BSG. Прочь из моего тела!

Где-то между тонкими гранями, в пересечении миров, в пристанище блуждающих воплощений, истинные жрецы ждали своего часа. Оставаясь недосягаемыми для времени, лишенные источника, они могли витать под куполом, сидеть на троне, переноситься в любую точку вселенной, до безрассудства предаваясь одним и тем же воспоминаниям минувших дней. Но без оболочек жрецы находились в подвешенном состоянии, не имея плоти, осязания и обоняния, подобные духам, но намного могущественнее. Истинные жрецы нашли идеальные сосуды и не хотели их терять. Они наблюдали за развитием людей, преследовали в храме и за его пределами и уж конечно знали, что оболочки направились к Теням на встречу. Она должна была стать для них последней. – Зря Рэя отказалась, здесь интересно. Бой не будет долгим, но запомнится. Тени такие милые, что разрешили им попробовать, – лениво протянула Нереида. – Пусть жалеет о том, что упустила, – Ио не мог принять того, что, вернувшись в тело амальтийки, жрица черного огня поступила наперекор их плану. Иметь самый большой потенциал и проигнорировать вселение. Одно ее присутствие поставило бы Теней на место. Ио в этом плане проигрывал, Тени знали его слабую сторону: без прямого зрительного контакта ментальное подчинение не действовало. – Рэя и раньше блистала милосердием, мы никак не повлияем на ее выбор. Очень жаль, что твоя сила не способна вернуть ей ясный разум, – подчеркнула Нереида бесполезность коллеги. Амальтея не отрываясь следила за боем Лиона и своей оболочки. – Хочу увидеть лицо Лиона, когда ты заставишь его ползать на коленях, как годовалого младенца и мочиться под себя. И все это в теле немощной малолетки! Ио поморщился. Амальтея привыкла его использовать, и он сожалел о том, что не остановил ее вовремя. Хотя вряд ли бы это что-то изменило. – Не можешь поверить в то, что он единственный, кто не сломался после того, как ты заставила его убить собственную семью? Смирись уже. Какая ирония, что из всех Теней выжил тот, кто осознанно никогда не примет нашу сторону. – Его осознанность не так и важна, пока у нас есть ты, – ухмыльнулась Амальтея. Она вела себя так, будто он был чем-то вроде пояса хризолита – всегда под рукой. Ио не возражал. – Да как он посмел пренебречь местью?! – она возмущенно воскликнула, когда Лион поручил Гастону атаковать ее оболочку. – Он понял, что это не настоящая Амальтея. М-да, Гастон – не лучший выбор. Он ее не убьет из принципа. – Он мне противен больше остальных. – Тогда почему же ты не отправила его на вечный покой? – Не отправила? – Амальтея изогнула губы, давая понять, что эта тема неприятна. – Мы убивали его много раз. Иногда я, иногда Рэя. Агрос его знает, как и зачем Палеон его возвращает. Он и так давно “мертв”. – Твоя оболочка полна талантов. Освоила всего за день управление стихией. Ио и моя совсем жалкие, – вздохнула Нереида. – Она тут сад собралась разводить?! Какое ничтожество... – Какая разница, что они сейчас умеют. Это всего лишь тела. Или ты уже привязалась? У них странные виталлы, они интересны своими отличиями от амальтийцев, но это ничего не изменит. Амальтея замолчала, с завидным хладнокровием взирая на то, как Лион воспользовался посохом, и ее оболочку изрядно изувечило. – Уже скоро. Мы вновь вернемся. Уничтожим Агроса, Совет Девяти миров и изменим систему, сделавшую нас изгоями! – Скорее, скорее, извлеките его! Я хочу снова видеть глазами этой девчонки! – кричала Нереида на Этрейн, которая тянула Крис к Лиону, но затем остановилась и видно решила вырвать виталл самостоятельно. – Вот почему я презираю Гастона. Она же прямо перед ним! Извлекай виталл... Агрос его задери, почему он медлит?! Вырви его, наконец! Хочу себе настоящее тело! Гастон! Ууумпх! – раздосадовано взвыла Амальтея. – Ио, пообещай, что когда вернешь тело, заставишь его наложить на себя руки, нам ни к чему слабаки! – Меня не нужно просить дважды. – Прошли столетия, но он все так же был очарован ее безумием – Ио не мог ей отказать. – Сейчас я устрою им посмертное приветствие. С хирургической точностью Лион извлек виталл из Хелен, оставляя плоть целой. Ио инстинктивно приложил руку к груди, как будто лично ощутил короткий тупой удар. Кинжалы Теней вырывали виталл долго и грубо, причиняя больше боли, но посоху в руках лидера требовалась всего секунда. "Знает ли она, пребывая в беспамятстве, что он совершил это так искусно. Что смертные испытывают, когда их лишают самой сущности? Я давно не чувствую своего виталла". "Они как будто ждут нас. Тени хотят увидеть истинных жрецов, чтобы задать свои вопросы. Раньше они не были готовы услышать ответы, приходилось убивать их вновь и вновь. Им же достаточно уже? Сколько еще потребуется насилия, чтобы они сломались?" Жрец подобрался к Хелен беззвучными шагами, невидимыми колыханиями воздуха и ударился о барьер. Он больше не мог слиться с ней. – Ио, ты теряешь время! Нереида, будь наготове. – Я не могу войти... – Что за вздор ты несешь? Рэя без труда повторно овладела своим сосудом. Вселяйся! – Ты глухая, Мальти? Что-то изменилось. Моя оболочка больше не впускает меня. Амальтея запаниковала. Она попробовала вселиться в свою, но с виталлом даже раненая смертная была неприступной. Без Влэган поиски новой оболочки могли затянуться. А тот, кто обладал силой подобно королеве Палеон и мог вернуть их настоящие тела, был одновременно и тем, от кого они скрывались. И он уже был здесь. Наблюдал за бесполезными попытками обрести связь с оболочками. Терпеливо ждал, пока они заметят его присутствие. Он улыбнулся Ио и поманил к себе. Все внутри жреца рухнуло.

* * *

Храм Теней Стена рядом с лестницей утонула в волне ослепительного света. Мощный взрыв распорол пол до центра, заставив храм ходить ходуном. Раскаленная борозда достигла алтаря, пуская по отшлифованной плоскости ветвистые трещины. Из-под раздробленных плит взвились темные языки пламени и, мягко обволакивая края расщелины, стали расползаться по поверхности, принимая форму густого смога. Из провала, заполненного клубами дыма, прорисовалась женская фигура в облегающем черном костюме. Каблуки высоких ботфорт цокали по камню, словно отбивая похоронный марш. Широкий воротник со стойкой плавно переходил в декольте, выгодно подчеркивая рельефные формы. Неторопливо приближаясь к остолбеневшим Теням, она тянула за собой посох, что неприятно скрежетал при соприкосновении с плитами. Эффектное появление приковало к ней все внимание. Жрица остановилась, разглядывая хозяев храма. Наибольший интерес у нее вызвали Тени, одетые в школьную форму разрушенной школы. Серебряный посох описал дугу, указав на каждого присутствующего. – Вы, – обратилась она ко всем, но в тоже время в упор глядя на Лиона, который победно восседал на треснутом алтаре, запрокинув ногу на ногу. – Думаете, что можете творить все, что вам заблагорассудится? Ее взгляд упал на Николь. Рыжеволосый парень зажимал глубокую рану на ее животе. Смертельное ранение. Из-за того, что связь с храмом восстанавливала поврежденные клетки и не давала быстро умереть, оставалось догадываться какую боль ей приходилось испытывать. – Это не я, – глухо произнес парень. – И ей еще можно помочь, – быстро уточнил он, чувствуя на себе недобрую ауру. Жрица смотрела на него сверху вниз, из-за чего казалась очень высокой. Ее лицо украсила кровожадная улыбка. – О, тебе не стоит об этом волноваться. Серебряный посох, с горящими на рукоятке кристаллами, вонзился в раненую Николь и проделал в ее груди дополнительную дыру. Тело Спенсер дернулось и осело. Пораженный Гастон с замиранием сердца наблюдал, как жрица рассыпается у него в руках, оставляя на ладонях крохотные льдинки. Среди Теней начались перешептывания. "Она убила ее!" "Это нормально, что жрецы так поступают?" "Теперь не видать нам ледяного виталла!" Сквозь жуткую головную боль и пелену, застилавшую глаза, Кристина наблюдала за происходящим. Ее виталл не успели вырвать до конца. Как только раздался взрыв, Этрейн отпустила ее, и Мильгертон осталась лежать на полу не в силах пошевелиться. После поступка Валери внутри у нее все сжалось. "Какого черта ты творишь, О'Гайо? Или ты снова отдала свое тело Рэе..." – Кристина видела, как Валери направляется к алтарю, рядом с которым лежала Хелен. Виталл слетел с рук Лиона, возвращаясь в грудь младшей жрицы. Валери наклонилась к Ватер и что-то проговорила. Та зашевелилась, отползая за алтарь. Носок красного сапога младшей жрицы вдруг исчез. "Она и Хелен порешила, я следующая!" – запаниковала Кристина, закрывая глаза. Лишенная остатков сил, она ничего не могла противопоставить Валери, чтобы защититься. Оставалось валяться, не подавая признаков жизни. Валери прошла мимо нее. "Это было близко..." Кристина приоткрыла один глаз, продолжив наблюдение. Подскочив к Ариверу, О’Гайо схватила его за край рубашки с эмблемой школы Фебермейн и приставила к шее смертоносный конец посоха. Камни наконечника опасно замерцали. Зеленоволосый оставался спокойным, и Кристина даже восхитилась его самообладанием. – Что ты скажешь если я сейчас вырежу вас по одному? Так и будешь тупить? Или может согласишься на честный поединок, когда мы в равных условиях? Глядя на замешательство Теней, Кристина могла предположить, что они тоже ощущают эту ненормальную жажду смерти от Валери. Они настороженно повернулись к Лиону, ожидая его ответ. "Это и есть настоящая Вэл? Она действительно может так легко отобрать их жизни?" – Крис и раньше знала о насильственной склонность подруги, но сейчас она зашкаливала. Все, что делала Вэл, выглядело до мурашек естественно. Кристина сделала вывод, что спиральный коридор хорошенько промыл ей мозги или она совсем ничего не знает о подруге. Лион спрыгнул с алтаря. Опираясь руками в пояс, он продемонстрировал груду неслабых мышц, подчеркнутых обтягивающей одеждой. Валери сглотнула. Проклятый переходный возраст. К качкам у нее было особенное отношение. Отогнав от себя навязчивые мысли, она поклялась прикончить его без сожалений. Надменным, изучающим взглядом Лион смотрел на жрицу. С виду он оставался непроницаем, но стоило признать, что исходящая от нее сила заставила его всеми фибрами врасти в пол. Изменения были поразительны. Вчера она казалась ему упрямым ребенком, который не хотел мириться с участью жертвы. А сегодня этот ребенок собирался сделать жертвой его. Сдерживая нарастающее волнение, он замедлил дыхание, выставляя золотой посох перед собой. Размяв шейные позвонки, она расхохоталась. – Ты не воспринимаешь меня всерьез, Лион? Поменяй стойку, пока не поздно. На лице Лиона промелькнуло недоумение, но менять он ничего не стал. – Думаешь, я прощу хоть одну пролитую каплю своей крови? Настала моя очередь поиграть с тобой. – Она перевела взгляд на Теней. – И не вздумайте вмешиваться. Лидер нахмурился. Этот приказ хотел отдать он. Лион сорвался с места, резко уходя вправо и производя круговой удар посохом, но Валери уклонилась. Едва коснувшись его плеча, она описала в воздухе правильное сальто, оказываясь за спиной противника. Лион пропустил первый удар и был оглушен на несколько секунд. Первые алые капли выступили на его виске. Валери не нападала, она ждала пока Лион придет в себя и будет способен на контратаку. – Я же сказала, что лучше сменить стойку, – произнесла Валери с тонким злорадством, обходя его вокруг. Она распознала в ней технику "Восьми нот". Это первая техника, которой научил ее Кейн. Предназначалась для обездвиживания противника в восемь коротких этапов. Идеальна, чтобы вывести из строя, но с одним недостатком. Валери решила разъяснить: – Если в нужный момент прервать нападение, исполнитель приема сам себя обездвиживает. Что с тобой и произошло. Лион заиграл желваками и пугающе улыбнулся. – Совсем другой уровень. Твой ли он? Откуда знания техники деанского боя? Установив посох вертикально, он стукнул им об пол, вызывая взрывную волну. На активацию амазонита уходило много энергии, поэтому он не мог часто его использовать. – "Сфера защиты", – парировала Валери, образуя вокруг себя прозрачную оболочку. Они рванули друг на друга, игнорируя силы притяжения. Встречаясь посохами и разлетаясь от возникшего импульса. Затем снова взмывали и сталкивались, создавая ударные волны, заряженные черно-золотыми искрами от соприкосновения двух металлов.

* * *

Атланта, задержав дыхание, следила за этой неуловимой пляской, вдыхая каждое движение той, которую избрала Рэя. – Хочу! Хочу с ней смахнуться до последнего вздоха! – от возбуждения голос Тени дрожал и терялся. Для Тери это был плохой знак. Атланта, лишенная тактильных ощущений после пыток Агроса, не видела смысла в бездушных побоищах Повелителей. Она кидалась на них зверем, рывком забирая в преисподнюю, избегая затяжного боя или отступая, если они начинали "играть". Но пламя, рожденное из поединка лидера и наследницы Рэи, стало для нее неким прозрением. – Возьми под контроль свои эмоции. Я не позволю тебе к ней приблизиться, – отрезала Тери. Сказывалось волнение, ведь от благополучия Валери зависело слишком многое. Тери искала способ вытащить ее отсюда, но младшей О’Гайо помощь не требовалась. У нее были прекрасные учителя, и это были не жрецы. – Но она живая! Посмотри на Лиона, он будто воскрес, сражаясь с ней, не то, что с теми бездушными куклами, позабывшими уважение к противнику. Если бы Тери только могла дотянуться и закрыть Атланте глаза, но она не имела на это право. Помешать Атланте – перекрыть ей кислород. Он и так почти закончился. – Атланта, поклянись, что не тронешь ее. – Нет. Не могу. Они светятся, когда убивают друг друга! Ты ведь и сама чувствуешь, как натягиваются нервные сплетения, оголяются ткани. Я хочу так светиться! Тери слышала ее душевную боль и хотела сказать что-то поддерживающее, но не могла. – Чтобы ты себе там не представила, она покинет этот зал, и ты ей не помешаешь. Слова были бесполезны, Тери оставалось только молиться, чтоб не пришлось задействовать свои умения. Но пока Лиону было не до нее, кое-что она смогла сделать – снять блокировку перемещений из храма.

* * *

Лион не верил, что сферы бытия могут быть активированы кем-то кроме настоящей Рэи. Они были истинным свидетельством могущества Повелителя черного огня. "Она смогла полностью унаследовала все умения?" Следующие три удара были направлены на поиск ее слабого места. Но каждый раз его атаки блокировались. Жесткие и размашистые движения Лиона уступали ее ловкости. Во время нападения она буквально скользила по поверхности, грациозно уклоняясь от его посоха. Ее же выпады были произведены с такой точностью, что лидер пропускал один удар за другим. Ему никак не удалось ее достать. "Восхитительная и опасная техника!" – Лион не переставал восторгаться, он сдавал позиции, уходя в глухую оборону. Он становился медлительным и неуклюжим, но обожженное лицо все так же горело в азартной лихорадке. Росчерк серебристой ленты, и его золотой посох отлетел прочь. Лион опустился на одно колено, тяжело и прерывисто дыша. Жрица подтолкнула к нему посох, но он не стал его брать. – Поднимайся, я не нападаю на безоружных в отличие от некоторых. Он склонил голову и глухо заговорил: – Этот бой был для меня честью. Все кончено. В твоем праве лишить меня жизни. Прошу извинить за вчерашние деяния, но я служу Агросу, поэтому если не убьешь сейчас, я вновь вернусь за твоим виталлом. – Ну приходи, – от ее слов сквозило презрением. Видимо, она тоже ненавидела, когда кто-то так просто признавал поражение. – Вчера был так уверен в себе, а сегодня сдулся от пары тычков. Он заметил, что, ее запал совсем иссяк. Жрица повернулась к Теням: – Мне все равно, что вы дальше собираетесь делать, но не смейте касаться людей. Если нужны виталлы, то придется сначала переступить через меня. Гастон испытал противоречивый прилив уважения. Даже у Аривера на глазах выступили слезы от этих проникновенных слов. Только Крис, лежавшая на прежнем месте, закатила глаза, моля о том, чтобы Валери прекратила эти пафосные речи и никогда не поворачивалась спиной к униженному противнику. – Сзади! – голос принадлежал Тени, которая посоветовала им убираться из города. Валери едва успела отклониться, но атака Лиона не прошла бесследно. Золотой посох лизнул возле самого виска, задевая ободок ее диадемы с хризолитом и отбрасывая в сторону. Удобный костюм сменился на одежду вчерашнего вечера: светлая безрукавка, пропитанная кровью с внушительной дыркой на боку, изодранные брюки, испачканные той же бордовой массой, – все выглядело как-то жалко, и вновь понижало ее в ранге до смертной. Напоминание об уязвимости. Вэл оказалась в затруднительном положении. Как в коттедже. Без поддержки одного из поясов. "Нельзя, чтобы они поняли, что на этом все..." Тишину разрядил манерный голос Аривера, выражающий искренний ужас: – Маньяк больной! Такую кофточку испортить! Лион находил во взглядах Теней лишь укор и порицание. Все, кто находился в этом зале, были против него, что бы он ни делал. Они не верили в него и не верили в идею, ради которой существовали. "Клятвоотступники. И даже ты, Этрейн..." Валери приблизилась к Лиону. Без каблуков она едва доходила ему до плеча. Он полностью расслабился. Да что она сделает, обычный человек. Но пока он не опомнился, Валери уже нагло запустила руки под безрукавку и, нащупав пояс, ловко расстегнула, уравнивая шансы. Щеку Лиона обожгло чисто женской пощечиной. А затем по ребрам не слабо прилетело с ноги. От неожиданности лидер потерял равновесие, падая на лопатки. – Как видишь, я тоже способна на грязные трюки, – заметила О’Гайо. – Но нападение со спины… Мразь, – с отвращением выдохнула Валери, подходя к Мильгертон. – Уходим из их паршивого храма. Понимаю, почему жрецы их истребляли. Прикоснувшись к ее руке, Валери использовала телепорт, и они вместе покинули территорию Теней. После сражения Лион выглядел истощенным. Тяжело втягивая воздух, он сел и оперся локтем на одно колено. – Слабая девчонка, я знал, что ей не хватит духу со мной расправиться. Я еще заставлю пожалеть ее об этом. А с вами у меня будет долгий разговор. Особенно с тобой, Тери. Но попозже. Гастон, подай сюда посох, мне нужно как следует восстановиться, – проговорил он, надевая сорванный пояс обратно. Гастон поднял золотой посох и наотмашь ударил им предводителя Теней в голову. Лион ощутил как собственное оружие вонзается в грудную клетку, его воплощение стремительно затягивалось внутрь. – У кого посох – тот и лидер, – сухо заявил рыжий.