Сильное лекарство

Около двух часов ночи шатенка вернулась домой. Грей была раздавлена, она чувствовала такую боль, которая не давала ей спокойно дышать. Сегодня ночью ей было настолько хорошо с Кларк, что она не могла поверить в то, что этого больше не будет. Тихо зайдя в спальню, девушка начала раздеваться, и немного вздрогнула от удивления, когда услышала голос жены. Костия не спала: — Где ты была, Лекса? — Веллс была явно зла. — Ты знаешь, где я была. Мы с Линком засиделись в баре, — не поворачивая головы, шёпотом ответила Грей. Подскочив с кровати и включив ночник, брюнетка гневно смотрела в спину жене. — Александрия, ты думаешь, я дура?! Ты забыла в баре телефон и, когда я позвонила тебе два часа назад, твой брат сказал, что ты уехала домой, и должна вот-вот приехать, — Веллс в бешеном ритме расхаживала по комнате. Грей молчала, а Костия продолжала свой гневный монолог: — И, если учесть, что от бара до нашего дома двадцать минут езды на такси, я ещё раз повторю свой вопрос! Где ты была, Лекса? — Мне нужно было подумать. Я просто должна была всё для себя решить, — шатенку начал трясти озноб. — Что решить?! Грей?! Сколько ты ещё будешь трахаться с этой блондинистой шлюхой? — резко выкрикнула Веллс. — Костия, я… Не дав Александрии договорить, брюнетка обошла кровать и, довольно жестко схватив Лексу за подбородок, заглянула ей в глаза. — Я всё прекрасно знаю. Вижу все твои взгляды и улыбки! Ты думаешь, я железная? Ты думаешь, мне не больно? Да, я тоже не ангел, но осознала свою ошибку, бросила всё, только чтобы быть с тобой. И, если ты трахаешь её мне на зло, чтобы показать, как тебе было больно, то, пожалуйста, хватит! — по щекам Веллс текли слёзы. — Я всё прекратила, больше тебе не будет больно, — обречённо ответила Грей. — Ты прекратила это прощальным сексом? Да, Лекса? — голос брюнетки дрожал. Александрия непонимающе уставилась на жену. — Могла бы потрудиться, и сказать своей Кларк, чтобы она хотя бы засосы не оставляла, — резко убрав руку от лица шатенки, Костия шумно легла в кровать и отвернулась от Лексы. Грей подбежала к зеркалу, на шее краснела небольшая отметина. Прощальный подарок от её блондинки. Ночную тишину спальни нарушали всхлипы Костии. Сняв одежду и устроившись на своей половине кровати, Александрия пыталась успокоить участившееся сердцебиение. — Лекс, — нарушая тишину, обратилась к жене Веллс, — Я прощаю тебя, потому что в твоей измене есть моя вина. Потому что всё также люблю тебя. Но я должна знать, если ты больше не чувствуешь того же ко мне. Если ты влюблена в эту принцессу. Повисло тягостное молчание, после чего, шумно выдохнув, шатенка ответила: — Я больше не сделаю тебе больно, Костия. Дай мне время, и всё будет как прежде. Веллс больше не могла сдерживаться. Развернувшись к Александрии и уткнувшись в шею шатенки, она крепко обняла жену. — От тебя пахнет её духами, Грей, — всё ещё всхлипывая, прошептала брюнетка. Обняв жену в ответ, Лекса не могла придти в себя. — Прости меня, Костия. Утро началось ужасно. У Лексы болела голова от выпитого вчера, и ещё сильнее болела душа. Странно, обычно, хирурги и люди науки утверждают, что никакой души нет. Но сейчас Александрия ясно чувствовала душевную боль. — С добрым утром, любимая, — Костия вела себя как обычно, как будто вчера ничего не произошло. — Кос, я в душ и буду собираться на работу, — Грей ответила на поцелуй жены и, опустив глаза, ушла в ванную комнату. Сегодня Кларк выписывали из больницы, и через несколько дней она уже могла приступить к работе. Настроение у девушки было отвратительное. Блондинка понимала, что когда-то их отношения с Грей закончатся, но совершенно не была готова к такому повороту событий. Девушка всеми силами старалась ненавидеть Александрию, но у неё ничего не получалось. Каждый раз, вспоминая их моменты, Кларк понимала, насколько всё серьезно. — Привет, детка! — в палату зашли Рей и Октавия, — наконец-то тебя выписывают! Вещички собрала? — Да, уже готова сбежать из этой больницы и вернуться в качестве врача, — грустно улыбнулась блондинка. — Боже, Кларк, — начала Октавия с мечтательным видом, — ты знала, что у твоей Грей есть брат, такой же красавчик! Вчера он пригласил меня на свидание. Лицо Гриффин изменилось, и это не укрылось от её подруг: — Я очень рада за тебя, подруга. Но у меня нет никакой Грей и, наверное, никогда не было, — печально объяснила блондинка, собирая оставшиеся вещи в спортивную сумку. — Что случилось, принцесса? — лицо Рей было обеспокоенным. — Вчера ночью, Лекса приехала ко мне, и после упомрочительного секса сказала, что не может бросить свою жену, — с тяжелым выдохом ответила Кларк. — Вот же сучка! — в один голос выдали подруги. — Милая, прости, я не знала, — грустно оправдывалась Октавия. Блондинка подошла к подруге и обняла её: — О, ты ни в чём не виновата. Я очень за тебя рада! Надеюсь, её брат окажется не таким, как Александрия. Сегодня у Костии был выходной, и она осталась с Алисией дома, чтобы собрать дочку и передать в любящие руки дяди Линкольна. Лекса вышла из своей машины на парковке и направилась в больницу. Сегодня ей пришлось надеть свитер с горлом, чтобы скрыть следы вчерашней ночи. На середине пути, шатенка увидела Кларк, которая шла ей на встречу. В руках у девушки была спортивная сумка. Со всеми их проблемами, Грей забыла, что блондинку сегодня выписывают. Когда девушки поравнялись, их глаза встретились на несколько секунд, после чего, Кларк отвернула голову и молча пошла дальше. Лекса не думала, что будет настолько тяжело. Девчонка действительно запала ей в душу. Пройдя ещё несколько метров, шатенка остановилась и обернулась, но увидела только спину Гриффин. » А на что ты рассчитывала, Грей? Что, после того, что между вами было, она будет ходить и улыбаться тебе?» — сдерживая слёзы, шатенка зашла в больницу. За этой картиной на парковке, стоя возле окна своего кабинета, наблюдала Эбигейл Гриффин. — Что же ты делаешь, Александрия Грей? — задала вопрос в пустоту Эбби. После увиденного, для неё было очевидно, что у шатенки есть чувства к Кларк. Не в правилах Эбби было лезть в личную жизнь своей дочери, поэтому, молча наблюдать за развитием событий и помогать Кларк советом, если она попросит, было лучшим решением. Александрия, собравшись с мыслями, зашла в раздевалку к ребятам. — Всем доброе утро! — натянуто поприветствовала Грей своих подопечных. По взгляду друзей, она поняла, что Кларк рассказала им о произошедшем. — Итак, сегодня: Октавия и Мёрфи в педиатрию с Индрой, Финн в кардио, Рейвен со мной в общую хирургию, — ребята разошлись по отделениям, а Рейвен молча следовала за Лексой. — Я знаю, что ты меня осуждаешь, но не нужно смешивать личное и работу, Рейнс, — спокойно дала знать Грей, — сегодня много пациентов и мне бы хотелось, чтобы мы сработались. Прошло несколько дней, прежде, чем Кларк снова приступила к работе. После того, как её анализы подтвердили, что отклонений нет, блондинка была счастлива вновь вернуться к своим обязанностям. За эти дни, Гриффин немного отошла, и ей уже было легче принять то, что они с шатенкой не будут вместе. Все эти дни Беллами поддерживал девушку, не допуская даже намека на их отношения. Парень просто был рядом. — Эгегей, наша принцесса вернулась, — Рей и Финн обнимали девушку. И, если Джон и Октавия видели Кларк каждый день, так как жили вместе, Коллинз и Рейнс скучали совершенно искренне. Дверь в раздевалку открылась, и Кларк застыла в ожидании шатенки, но сегодня распределять дежурство пришла Индра: — С добрым утром! — счастливо улыбаясь поздоровалась женщина, — Гриффин, рада видеть тебя здоровой и готовой к работе. Ребята поздоровались в ответ, всё ещё не понимая, что происходит. — Доктор Грей больше не курирует Ваше обучение, теперь этим занимаюсь я, — всё ещё улыбаясь, объяснила Кессиди, смотря на Кларк, — может быть, для вас это неожиданно, но я очень рада. — Мы тоже рады, — ответила Рей за всех. Брюнетка очень волновалась за подругу, и считала, что такая рокировка пойдет Гриффин на пользу. — Рейвен и Кларк, идёте со мной в педиатрию, Мёрфи и Коллинз в кардио, Октавия в общую хирургию к Грей. Всё, ребята, не теряем времени, сегодня очень много работы! — хлопнув в ладоши, Индра вышла из раздевалки. Гриффин и Рейнс весь день занимались маленькими пациентами. Примечательно, что за всё дежурство, блондинка ни разу не видела Александрию, зато постоянно сталкивалась с Веллс, которая без стеснения прожигала Кларк ненавидящим взглядом. Вечером, заполняя карты пациентов, кто-то подошел к Гриффин сзади и закрыл глаза рукой: — Белл, я знаю, что это ты, — счастливо улыбнулась блондинка, — Ты так поливаешься духами, что тебя я услышу откуда угодно. — Привет, принцесса, — поцеловав девушку в щёку, заговорил шатен, — слушай, у меня вечеринка намечается. Давай-ка приходи, я всех позвал. Хочу,.= чтобы ты немного отвлеклась. — Конечно, Белл. С тобой куда угодно, — за эти дни отношения между ребятами стали намного ближе. — Ну вот и чудненько. Я пошёл, у меня операция, — ещё раз обняв блондинку, окрылённый Белл направился работать. Попрощавшись с Беллами, Кларк почувствовала на себе прожигающий взгляд. Повернув голову, она увидела Александрию, которая стояла на противоположном конце коридора и не сводила зелёных глаз с Гриффин. Во взгляде читалась явная ревность. Блондинка не могла оторвать своего взгляда от Грей, было ощущение того, что они одни в этом помещении. Досчитав до трёх, Кларк отвела свой взгляд, и в один миг появилось ощущение пустоты. «Надо что-то с этим делать, Гриффин. Ты не можешь постоянно чувствовать себя влюблённой дурой, когда смотришь на неё.» Быстро закончив заполнять карты, Кларк направилась на обход, всё ещё чувствуя взгляд зелёных глаз на себе.