One piece of my heart

Moby - Why does my heart Плотнее вжимаясь в прохладную обивку сидения, Кларк опустила на колени купленный в аэропорту журнал, напрасно думая, что он сможет помочь ей как-то отвлечься от неприятных мыслей о полёте. Летать она не любила с детства. Колючее чувство неизвестности и страха неизменно преследовало её все время, пока лайнер находился в воздухе. Пальцы лениво перелистывали страницы. Череда ярких картинок, модных трендов и красивых лиц, которые должны были помочь скоротать время, смешивались в один нецепляющий контекст, достаточный лишь для того, чтобы пару минут пробежаться по ним незаинтересованным взглядом. На предпоследней странице, с гороскопом, она остановилась, автоматически скользя глазами по строчкам, предназначавшимся её знаку зодиаку: " "Пересмотрите свои ценности и взгляды на жизнь - перемены пойдут вам на пользу". "Боже, серьёзно?! Как раз этого мне и не хватало, чтобы воспрять духом." - криво усмехнувшись фатальности этого предложения, она машинально спустилась на несколько абзацев ниже, ловя себя на том, что начинает читать гороскоп шатенки. Застряв взглядом в бессвязном скоплении букв, блондинка несколько секунд буравила страницу перед собой и, закрыв издание, быстро отправила его в сетчатый карман впереди стоящего кресла. Тихо выдохнув, она вновь вжалась затылком в спинку сиденья. Пальцы сами потянулись к стоящему рядом черному тканевому чехлу. Кларк безумно захотелось открыть её подарок сейчас, когда она чувствовала себя такой хрупкой и беззащитной на высоте в несколько тысяч километров. Коснуться ладонью. Ощутить как приятная прохладная гладкость корпуса пробирается сквозь рецепторы под кожу. Задеть струны... Ей даже не нужно было прикрывать глаза или сосредотачиваться, чтобы вспомнить тот момент... момент, когда шатенка с привычной неловкостью переступая порог, держала руки с подарком за спиной, улыбаясь всё шире, глядя на недоумевающую Кларк. И как обнимала её после, со спины, сидя на полу, посередине гостиной, покрывая поцелуями её плечо, пока она сама восторженно скользила пальцами по деревянному корпусу... слишком медленно...желая прочувствовать каждую буковку, адресованного ей признания. И песня, что Кларк пела практически шёпотом, касаясь струн слишком бережно, чувствуя, как останавливаются, замирая, губы на её коже, и то, как боялась повысить голос, в страхе спугнуть эту ускользающую нежность прикосновений. Она болезненно поджала губы, вспоминая, как настойчиво вглядывалась в пустоту ещё спящей улицы этим утром, закидывая багаж в такси почти на ощупь. И как озиралась по сторонам, с надеждой цепляя взглядом похожие макушки, когда стены суетливого, переполненного людьми аэропорта, давили чувством одиночества слишком сильно. Она ждала... до последнего ждала разглядеть в толпе чужих лиц её глаза... ждала последнего прикосновения тонких пальцев к своей чуть покрасневшей от волнения, щеке... ждала привычного перехода на хриплый шёпот... она так сильно надеялась, что Лекса проводит её... надеялась неожиданно для самой себя. Эта надежда с силой вспыхнула в ней, когда она волнительно выдохнув, повернула ключ дверного замка на два оборота. А потом зыбко и неуверенно шагнула к лифту. Она ждала... даже несмотря на твёрдую просьбу... в правильности которой Кларк не была уверенна совершенно. Потому что как легче, она не знала. Да и возможно ли вообще было это легче сейчас?! Когда чувства распирая, вытесняли всё прочее. И оставалось только молчать, слушая как внутри беззвучно рвётся на части душа. Дёрнувшись, Кларк села прямо, располагая локти на подлокотниках. Взгляд упёрся в расположенное по правую руку окно иллюминатора. Яркое солнце слепило глаза, безуспешно пытаясь пробраться сквозь плотный сгусток облаков. Полотно белого крыла дрожало, разрезая мощный встречный поток воздуха. Едва вытянувшись вперёд, блондинка пристальней всмотрелась в металическую конструкцию. Казалось, что она не способна вынести приложенной нагрузки. Крыло прогибалось и как будто вот вот должно было треснуть. Сглотнув стремительно пронизывающий страх, Кларк захлопнула крышку иллюминатора, пытаясь стереть из своего воображения, мелькающие картинки предстоящей авиакатастрофы. - Боишься летать? - голос, неожиданно раздавшийся практически над её ухом, заставил пальцы туже сжать металлическую пряжку ремня безопасности. Обернувшись на голос, Кларк с подозрение посмотрела на человека которому он принадлежал. Люди способные без раздумья обращаться на "ты" к незнакомцам, всегда её настораживали. Девушка улыбнулась, чуть прищуривая выразительные, в густых ресницах, глаза, и кивнула на закрытое окно. Кларк собиралась было мотнуть головой, отрицая свой страх. Обсуждать с кем-то свои слабости не входило в её привычку. Но в последний момент передумала. - Да... наверное... боюсь, - в подтверждение своих слов она чуть кивнула, получая в ответ сочувствующий взгляд. - Я тоже не особо люблю. Меня немного укачивает. - незнакомка кинула взгляд на зажатый сеткой, хрустящий коричневый пакет. Чертыхнувшись про себя, Кларк попыталась изобразить на лице сожаление, думая о том насколько она "везучая". - Я - Октавия! - совершено не унывая, бодро представилась брюнетка. - Кларк, - губы блондинки приподнялись в вымученную улыбку. Практически все последующее время девушка не умолкая что-то трещала. Нет, это не было бессвязным не имеющим сути монологом, скорее обычная беседа, и если бы Кларк находилась в лучшем расположении духа, вероятно бы радовалась такой попутчице. Но Кларк не находилась... и поэтому это звонкое щебетание над её ухом, доводило её до исступления. Почему-то меньше всего сейчас она хотела разговаривать. Ей просто хотелось накрыться красным клетчатым пледом с головой так, чтобы посторонние звуки совсем исчезли. Хотелось думать, вспоминать и молчать. И может ещё чуточку плакать. Поэтому на этом эмоциональном фоне оптимистичный голос брюнетки сейчас казался скрежетом ногтей по школьной доске. - Летишь в гости к кому-то? - Кларк стиснула зубы так, что её скулы окаменели. Почему-то захотелось ответить грубо. Сказать, что это её личное дело. Но воспитание не позволяло. Вместо этого она попыталась сложить в голове подходящие слова... слова, которые мелькали множеством вариантов... Она не знала ответа. Она всё ещё не решила окончательно зачем она это делает. А слово "переезд" по-прежнему спускалось холодком по позвоночнику. Поэтому она просто кивнула, решая позволить себе немного соврать. - А я живу в Нью-Йорке... около года, - сделав паузу, брюнетка вздохнула, - к парню прилетала, на День Рождения, хотела сделать сюрприз... а он... - она замялась, и вытащив из кармашка бутылку воды, сделала несколько глотков, - мутит уже с кем-то... в общем, можно сказать, что сюрприз удался. - её сдержанный голос немного дрогнул, а взгляд, в котором тенью мелькнула боль, упёрся в острые голые колени, что проглядывали сквозь порезанные светлые джинсы. Этот момент показался Кларк неловким, и ей впервые подумалось, что за всем этим словесным дребезжанием, может быть что-то более глубокое. На этот раз ей захотелось ответить, возможно даже поддержать... но она не знала как, а слова по-прежнему ускользали от неё. Оставшееся время полёта прошло намного спокойнее. Расположив на коленях увесистую папку, брюнетка ушла в чтение. Периодически увлекаясь настолько, что её губы начинали двигаться. Уже позже, перед выходом из самолёта, она протянула Кларк разноцветную листовку. - Я играю в этом спектакле. Если нечем будет заняться, приходи, - улыбнувшись девушка, закинула на плечо сумку, - могу дать билеты, только позвони заранее, - она попыталась отыскать шариковую ручку, но сзади их толкнули в спины, давая понять, что пора двигаться к выходу. Сжимая листовку, и продвигаясь по узкому проходу самолёта, Кларк слушала набор цифр телефонного номера Октавии, зная заранее, что всё равно его не запомнит, да и необходимость этого была для неё сомнительна. Она была сейчас слишком растеряна и дезориентирована, чтобы новые знакомства могли как-то её заинтересовать. Несколько минут спустя брюнетка растворилась в нескончаемом потоке людей, а Кларк, крепко сжимая ручку чемодана, стояла посередине этого огромного нового мира, оглядываясь по сторонам в поисках табло с изображением выхода, она старалась дышать спокойно, хотя сердце начинало набирать темп, пока она делала неторопливые шаги в сторону новой жизни. Кларк жадно впитывала совершенно всё, что видели её глаза сквозь заляпанное стекло желтого такси. После маленького провинциального Джексона, всё казалось таким другим - огромным и грандиозным в своём масштабе. Волна первых впечатлений накрыла её с головой, загоняя все страхи и сомнения куда-то вглубь. Тогда, в этом стареньком такси, сжимая рукой потёртый чуть треснувший пластик дверной ручки, Кларк впервые подумала о том, что, возможно, это решение не было ошибкой. Первые сутки в Нью-Йорке пронеслись слишком стремительно. Маленькая квартира на девятнадцатом этаже высотки в двадцати минутах от центра, предусмотрительно снятая блондинкой по интернету. Горы вещей, хаотично разложенных повсюду, за неимением собственных мест. Минимальный список продуктов, что Кларк была в состоянии унести в одни руки, и чашка дымящегося кофе, на подоконнике, с видом совсем не на парк. Сделав небольшой глоток напитка, Кларк коснулась пальцем иконки почты в своём смартфоне. Дыхание в миг перехватило. Глаза впитывали адресата слишком жадно. Пальцы дрожали. Одно её имя, строчкой перед глазами, способно было перевернуть вселенную блондинки с ног на голову. Она медленно втянула носом воздух, перед тем, как скользнуть взглядом по строчкам письма. "Привет :* ", - Кларк практически ощутила, как тёплые любимые губы касаются её щеки. - "Как ты там? Устроилась? Как Нью-Йорк? Он и правда такой огромный?" - Эти несколько вопросов Кларк прочитала за секунду, она и понятия не имела сколько их писала шатенка, неуверенно стирая и формулируя всё заново, волнительно кусая губы, когда строчки вызывали сомнения. Блондинка представила мягкую улыбку Лексы, что непременно была бы на её лице всё время, пока она бы слушала ответы. В груди неприятно защемило. Сглотнув, она продолжила читать дальше: "Я просто хочу, чтоб ты знала - ночью, в день твоего отъезда, позвонила мама: Софи чем-то отравилась, поднялась высокая температура, и мне пришлось сразу уехать... Кларк, я хотела прийти... очень... хотела проводить тебя. Я люблю тебя :* " Перечитав последний абзац около десятка раз, Кларк нажала на кнопку блокировки. Она не была уверенна, что сможет осилить это письмо снова. Её щеки были мокрые. Слезы бежали непрекращающимися дорожками, стекая по светлой коже шеи к груди. Она позволила себе плакать... долго... сидя на подоконнике у окна... оставляя облачный след от своего дыхания на стекле... как в детстве... после рисуя на нем понятные лишь ей одной узоры. Кларк решила ничего не отвечать. Она не могла. Она чувствовала, что если будет подпитывать это общение, то просто сойдёт с ума. До начала стажировки оставалось три дня. Три дня это так мало и так много одновременно.

***

Fever Ray - Keep the streets empty Стены чужой квартиры эти дни давили на неё особенно остро. Она с задумчивой тоской смотрела в окно, растворяя взгляд в неспешной веренице машин. С недавних пор, мысли в её голове, проходили тщательный контроль. Кларк старательно блокировала то, что заставляло её по несколько минут зависать над маленькой иконкой почты на телефоне, решая нарушить данное самой же себе обещание. Несколько раз она практически переступала черту - когда закусив губы, молниеносно набирала ответ на виртуальной клавиатуре своего смартфона, но это неизменно заканчивалось парой ругательств и последующей блокировкой телефона. И когда сила воли безжизненно опускала руки, она просто вспоминала то утро... утро, что отпечаталось крупными слезами Лексы на вороте её футболки, и ту первую встречу с Софи, когда малышка забавно поджимая губы упорно выводила на листе карандашный рисунок. Кларк сглотнула и напряжённо втянув воздух, в сотый раз оттолкнула от себя девайс. Она не имела права. Шквалистый ветер, слишком рано подоспевшей осени, трепал её светлые кудри, хаотично раскидывая их по плечам. Полы серого кардигана, то и дело норовили распахнуться, желая обдать тело блондинки очередной порцией холода. Руки неприятно покалывало от ветра, а шум Манхэттена пробираясь сквозь уши, блокировал тягостный мысленный поток. Пьянящий запах свежесваренного кофе, заставил остановившись, шагнуть вправо, и на автомате протянув баристе смятую купюру, заказать стаканчик латте на вынос. Эти дни она практически не ела, задумчиво, сутками, мокая в кипяток, пакетики с зелёным чаем. Теперь, шагая по шестой авеню в направлении центрального парка, она лавировала в потоке намного изящнее, так что её чёрный, закинутый на правое плечо, рюкзак, почти перестал подпрыгивать. Она шла пешком уже более часа. Просто шла... в никуда... скользя отрешенным взглядом по суетливым прохожим. Кофе грел замёрзшие пальцы, с каждым глотком растекаясь внутри приятным теплом. Кларк значительно замедлила шаг, и отпивая напиток пристальней посмотрела на мир вокруг. Нью-Йорк гудел, как производительный улей - сотни зданий, офисов и квартир, сотни суетящихся лиц, что с готовностью назовут этот улей своим домом. Кларк на секунду представила себя частью этой бурлящей жизни. Вот она спешит на работу, встречается с друзьями, а вот - ходит по магазинам... картинки не склеиваясь, рассыпались, обдавая блондинку ветром холодной реальности. Лишь крепко сжимаемый пальцами стаканчик с остатками кофе, давал ей иллюзорное тепло гостеприимства этого города . Отправив его в ближайшую урну, Кларк сделала несколько шагов. Оживленный перекрёсток перед глазами, загруженный потоком машин практически стоял. Улицы гудели, создавая хаос из шума, ветра и запахов выхлопных газов. Кларк растерянно смотрела по сторонам, не решаясь куда двигаться дальше. Мысли путались. Ощущения пустоты, одиночества и тоски, дрожью пробирались по телу. Ей захотелось проснуться, скинуть с себя крепкие путы неприятного сна. Захотелось увидеть маму... и Лексу... Вокруг беспрестанным круговоротом мелькали чужие лица. Ветер неугомонно гонял её пряди по растерянному лицу. Непрошеной волной, накатила слабость. Кларк попыталась глубоко вдохнуть, но вдох вышел рванным и затруднённым. К горлу подкатил едкий тошнотворный привкус. Перед глазами резко всё поплыло. Тело словно отключеное, начало оседать на асфальт. Несколько долгих секунд... и чья-то рука уверенно обхватила её за талию. Незнакомый участливый голос, далёким едва различимым звуком, пытался вернуть её назад. Кларк ощутила неловкость за свою слабость, но сил чтобы подняться почти не было.