Капитолийка на Голодных играх

      Из купе Хеймитча доносился раздражённый голос Эффи. Она опять читала нотации на тему пьянства, хотя мужчина вряд ли вникал в смысл её слов.       Тяжело вздохнув, я постучала в дверь:       — Можно поговорить с вами?       — Элизабет, проходи! — Эбернети явно был рад моему появлению.       Я прошла в комнату и присела на край кровати. На мне сосредоточились внимательные взгляды, но всякий раз, когда я разжимала губы, слова застревали в горле. Как мне исполнить задуманное? Конечно, эти люди мне помогут, но как они воспримут моё решение?       Рассуждая, я заметила в руке Хеймитча бутылку крепкого алкоголя и протянулась к манящему стеклу.       — Хочешь выпить? — не поверил Эбернети.       — Ты же ещё несовершеннолетняя, — взвизгнула Эффи.       — Плевать, — бросила я и глотнула горько-сладкой жидкости.       По горлу прошлась змейка тепла, а разум немного притупился. Зато страх отошёл и я потихоньку попыталась высказаться:       — Хеймитч, Эффи, мне нужна ваша помощь. Я хочу участвовать в играх вместо Прим.       — Спятила? — завелась женщина. — Зачем тебе это надо?       — Просто мне надоело быть марионеткой Капитолия, — снова глоток.       — А так ты не марионетка?       Хеймитч молчал и о чем-то думал. И явно лишний алкоголь мешал сосредоточиться. Ладно, пускай сидит, сколько нужно, на него одна надежда. Я хочу спасти Прим, хочу, чтобы она дарила радость и любовь своей семье. Я не могу допустить этой потери.       — Если смерть настигнет меня, я обрету свободу, — пусть спишут все на опьянение или на подростковые заморочки, но я действительно хочу попасть на арену.       — Но… — начала возражать Эффи.       Однако мужчина подошел ко мне, встал рядом и опустил руку на плечо.       — Мы должны ей помочь. Еще не все потеряно. В Капитолии еще есть люди, которым не все равно, что дети погибают. И Элизабет одна из них. Весь Панем должен узнать об этом, и тогда Играм придет конец. Я хочу в это верить.       — Ладно, ваша взяла, но прежде надо подготовиться. Поезд прибудет на место через четыре часа, а нам еще нужно обеих загримировать. Повезло, что Эвердин и Монтроуз похожи друг на друга.       Я вздохнула с облегчением. Хотя моему ликованию, конечно же, не было предела. По крайней мере теперь я не слуга Капитолия, а та, кто сможет поставить всю столицу на колени. Хеймитч и меня заставил верить.       — Так, я за косметичкой, — мысленно представила набор косметики Эффи и хихикнула. — А ты, Элизабет, иди за Примроуз. Обрисуй вкратце план и веди ее сюда. Только второй трибут ничего не должен знать.       Кивнув, я пулей направилась в нужное купе, пытаясь свыкнуться со своей печальной, но интересной судьбой. Если я стану победителем, (хотя маловероятно) начнутся восстания. Капитолий падет, а Дистрикты обретут свободу. Ради этого стоит рисковать.       Девочка спала за столом, уткнувшись лбом в скрещенные руки. Она так сладко сопела, что даже не хотелось ее будить. Но я не могу позволить этой малышке умереть.       — Прим, проснись. У меня есть идея, — я растолкала блондинку и вкратце обрисовала ей свой план.       — Хорошо, — кивнула она, что мне показалось совсем необычным.       И вот, через пару часов все было почти готово. На мне сидели светло-голубая блузка и серая юбка. Правда, одежда была немного маловата, но из Дистриктов еще и не в такой одежде приезжали. Волосы Эффи заплела в косичку, а под глазами тенями нарисовала круги от усталости. Так что в зеркале я увидела совсем другую девушку, труженицу из самой угрюмой деревеньки.       А когда Капитолий замаячил на горизонте, я заканчивала прическу Прим. Красивые светлые волосы я закрутила в пучок, оставив пару прядок на щеках.       — Слушай внимательно, — сказала я. — Теперь с тобой все будет хорошо. Добраться до дома тебе помогут Хеймитч и Эффи. А там все окажется позади. Может, даже Гейл вернется с победой.       — А ты? — осторожно спросила девочка.       — Я постараюсь, чтобы двенадцатый Дистрикт стал победителем, даже если распрощаюсь с жизнью.       Блондинка смотрела на меня со слезами на глазах. Впервые я ухожу на арену, а не мои приятели. Но от этого не становится тоскливо. Наоборот, я горжусь, что могу защитить хоть кого-нибудь.       Поезд остановился, но я не спешила покидать дом. Все-таки я уже практически поселилась в этих узких стенах.       — Элизабет, — прошептала Прим, выводя меня из размышления, — Пусть эта сойка будет у тебя. Тебе она наверняка понадобится.       Приколов брошку к блузке, я благодарно кивнула, потому что больше не могла вымолвить ни слова.       — Гейл ждет на улице. Нам уже пора, — позвала Эффи.       — Лиззи, — окликнула меня девочка, когда я уже была у выхода, — Спасибо тебе.       Вздохнув, я переступила порог и оказалась в смертельных объятиях Капитолия.