезд, как беспомощного ракрая. Архангел даже не пытался потом дергаться, отдавшись на волю стихии.       Краем глаза он видел проносящиеся мимо на огромной скорости небесные сферы, спасающиеся от завихрений энергий. Они были явно сообразительнее архангела.       В какой-то момент ему стало очень трудно дышать, но ненадолго. Потом пятки обдало жаром, а уши — холодом. А потом в какой-то момент все закончилось. Словно ничего и не было.       Была только тьма, странные шорохи и растерянное существо, пытающееся сориентироваться в пространстве. Люцифер поправил растрепанные перья, пригладил вихры, и огляделся.       Место было совершенно незнакомое. Здесь было глухо и пустынно, только вдалеке что-то посверкивало лиловыми и белесыми молниями. Иногда доносился далекий и зловещий отзвук грома.       И еще закладывало уши от почти неразличимого свиста. Люцифер никак не мог определить источник свиста. Этот назойливый звук буквально сводил с ума. Хотелось вытрясти звук из ушей, чтобы так не болела голова.       Зарычав, архангел завертелся на месте, сжимая голову руками, и бросился в сторону далеких молний. Им вдруг овладело такое бешенство, какого он никогда не испытывал. Хотелось рвать, пинать и сжимать что-нибудь так, чтобы сквозь пальцы текло — неважно что. Сок, сукровица, кровь…       Он и сам не заметил, как оказался совсем близко к молниям. И не увидел, как потянулись к нему белесые щупальца, превращаясь в сеть-удавку. А когда почувствовал мерзкое липкое прикосновение — было поздно. Он увяз, как насекомое в липком соке.       Белесые нити стремительно опутывали тело, причиняя дикую боль при прикосновении к коже. Люцифер пытался срывать липкие нити, но их становилось все больше и больше.       Тогда он попытался замереть — может, эти нити реагируют на движение. Но это не помогло. Краем глаза он увидел, как тянутся к нему серые толстые канаты, пытаясь дотянуться до крыльев. Люцифер дернулся, делая последнюю попытку высвободиться. Канаты свернулись в тугое кольцо, обхватывая пленника.       И вот тогда он закричал так, как не кричал никогда в жизни…