I want to love u

Когда ты лидер корейской группы, спрятаться от людей становится почти непосильной задачей. Даже капюшон с маской и очками не спасают, прохожие сразу начинают обращать внимание на парня, косящего под Хилера. Решив положиться на удачу, Сонгю берет машину менеджера и отправляется в самый тихий район города. Он снова сбегает от Нама, но теперь по другой причине. Ему не хочется срываться на нем, заставлять его выслушивать все желчные слова, которые Сонгю хотел произнести в тот момент. Младший не только выбрал за него его путь, но и первым в этом признался. Разве можно спокойной справиться с этим? Еще немного времени. Хотя бы день, больше он себе не позволит. Возможно, проснувшись утром, он почувствует, как груз с его души спал, и прощение покажется ему единственным возможным вариантом. Ведь Ухен снова стал для него самым близким человеком. Близких людей прощают. Значит, он простит. Но до утра еще столько времени, впереди бесконечно долгая ночь. Как-то из головы вылетает, что близкие люди на то и близкие, что не предают. Ухен перестал быть прежним, только Сонгю этого не заметил. Все это время он винил за ошибки только себя и даже не задумывался, на что может пойти Нам, чтобы справиться с тем ущербом, который был ему нанесен. Оказывается, на многое. Сонгю заходит в первый попавшийся ресторанчик, которых в этой части города бесчисленное количество, и заказывает соджу. Много соджу. Пора вспомнить годы, когда он был трейни, когда лишь алкоголь помогал ему справиться со стрессом. Он мысленно дает себе разрешение напиться до потери создания, чтобы пережить невыносимость ситуации. Страшненькая аджумма, приносящая заказ, почти не рассматривает его, спасибо и на том. Здесь шумно, жарко, грязно. Как и надо. Думается ему. Ни один айдол в адекватном состоянии не сунется сюда, значит здесь его никто не найдет. Зеленые бутылки, как травинки на лугу, начинают сливаться друг с другом, голова становится воздушной, в ней больше нет никаких мыслей, которые бы утяжеляли разум. Аджумма вдруг оказывается очень даже приятной наружности женщиной, а забегаловка вполне пригодным заведением для времяпрепровождения в ней знаменитостей. Только духота напоминает лидеру о том, что он еще человек в своей телесной оболочке. Хотя глаза слипаются, он не дает себе уснуть. Он понимает, что все это время находился в сонном состоянии в тот момент, когда напротив него садится парень в темной одежде и кепке. Поначалу Сонгю хочется закричать, что к нему пристают и вызвать полицию, но, настроив свои маленькие окуляры, он узнает в незнакомце своего одногруппника. — Хоя! — на весь зал кричит лидер. — Чего ты разорался? Тихо. — В лицо лидеру летит салфетка. Благо, не так много людей, как можно себе представить, знают всех членов INFINITE по именам. Так что никто не обращает на них внимания, принимая за обычных молодых алкашей. — Почему ты здесь, хен? Ты же собирался найти Ухена и вернуться с ним в общежитие. — Как ты меня нашел? — невпопад спрашивает старший. — Приложение на телефоне, забыл? Мы его установили еще в Китае, чтобы не потерять друг друга. Ты слышал, что я у тебя спросил? — Да-да… Что-то про Ухена… Я нашел его и сказал возвращаться в общежитие. — Ты не поехал с ним? Почему? Сонгю фыркнул и положил голову на руки. Хоя потряс его, чтобы тот ему наконец ответил. — Не спи! Эй! — Я думаю! — негодуя, протянул лидер. — Он признался мне в вашем разговоре — вот почему. — И? — И… я поблагодарил его за откровенность и ушел. — Тебя здесь побить или когда выйдем? — В постели ты был более радушным. — Зачем было его оставлять одного? — Тот игнорирует его подколы. — Если даже ты взялся за рюмку, то что сделает он… Ухен же слишком тяжело все переживает. Не боишься, что он натворит какие-нибудь глупости? — Глупости? Все глупости он уже совершил. Вряд ли в общаге можно сотворить еще что-то ужасное, — ухмыляется Сонгю. Хоя напряженно откидывается назад и обводит помещение взглядом, будто что-то ищет. Потом смотрит на свой телефон. Хочет узнать, сколько времени. Сонгю вопросительно на него глядит. — Он не вернулся в общежитие. И если вы расстались четыре часа назад, то у него было достаточно времени… Ким так резко вскакивает с места, что голова не успевает привыкнуть и начинает кружиться. — Я же велел ему, — озлобленно шепчет он. — Даже пообещал вернуться позже… дурачье. Шум в зале кажется оглушительным, давящим на перепонки. Он шарит руками в воздухе, ища опоры, и находит ее — твердое плечо Хои, которого он меньше всего ожидал здесь увидеть. Тот помогает ему подняться и выйти на улицу. — Где мы будем его искать? — спрашивает лидер, пока репер ищет ключи от машины в карманах его куртки. — А где ты его видел в последний раз? — В репетиционном зале. Он заперся в уборной, мне пришлось выламывать дверь, потому что никто не откликался. — С чего ему там быть? — озадаченно спрашивает Хоя, помогая ему сесть. — Почем мне знать? Совесть не позволяла со мной находиться, может. Или еще что, я уже не понимаю его совершенно. Ховон бьет его больно в плечо и захлопывает дверцу. — Ой, — жалобно постанывает лидер. — Когда вы уже перестанете усложнять себе жизнь и наконец-то поговорите обо всем… Чувствую себя воспитателем в детском саду, — бурчит репер, садясь на место водителя. Они проезжают всю дорогу от репетиционного зала до общежития несколько раз, но никого не находят. Сонгю начинает злиться все сильнее, в то время, как алкоголь постепенно выветривается из его головы. Его глупый Нам сейчас бродит непонятно где, ища приключений на свою пятую точку. Телефон не отвечает, менеджеры бьют панику и всеми известными им матами отчитывают лидера, который оставил тонсена в стрессовом состоянии одного. Сонгю и сам себя корит за то, что не подумал о младшем, снова принялся играть роль эгоиста. Больше нет никакого «я», если ты лидер в группе, если твои необдуманные поступки могут ранить дорогое тебе сердце. У него нет даже права бояться. Слишком разнежился в последнее время, вот и проблем теперь не наберешься. — Как думаешь, я смогу его простить? — между делом спрашивает он у Ховона. — Разве ты его уже не простил? — Все было проще, пока я не знал. А теперь… как мне вести себя с ним? — Ты понимаешь, у кого просишь совета? — справедливо замечает Ховон. — Хорошо. Назови мне причину, по которой ты не можешь его простить. — Из-за него мы расстались с тобой. — Неверно. Ты отлично понимаешь, что у нас бы все равно ничего не получилось. Сонгю хочется возразить, но он останавливает себя. — Скорее ты чувствуешь обиду, потому что он не подумал о тебе, — продолжает репер, — лишил возможности порвать первым. Хотя ты сделал то же самое, даже хуже. Ты заменил его мной. Болезнь ваших отношений называется эгоизмом. Вы слишком много думаете о себе. Действуете только в угоду своим желаниям и принципам, не слышите друг друга и не хотите услышать. Но в ваших руках также есть и лекарство от этой болезни — забота. Ты должен забыть о себе, своих страхах. Ухену страшно не меньше, чем тебе, поэтому он и решается на такие глупые поступки. Все просто. Ты не можешь его винить за то, что сделал сам. Вы виноваты оба. — Почему ты думаешь, что мы с тобой не подходим друг другу? — вопросы Сонгю, как всегда, лишены всякой логики. — Потому что, в отличие от Ухена, я тебя отпустил. На мгновение глаза Гю отмечают какое-то белое пятно, и мозг сразу приказывает к нему присмотреться. Это Ухен — его куртка и серебристого цвета волосы. Точно он. Сонгю кричит Хое, чтобы он тормозил, а сам уже открывает дверь. Летит через всю улицу, не обращая внимание на машины и редких прохожих, которые именно в этот момент захотели заслонить собой вокалиста. — Ухен! — кричит лидер, когда находится уже в двух метрах от него. Нам замечает его и сразу останавливается. Он никак не ожидал встретить того здесь. У всех на виду Сонгю крепко прижимает его к себе, выкрикивая смачные ругательства. — Ты где был? — кажется, его голос уже срывается и слышен еле понятный хрип. — Я ходил в салон сотовой связи, хен… — Что? Какой еще салон? — Мне нужно было отследить номер… с которого присылали сообщения. Это заняло больше времени, чем я думал. — А трубку почему не брал? — Он разрядился, — Ухен невинно пожимает плечами, когда Сонгю наконец выпускает его из объятий. — И это все? От пристального взгляда лидера Ухен заметно нервничает и выдает себя с потрохами. — Ладно… еще я заходил к Кибому, он доказывал мне, что ты просто отсталый, потому что ведешь себя как последний… — Что за номер ты хотел отследить? — прерывает его Сонгю. Почему-то этим вопросом он задается только спустя какое-то время. — Несколько дней мне приходили сообщения, из-за которых я решился тебе признаться. Кто-то угрожал мне, что расскажет тебе все раньше, если я не прекращу проводить с тобой время. Я не говорил менеджеру об этом, потому что считал не опасным, но последнее сообщение меня напугало… Сейчас самое время было бы показать его, но младший вспомнил, что батарея давно сдохла. — Там было написано, что я поплачусь за то, что рассказал все первым. В салоне я узнал, что сообщение было отправлено с одноразового телефона, но пользователь, видимо, не большого ума, потому что не догадался от него избавиться. Как только телефон включат, его можно будет отследить, и они мне позвонят, когда это произойдет. Сонгю не слышит его и только пристально рассматривает, как будто за время, что они не виделись, Ухен успел измениться до неузнаваемости. Не верилось, что родное лицо раньше значило для него совершенно другое, а прикосновения имели другой смысл, или вообще его не имели. Сейчас он чувствовал себя живым, просто смотря на него, ощущая его присутствие рядом с собой. Он снова полюбил Ухена. Не так, как раньше. Сильнее. До этого он не понимал, насколько младший красив и хрупок, как важен для него. Сколько невежественных ошибок он должен был совершить, чтобы наконец осознать это? Однако семимильными шагами до него начинает доходить смысл слов. Ухену кто-то угрожал? Зачем? Поэтому в последнее время он казался таким вялым? — Я скажу менеджерам, чтобы они следили за тобой, — Гю хочет взять его за руку и отвести к машине, но внезапно младший сопротивляется. — Ты простил меня? — Его тело напрягается, а глаза выжидающе смотрят на Сонгю. Ему не приходится долго ждать ответ. — Еще спрашиваешь... Важно то, что ты простил меня. Он больше не сомневался в своих чувствах и не боялся их показать. Время ошибок прошло, теперь настало время их исправлений. — Я слышу недовольное сопение Хои, он нас давно ждет, — замечает Ухен, пряча улыбку в шарф, и берет лидера за руку. Не спеша, они идут в сторону машины. Под уличными фонарями красиво лежит снег, а если обратить свою голову к небу, можно увидеть, как маленькие снежинки, кружась по какой-то только им известной траектории, падают на землю и куртки прохожих. Их полет имеет одну цель. Они падают, чтобы растаять.