Отречение

      Дни в академии пролетали быстро и беззаботно. Их уроки отличались от нашей школы — балы распределялись лично, а не факультетам, классы на каждом уроке изменялись от программы студента.       Я была распределена на одну из сложнейших программ. Мой класс состоял из 11 студентов, которые явно преуспевали во многом в своих школах.       Прошло уже более двух недель как я увлечённо изучала такую программу и даже начала забывать о всех своих невзгодах, бушующих ныне.       В дверь постучали и я невольно отодвинула книгу, ожидая свою сокурсницу Анджелину.       — Да! — прохрипела я и прокашлявшись сказала, — Войдите.       Дверь открылась и человек в темно-коричневой мантии переступил порог.       — Мисс Грейнджер, — Гаус только сейчас опустил капюшон и его лицо явно выражало беспокойство.       Я спустила ноги на пол и внимательно уставилась в его глаза.       — У меня для вас нерадостное известие.       Гаус громко сглотнул и я проследила как нервозно дёрнулся его кадык на шее.       — Мистер Малфой получил серьезную травму.       Рихтер опустил глаза в пол и пару секунд в комнате повисла тишина. Воздух казалось стал консистенции молока и дышать становилось все тяжелее.       Я просто прожигала его своим взглядом.       Он поднял голову и начал шептать ускоренно:       — Когда вас сюда направили, школой был подписан магический контракт и в случае любого его невыполнения вы должны вернуться в школу, а ваши достижения анулируються.       Гаус снова громко сглотнул и я опустила взгляд на пол.       Не знаю что волновало меня больше - внезапная и волнительная травма Драко или вполне возможный срыв моих достижений.       Я подняла голову и уставилась на профессора.       — Я не уверен в своём праве просить Вас о таком, но…       В комнате снова повисла тишина. Мне становилось все хуже от напряжения повисшего в воздухе моей комнаты. Комнаты, которая была такой родной и уютной.       Сейчас я здесь полностью беззащитна — такая слабая волшебница с книгой о рунах у своего бедра.       Я снова подняла взгляд на Гауса, затем осмотрела стены комнаты.       Малфой. Драко Малфой. Это имя впитавшее в себя сколько моей боли и ненависти. Сейчас его хозяин находился в беде.       В моей голове сразу возникли воспоминания о нем и я снова уставившись в пол тяжело вздохнула и подняла голову.       — Возможно именно Вам, мисс Грейнджер удастся вернуть его в чувство. Дело в том, что при травме студента есть 7 дней для его восстановления.       Я уставилась на профессора жадно ожидая дальнейшей фразы, понимая, что все не так просто.       — Если мистер Малфой не поправится, — Рихтер прокашлялся, — Вам придётся тоже покинуть академию.       Я молча отвернулась от двери и сглотнула ком обиды в горле.       «Снова все из-за этого Малфоя! Да что за напасть!»       Мало того что он портил мне жизнь на всех курсах в школе, так решил ещё и последний год испортить, который важен для меня!       Казалось, будь он сейчас рядом я бы придушила его своими руками.       Чертов слизеринец!       В коридорах было прохладно и темно. Я отлично знала где находились палаты для больных. В моей голове мысли проносились с безумной скоростью — чем ближе я была к Малфою, тем скорее они из злых перерастали в неадекватные.       Если я не получу отзыва о такой практике в академии, то мои результаты для Министерства упадут ещё к Рождеству.       Мне захотелось чтобы с ним все было хорошо. Пускай он даже проявит себя лучше, только бы мне не ломал жизнь своей хрупкостью.       «Небось котёл взорвался» — подумала я и про себя хихикнула.       У дверей больничного крыла я осознала, что я пришла сюда лишь надежде увидеть серые холодные глаза Малфоя, услышать ненавистное «грязнокровка».       Я влетела в палату и увидела того старика, странно смотрящего на Малфоя в первый день. Он сидел у его кровати и так же не отводя взгляд любовался им.       — Мисс Грейнджер, — прошептал он подняв голову в мою сторону.       Старик поднялся и отходя от койки шептал что-то под нос.       — Странно. Очень странно, что Вы решили сюда прийти.       Старик вышел из палаты и я подбежала к кровати.       Малфой лежал без сознания — его бледная кожа казалось отливала синим. Волосы спали на бок открываю взору высокий аристократический лоб. Губы пересохли и были едва розовыми.       Я увидела ладонь Драко и невольно к ней потянулась. Длинные тощие пальцы были холодными и неприветливыми.       Я посмотрела на тумбу и попыталась прочесть наклейки на лекарствах — странные надписи корявым почерком не давались моему взору.       А затем мой взгляд заметил письма и я набравшись наглости взяла их в руки.       «Милый, Драко!       Прошло немало дней от твоего последнего письма.       Видишь ли, в школе все так же как и было до твоего отъезда.       Вот только вечера мои стали мрачнее без тебя — мне не хватает твоих рассказов о мистических существах и ладоней нежно прижимающих меня к твоему стану.       Твои поцелуи и глаза пленили меня в первые дни наших прогулок и я не упускаю ни одной возможности вспомнить об этом. Я…»       Я отбросила конверт на тумбу и повернула голову в сторону Драко.       Его голова мирно лежала на подушке и я уставившись на него поняла, что чувства преобладающие мною ещё в Хогвартсе снова приобретали своё место.       От этого голова закружилась — в голове возникло много спорных образов.       Я смотрела на него и не могла понять как человек унижавший меня 6 лет, не порождающий во мне ничего кроме ненависти и отвращения смог вселить в меня за пару дней страх и за пару недель такое вязкое и противоречивое чувство.       Я опустила лоб к его ладони и заплакала.       Вся моя жизнь, все радости и победы, все горечи и потери теперь стали так неважны.       Хотелось только жадного поцелуя, который мял мои губы. Блуждающих рук прижимающих меня к себе и этих холодных костлявых пальцев сдавливающих плечи.       — Совсем из ума вышла, Грейнджер…       Хриплый голос разбивший тишину в палате и вызывающий меня из образов в подсознании застал врасплох.       Я подорвалась со стула и шмыгнула носом опустив голову, чтобы спрятать слезы.       Начала предательски тереть их рукавом гольфа.       — Намочила мне руку — попытался сказать он веселее и начал вытирать руку об простынь, — я не умер чтоб меня оплакивать.       Мне стало холодно и темно в этой палате, так сразу радость от его пробуждения сменилась обидой от сарказма.       — А мне сказали умираешь.       — Врут завистники, — прошептал он и попытался подтянуться на кровати. Закашлялся.       « Страшный кашель» — отметила я. Он напомнил мне мою соседку из Лондона, которая болела пневмонией. Я тогда совсем маленькая не понимала в чем дело, а родители настрого запретили мне к ней подходить. И ее кашель — ее страшный кашель.       — Нет, — прохрипел Драко.       Я уставилась на него в недоумении.       — Нет у меня ваших магловских выдумок, — он уставился в потолок и ехидно заулыбался, — рана просто в грудной клетке.       Мне на секунду стало плохо и я схватилась за ободок его кровати. Что меня напугало больше — то что он читает мысли или то что он ранен я не знала. Стало просто невыносимо душно в комнате и я пыталась не потерять самоконтроль.       — У тебя глаза красные, — он перевёл взгляд мне в глаза, а затем вернул его к потолку, — так боишься меня потерять?       Ухмылка сейчас украшающая его болезненно бледное лицо сейчас была ожидаемой и даже верной.       Я не смогла сдержать улыбку.       — Думала ты мне всю практику в академии сломал.       Он снова закашлял.       — Нет, Грейнджер, если я тебе и решу сделать пакость, то не ценой своего здоровья или благополучия.       Эти слова больно задели за живое и я не нашла ничего лучше слова:       — Отлично.       Он засмеялся. Смех вышел жуткий и хриплый.       Я посмотрела на его скучающее лицо — он рассматривал потолок и всем видом давал мне понять, что беседа как и моё времянахождение здесь подошли к концу.       Я отпустила бортик кровати и вышла из палаты.       «Дура, Гермиона. Какая же ты дура» — первое что пришло в голову когда я закрывала дверь.