Exodus

↘ Pathcode Baek Hyun ↙

Молодой человек задумчиво всматривается в свое отражение на водной поверхности стоящего перед ним черного кофе. Под рукой несколько учебников по истории, тетради и ручка. Бекхен не спал практически большую часть ночи, да и те малые крохи сна, что он смог урвать, мало чем помогли в борьбе с усталостью. Сегодня у него несколько семинаров, которые он благополучно отсидел, умудрившись даже ответить заданную тему на каждом из них. Через час должна начаться конференция по истории. И вот, пока у него еще есть время, Бен решил забежать к другу в кафе. Взбодриться чашкой ароматного кофе, что любезно предложил ему Чонин, да и о наличии новостей о брате поинтересоваться. Месяца три-четыре назад его хен пропал. Бекхен не знает, когда именно, так как Чунмен пустился в бега, чтобы отвлечь от себя внимание очередной вышедшей на них организации. Старший Ким планировал запутать их, сменить имя и подкорректировать внешность, а после вернуться обратно. Но когда два месяца назад Бекхен попытался с ним связаться, ничего не вышло. Так же не получалось и у Чонина, который имел возможность сделать это практически безболезненно для себя и своего спокойствия. Бекхен роняет голову на сцепленные в замок руки и тяжело вздыхает. Где-то через шум голосов слышится скрип и легкая мелодия колокольчиков, когда дверь выхода из кафе открывается. Бен не знает, что ему стоит сделать, с чего начать поиски брата. Да и что с ним вообще произошло? Шестое чувство упрямо бьет тревогу. Парень устало прикрывает глаза. Он боится, что могло случиться что-то страшное. Боится вновь потерять дорогого для него человека. Но и страх самому быть обнаруженным мешает основательно развернуть поиски брата. Глаза застилает мгла, и Бек испуганно вскакивает. Перед ним слишком внезапно и стремительно уютное кафе превращается в незнакомый лес. Бен оборачивается и видит, как за его спиной вырастает заброшенный деревянный дом. Рядом ломается ветка, и шатен оборачивается на ее характерный звук. Что-то ярко синее мелькает среди деревьев и уже через секунду он видит, как к нему приближается молодой человек. Тот замирает, не дойдя до Бекхена и пятидесяти метров. Он достаточно высок, его стройную фигуру скрывает синее пальто. Волосы взъерошены, будто бы от быстрого бега, он тяжело дышит, но смотрит решительно. На что-то позади Бекхена. Парень делает шаг вперед, расстояние между ними быстро сокращается, и проходит сквозь Бекхена. Бен замирает от шока, так и не развернувшись, чтобы посмотреть, куда тот в итоге пошел. Бекки лишь глупо смотрит на собственные руки, не веря в произошедшее. «Что же это такое?» - Только и бьется набатом вместо мыслей в его голове. Придя немного в себя, Бен оборачивается назад. Он сталкивается с этим человеком нос к носу, невольно отмечая, как решителен его взгляд. Бекхена отбрасывает назад на несколько шагов чисто интуитивно. Молодой человек поднимает склоненную до этого голову и лес вспыхивает алым пламенем. Все вокруг горит и сгорает дотла. Но Бекхен не чувствует боли от подбирающихся к нему языков пламени, наоборот, они будто защищают и оберегают его, питая энергией. Отец когда-то давно говорил Бекхену, что свет можно получить и от огня. Могло ли это иметь какое-то значение для Бекхена? Он не знал, но эта мысль сейчас никак не покидала его разум. Бекхен понимает, что видит этого человека уже не в первый раз. Он не единожды приходил к нему во снах и палил все дотла, сжигал лес и сам находился в самом пекле, но огонь ему, как и Бекхену, ни разу не навредил. Возможно, что тот управляет огнем. И раз Бен видит его, то, по всей видимости, это опять сон. Бекхен спит. А раз он понимает, что все происходящее ему снится, самое время пробудиться ото сна. Этот простой закон Морфея тут же приходит в исполнение. - Хен? – Чонин толкает его в плечо, привлекая к себе внимание сидящих за соседним столиком посетителей. Те, впрочем, не найдя в двух парнях ничего необычного и так и не дождавшись продолжения монолога официанта, быстро теряют к ним интерес. Бекхен поднимает голову, фокусируя сонный взгляд на друге, и трет следом глаза, чтобы прогнать оставшуюся сонливость. Рядом со столиком Бен замечает несколько упавших книг. Чонин ловко наклоняется, поднимая их, и кладет на прежнее место. - Прости, я, кажется, случайно задремал, - Бекхен кивает на стул рядом с собой. Чонин картинно закатывает глаза и, обернувшись, замечая одобрительный кивок от начальника, садится за столик Бекхена. - Ты слишком мало спишь, хен. Это очень плохо, - официант хмурится, и складывает руки на груди, неодобрительно смотря на студента в упор. - Просто сегодня было много всего, вот и не поспал толком, готовился, - Бен отмахивается, на самом деле считая, что это все не так важно. - Что лучше, скажи мне, тебе удалось что-нибудь выяснить о Чунмене? Чонин вмиг становится грустнее и опускает взгляд. Бен напрягается, хмурясь, и внимательно наблюдает за брюнетом. - Нет. Где-то месяца три назад его след оборвался. Никто ничего не знает о нем. Боюсь, что.. - Нет, молчи! Я не верю в то, что с ним могло случиться что-то плохое. Не хочу и не буду. Бекхен упрямо поджимает губы. Он принимается собирать свои вещи. Книги, тетради и ручки отправляются прямиком в сумку. Одним большим глотком он допивает остатки черного кофе в чашке. - Бекки, просто будь осторожнее. Прошу тебя. Чонин становиться серьезнее, будто взрослеет на несколько лет. В его глазах Бекхен замечает неподдельную боль утраты. Фактически не полной, Бекки знает, но все же. Шатен кивает на его слова, выглядит поникшим. - Ты знаешь, может случиться так, что я могу не успеть прийти к тебе на помощь. - Знаю, Чонин, знаю. Я постараюсь. Младший в ответ чуть улыбается, прощаясь с Бекхеном, и приступает к работе.

***

Чанель думал, что в эту ночь ему так и не удастся поспать. Однако, вопреки всему, он задремал. Полноценным сном это назвать трудно, но для того, чтобы чувствовать себя отдохнувшим с утра ему хватило. Сладко потянувшись, Пак открыл глаза, чтобы их тут же закрыть. Проморгался. Опять закрыл. Открыл левый, затем правый, но привидевшийся ему силуэт человека никуда не исчез. Нахмурившись, Чанель подобрал к себе все свои конечности и отодвинулся к спинке кровати, подальше от нависшего над ним силуэта парня. Пак отчетливо мог различить его образ. Шок, в котором тот пребывал, передать достаточно сложно. Даже вымолвить ничего не мог. Фигура встрепенулась и в один миг исчезла. В ту же секунду начался кавардак. Книги, листы, какие-то мелкие предметы, разбросанные везде, где только можно и нельзя, до этого пришли в движение. Игрушки Чанеля и те «ожили». Дальше было хуже. Книги полетели с полок, шумно вонзаясь в стены. Некоторые рассыпались на части и тогда исписанные типографическим станком листы кружились в воздухе только в им ведомом танце. Чанель не понимал, что происходит. - Хорошо, хорошо! – Чанель срывается на крик и в этот момент вещи замирают на своих местах. Те, что находились в воздухе, в следующий момент с грохотом падают вниз на пол. Бумага оседает следом. Фигура вновь появляется перед Паком, и теперь он видит его даже более четко, чем прежде. Это молодой человек. На вид которому около двадцати пяти или семи лет, примерно, как и самому Чанелю. Темные волосы, светлый свитер и джинсы. Чанель видит, что этот «призрак» настроен довольно решительно. Будто зачарованный, Пак встает, приближаясь к нему. Возведенная вверх ладонь и рука проходят сквозь фигуру парня и Чанель удивленно таращиться на вмиг замершие пальцы. Призрак расцветает ухмылкой. Пак почему-то уже не боится его. Будто бы разговаривает перед ним чуть ли не близкий человек, друг, не иначе. Он нерешительно поглядывает на него, вопросительно смотрит. И призрак говорит. Голос его скрипучий, неживой, с протяжными и холодными нотками. Но и за всем этим Пак внезапно улавливает мягкий бархат и будто бы может представить, как мог звучать Чунмен раньше. Его зовут Чунмен. И Чунмен завис где-то между, будто в лабиринте, уже месяца три как. Пак не перестает удивляться всему происходящему и где-то на периферии сознания все еще не может поверить, что все это случилось именно с ним. - Ты должен помочь мне, - просто говорит Чунмен, - должен найти и защитить Бекхена. Спасти его. Чанель не понимает, каким образом он может это сделать. Да и отчего спасти. Чунмен довольно, но немного грустно улыбается. Он многое должен рассказать, а Пак многое услышать. - Ты – огонь, Чанель. Безжалостный и беспощадный для врагов, но теплый и дарующий силы для тех, кто дорог тебе. Я решил просить помощи, зная, что проснувшись, твоя сила будет велика, но, невольно, из-за меня Бекхен стал для тебя важным. Напряженное сопение Чанеля вызывает у него виноватую улыбку. - Я знаю это и я безумно рад, что у моего донсена будет такой человек, как ты. Чанель не знает, что ему ответить. Да и не верит еще. - Почему ты умер? Вопрос от хозяина квартиры застал привидение врасплох. Чунмен молчит. Долго и мучительно, заставляя Пака уже жалеть о произнесенных ранее словах, но ему кажется, что именно этот ответ призрака поставит все на свои места и даст всему происходящему хоть какой-то смысл. - Есть некие организации, их много и они разные, но цель преследуют одну: собрать как можно больше необычных людей, тех, кто сильнее и способнее, вплоть до простой повышенной удачливости. Пока ты можешь совершать то, что не могут другие, ты будешь их целью. За лучшими из лучших они ведут особую охоту. И мне не повезло. «Исход» наиболее крупная из них, узнала о нас. Я бежал, стараясь замести следы, но они нашли меня. Мне пришлось, чтобы защитить Бекхена, поставить на кон собственную жизнь. Но они уже нашли моего брата, это лишь вопрос времени, чтобы настичь и забрать его свет. Чанель не знал, что сказать. Да и переварить, обдумать полученную информацию толком не мог. Это все пугало его. А в открывавшейся перспективе, что Бекхен, судя по всему, в опасности, так вообще сеяло в душе беспокойство. Бекхен. Его Бекхен. Напуганный, бегущий в никуда и непременно оказывающийся в ловушке. Его светлый, теплый Бекхен, которого хотелось обнять и защитить от всех бед на свете. Чанель не позволит этому случиться. Никогда. - Где мне искать твоего брата? Где Бекхен?

***

Этот долгий день для Бекхена наконец закончился. Так много мелких, незначительных проблем, что он вынужден решать ежедневно утомляют его. Учеба, проекты. Но все это меркнет по сравнению с тем, что тяготит его душу. Та рана, что не может затянуться на протяжении большей части жизни, с каждым разом становясь больше. Боль утраты. Первой была мама, затем отец, теперь и Чунмен не дает о себе знать. Бекхену страшно. Он больше не хочет никого терять. Сумерки сгущаются над городом. Бекхен не торопится, но и медленно, как черепаха, не плетется. Довольно скоро он уже окажется дома в пустой квартире и выспится, наконец. Он думает, что должен отдохнуть, иначе организм просто даст сбой. Темные узкие улочки города, вымощенные камнем, уже достаточно знакомы ему. Он поднимается по ступенькам вниз, минуя центральную площадь. Оглядывается вокруг, осматриваясь, прежде чем свернуть направо, по привычной дороге домой. Бекхену неспокойно, ему не по себе от волнения. А странное чувство, что за ним сейчас кто-то наблюдает, нещадно бьет по всем шести чувствам. Он думает, что все это нервное. Шатен слишком волнуется, а слова Чонина не идут из головы. Что, если брат действительно пропал.. совсем? Эта мысль отзывается болью в сердце и душе, как и каждый шаг по бесконечной лестнице и этим невзрачным темным каменным джунглям, которые не спасают даже эти несчастные крупицы света, исходящие от уличных фонарей. Бекхену слышится шорох за спиной. Он резко замирает на месте и оборачивается. Лампа в фонаре над его головой неровно мерцает. Шатен, не заметив ничего странного позади себя, и делает несколько шагов вперед. Но внезапный гулкий шум в голове заставляет его остановиться. Музыка в наушниках стихает и Бекхен тянется к телефону, ощущая вибрацию от входящего сообщения. Позади него раздаются чьи-то громкие шаги. - Радар показывает, что мальчишка с телефоном где-то здесь, - Бекхен слышит чей-то грубый мужской голос позади себя и испуганно оборачивается. - Если это так, то я на его месте вызывал бы уже себе доктора, - смеются в ответ. Звуки шагов усиливаются и становятся ближе. Бекхен реагирует быстро и срывается на бег. Преследователи довольно быстро понимают, что обнаружены и их цель пытается сбежать, поэтому пускаются следом в погоню. Свет над шатеном гаснет, погружая улицы и весь город в темноту. Но вопреки всему Бекхен продолжает бежать, не оглядываясь. Так быстро, как только может. У него уже и сил нет и усталость адская, но остановиться подобно смерти. Свет исчезает стремительно, куда бы Бекхен не бежал и совсем скоро во тьму погружается уже и весь город. Бен натыкается на преграду. Высокие железные ворота преграждают ему путь, оказавшись, внезапно, закрытыми на массивный замок. Он загнан в угол, пойман, как маленькая глупая зверушка. Это тупик и выхода нет. Все вокруг него лишено света. Бекхен больше не обладает им, он погряз во тьме. Вокруг все именно так. Парень оборачивается, тяжело дыша после длительного бега. За спиной его ворота, заперты, а впереди люди, что пришли отобрать то ценное, без чего Бекхен вряд ли сможет полноценно существовать. Он закрывает глаза, дальше уже не убежать, и опускается вниз, на землю. Если света нет вокруг него – это еще не конец. Бекхен вспыхивает изнутри, излучая свет из самого своего сердца внутри себя, освещая все вокруг. Но свет быстро проходит. Свет Бекхена так и не смог его защитить, просто не способен. Бекхен приходит в себя не сразу. Голова нещадно гудит, пронзая вспышками боли, что то накатывает, то отпускает с разной силой. Он чувствует, что его руки и ноги связаны. Невольно шевелит ими, пытаясь освободиться, хоть и понимает, что это, скорее всего, маловероятно. Через несколько секунд он получает первый удар. Точно в живот, по ощущениям, ногой. Следом на него обрушивается шквал ударов, куда попало и чем попало. Бекхен даже слово вымолвить не в состоянии, ощущая следующую за этим адскую боль. - Тебе лучше согласиться с нашими условиями, недомерок. Умирать, как твоему гребанному брату, тебе никто не позволит, а вот пройти все круги ада ты вполне можешь, - грубый голос выплевывает слова прямо на ухо, неприятно щекоча дыханием ушную раковину. Бекхену противно и горько. Слова выжигают душу, и парню самому хочется умереть. Его брат... Бекхен просто не может и не желает в это верить. Так и не дождавшись ответа, мужчина дает команду своим подельникам нанести парнишке еще несколько ударов. Бекхен болезненно шипит, ощущая солоноватый привкус во рту и то, как что-то вязкое заполняет гортань и стекает по подбородку. «Кровь», думает Бекхен. Ему хочется кричать, брыкаться, дать сдачи, но сил нет, только разливающаяся по всему телу боль. Все, что он может, это в отчаянии взывать к брату, надеясь, что тот облегчит его страдания. Заберет к себе и позволит остаться, чтобы больше никогда не возвращаться в эту ужасную реальность. Бекхен отключается спустя час. Все, что он видит, так это странная широкая улыбка. Рыжеволосый парень из его снов и это мучительно переживать, ведь Бекки понимает, что это конец. Эта улыбка согревает. «Чанель..» Но у Бекхена уже не осталось сил бороться. Не теперь. Рыжеволосый парень растворяется, когда протягивает руки к Бекхену для объятий, а тот тянется в ответ. Пустота заполняет все внутри него, медленно лишая всякой надежды. «Бекхен, терпи, он скоро придет за тобой». Внезапно раздается голос брата, а шатен уже и не понимает, умер он или нет. «И пламенем вспыхнут все».