В поражении залог победы

На свою первую миссию Седьмая команда собралась с забавным предвкушением. Несмотря на своё знание канона, неизвестно почему я тоже прониклась этим неожиданным воодушевлением. Собрались все такие, с кунаями-сюрикенами в подсумках, сделали важные лица, гордо прошествовали до Резиденции Хокаге. Там подождали сенсея, что с не менее важным лицом, — даже сквозь маску проглядывала важность, — провёл нас по коридорам, ведя в кабинет. И ведь, подумайте, он опоздал всего на час! На один! Он поговорил о чём-то с чуунинами, сидящими за столом, заваленным кипами бумаг. Сакура, даже несмотря на всю важность момента, расслабившись, тихо стала залипать на Саске. Наруто в свою очередь глазел на неё, что-то обдумывая. Я изо всех сил делала незаинтересованный вид — но что я, рыжая что ли? — краем глаза стала рассматривать Копирующего. Он взял пару листков, поставил на нескольких загогулинки-росписи, некоторые сунул в карман. Как я поняла, это были наши документы для миссии. Оказавшись снаружи, мы стояли в предвкушении и заинтересованными глазами наблюдали за тем, как Хатаке тасует бумажки. — Итак, ваша первая миссия… — он неожиданно протянул в сторону Сакуры веер из листочков, предлагая той выбрать, а сам взял театральную паузу. Никаких торжественных речей, ничего — словно мы так уже сто раз делали. Харуно не растерялась, тут же выхватив один — молодец, не испортила момент. Сначала её глаза расширились до неожиданных размеров, лицо вытянулось, потом она осоловело посмотрела на сенсея. Наруто и Саске подобрались, готовые реагировать на что-то вроде «защитить великого принца соседней страны от тысячной армии» со всем пафосом — надо же, даже Сакура так удивилась, значит точно что-то стоящее. Я, предвкушая совсем другое, приложила руку ко рту, скрывая улыбку. Это не укрылось от Какаши — как-то обреченно, но уже без неприязни глянув на меня и пряча улыбку от реакции Сакуры, он развел руками. — Ваша миссия — помочь старику на соседней ферме со сбором урожая. Занавес. Вот так мы познали суровый быт Коноховских шиноби — с затекшей спиной и грязными шмотками. И руками по локоть в… земле. Генины ведь, куда нам до серьёзных миссий и крови с кишками. Хотя тем миленьким серпом, наверное, можно было бы вспороть кому-нибудь что-нибудь при особом желании. При уж очень сильном желании. Он даже растения резал с трудом. Серп… Серп и молот, красная звезда, шапка-ушанка, суровые зимы… Как знакомо. Опустим подробности. Как ни странно, и как я потом убедилась, помощь в сельском хозяйстве была самой востребованной среди других миссий низшего ранга. Во-первых, подобных было много, во-вторых, платили за них неплохо, в-третьих, там часто можно было перекусить за хозяйский счет. А фермерам ничего не стоит нанять команду генинов — это выгоднее гражданских рабочих. После мы выгуливали собак клана Инузука, помогали убирать мусор в лесу, помогали украшать какое-то заведение к детскому празднику. Потом снова работали на фермах — занимались починкой забора и сносом старого сарая — я думала, он прямо там обвалится, без всякой помощи, — и в итоге получили специальную миссию. Особой важности. Даже я, хотя меня ничем не удивить, приступила к ней с трепетом. Другие такого воодушевления не проявили, но от вида моей радости чуть-чуть воспряли духом. Нацепив ошейники-рации, некоторое время полюбовавшись на себя в них и проверив связь, а также обсудив стратегию, мы вышли на дело. Как суровые ниндзюки — крались меж деревьями, маскировались, переговаривались шёпотом и только по делу. О да, мы ловили кошку жены Даймё. Позиция А, позиция Бэ, позиция Цэ, позиция Дэ, все дела, вся суровость… Четыре генина и кот. Наруто весь в царапинах, у Сакуры синяк на руке размером с неё саму, у меня разбиты коленки, Саске о своих боевых шрамах отмалчивается, но я-то знаю, что этот монстр ему чуть живот своими когтями не вспорол. Ведь клан Учиха кошки должны любить, говорила я. Не бойся кошечку, она классная, говорила я. Прости, Саске-нии. Миссия не сложнее поимки ниннэко для получения отпечатка лапки, — дружно вспоминаем игры-задания от Итачи, память о которых у меня прекрасно сохранилась, — но всё же от домашней кошки это было действительно неожиданно. Как хорошо, что для всего этого я снова специально захватила свитки, и в одном из них была аптечка. Могла перебинтовать своих расцарапаных героев и собственные колени. Даже хорошо, что Саске отмалчивался. Визга Сакуры я бы не вынесла, а она пока в лечении чего-либо мне сильно уступает. Нет, будь она ирьёнином — тут без вопросов, будет нас всех лечить, но пока я ей даже забинтовать царапину не дам. На самом деле, мне самой просто хочется хоть что-нибудь делать, скучно жить без приключений. Поиграем в спасительницу-исцелительницу и подумаем заодно, почему сенсей обнаглел. Вообще нам на миссиях не помогал!

***

Такие крутые все стоим перед Хокаге и любуемся пытками Торы. Милый котик с не менее милой хозяйкой — немного странно, что он так вяло вырывается от неё и ещё не заехал когтистой лапой по лицу. С нашей супер-пупер скоростью выполнения заданий можно сказать, что команда Семь пока в отрыве. Семь миссий ранга D за пару дней, а всё потому, что Саске с Наруто, при поддержке Сакуры и со мной во главе усиленно тормошили сенсея. Для того чтобы получать миссии ранга C, генины должны пройти определенное количество миссий самого низкого ранга. Я не помню, сколько, объявлять это нам никто не спешит. А сопроводить одного архитектора-алкаша в соседнюю страну позарез надо. Неожиданно внутри всё холодеет. Мы стоим перед Хокаге. Поймали Тору. Наруто уже открывает рот… — Ой что будет… — шепчу, дёргая за руку Саске, привлекая его внимание. Киваю на дверь, намекая, чтобы внимательно следил за ней. Мои шевеления замечает Хатаке, одним глазом выражая всё своё удивление. Хирузен-сама замечает тоже и как-то странно улыбается. Узумаки же ничего не видит, как всегда. Но в этот раз он занят делом — пламенной речью доказывает Ируке-сенсею, какие мы тут классные-опасные и как нам нужна более серьёзная миссия. Но ведь всё и так предрешено… Хм. Интересно, это Какаши-сенсей поговорил с Хокаге насчёт мостостроителя и более важной миссии, или же он тоже, как и вся команда, плывёт по течению? В каноне, если подумать, они явно не за два дня все миссии выполнили. Тадзуна пришёл раньше? Пафос — наше всё. Лисёнок деловито уселся прямо на пол, рассказывая мне какую-то чушь про мисо-суп, игнорируя объяснения старших. Хихикаю, делая вид, что полностью увлечена беседой с Наруто — поддакиваю ему и киваю. Меня опять распирает от предвкушения и вообще хочется носится по кабинету и визжать — жаль, что нельзя. Интересно, провидцев зовут сумасшедшими… не поэтому ли случайно? Ты знаешь о человеке всё, знаешь всё, что ждет этот мир, а делаешь вид, что ты сумасшедший старик. И всех стебёшь, ненавязчиво направляя на путь истинный. И внезапно смеешься. Просто потому что распирает от предвкушения и каких-то еще странных чувств. Хах! О, кстати, я купила игральные карты, и сейчас они в свитке. Немного не то место, но мысли совсем разлетаются — самые внезапные приходят, отвлекая от стоящего за дверью и источающего ароматы странствия по барам мостостроителя. Где я достала их? Лучше больше никогда не натыкаться на тот магазин. И вообще на ту улицу. Зато я точно удостоверилась, что они есть, и, между прочим, вполне обычные. Интересно, а откуда? Мангака, наверное, как-нибудь упомянул про то, что Цунаде играла на деньги. Или ещё что-нибудь подобное, но карты действительно такие же, как и в прошлом моём мире. А в колоде ещё и двойки-тройки, и два джокера. Я пока не показывала их никому, да и то, что умею играть в такие «взрослые» вещи, не афишировала… Потом сделаю вид, что давным-давно, когда ещё клан Учиха процветал, подсмотрела сию интересную игру у знакомых семьи. — Это точно ниндзя?! Мне кажется, они непригодны для моей охраны! Особенно этот мелкий, с глупым лицом. Оп-оп, вот это поворот. Задумавшись, я совсем не заметила, как пролетело время и… эмм, как сказать. И началась арка про страну Волн! Аниме «Саяко», скоро «Саяко Шиппууден»! Угу, если сама Саяко до этого Шиппуудена доживет. И если её не прирежут в первой же арке. Точно прирежут. Только дошло, что оно началось, а уже как целых несколько серий аниме прошло, вообще-то. С такой скоростью происходящего мне уже страшно за себя. Однако, в трезвом уме и здравии и имея возможность узреть заказчика, я была недолго. Очень недолго. Зацепившись за мысль о том, кого и где прирежут, я, кажется, поставила мировой рекорд по накручиванию себя до состояния глубочайшей депрессии. Стеклянными глазами глядя на Тадзуну, я познавала тленность бытия, неосознанно привлекая внимание всех присутствующих в комнате источением скорби и безысходности. Двое на том мосту всё же умрут. На том, который он строит, этот старик. Даже не так, тот мост просто потонет в крови погибших, которых я изначально не учла, — Момочи Забуза прирежет из всех, а потом погибнет рядом с Хаку. Все умрут. Никого не спасти так просто, всё уже предрешено, изначально всё идет так, как было запланировано. И как именно должно оно всё идти, решать точно не мне. Мне ни черта не изменить, я трачу своё время впустую. Что я вообще тут делаю? Какой смысл у моего существования? Неожиданно мне на плечо опустилась чья-то рука, вытолкнув из прострации. Резко повернувшись, я увидела сенсея что-то объясняющего с миролюбивой улыбкой, о которой можно догадаться лишь по прищуренному глазу. По-прежнему плохо соображая, я уловила только какие-то слова про дар и моё поведение при знакомстве, краем глаза заметив ту самую странную улыбку Третьего. Все вокруг обо мне, да без меня. Что за чёрт? — … видеть прошлое, — вытянувшиеся лица всех показывают, что монолог окончен. Только что меня официально записали в экстрасенсы в присутствии Третьего Хокаге, моего бывшего сенсея Умино Ируки, сокомандников Сакуры, Наруто и Саске и иностранца-алкоголика. Лицо последнего было вообще нечто. Хотя и у первых двух не лучше. За что боролась, на то и напоролась. — И будущее, — автоматически добавляю я, чем добиваю всех вокруг. Рука на моём плече чуть сильнее сжимается, но Какаши-сенсей быстро берёт себя в руки и вовсе отпускает меня. Жаль, так было действительно спокойнее. — И что же ты увидела сейчас, Саяко-чан? Будущее? — мягко интересуется со своего места Сандайме, а я неосознанно пытаюсь спрятаться за наставником. Ух м-мать, надо научиться не впадать в транс от каждого проявления канона. С одной стороны от меня команда, с другой — Ирука, с третьей — Тадзуна, с четвёртой — Третий… Как трусливая японская школьница, хватаю Какаши-сенсея за рукав и озираюсь по сторонам. Замечаю стремительно бледнеющее лицо мостостроителя и одновременно улавливаю подозрительность, исходящую от сенсея… Надеюсь, это он чувствует не ко мне. Медленно поворачиваюсь к Ируке, скользнув по нему взглядом и отметив, что тот заинтригован, и наконец встречаюсь глазами с хитро прищурившимся Сарутоби. — Прошлое, — качаю головой. — Ничего особенного. — И всё же? «Ничего особенного» явно не прокатило. Да так, я просто увидела прошлое заказчика, из-за чего впала в депрессию, источая волны безысходности, ага, да, шоу «Обмани опытного шиноби» с Саяко в главной роли. Хм. А это вообще корректно — рассказывать о чём-то при заказчике? Или… они ждут как раз его раскрытия? Но даже в таком случае, из «прошлого» я ничего нового не слеплю. Так, стоп. Мне нельзя его палить, нам могут не дать миссию. — Я просто увидела Страну Волн, — будем действовать хитро. — Оказалось, она очень бедна, и при таком положении дел у шиноби они могут заказать только миссию не выше ранга C. Гипнотизирую сенсея. Он тут самый понятливый, и, в отличии от Хокаге, ему я более или менее доверяю. Всё же наставник… И он, мне кажется, точно не сдаст несчастную Учиху на эксперименты всяким подпольным воротилам или на мозговыправку Яманакам ради деревни. Я на это, по крайней мере, надеюсь, и, не будь пепельноволосый джонином, он понимает. Вообще забавная игра в угадайку идёт — притворная эмпатия против опыта АНБУ, с обеих сторон нет либо возможности прямо что-то озвучить, либо — у кое-кого — ещё и желания. Гипноз не удался, видимо. Либо же с его стороны давать понять мне, дошло до него или нет, выше гордости всяких там недоверчивых сенсеев. Тьфу! Зато вот Сарутоби покивал, что-то для себя решив, и быстренько спровадил нас всех, утвердив миссию. Заказчик смылся тоже, видимо, боясь, что мне ещё что-нибудь «привидится». Я бы тоже смылась, да вот неожиданно была подхвачена под руку и уведена на один из многочисленных балконов. Устраивать бесплатные сеансы ясновидения.

***

— Хорошо, сдаюсь. Да, я знаю о вас очень много вещей. Да, я и будущее знаю. Да, Сакура, я поняла, что ты хочешь спросить. Да, Саске, я и о нём знаю, поэтому и говорила то, что говорила. Наруто… Понимаете, ну не могу я сказать ничего! Это может отразиться на будущем. Поменять его, понимаете? Вы сами должны всё решить, всего добиться, а давать вам ложные надежды я не хочу, — выдала я, резко вскочив и заставляя облепивших меня генинов шарахнуться. — Да и вижу я только одну из вероятностей! — неожиданно нахожусь с ответом. Три удивленных пары глаз. Вероятности будущего, мм, это немного другой фандом, мне кажется. Однако, откуда им знать? Тут я главная всезнайка, говорю и цитирую, что хочу. — Ну, вот смотрите. Будущее ведь нельзя предсказать на сто процентов, верно? — на самом деле можно. Это канон, его нельзя так просто сломать, как бы ни хотелось. Но об этом… лучше не думать. — Например, всё может поменяться от простого чиха. Наруто сейчас чихнет, напугает кошку, она нечаянно толкнет с крыши кирпич, который упадёт на голову Тадзуне-сану, и наша миссия вообще не состоится — всё изменится кардинально. Если даже для нас — нет, то для страны Волн исход будет летальным. Неожиданно понимаю, что что-то совсем не туда ушла в своих попытках объяснить и одновременно с этим неожиданно опять зависла. Разные вероятности. Быть может, всё же что-то не так? Тадзуна пришёл много раньше, чем в каноне, но ему всё равно выпали мы. Вроде как от судьбы не убежишь, но в команде Какаши пять человек, а не четыре, значит, что-то да меняется. И в то же время, что ещё меняется, кроме моего присутствия? Искривления пространства и времени… Ладно, всё не настолько сурово. Просто это вполне может быть параллельная реальность, в которой могло быть изменено что-то ещё. Например, кто-нибудь неожиданно сменит пол. Или, например, что-то незначительное — Анко любит данго, а тут будет их ненавидеть. Или, наоборот, — очень значительное, какой-нибудь неожиданный поворот среди мирового зла, например… Например… Мысли крутятся вокруг Рин и Обито, мысли улетают далеко-далеко. Мысли возвращаются к началу истории и Мадаре, его неправильному пониманию плиты в храме Учиха и появлению пунктика о вечном мире. Мысли летят всё дальше и дальше, а я, пошатнувшись, заваливаюсь на бок. Прямо серьёзно так зависла, широко распахнув глаза и внушительно вздрогнув, улетела куда-то настолько далеко, что перестала ощущать равновесие. Благо, брат вовремя меня подхватил. И этот жест стал решающим. Подхватил… То есть он мне помог. То есть это как бы нормально, он мой брат, ему не безразлично то, упаду я или нет. Он заботится обо мне. А я забочусь о нём и Наруто. А Сакура… Чем она хуже? Ничем. Она… такая же, как я. Как та я. Она просто ещё не повзрослела, а разве плохо то, что у ребенка есть детство? Это просто нечестно, так выделять её ни за что. А Наруто? А Саске? А Какаши-сенсей?.. Какаши-сенсей, флегматичный шиноби с тяжёлой судьбой, что уже минут пять назад пришёл и собирается слушать мои разглагольствования из-за угла. Почему мне нельзя рассказать им всё? Почему сейчас не стать спусковым крючком для объединения команды, почему нельзя стать её частью, почему я молчу? Почему бы не рассказать обо всём прямо сейчас, лёжа на руках у брата? Почему бы не рассказать всё хотя бы ему, предотвратив смерть Итачи и так много бессмысленных слёз, что прольёт Сакура и проглотят Наруто и Какаши? Почему бы не рассказать всё Наруто? У него в сердце горит тот самый Огонь, говорят же — Воля Огня. Я не очень-то внимательно слушала подобные лекции, но… Неожиданно я понимаю всю важность этого словосочетания. Воля Огня. Расскажу я всё или тварь я дрожащая?! Но только я хотела открыть рот, дабы выдать нечто, что перевернёт тут всю вселенную… Это что, сюрикен? Широко распахнутыми глазами я проследила за полётом небольшой железки. Прямо перед моим лицом. Опять же — спасибо Саске, не дёрнулся и не прибил меня. Даже наоборот — подхватил на руки и отпрыгнул к команде. — Кто здесь?! — Сакура с Наруто тоже подскочили, выхватив по кунаю. Блондин и вовсе психанул и создал клонов, что тут же ломанулись в разные стороны, и по большей части — в ту, откуда прилетела металлическая звёздочка. Меня опустили на землю. Удивлённо глядя, как толпа одинаковых Узумаки прочёсывает крыши, я судорожно размышляла, что, где и когда. Присутствие сенсея больше не ощущалось. Зато в груди поселилось какое-то странное, щемящее чувство страха. Почему всё так? Что вообще за странные зависания? Время сомневаться в своём психическом здоровье. Нужно было уже давно начать сомневаться, кстати: не каждый человек в здравом уме размышляет о том, что в семнадцать лет ему нужно будет спасти мир, в то время как его телу ещё и восемь не стукнуло. Не у каждого человека за ночь вырезают всю семью, включая очень дальних родственников. А убийцей их оказывается родной брат.

***

Хмурясь, я сидела за кухонным столом с чашкой горячего чая в руках. Напротив сидел ещё более хмурый Саске — чашка его была уже давно пуста. По бокам пристроились Сакура и Наруто, неожиданно серьёзные — она помогла моему брату организовать чаепитие и неожиданно не забила атмосферу розовыми сердечками, а Узумаки, с тех пор как мы дружной кучкой пересекли порог «Учиховского убежища», не пытался шутить или донимать меня уже привычными забавными вопросами, за которые другие старались настучать ему по блондинистой голове, чтобы не доставал. После того как в меня чуть не прилетела шальная четырёхконечная звездочка, а пустивший её так и не был найден, было решено сменить место дислокации. Я особенно против не была — в родных стенах спокойнее. Они не разошлись, не сказали «ну и ладно», и вообще неожиданно стали такими серьёзными… И вообще, я сдаюсь. К чёрту всё, это моя команда, даже если я не буду рассказывать им тайны вселенной, то так просто оставить всё как есть, словно я тут ни при чём — увольте. — Ребят. Я всё вам расскажу, — шумно поставив на стол чашку и слегка расплескав напиток, я сжала кулаки, не поднимая взгляда и внимательно изучая плавающие в воде чаинки. Седьмая команда напряглась, прожигая стол глазами. Создавалось ощущение, будто из них вот-вот выстрелят лазеры. — Но! Я уже говорила вам про одну важную деталь. Помните, про командную работу и прочее? Тишина. Отвечать мне не будут, видимо, и так должно быть понятно. Хотя вопрос был вполне обычный, а не риторический. — В общем, так. Мы все команда и должны доверять друг другу. Что бы ни случилось. Один за всех и все за одного, слышали такое? Опять тишина. Ла-адно. Хлопаю в ладоши и поднимаю взгляд. — Я знаю о каждом из вас абсолютно всё. Прошлое, будущее и настоящее, то, что вы на самом деле хотите, чего боитесь, что вас ждет, и что вы уже пережили. Широко улыбаюсь и прикрываю глаза. Такое ощущение, что я вот-вот расплачусь. Так и есть — под веками уже защипало, и от этого улыбка неосознанно стала ещё шире. А три взгляда наверняка от меня не отрываются. — Но вы, кроме как о себе, ничего не знаете. Предлагаю исправить это и со всей серьезностью сейчас поделиться друг с другом важными моментами своей судьбы, дабы лучше понимать происходящее. Я буду говорить о себе и о нашей команде и обещаю, что ни за что не выдам другого члена своей команды. Но и вы должны это пообещать, также как и то, что всё происходящее будет между нами. Три выражения согласия. Прекрасно. Хихикнув, откидываюсь на спинку стула и начинаю. — Я… Если Саске не против, я буду говорить за двоих, — молчаливый кивок. — Мы родились в клане Учиха и росли в любящей семье, состоящей из матери, отца, старшего брата и двоих близнецов. Наш старший брат — Учиха Итачи, был гением… Бесконечный поток слов, скрипящий зубами Саске, открывшие рот от удивления Наруто и Сакура. Я не говорю ничего, что может выдать мою осведомленность о делах Итачи. Я просто рассказываю то, чем так дорожила Саяко и то, что я так хочу сохранить, — этого хватает с лихвой. Я говорю о том, что видела смерть родителей, чувствуя волны ужаса своих собеседников. Я говорю о том, что в ту ночь их убил мой старший брат. О том, что мы с Саске остались в живых, потому что это он так решил, о том, что я не верю, что Итачи так всё разрушил. Я стучу ладонью по столу и гордо заявляю, что моя мечта — пролить свет на всё это и больше не допустить смерти близких. О том, откуда у меня такие плюшки, как знание всего и про всех, молчу — говорю лишь, что началось всё после той ночи, и этого хватает, чтобы отбить интерес. Слово перенимает братец. Сжимая кулаки, он рассказывает о том, что верит мне и хочет верить в то, что у нии-сана были причины. Вставляет слова о мести — он не такой миролюбивый, ой не такой. Незаметно ободряюще смотрю на Сакуру — ей ужасно непривычна подобная атмосфера, ей в новинку смерть, шагающая совсем рядом с нами всеми. Поразительно, но я совсем не чувствую поблизости других шиноби. Даже АНБУ, даже АНБУ Корня — я всё равно могла смутно ощутить их присутствие, чем всегда пользовалась, но сейчас… Лишь что-то непонятное. Такое странное чувство, очень своеобразное. Но, несомненно, успокаивающее. — Людям, что замешаны в трагедии, я отомщу. И возрожу свой клан, — сложив руки на груди, Саске оканчивает повествование, переводя взгляд на Наруто. Облизнув пересохшие губы, я поднимаю руку — блондин останавливается с открытым ртом, но покорно молчит, с каким-то трепетом глядя на меня. Закрываю глаза. Пять метров. Десять. Пятнадцать. Я прощупываю всё, я пытаюсь заметить хоть каплю чужих эмоций. Это же делает Саске, поняв, что сейчас будет что-то, что посторонним слышать ну никак нельзя. Из него сенсор намного лучше меня, но брат тоже не чувствует совсем никого в округе и незаметно кивает. — Наруто родился десятого октября, в день нападения на Коноху Девятихвостого лиса. Его мать была прошлой джинчуурики Кьюби. Один человек подчинил себе демона, в момент родов заставив его напасть на деревню. Сражаясь с ним, отец Наруто запечатал Лиса в собственного сына, пожертвовав своей жизнью, — ни слова не говоря, голубоглазый вскакивает, чуть не опрокинув стол, а затем смотрит на меня неверящим взглядом. Он подается вперед так, что, кажется, сейчас распластается по деревянной поверхности. Только глубоко вздыхаю, и, стиснув зубы, дабы не выболтать особо важную информацию, сама пытаюсь усидеть на месте. Отвратительное чувство. Я говорю им, чтобы мы не держали секретов друг от друга, но сама скрываю почти всё. — Мой отец… Это… Кто он?! Саяко-чан, ты ведь знаешь, кто мои родители! Стиснув зубы, даю блондину затрещину, а Саске хватает его за плечи, не давая рыпнуться. Думаю, этот день и вечер будет даже более долгим, чем я предполагала. Стол, небольшой, дешёвенький, всё же опрокинут.

***

— А теперь Сакура-чан, — распластавшись по полу, смотрю в потолок, объявляя. Головушка моя многострадальная покоиться на коленях у брата, который, в свою очередь, сидит, прислонившись к стенке. Рядом с ним скромно пристроилась Сакура. Напротив в позе лотоса сидит Узумаки, только что окончивший пламенную речь о себе. Уже давно мы его успокоили, я привела доводы, убедительно рассказала всем, почему нужно молчать о родителях Наруто в тряпочку, не подавая виду, а также попросила в случае чего всех интересоваться техниками, благодаря которым можно создать барьер от прослушивания или что-то подобное, и попросила тащить к нам с Саске вообще любую информацию. Хотя имён я так и не назвала, начало просвещения было положено. Путём голосования решено стало сделать в нашей маленькой и, несомненно, скромной обители своеобразный штаб команды. Только что душещипательный рассказ блондина буквально довёл меня до слёз, но я тщательно скрыла их за зевотой и списала на усталость, больше таких проколов не допуская. Почему мы все на полу? Я уже и не помню, но стол поднимать решительно лень. Кажется, кто-то (я, вроде бы) вытирал с пола чай (тоже мой, кстати), который упал со стола, а дальше оно само пошло — Наруто на эмоциях завалил Саске, сам повалившись от смачного удара по голове, Сакура просто присела вслед за ними… А потом все расслабились под моё монотонное «давайте жить дружно» и перекатились-переползли к стеночке. История жизни у Харуно была не особенно интересной, если честно. Возможно, это всё оттого, что я её знала, а может быть, просто отвыкла уже принимать всерьёз истории, в которых нет крупномасштабных смертей. — А теперь минутка веселья. Сакура, ты ведь любишь Саске? — цветом лица Харуно сравнялась с волосами. — Наруто, а ты, я так понимаю, любишь Сакуру? Блондин даже не возмущался, просто меланхолично кивнул, пребывая в задумчивости. — Саске никого не любит, это я знаю. Он любит меня, хе-хе, как сестру, и вас тоже, как друзей, отвечаю. А я люблю всех вас, сенсея, не спрашивайте, почему, и ещё Кибу, но я тоже не романтик. Вот теперь официально всё, кружок не совсем анонимных не совсем алкоголиков. Мой юмор никто не понял, но привычные мальчишки, заметно повеселев, хором хмыкнули. — А теперь о делах насущных. Завтра мы выступаем на миссию довольно рано, виду не показываем, ведем себя как всегда. Но всё будет не так просто, как вы думаете, так что предлагаю сейчас всем дружно поставить на место стол, а потом опять внимательно послушать меня… Сама не встала, укатившись ленивой колбаской в коридор, а оттуда направившись в комнату — за картой. Будем расширять общие познания в географии и политике! И тихо молиться, чтобы в округе на самом деле никого не было, а плановых осмотров у Яманака для генинов не предвиделось. Ну и по мелочи — что я вообще адекватная и ничего не случится от неожиданных изменений в каноне. И что сам канон я действительно смогу изменить именно в лучшую сторону, а не пустить всё под откос. И… что Хатаке Какаши на самом деле не хочет тайком прирезать свою ученицу. Неоднозначный он тип: то вроде как на моей стороне, то раздражением пышит, то железками из-за углов кидается. Странно.