Любовь с привкусом крови

Звонок телефона разбудил Пьеро посреди ночи. С трудом разлепив веки, он потянулся к мобильнику, ругая нарушителя сна отборным матом. На дисплее высветился номер Иньяцио. — Инья, ты на время смотрел? Я убью тебя… — Поосторожней с желаниями, Джан в больнице, — он был ужасно взволнован. Пьеро словно окунули головой в ледяную воду. — Еду, — он отключился. Он в жизни так быстро не собирался, до центрального госпиталя он не ехал, но летел, по дороге дважды едва избежав столкновения. — Где он? Что случилось? — Пьеро забежал в приемное отделение, где Иньяцио тщетно пытался сдержать его буйный нрав. — Подожди, с ним все хорошо, у него незначительные ушибы и легкое сотрясение. Его осмотрят, и ты сможешь забрать его, — он наблюдал, как напряжение постепенно сходит с его лица, и Пьеро нетвердо опускается на скамью. Он устало провёл рукой по волосам. — Что произошло? — Ну что? Сам догадайся: превысил скорость, и его занесло на дороге, вот он и врезался в этот пресловутый столб, — Инья присел рядом, оглядываясь на больничные стены. — Так не люблю больницы, вот выйдет Джан, ответит за мои мучения. — Нет. Выйдет — и он мой. Сам им займусь, — в голосе Пьеро прозвучали угрожающие нотки. Они прождали своего друга ещё минут пятнадцать, когда соседняя дверь открылась, и прихрамывающий Джанлука с ссадинами, царапинами и перебинтованной головой проковылял к ребятам. Он нерешительно взглянул на них и извиняющеюся улыбнулся. — Долго ждёте? Пьеро встал, схватил Джана за ворот рубашки и привлёк к себе. — Долго?! Я убью тебя, — и, подхватив его на руки, вынес из здания больницы и посадил в машину. Джанлука вжался в сиденье и украдкой бросал испуганные взгляды на своего товарища, боясь вымолвить и слово. Пьеро вёл молча, копя в себе гнев, крепко сжимая руль правой рукой. Джан знал, что как только они переступят порог его квартиры, ему несдобровать. Лучше бы уж Иньяцио отвёз его домой. И действительно, стоило двери отгородить их от внешнего мира, как Пьеро с уничтожающим взглядом повернулся к Джану. — Так, я все могу объяснить, — Джан поднял руки вверх и отступил на пару шагов назад. — ЗАЧЕМ. ОБЪЯСНИ МНЕ ЗАЧЕМ?! Ты идиот? — Пьеро с грозным видом медленно приближался. — Ты понимаешь, я…просто…я не специально превысил скорость, честно, — отступая, он вдруг почувствовал холодный бетон стены за спиной. — Дальше, — охотник загнал свою жертву в угол. — Просто я перепутал педали газа и тормоза, — тихо прошептал Джан, опустив взгляд на ноги потенциального мучителя. Он ожидал, что тот начнёт как минимум кричать и встряхивать его, но вдруг над правым ухом раздался мелодичный смех. Джанлука вскинул от удивления свои карие глаза: Пьеро, положив одну руку на стену справа от виска Джана, тихо посмеивался, веселые искорки поблескивали в его взгляде. Джанлука сначала улыбнулся, а потом неожиданно нахмурился и возмущённо сказал: — Это не смешно! Со всяким может произойти! Пьеро перестал смеяться, пальцами нежно погладил его по щеке и вплотную приблизился к нему, его взгляд при этом изменился, стал томнее. — Только ты мог перепутать, милый мой незнайка, — он приподнял его за подбородок и пристально посмотрел в любимое лицо с обиженно надутыми губами. Пьеро слегка наклонился и медленно провёл языком по этим губам. Джанлука, шумно вздохнув, перехватил его пальцы и заставил вжать себя в стену, губы их слились воедино. Медленно и чувственно целуя Джанлуку, Пьеро ощутил, как пальцы последнего запутались в его волосах, тогда он неспешно стал одной рукой приподнимать его рубашку, а другой расстёгивать молнию на джинсах. Джанлука вмиг отстранился и посмотрел ему в лицо умоляющим взглядом. В глазах Пьеро горело пламя страсти, грудь тяжело поднималась, но он отвёл взгляд и разочарованно выдохнул. Джан обнял его и положил голову на плечо. — Не сегодня же, правда? — он вновь виновато посмотрел ему в лицо, и Пьеро не мог не улыбнуться этому выражению лица, так сильно напоминающего провинившегося кота. — Ну что мне с тобой делать? — он провёл рукой по его волосам. — Давай, иди в душ, а я в аптеку, надо же будет твои царапины чем-то смазать, — на последнем слове он громко расхохотался и, выпустив Джана из объятий, направился к выходу. — Ты неисправимый извращенец, — донеслось уже из-за закрывающейся двери.

***

Однажды, когда они были в Германии, Пьеро рано утром позвонила миссис Элеонора, в истерике вопрошающая, что же случилось с её любим сыном. Пьеро, спросонья, никак не мог взять в толк, о чем она говорит. Но через несколько истерических всхлипов, он разобрал слова «полиция», «звонок», «нашли номер по фамилии» и «погиб». Вылетев из номера в одних боксерах, он ошалело стал колотить кулаками в соседний номер. Где-то после двадцатого удара, дверь резко раскрылась и на пороге стоял абсолютно невменяемо-сонный Джанлука и непонимающе наблюдал, как его обезумевший друг бросился душить его в объятиях. Как оказалось после, неприятное происшествие, приведшее к гибели, случилось с его однофамильцем. Потом все ещё долго вспоминали этот забавный случай, а Иньяцио все сетовал, что он не видел лица Джанлуки в тот момент. Но, к счастью или нет, именно после него, Пьеро по-новому взглянул на своего младшего товарища. Когда его сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда он на минуту подумал, что больше никогда не увидит этих глаз, когда на секунду представил, что не услышит никогда его бархатный голос. И тогда, озарение снизошло на него, и пелена спала с глаз. И да, он своим сицилийским напором, неизмеримой заботой сломал все сопротивление Джанлуки и покорил его сердце. Но Пьеро не знал, во что ввязывается: прошёл всего месяц, как они признались друг другу, обменялись всего несколькими целомудренными поцелуями, но он уже думал, что поседел, как минимум, лет на десять. Просто Джан был ходячей катастрофой и не собирался останавливаться в своих сумасбродствах!

***

Как-то ребята собрали близких друзей и знакомых на барбекю в доме Джана. Его мама, замечательная женщина и отличная хозяйка, с удовольствием предложила свою помощь и прекрасный сад для такого события. Было очень шумно и весело, из каждого уголка доносился звонкий смех, шутки и анекдоты звучали среди гостей, песни чередовались забавными историями. А какие закуски приготовила хозяйка! В общем и целом, это был замечательный день, незаметно сменившийся не менее прекрасным вечером. Компания перебралась за длинный стол, поставленный под сенью зелёных деревьев, свечи зажглись на белоснежной скатерти, и яркие синие фонарики освещали сад с карниза дома и с веток дубов. На десерт был подан роскошный клубничный торт — фирменный рецепт миссис Элеоноры, дружно решено было украсить и торт свечами, в честь выдуманного праздника и в похвалу кулинарному мастерству повара. Джанлука вызвался принести специальные свечи-фейрверки, которые он самолично купил для дня рождения Эрнесто. Он ушёл, а Иньяцио пока развлекал всех, изображая в действии новый, придуманный им, анекдот. По прошествии десяти минут, когда Джан ещё не вернулся, Пьеро забеспокоился. Неужели необходимо так много времени для того, чтобы найти какую-то вещь, к тому же, спрятанную им самим? Друзья так увлеклись мини-сценкой Иньяцио, что похоже уже позабыли о десерте. Вдруг из дома донёсся страшный грохот, затем звучный мужской голос выругался на итальянском наречии, раздался громкий хлопок и крик. Все быстро соскочили и бросились на кухню. Сцена, которая представилась им, была куда более интересней, чем та, которую они наблюдали в саду. Джанлука, почему-то закутанный в белую простыню, валялся на кухонных плитах, измазанный желтой не то горчицей, не то плавленным сыром, под грудой кастрюль и сковородок, которые, видимо свалились на него, когда он зацепился за турникет над столом. Но самое смешное было то, что одна из свечей уже отгорела и подпалила ему лицо: бородка, брови, челка — все представляло собой слегка подпаленную материю, лицо же покрывал тонкий слой копоти. С секунду царило молчание, а затем оглушительный хохот взорвал тишину дома. Иньяцио повалился на колени и плакал от смеха, даже его родная мать облокотилась о стол, громко смеясь. Пьеро, еле сдерживая улыбку, первый пришёл к нему на подмогу и стал выпутывать своего, изрядно смущенного и до глубины души оскорбленного смехом друга, из его временного кокона. Все же забрав целые свечи, ребята вернулись продолжать посиделки в саду, а Пьеро, поддерживая слегка прихрамывающего Джана, поднялся с ним в его комнату, чтобы привести последнего в порядок. Стоя и опираясь о дверной косяк, Пьеро наблюдал, как Джанлука отмывает лицо от последствий, так некстати взорвавшегося, фейерверка. — Ммм….не объяснишь, как ты умудрился такое учудить? — он все же улыбался, когда спрашивал. Джан поднял голову, и посмотрел из зеркала на Пьеро злым взглядом. — Я… — Не специально, да, я знаю, давай дальше, — он легко увернулся от брошенного полотенца. — Я НЕЧАЯННО разлил оливковое масло, когда доставал свечи, и хотел вытереть старой простыней, что лежала в корзине для белья, ну и поскользнулся, а когда пытался удержать равновесие, зацепился за подвеску для кастрюль, и они все посыпались на меня, когда я все же упал, — он старался рассказать побыстрее, словно скорость поможет скрыть его конфуз. Пьеро прилагал нечеловеческие усилия, чтобы не рассмеяться, потому что знал, что он обидится: — Ну, а как бабахнуло то? — Я так же НЕЧАЯННО включил локтем плиту, а когда падал одна свеча была в моей левой руке, и каким-то образом фитилёк попал в огонь, я упал и не заметил этого, а когда повернул голову было уже поздно. Кто блин размещает плиту рядом с обеденным столом? — он возмущённо взглянул на меня, стягивая испачканную футболку. — Ну…да, во всем виноваты люди, которые расставляли мебель в вашей кухне, — Пьеро все же не выдержал и рухнул на кровать, умирая от смеха. Джанлука хмыкнул и продолжил переодеваться с оскорбленным видом. — Хватит ржать, — он подошёл к постели и легонько стукнул кулаком друга в грудь, — меня пожалеть надо. Мне больно было. Пьеро вдруг перестал хохотать, схватил Джана за руку и повалил на кровать рядом с собой. Он приподнялся на локте и приблизился к его обиженному лицу. — Прости, дорогой, больно? Где? Здесь? — и он поцеловал его в уголок губ, — или здесь? — поцелуй в щеку, другую, он языком прочертил дорожку до виска, затем ниже по щеке до яремной ямки. Джанлука задышал чаще. — Пьеро…нас внизу не поймут, — он зарылся пальцами в его волосы и закрыл глаза от удовольствия. — Да, сейчас, — Пьеро поцеловал его в губы, и язык проскользнул глубже, усиливая поцелуй. Ещё пару мгновений, и Пьеро спустился со смеющимся и слегка покрасневшим Джаном к публике, встретившей того аплодисментами.

***

Ещё одна забавная история приключилась с ними, когда на отдыхе Джанлука решил поплавать подальше от берега и заплыл за буйки. Правда, они все время были вместе, и зоркий глаз Пьеро всегда приглядывал за ним, но даже Всевышнему не уследить за пронырливым итальянцем. На открытом пляже в Майами было людно и шумно и, как всегда здесь проводили время самые красивые девушки Флориды. Пока Иньяцио, с слегка сопротивляющимся Пьеро, которому больше удовольствия доставляло созерцание ладно сложённого, почти по-женски прекрасного тела своего юного друга, развлекались в компании красавиц, Джан, почувствовав свободу от острого взгляда сицилийца, нырнул под воду. Когда спустя некоторое время Пьеро почувствовал странное беспокойство, он встал и оглянулся в поисках любимого, но нигде на пляже не нашёл его. — Инья, ты видел Джана? — Пьеро вглядывался в лица плавающих. — Загорал же минут десять назад, — Иньяцио валялся на лежаке, подмигивая женщинам и громко зевая. Толку от него было мало в этот момент. Пьеро обеспокоенно стал мерить шагами берег, затем зашёл в воду, заплывая все дальше. И чем дальше он плыл, тем тревожнее становилось на душе. Джана нигде не было видно. Пьеро все плыл, уже последние пловцы остались позади, когда он остановился и начал громко звать Джана по имени. Вдруг он услышал тихий всплеск невдалеке. Пьеро резко развернулся и поплыл к невысоким уступам, за которыми все ещё слышался этот звук. — Джаааааннн ……Джааааанн И вдруг в ответ раздалось: — Пьероооооо это тыыыыыы? Обогнув небольшой выступ, Пьеро обнаружил Джана, держащегося на плаву в зелёных зарослях высоких водорослей. К счастью Пьеро, он был абсолютно цел и невредим, но к несчастью Джанлуки, его нашёл именно Пьеро. — Ты. Совсем. Охренел. Что ты здесь делаешь?! — он сразу сорвался на крик. Джан сделал виноватое лицо и опустил глаза. — Прости, я заплыл далеко и не заметил, — тихо прошептал он. Пьеро был в бешенстве. У него так и чесались руки, чтобы хорошенько врезать по этому личику и вправить ему мозг. — Поплыли. С тобой, идиотом, я разберусь на берегу, а не то боюсь не совладать с собой и утопить тебя, — он развернулся, но не услышав движения позади себя, вновь повернулся к другу. — Ты издеваешься?! — Пьеро приближался. — Понимаешь, я запутался тут в водорослях и поэтому не мог вернуться. Когда я пытался выбраться, мои ….мои трусы уплыли. И я абсолютно голый, — Джан снова опустил взгляд вниз. Пьеро обалдело смотрел на него с минуту, а затем начал дико хохотать, едва не захлебнувшись. В какой-то момент слезы брызнули из его глаз, и он вплотную приблизился к нему. Пьеро резко выдернул Джана из этого зеленого островка и притянул к себе, чувствуя его обнаженное тело всем своим существом. Он нежно провёл пальцами по прохладной коже, вмиг покрывшейся мурашками, его руки опустились ниже и накрыли чувственную плоть. Джанлука глубоко вдохнул. Пьеро ухватил губами мочку его уха и прошептал: — А может мне воспользоваться твоим беспомощным состоянием? Он просунул руку между ними и крепко сжал ЕГО. Джан тихо вскрикнул и перехватил пальцы Пьеро. А тот, не обращая на это внимание, впился в нежные губы страстным поцелуем, ухватясь другой за его ягодицы и буквально впечатывая в свою восставшую плоть. Ощутив это, Джанлука испугался. — Нннееетт….Пьероооо….ты делаешь мне больно, — он пытался отстраниться. Пьеро почувствовал, как Лука упёрся рукой ему в грудь и отталкивает, он медленно отстранился и заглянул своим черным взглядом в его робкие глаза. Страх читался в нежном взоре, смешиваемый с упреком. Пьеро стало стыдно. — Думаю в следующий раз ты не потеряешься в море, — и после этих слов он первый доплыл до берега и подал, смущенному другу полотенце, до того как тот покинул воду. Терпение Пьеро было на исходе, и в эту ночь ему пришёл конец. Джанлука уже лежал в постели и читал журнал. Пьеро решительно подошёл к нему и сдернул покрывало. — Ты что делаешь? — Джан попытался укрыться вновь, а одна его бровь взлетела вверх от удивления. — Мне надоело, что ты бегаешь от меня. Сегодня, я покажу, что ты теряешь…, — и он решительно наклонился, обжигая губы поцелуем, вжимая в кровать, лаская руками. За несколько секунд он возбудился сам, и, как смог ощутить, разбудил маленького Джана. — Пьеро…нет…я не хочу…не сейчас…., — глаза у Джанлуки были закрыты, он томно вздыхал, но все ещё оставался упрямым. — Тсссс…., — Пьро приложил палец к его губам, призывая к молчанию. Потом, хитро блеснув взглядом, он скользнул по его телу вниз, резко сдернул трусы и откровенно стал любоваться вставшим членом. Джанлука покраснел и попытался оттолкнуть сицилийца, но сегодня у него это не получилось. Пьеро нежно захватил пальцами его плоть и провёл рукой вверх вниз. Против воли Джан застонал и сразу прикрыл рот руками. Пьеро коварно улыбнулся, взглянул, жаждущим страсти взглядом на несчастного абруццо, и прокоснулся губами к головке члена. Он провёл кончиком языка вниз по корпусу, а затем втянул головку в рот. Пальцами он сжал яички и оттянул вниз, потом легко раздвинул его ноги шире и устроился удобнее, втягивая член глубже в горячую и влажную глубину рта. Джан, весь красный от стыда, задыхающийся от удовольствия, закрыл лицо ладошками и тяжело дышал. Пьеро же продолжал свою игру: он выпустил член и зубами начал слегка покусывать кожу, потом оттянул крайнюю плоть и подцепил языком уздечку, губами массируя открывшуюся головку. Джанлука не выдержал и начал стонать, он непроизвольно зарылся пальцами в шелковые волосы, не позволяя рту отстраниться. Торжествуя победу, Пьеро полностью заглотил его фаллос, который упирался ему в глотку, не позволяя сделать нормальный вдох, но в данный момент это было не важно. Пьеро отсасывал так профессионально, словно был шлюхой экстра класса. Джан приоткрыл один глаз, чтобы убедиться, что ему это не снится. Нет, его друг двигался с таким остервенением, с таким удовольствием принимая его член, размазывая смазку по губам, он делал это так, словно доставить наслаждение Джану — это высшее удовольствие для него самого. От такого зрелища, от ускорившегося темпа и сильных движений Пьеро, Джан содрогнулся в экстазе, выгнулся и с громким стоном излился прямо ему в рот. Пьеро, наконец, оторвался, облизал губы и поцеловал Джана, изнеможенно лежащего на подушках, давая почувствовать тому собственный вкус. А затем, тихо посмеиваясь, отправился в душ, оставляя шокированного и опустошенного любовника размышлять о смысле жизни.