My reasons for love

Да уж, это самая странная херня, что происходила со мной. Ревность. Я одновременно ненавижу и обожаю это чувство. Жаль, что мы ощущаем это по-разному. Ты вообще не переносишь этого. То, как другие касаются меня, глазеют на меня или даже разговаривают со мной. И так было и есть всегда. Только вот реагировал ты на это каждый раз по-разному. В самом начале наших отношений, если их так можно назвать, ты просто выбивал все дерьмо из того, кто посмел сделать это. Даже если я сам был инициатором. И мне это нравилось. Нравилось, что ты ревнуешь меня и хочешь, чтобы я был только твоим. Только с тобой. Нет, ты не говорил мне этого напрямую, но я все додумывал сам. Со временем все изменилось. Ты начал доверять мне. И, Мик, ты ведь даже перестал приходить в клуб, чтобы следить за мной. Как оказалось, зря. Я никогда не смогу простить себя за то, что был с другими, когда у меня был ты. Теперь я знаю, что это за чувство… когда тебя предают. И еще ужаснее, когда это даже не пытаются скрыть. Например, как я с тем порно-роликом… блядь, и не только. Но ты прощал мне всё. И я бросил тебя. Мне уже было плевать — доверяешь ли ты мне или нет. Мне, честное слово, было плевать. А ты вернулся, как только я убедил себя в этом. Всё полетело к чертям. И ты уже не доверял мне больше. А мне перестало нравится. Мне больше не нравится… нет, я ненавижу, когда ты ревнуешь. Ты больше не бьешь тех, кто пытается подкатить ко мне. Ты не делаешь, ровным счетом, ничего. Просто смотришь так, будто точно знаешь, что я сделаю это. Снова трахну кого-то другого, даже не подумав о том, что будет с тобой. Ты будто бы… привык к этому. И это, блядь, ненормально. Так не должно быть. Но ты думал иначе и отвечал мне тем же. Пытался наказать меня за всё, что я наделал. Я знаю лишь о двух парнях, но иногда я задумываюсь, всё ли ты мне рассказал. Ведь и я не рассказывал тебе. А ты смог. Я уже говорил об этом. Ты тогда напился. И я знаю, какой ты, когда напьешься — тебя можно заставить сделать все, что угодно. И я ненавижу думать об этом. Ненавижу думать о тебе с кем-то другим. Ненавижу думать о том, как кто-то трогает тебя, шепча на ухо какие-то пошлости или лести. Ненавижу представлять то, как ты стонешь, отдавшись в чужие руки. Ненавижу губы, которые касаются твоих губ… и шеи, и бедер, и… блядь. Я ненавижу всё это. Я ненавижу то, что чувствую при этом. Ненавижу, что ты так просто рассказал мне об этом на следующий же день. А ты мало разговаривал со мной в то время. Худшее время для меня. Да и для тебя, я знаю это. Ты говорил, лишь когда хотел причинить мне боль. У тебя отлично получалось. Но еще хуже было, когда ты вовсе молчал. И это так, блядь, тяжело, когда… Это тяжело, когда кто-то особенный игнорирует тебя. Но еще тяжелее притворяться, что тебе все равно. Я никогда не забуду это. И не позволю случится этому снова. Но это не помогло, когда ты на одной из вечеринок Липа перепутал меня с другим парнем. Рыжий и высокий. Всё. Вот и вся схожесть, блядь! Но я успел до того, как что-то случилось. Вы просто целовались на кровати, а этот урод — именно урод, потому что я, блядь, просто красавчик по сравнению с ним — просто воспользовался тем, что ты пьян. Ему было похер, что ты зовешь его чужим именем. Моим именем. Единственный плюс — это страстный секс после. По-блядски горячий, Мик, без шуток. Не думаю, что такое могло бы быть с кем-то, кроме тебя. И ты единственный, кого я хочу. Я нашел своё и на другое мне даже смотреть не хочется. Как и тебе. В этом вся прелесть. Теперь ревность для нас — лишь чувство, которое осталось где-то в прошлом. В темном и жестоком. Там, куда мы не вернемся. Не вернемся, потому что теперь мне противно даже думать о ком-то другом. Противны чужие прикосновения и поцелуи. Словно, касаются не меня, а тебя. И лишь только вспомнив тебя такого, Мик — отстраненного, холодного… этого хватает мне, чтобы никогда не думать об этом. Даже не хотеть думать об этом. Я просто хочу, чтобы мы были только вдвоем. Вместе. Долго и счастливо, блядь. Ты хочешь того же самого, я знаю. Так что никакая ревность не помешает мне любить тебя, Микки Милкович. Просто… не забывай об этом, хорошо?