Китсуне

      На следующий день Изуна собрал обоих Сенджу в своём кабинете. Уютный, светлый, с бежевыми диванчиками и картинами на стенах, он совсем не напоминал кабинет безопасника... Раньше у него над головой ещё висела фотография персидского котёнка в короне, но её пришлось всё-таки снять — слишком толстый троллинг.       Не было ничего странного в том, что Изу не пришёл домой ночевать. Он котик свободный, а по GPS было видно, что он вообще у брата дома, мало ли чем они там занимаются... От совсем неприличных вещей до игры в приставку. Да и вообще, у них были доверительные отношения, и скандалов никто не стал бы устраивать, даже если бы он всю ночь провёл в стриптиз-клубе.       В основном, конечно, потому, что Изуна в таких местах дулся как мышь на крупу и грозился всем показать, как правильно надо танцевать.       Но это же доверие заставляло его собрать своих и честно во всём признаться.       — Котички мои... — чуть виновато начал он. — Помните, я себя последние два дня вёл слегка неадекватно?       Сенджу переглянулись.       — Ты сейчас про ночевку у Мадары или то, что вообще в корпорации не появлялся? — осторожно уточнил Хаширама.       — Или про то, что ты сейчас похож на котенка, проглотившего флешку с документами?       — Ага, — Изуна мысленно неловко перебрал лапками, из-за чего вид у него стал ещё более виноватым. — Эх... В общем, я влюбился.       Сенджу снова обменялись взглядами. Можно было не сомневаться, что все более, чем серьезно — в конце концов, за все годы Изуна, несмотря на амплуа легкомысленного кошачьего, не устраивал глупостей ради удовлетворения мимолетных желаний. Да и сейчас… не было это на глупость похоже.       — И ты не знаешь, как рассказать… о нас? — тихо спросил Тобирама.       — Я с ним только вчера заговорить решился. И не знаю, одобрите ли его вы.       Хаширама покачал головой, протянул руку:       — Иди сюда.       Изуна посмотрел на него робко, шагнул вперёд. Сенджу мягко обнял его, заглянул в глаза:       — Изу, мы когда-нибудь причиняли тебе боль нарочно?       — Нет, — Учиха сам прижался. Доверчиво, открыто. К такому тёплому, знакомому до самой последней чёрточки Хашираме. Надёжному, любящему...       Любимому.       — Тогда почему ты думаешь, что мы будем делать это сейчас?       — На мне свет клином не сошёлся. Такое... может причинять боль вам.       — Вот только не надо начинать мериться, кто проявит больше жертвенности, — проворчал Тобирама. — Давай разберемся по порядку. Ты ведь не собираешься нас оставлять?       — Нет.       — Ты любишь и нас тоже? — ласково коснуться ладони кончиками пальцев, погладить.       — Очень сильно, — Изуна задумался. — Даже сильнее мороженого.       Хаширама тихо рассмеялся. Любовь Изуны к мороженому была притчей во языцех, так что сравнение вышло лестным.       — Тогда не вижу проблемы, — Тобирама коснулся губами запястья Учихи. Повернул, поцеловал с внутренней стороны. — Точнее, она есть, но с другой стороны. Мы не знаем, как отреагирует твоя новая любовь на такое.       — Наверное, в прошлой жизни я был Буддой, — заявил Изу. — Иначе за что бы мне такое счастье?..       — За двадцать лет приручения, пока Мадара шатался по миру? — Хаширама зарылся пальцами в волосы. — Расскажешь, кто он?       Изуна пытался сдержаться, помня ехидную улыбочку Обито, и что он вообще два слова связать не может, но...       — Он тако-о-ой...       — Какой? — мягко улыбнулся Хаширама.       — Ты хотя бы с имени начни, — дополнил Тобирама.       — Шисуи, — признался Изуна. — Пятнадцать лет. Увлекается историей и поэзией. Хочет изучать физику пространства. У меня есть его фоточка, сделанная котиком-сталкером, и видео того, как мы занимались паркуром.       Учиха достал телефон, решив, что объективные данные будут надёжнее его писков.       — Хм. Понятно, откуда у тебя такое количество царапин, — заметил Тобирама несколько минут спустя. — Как только тебя вообще на верхотуру занесло…       — Милый ребенок, — поделился своими выводами Хаширама. — Спокойный, ответственный, но, на удивление, открытый. Мы постараемся подружиться с ним.       Изуна совсем не солидно радостно запищал и повис на них.       — Вы же мои самые замечательные! Как я вас люблю!       — Вот поэтому и любишь, — улыбнулся Тобирама, крепко обнимая его в ответ. — Потому что мы самые замечательные. Говоришь, физика пространства? Нужно будет поискать его работы на конкурсах и экзаменах, с такой заявкой он должен серьезно готовиться к поступлению.       — Да, и насчёт работы... И угораздило меня, когда такие проверки пошли... Надо побыстрее узнать, что за мудло решило нам палки в колёса вставлять. Вот как в таком состоянии расследованием заниматься?       — Включи воображение и представь, что давить могут попытаться и через Шисуи. Нас самих трогать опасно, а Обито все время рядом с Мадарой.       — Ещё хуже. Меня клинит и хочется расстрелять вообще всех, кто хоть однажды на моего пусечку криво посмотрел... Давайте ещё немного так постоим, и я всё-таки попытаюсь поработать.       — Может, все-таки возьмешь отпуск? Тобирама тоже справится, тем более, Джирайя уже вернулся.       — М-м-м... Думаю, ты прав. Конечно, нехорошо предприятие в такое время бросать, но лучше оставить, чем напортачить... Меня кто-нибудь поцелует?       — И не только поцелует, — Тобирама усмехнулся.       Камеры в кабинете Изуны были отключены еще с начала разговора, чтобы не давать нового повода для сплетен. А старые… право, Хаширама умел так улыбаться, а Тобирама — ходит с настолько непроницаемым лицом, что половина компании до сих пор не была уверена, с кем же из них у Изуны роман.       ***       Изуна сидел у себя дома, в гостиной и медитировал. Несмотря на нежную привязанность внутри гарема, у них всех троих было отдельное жильё, пусть и по соседству. Очень важно иметь свою личную территорию, в которой ты волен хоть трусы на люстру вешать, хоть поддерживать идеальный порядок. Тем более, что три дома — это в три раза больше мест, куда можно пойти гнездоваться, в три раза больше холодильников с различным содержимым, разные оформления помещений...       И возможность побыть в тишине, никого не напрягая.       Изуна пытался успокоиться. Ну, влюбился и влюбился, подумаешь. Не стоит так волноваться. Шисуи не убегает, не говорит, скромно опустив глазки, что у него есть девушка и он вовсе не такой... Да и тратить и без того урезанные ресурсы мозга на то, чтобы укорить себя за отсутствие мозга, не особо разумно.       Изуна тихонько, легонько вспомнил, что он безопасник, и начал собирать информацию.       Профиль Шисуи в соцсети был... Ну прямо упасть и пищать от восторга, как маленькой фанатке. Аккуратно заполненный профиль, аватар, на котором его можно без проблем опознать, фотографии с каких-то школьных мероприятий, деловые группы, контакты...       Во всех проявлениях, в каждом пункте анкеты — мозг. Мозг. Мозг! Человек явно знает, зачем он завёл эту страничку, и пользуется ей как активным инструментом, а не как бездумной эгочесалкой. Ничего лишнего, ничего компрометирующего, но достаточно, чтобы выполнять свои обязанности старосты. Инструмент, не цель. Аввв!       Как давно Изуна с таким не встречался.       Тут же висели расписания занятий... так что можно встретить Шисуи после школы, пригласить куда-нибудь... в ботанический сад, к примеру. Изуне там нравилось, а водить человека в места, которые ему не нравятся, он считал глупым. Всё же должно быть некое совпадение вкусов, нет?..       Поэтому в назначенный час он уже ждал у школы. Рубашка, деловые штаны, молодой и озорной взгляд — он напоминал старшеклассника из соседней школы, который снял по жаре пиджак и ждёт своего друга, попивая газировку. Ничего необычного.       Шисуи вышел из дверей ровно через одиннадцать минут после завершения последнего урока. Вежливо попрощался со стайкой одноклассников, которым что-то объяснял, дружелюбно махнул рукой девушкам с параллели. Заметил Изуну.       Улыбка у парня вышла удивленная, но радостная и очень искренняя.       — Привет. Ты откуда тут? — взгляд пробежался по лицу Учихи, отслеживая почти зажившие царапины и убеждаясь, что новых не появилось.       — Из дома. На работе оценили моё состояние и дали больничный. Как насчёт пойти куда-нибудь? Предлагаю ботанический сад.       Шисуи снова чуть удивленно улыбнулся:       — Можно. А какой именно ты имеешь в виду?       — Разумеется, мой любимый. Можем поехать прямо сейчас. Если ты не занят, конечно.       Парень задумчиво качнул головой:       — Сейчас не могу. Мне обязательно нужно домой.       — М-м-м... Можно, я тебя хотя бы провожу?       Взгляд Шисуи стал почти ласковым:       — Можно, почему нет. Я не прячу дома ничего противозаконного.       — Кхм... — Изуна вспомнил обо всех незаконных вещах, что у него спрятаны, чуть покраснел. — Я буду очень рад. В какую сторону?..       — Если ты не на машине, то туда, — Шисуи махнул рукой.       — Я ещё хромаю, мне на машине нельзя.       Изуна двинулся в указанном направлении, Шисуи пристроился рядом... Разговор заглох. Слова просто не могли передать весь восторг и кипучую силу чувства, что вырывалось из Изу, разве что невнятное пищание и горящие глаза... Или:       — Я рад тебя видеть.       Шисуи глянул на него искоса — будь он девушкой, можно было бы сказать, что стрельнул глазами — застенчиво отвел взгляд.       — Мне тоже приятно с тобой встретиться.       Изуна прижался к нему на мгновение плечом. Он сегодня проявлял чудеса сдержанности, даже на шее не повис... только прижался, не сбавляя шага, и уже покрылся мурашками весь, с ног до головы.       — А почему именно ботанический сад? — поинтересовался Шисуи парой минут спустя.       — Мне там нравится. Там очень спокойно, умиротворённо. Красиво. В городе мы слишком часто видим одно и то же, забывая, порой, о том как красива природа... И что есть красота, помимо созданной человеком. Я хотел тебе её показать...       Шисуи кивнул почти заворожено — а потом вдруг закусил губу, будто пытаясь сдержать улыбку. Стрельнул взглядом в сторону, вернулся глазами к Изу, закусил губу сильнее…       — У тебя случайно нет аллергии на какую-нибудь пыльцу?       — У меня вообще нет аллергии. А что?       — Так, уточнил на всякий случай, — улыбка все же прорвалась.       — Что ты задумал, Шисуи-кун? — Изуна подозрительно прищурился, тоже улыбаясь.       — Ничего, — свободное пожатие плечами. — Просто не хочу, чтобы вдобавок к хромоте и царапинам ты получил еще какие-то травмы.       — Ах ты... — восхитился Изу. — Намекаешь, что я мог бы пойти туда в ущерб себе?.. А я бы мог, да... Спасибо за заботу.       Шисуи вздохнул:       — Ты сейчас похож на Саске. Но Саске простительно, ему всего три года и он очень не любит отпускать от себя брата, поэтому и делает глупости.       — Саске?       — Это мои соседи, — еще одна мягкая улыбка. — Их отец офицер полиции и редко бывает дома, а мать криминалист в его же отделе… Итачи очень умный и ответственный, но ему всего восемь лет.       — О? Ты за ними присматриваешь? Это к ним ты идёшь после школы? Вчера ты тоже отказался сразу по крышам бегать...       — Паркурить в школьной форме вообще глупость, — поучительно заметил Шисуи. — Но да, ты прав. Восемь лет… Итачи даже до плиты с табуретки достает.       — Хм... А познакомишь меня с ними?       — Ну, если ты не боишься детей… — взгляд Шисуи заискрился весельем.       — А что их бояться? С ними надо играть и тискать.       — Наивный, наивный неко-чан… — Шисуи все же удержался от того, чтобы озвучить старую шутку про самое страшное слово для кота.       Решил сразу на практике показать.       * * *       Братья занятых родителей оказались... Серьёзный, очень напряжённый мальчик Итачи, который смотрел чуть настороженно на Изуну и вопросительно — на Шисуи. И Саске, мелкий-мелкий, с мягкой игрушкой в виде динозаврика и большими широко распахнутыми чёрными глазами. Умилительная серьёзность Итачи, плюс мягкая улыбка Шисуи, плюс озорство Саске... тройной удар кавая попал по Изу так, что он даже забыл на секунду как дышать...       — Добрый день, Итачи, Саске, — оба имени прозвучали без суффиксов, демонстрируя, что Шисуи в этом доме если и не свой, то очень близок к этому. — Познакомьтесь, это Изуна-кун, мой друг.       — Здравствуйте, Изуна-сан, — вежливо наклонил голову Итачи. Настороженность растворилась, а вот напряженность — нет.       — Привет! — а вот Саске никакие сомнения не мучили. Хотя мелкий комок очарования не преминул разместиться между гостем и Итачи, словно демонстрируя свои права на брата.       — Как у вас прошел день? — Шисуи привычно скинул форменный пиджак на вешалку.       «Тииискать!» — завопила хотелка. Но пока Изуна подал Саске руку, типа давай дружить и знакомиться. Итачи тем временем начал очень серьёзно описывать, как прошёл день, что он приготовил, чем братика кормил и как играл. Кроме простых бытовых задач в его распорядок дня затесались какие-то уроки, которые Шисуи собирался проверять и тренировка, на которую Итачи нужно было отвести.       Саске с уморительной важностью обхватил ладошкой палец Изуны, потряс. Очаровательно улыбнулся:       — А ты пойдешь с нами болеть за нии-сана?       — Пойду. А каким спортом он занимается? — уточнил Изуна и, не удержавшись, всё-таки погладил малыша по голове.       — Карате и кендо, — ответил Шисуи. — Еще тренировки по метанию ножей и сюрикенов, но они только раз в неделю. Сегодня Намиказе-сенсей обещал привести какого-то интересного противника, потому что его возрастная группа для Итачи совершенно не противники.       — О... Как здорово, — только и смог ответить Изуна. С интересом взглянул на милого, ответственного парня, который уделывает противников своей возрастной категории. Перевёл взгляд на милого ответственного Шисуи, который уже взял на себя ответственность за мальчишек... Виски заломило.       Доза кавая в крови стала невыносима.       — Я с радостью на это посмотрю.       Саске засиял улыбкой еще шире — реакция Изуны ему понравилась, и он был причислен к группе тех, кому разрешалось восхищаться Итачи-нии-саном. Собственно, кроме этой группы было всего три человека, с которыми Саске был готов делиться вниманием брата — родители и Шисуи. Всех прочих мелкий тиран с очень недетской изобретательностью выживал из своей зоны комфорта.       — У-у-у, массовая кавай-атака, — протянул Изуна, потрепав его по голове. — Я тоже так умею.       И солнечная лыба до ушей.       Саске наклонил голову набок, изучая внезапного конкурента на милоту. Прижал динозаврика к груди, поставил брови домиком. Шисуи, оторвавшийся от тетради с заданиями, озадачено хмыкнул:       — А вы, случайно, не родственники?       Изуна не сдавался, состроил обиженную мордочку, вкладывая в неё всю тоску по обнимашкам. На стороне Саске был возраст, на стороне Изу — опыт.       — Ну, возможно. Все от одной амёбы произошли. Надо потыкать родословную, может что-то где-то поближе совпадает...       — Разрез глаз и абрис лица почти идентичны, — ровно сообщил Итачи, который тоже оценил внезапное сходство, только подкрепленное одинаково умильным выражением лица.        — Кхм. Брата надо расспросить. Сейчас я нанесу тебе смертельный удар! — заявил Изуна и поднял из волос кошачьи ушки.       — Каваи! — в силу возраста проигрыш волновал Саске гораздо меньше, чем возможность потискать уши самого настоящего неко. — Итачи-нии, можно? Можно-можно-можно?       Итачи переадресовал вопросительный взгляд Шисуи. Тот с силой зажмурил глаза, чуть тряхнул головой — картина не изменилась. Из волос Изуны торчали два самых настоящих пушистых уха. При том, что Шисуи готов был поклясться, что никаких хитроумных механизмов под волосами Учиха точно не прятал.       — Изуна, ты же не против?       — Тискай. Котик хочет, чтобы его погладили, — разулыбался Изуна, довольный эффектом.       Всё-таки притворяться человеком очень тяжело. А теперь можно с полным правом на всех виснуть!       Саске тут же повис на нем с боевым кличем «ня-я!». И первым же делом потянул руки к ушам:       — А хвост у тебя тоже есть?       — Есть. Показать? — хвост был очень неудобно обмотан вокруг пояса, так что достать его хотелось при первой же возможности.       А сам он с удовольствием потискал ребёнка. Такого искреннего, маленького и радующегося котику.       — Да!       — А как ваши уши крепятся? — уточнил Итачи, который был закален Саске и потому имел иммунитет к очарованию почти во всех видах. Зато очень-очень хотел получить в руки такой интересный механизм.       Изуна выпустил из-под рубашки хвост.       — А ты подойди, пощупай, может, догадаешься, — он проказливо улыбнулся.       Итачи сосредоточенно кивнул и так же сосредоточенно принялся прощупывать хвост. Уши еще нужно было отобрать у восторженно пищащего Саске, а вот чтобы добраться до хвоста, отото нужно было слезть с рук.       Хвост был гибкий, тёплый, длинный, покрытый чёрной пушистой шёрсткой. По длине он доходил Изуне примерно до середины голени. И казался очень, очень живым и настоящим. Даже если это роботический механизм, не стали бы они его делать тёплым?..       Котик тем временем заурчал, подставляя ушки под маленькие ручки и косясь на Шисуи. Шисуи честно крепился и держал себя в руках, но эмоции испытывал крайне противоречивые. Очень уж к разным мирам относились в его восприятии начальник безопасности крупной корпорации и мифологический персонаж.       Изуна по-кошачьи потянулся, выгнул спинку, зевнул. Потёрся головой о маленькие ручки, требуя внимания... Итачи как раз завершил инспекцию хвоста, так никаких механизмов и не обнаружив. Правда, под одежду воспитанный ребенок не полез, вместо этого вежливо попросив Изуну сесть. И даже стул принес.       Изуна сел, вытащив хвост, и сложил ручки на коленках, как приличный мальчик. Только ушком провокационно подёргивая. Итачи все с тем же сосредоточенным выражением лица запустил пальчики в волосы, надеясь нащупать хотя бы проводки крепления.       — Это не может быть имплант, — нахмурился ребенок, так ничего и не нащупав.       — Не-а. Современная медицина на такое пока не способна, — согласился Изу, чуть дёргая головой, чтобы его почесали.       Итачи скрестил на груди руки, сверля его взглядом. Просить подсказку он не собирался принципиально.       — Мы на тренировку опоздаем, — Шисуи досталась роль голоса разума.       — Ой, тогда точно надо собираться, — спохватился маленький неко-тролль, плотно прижимая ушки к голове и оборачивая хвост вокруг пояса. — Надеюсь, это не помешает Итачи-куну в его деле?       — Пф! — братья фыркнули на удивление синхронно.       — Нии-сан самый лучший! — гордо добавил Саске.       — Посмотррим, посмотрим... — Изуна потянулся.       Ему достался укоризненный взгляд Шисуи, намекающий не дразнить детей. Изуна встал, подошел к нему и обнял со спины, повисая всем телом и потираясь носом. Шисуи скосил на него глаза:       — Уши правда настоящие?       — Да, конечно. Хочешь пощупать?..       Шисуи посмотрел на него почти жалобно, вздохнул:       — Не при детях.       Изуна захихикал совсем мерзопаскостно, отстал. Учитывая, что он ничего такого не имел в виду, да и дети всё сами первые общупали... Это наводило на позитивные размышления.       Они быстро собрались и отправились в секцию Итачи на общественном транспорте. Изуна был гораздо спокойнее и счастливее от того факта, что он вновь ощутил свои ушки... и что окружающие эти ушки увидели. Он котичка, а не какой-то там скучный чиновник. И он может делать странные, страшные и страшно прекрасные вещи.       А дети так легко относятся к чудесам. Подростки — еще верят и готовы принять. Это скучные взрослые считают, что мир раз и навсегда расписан по правилам.       Как хорошо, что сам Изуна повзрослеть категорически забыл.