Целый набор недоумений

      Продолжая целоваться, парни таки дошли до дивана. Аомине довольно грубо заставил Кагами лечь, тот уже думал что-то сказать по этому поводу, но не успел, так как его снова заткнули поцелуем. Дайки навис над Тайгой, упираясь локтями возле его плеч и коленом ему между ног.       Аомине целовал светлую кожу, зализывал укусы и спускался всё ниже, не останавливаясь ни на секунду. Когда он добрался до полотенца, Кагами ещё сильнее вцепился в его края. Дайки, пошло накрыв языком верхнюю губу, аккуратно начал разжимать немеющие пальцы красноволосого. Когда это удалось, он притянул руку к себе, медленно поцеловал ладонь, все с таким же пошлым видом, облизал большой палец, взял его в рот, немного посасывая. Кагами, приподнявшись на локте, наблюдал за всем этим широко раскрытыми глазами, он тяжело дышал и постоянно кусал губы. Аомине резко подался вперед, грубо поцеловал, медленно провел языком по нижней истерзанной губе Тайги.       То, что это были отвлекающие моменты, Кагами понял, когда почувствовал, что полотенца на бёдрах уже нету. Дайки медленно ввел в него один палец и начал гладить его изнутри. На это Кагами только резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы и уткнулся лбом в смуглое плечо.       И почему он позволяет все это? Даже если изначально и был какой-то интерес к тому, как происходит это между парней, то когда в Тайгу вошло уже два пальца, любопытство быстро улетучилось. Было неприятно и даже немного больно. Он чувствовал руку Аомине, которая его ласкала. Чувствовал его губы, которые оставляли новые засосы. Чувствовал его тяжелое дыхание, его сердцебиение. Это было странно и пугающее. Такая близость сбивала с толку, но… Так же он чувствовал, что на самом деле Дайки сдерживался. Он иногда выдавал себя слишком резкими движениями, властными повадками, грубостью. Но тут же старался как-то извиниться за свою несдержанность — целовал до безумия нежно, шептал что-то ласковое.       Почувствовав, что Кагами начинает расслабляться, Дайки ввел уже три пальца. Двигаясь всё увереннее, он заставил красноволосого выгнуться дугой от удовольствия, он застонал и всем телом приник к Аомине. В этот момент, Кагами было уже всё равно где он и с кем, он просто растворялся в этой атмосфере нежности и сумасшедшего наслаждения.       Спустя какое-то время, Тайгу неприятно отрезвила сильная боль. Аомине вошел в него одним плавным движением, и, когда их бедра соприкоснулись, он остановился ненадолго, давая привыкнуть к новым ощущениям, целовал плотно сжатые губы, напряженную шею, неразборчиво бормотал что-то успокаивающе на ухо, что нужно расслабиться. Потом быстро отступающая боль, знакомый пьянящий запах и всё усиливающееся удовольствие…

***

      Было очень тепло и уютно. Не хотелось открывать глаза, говорить. Тело налилось приятной усталостью, как после тяжелой тренировки. Кагами чувствовал, что рядом кто-то лежит, сквозь шум в голове он слышал чужое дыхание, ощущал прикосновения. Потом пришло осознание. Оно не сильно обрадовало, потому что… Да потому что, Тайга не знал как ему к этому нужно относиться, он не знал, что чувствует к человеку, который не так давно одним своим видом просто выбешивал, и не понимал, что чувствуют к нему. Их «отношения» (если можно сказать) развивались не так, как это обычно у людей бывает: тихо, спокойно, без резких движений, у них всё было слишком быстро, и это пугало. — Ты как? Жив? — хриплый голос просто сводил с ума. Кагами вспомнил, как ему хотелось его услышать парой дней ранее. — Да… Жив вроде. — Кагами улыбнулся уголками губ.       Он почувствовал, как его обняли сильные руки, ощутил легкий поцелуй на влажном от пота виске. Аомине зарылся лицом в его волосы и просто лежал, вдыхая их аромат. — Сегодня не сбежишь? — Кхм… У меня это вряд ли сейчас получится, знаешь? — Дайки на это только ухмыльнулся.       Длительное время они молча лежали, приходя в себя. Тайга накрыл своей ладонью руку Аомине и немного повернул к нему голову. Он хотел увидеть его лицо, его глаза. И увидел… В глубине синих глаз застыло отчаянье и глухая, уже перегоревшая боль. Было понятно, что сейчас Аомине переживал не очень радостные воспоминания. Что-то ему напомнило о прошлом, которое он старался в себе не тревожить. Сразу вспомнился откровенный разговор с Кисе. Отношения Аомине и Куроко были длительные и серьезные, и разрыв был испытанием для обоих. Только одному из них дали заботу и поддержку, а второй всё это время был один.       Почувствовав, что сейчас начнутся какие-то расспросы, Аомине встал, надел на голое тело штаны и вышел из комнаты. Спустя пару мгновений Кагами услышал, как щёлкнула зажигалка.       Попытка встать была настоящим испытанием, но увенчалась успехом. Укутавшись в плед, Кагами вышел на кухню. После всего произошедшего, молчать о том, что постоянно гложет изнутри, было бы неправильно, Тайга понимал, что Аомине сейчас было тяжело, но нужно до конца прояснить ситуацию. — Я знаю о твоих отношениях с Куроко.       Аомине резко повернулся. Кагами сидел, опустив голову, он не хотел видеть этот взгляд.  — Извини, — единственное, что смог из себя выдавить Тайга. — Это он тебе рассказал? — Нет, Кисе. — Увиливать от ответа, пытаться как-то прикрыть блондина, означало сделать еще хуже, поэтому Кагами отвечал правду. — Но наверняка по просьбе Куроко, да? — Боюсь, Тецу даже не подозревает об этом.       Пауза. Аомине снова смотрит в окно, думая о чем-то своём, будто происходящее никак его не касается. — Ао…       «Что он делает со мной? Почему я так за него переживаю?»       И снова долгое молчание. Эта тишина просто убивала, давила на мозг, хотелось заорать, только чтоб не было так тихо.       Сигарета уже давно потухла, Аомине пустым взглядом смотрел в окно. — Тебе это интересно? — шепот, от которого мурашки по коже. Кагами вскинул голову, внимательно следил за Дайки. Было видно, как окурок дрожит в его руках. — Да. Ты ведь потом, после разрыва, пытался вернуть Куроко, да? Зачем, если это было его решение? — Просто не мог поверить, что так всё закончится. — Аомине опустил голову и теперь рассматривал сигарету. — Ты не представляешь, как было больно смотреть, как он отдалялся. Он закрылся. Вел себя так, будто мы чужие люди. Я ведь люблю его. Любил. А он насрал на это. Тут же побежал к Рёте. Так зачем ему тогда я, м? Просто трахаться? Нет, спасибо. Все-таки, мне в отношениях нужно что-то большее. — Дайки медленно вдавил сигарету в пепельницу и повернулся к Кагами.       Кагами не знал, что сказать на такое откровение. Он и не ожидал, что так все обернётся, хотя и сознательно к этому вел. Начать убеждать Аомине, что Куроко тоже его любит? Не поверит ведь. Да и стоит ли их мирить, пытаться убедить, что оба в равной степени были неправы?       Когда Тайга очнулся от своих мыслей, Дайки стоял, опершись о подоконник, наклонил немного голову к плечу и с мягкой улыбкой изучающе смотрел на озадаченного красноволосого. — Кагами, — он подождал, когда Тайга на него посмотрит. — Это прошлое. Не забивай себе голову всем этим.       Потом он налил себе стакан воды, поинтересовался, хочет ли пить Кагами. Аомине одним глотком осушил целый стакан. — Иди в душ, я пока постелюсь, уже поздно. — Я у тебя буду ночевать? — Кагами действительно удивился. Аомине посмотрел на него, как на идиота. — Нет, я тебя в два часа ночи оттраханным на улицу выставлю! Дуй в ванную!