Хрустальные звезды

До Харгеона и Кунуги всего полтора дня езды, путь до столицы займет чуть более трех дней, а до Акалифа, если повезет, она сможет добраться уже к утру. Люси вздохнула. Купленная в ларьке карта нисколько не облегчала трудности выбора ее новой цели. Люси собиралась продолжить свою карьеру репортера или модели, коль путь в магические гильдии был ей отныне заказан, или, в крайнем случае, пойдя по стопам родителей, попытать счастье в торговой гильдии Love & Lucky, буквально давшей ей имя еще до ее появления на свет. Еще одним вариантом заработка на первое время был «8-Остров» господина Яджимы, который, она надеялась, даже за неимением волшебных сил все же примет ее на работу официанткой по старой памяти. В любом случае Люси знала, что с ее-то данными и напористостью она точно не пропадет, но будущее теперь казалось ей настолько скучным и обыкновенным, что от подобных мыслей у нее моментально портилось настроение. Люси было уготовано нечто большее, чем просиживание штанов в душном здании с утра до вечера, и она знала об этом. Но в конечном итоге все скатывалось именно к этому; и Люси, к своему сожалению, никак не могла дать отпор коварной судьбе. В парке Магнолии было как никогда хорошо. Припекало солнце, изредка дул тихий ветерок, перешептывались между собой блестящими в солнечных лучах кронами деревья, спокойно бродили по тропинкам птицы. Стоял по обыкновению теплый день, не дающий цветку надежды в сердце Люси окончательно зачахнуть. И в такой обстановке Люси пошла на отчаянный шаг — довериться во всем Матушке-удаче. — Что ж, терять мне все равно нечего! — стараясь не терять оптимизма, воскликнула она, вскакивая со скамьи в своей привычной манере действовать по первому велению мысли. Она расстелила на сиденье карту, надломленную на сгибах, и села напротив нее на корточки. Перед глазами вновь предстали границы Фиора и часть территорий ближайших соседей в лице Боско и страны Семь. Первым делом дав себе обещание ни в коем случае не менять указанного места назначения, Люси закрыла глаза и подрагивающим пальцем наугад указала точку на карте.

***

В торговом квартале было довольно шумно. Пахло рыбой, пряностями, выпечкой и жарящимся на мангалах мясом. Перекусив в одном из кафетериев, Люси поставила для себя задачу купить немного продуктов на дорогу, а заодно разузнать у торговцев и простых людей, не отправляется ли кто на север и не может ли кто ее туда подбросить: железной дороги в ту часть страны проложено не было. Люси не знала, что будет делать там по прибытии, но ясно было одно — еще ни одна из ее сумасшедших выходок не заканчивалась плохо. Не закончится и сейчас. Уж что-что, а выходить сухой из нелепых ситуаций она была научена, но ей так же ничего не стоило в них влипать. Когда на очередную просьбу Люси ответили отказом и она практически повесила руки, ее кто-то окликнул: — Девушка, а куда тебе нужно? Это был высокий мужчина, почти не уступающий в объемах Эльфману, с рыжеватыми волосами и двумя тонкими косичками на густой бороде. Он разгружал старую, но крепкую на вид повозку, наполненную большими мешками, и изредка прикладывался к горлышку фляги, но вместе с этим совсем не выглядел охмелевшим. Глаза его под густыми бровями светились дружелюбием, и никакого злого умысла не сумела заметить в них Люси. Но очень уж он походил на тех книжных пиратов. — Докуда сможете, а там разберусь, — ответила она, подходя к повозке, при этом все еще не веря в собственную удачу. — Заплачу, сколько скажете. Правда, средств у меня пока что немного. — Я докуда угодно могу, — по-доброму улыбнулся мужчина, с едва заметной натугой скидывая мешок с плеч в кучу к остальным. — Мне не сложно. Да и сама понимаешь, дорога на север долгая, а из собеседников вон, пара боровов, да и те не очень-то разговорчивые. А на счёт платы не бойся, ты вряд ли займешь места больше, чем эта поклажа. — Действительно, — согласилась Люси, опасливо отходя на пару шажков назад, надеясь не попасться под руку великана. Повозка чуть заметно приподнималась, освобождаемая от тяжелого груза. — А что у вас там? — спросила Люси, считая, что неплохо было бы и отношения наладить перед отъездом, а заодно узнать немного о новом попутчике. — Что, интересно? — улыбнулся он, сверкнув зубами. — Немного, — призналась честно Люси, все еще приятно удивленная его доброжелательностью. Мужчина кивнул в сторону кучи. — Видишь черные веревки? С теми в основном зерно. В мешках с зелеными — клубни, с коричневыми — семена, а с красными — луковицы. Не такой и затейливый у меня промысел, как ни глянь. — А с синими? — спросила Люси, указывая на два мешка, намного меньше остальных, ровно стоящие у стены. Мужчина по-доброму цыкнул: — Глазастая какая. Но глаз, видно, наметан. Там особые семена. Я их кому попало не раздаю — много чести. Да и не каждый все ж таки сможет себе позволить. — Они волшебные? — предположила Люси, на деле больше утверждая, нежели спрашивая; хотя во многом ее волновала и их ценность. — В точку. — Мужчина поднял палец, а после поманил Люси к себе: — Иди сюда, покажу кое-что. Люси оглянулась вокруг в поисках подвоха, но всё же прошла за великаном. Правда до настоящих ему было еще далеко, но по общему виду впечатление он оставлял именно такое. Люси присела рядом с мешочками. В таком положении они едва достигали ее груди и смотрелись совсем уж комично рядом с остальными. Мужчина дернул за шнурок — и мешок открылся. Глазам Люси предстали совсем обычные на вид семена с золотистыми пятнышками на чуть зеленеющих боках. Она подняла глаза, готовая признать, что ее неплохо одурачили, но мужчина взял одно из них и протянул Люси. — Не очень-то и похожи на волшебные, — заметила она, взвешивая одно на ладони. Да, даже на вес самые что ни на есть обычные. — И в чем же их магия? — Попробуй сжать семя в ладони и представить, допустим, дерево с рыбой, вместо листьев. — Это шутка? — Но спустя секунду: — И что произойдет? — Просто попробуй. Люси все еще недоверчиво косилась на семечко в ее руке, но всё же пересилила себя, вздохнула и сжала кулак. Закрыв глаза, она представила то самое дерево, представила, как висят на ветках рыбешки, как блестит их чешуя в свете солнца. Ладонь слегка защипало, точно семечко начало копошиться в ее руке. Когда Люси раскрыла ладонь, ее семечко обзавелось десятком маленьких блестящих пластинок, очень напоминающих крошечные чешуйки. — И теперь из него вырастет рыбное дерево? — не могла поверить Люси с явным восторгом в глазах. — «Хэппи был бы в полном восторге». — Так точно. И любое другое, стоит только представить, — поднялся мужчина с колен. — Одно такое может заменить целую кучу других семян. Поэтому-то они и не из дешевых. — А если представить денежное дерево, оно тоже сможет вырасти? — Отчего же и нет? Только вот не советую. Рунные рыцари быстро прознают в чем тут дело — и проблем потом не оберешься. Люси была с этим согласна. Уверена она так же была, что Магический Совет вряд ли пропустит это дело мимо ушей. Представив это семечко, по указу мужчины, таким, каким оно и было изначально, Люси положила его обратно в мешок, который после завязала. — Удивительная магия. — Еще какая! — рассмеялся мужчина, вновь принимаясь за работу. — Я управлюсь где-то к вечеру. Можешь прогуляться до заката, а потом тут и встретимся. Как хоть тебя зовут? — спохватился он. — Люси. — Я Му. Приятно познакомиться.

***

Напротив Собора Кардия было людно. Впрочем, малочисленностью населения Магнолия и не отличалась. Прогуливаясь по изученным вдоль и поперёк улицам, разделяя в голове здания на некогда разрушенные и чудом избежавшие этой участи, вспоминая людей, с которыми она здесь познакомилась, Люси чувствовала себя намного легче, чем прежде, уверенная, что бросает все, даже не успев попрощаться. Теперь, успокоив душу, мысль покинуть город не казалась такой же страшной, как прежде. Как минимум, удачно сложившиеся на данный момент обстоятельства с поиском транспорта сами по себе являлись хорошим стартом для нового начинания. Так или иначе, Люси вновь оказалась недалеко от южных ворот парка, держа путь в направлении волшебного магазина «Лендис». Несмотря на отсутствие собственной магии, она по-прежнему могла пользоваться мелкокалиберными магическими штучками, вроде магии цветов, световой ручки или очков ураганного чтения. Кроме того она вспоминала Эдолас. Жизнь без магии для той Люси не была непосильной рутиной и точно не являлась концом света. Эшли была сильной, так отчего вдруг Хартфилия не сможет взять себя в руки? Людям вокруг некуда было спешить. Толпа ленно растекалась в разные стороны, собиралась в кучу, действовала, как единый живой организм. И Люси была частью этого целого. Но крик стряхнул с людей мирное наваждение. Они зашептались, забеспокоились, и Люси, поддаваясь прежним привычкам, ринулась к источнику крика, пробираясь сквозь толпу, привлеченную шумом. Из игрушечного магазина «Том», расталкивая покупателей, выбежали трое грабителей, одетых в черное. — Идеальное преступление — идеальное начало идеального дня! Ха-ха-ха! — Попотрясы? — удивилась Люси давнишним и не совсем приятным знакомым. — И так-то уже скоро вечер, — не удержалась она от уместного замечания. Прихвостень А, худой, с кривыми зубами, едва ли не подпрыгнул на месте, увидев ее средь толпы. — Братан! Это та девчонка, с духами, — поспешил доложить он. Удивление и беспокойство разлились на уродливых лицах серым оттенком, заменяя первоначальный возвышенный настрой. — Вас, смотрю, ничему жизнь не учит, — строго заявила Люси, уперев в бока руки. — Что теперь? Отнимаете леденцы у детей или воруете игрушечные самолетики? — А тебя это вообще не касается, блондиночка! — возразил Прихвостень Б, выставив вперед жирный палец. — Ты нас вообще тут не видела. — Да-да, — закивал головой Прихвостень А. — Нас тут вообще не было. — Да ладно? — не уставала удивляться Люси невообразимой глупости этих двоих. — Именно, — подключился Лидер. — Банде Попотрясов, величайшей из величайших, ничего не стоит уйти от лап правосудия! — громко засмеялся он. — Ловите воров! — вновь послышался крик из дверей магазина. Попотрясы встрепянулись, опасливо оглядываясь назад на хозяина «Тома», и по команде Лидера повернулись к толпе непомерно большими задницами. Во внезапно повисшей тишине раздался пронзительный женский крик — и Люси изо всех сил дернулась вперед, влекомая лишь желанием остановить Попотрясов и спасти горожан от этой, бесспорно, дурно пахнущей троицы. Она потянулась к бедру. Очередное осознание отсутствия ключей было похоже на выстрел, на беспощадный электрический разряд, проходящий от макушки до самых пяток и за доли секунды уничтожающий очередную часть и без того разбитого сердца. Люси остановилась. Рука лишь впустую сжала воздух, не встретив сопротивления, влекущего за собой такой привычный звон. Не было ключей. Не было магии. Не было сил. Люси застыла на месте с обидой, натянутой внутри ее тела тонкой струной. Не было даже слез. Лишь громкая тишина в пустоте. Что-то оперлось о ее плечо — и на секунду тень скрыла солнце. Над самым ухом Люси услышала шелест ткани, от удивления распахнув глаза. Между ней и Попотрясами возник некто в фиолетовом плаще по самые щиколотки и черных сапогах, заляпанных комьями высохшей грязи. Не обернувшись и не сказав ни слова, он щелкнул пальцами, и бандитов окружило сиреневой сферой с белыми по краям — точно пчелиными — сотами. Прихвостня Б, когда тот тронул поле своим огромным животом, ударило током, откинув на Лидера. Парень вытянул руку ладонью вниз и спустя секунду сжал кулак — поле сомкнулось синхронно его движениям. Раздался взрыв. Волна пыли скрыла улицу, задребезжали стекла, заголосили люди. Люси, рукой защищая глаза, успела заметить лишь молнии, мелькнувшие в воздухе, а после закашлялась. Пыль осела. Трое грабителей без сознания лежали на почерневших камнях, их тела время от времени дергались в конвульсиях. Люси стало не по себе. Ей стало… страшно. Она замотала головой, пытаясь отыскать средь толпы фиолетовый плащ, но незнакомец исчез так же быстро, как и появился. Словно тень. В конце улицы кто-то заметил отряд Рунных рыцарей, о чем известил остальных громким криком. Люси поспешила скрыться. Она шла по медленно пустеющим улицам с откровенно паршивым настроением. Мысли о незнакомце не могли затмить уже с неделю терзающих ее мыслей об утере магических способностей, а потому вскоре выветрились из головы как ненужные. Пустота в груди затмила все прочие чувства и ощущения, а вместе с ними и ощущение времени скрылось в никуда. Небо уже начинало краснеть, как спелое яблоко, и темнеть, как сочная слива, а Люси так и не добралась до «Лендис». Пора было разворачиваться назад, встретиться с Му и ухать прочь, разрывая связь с самыми яркими и радостными и одновременно с самыми жестокими и тяжелыми воспоминаниями. Пора было покинуть Магнолию. Когда Люси вернулась, Му уже закончил с мешками: часть из них вновь лежала в повозке, часть, как догадалась Люси, была успешно распродана. Они не сказали друг другу ни слова. Он залез на козлы, она забралась в телегу, и двое боровов потащили их на север мимо толпы людей и пусто смотрящих окон обжитых зданий. Люси смотрела на небо, на облака, желтеющие у солнца и чернеющие у самого-самого горизонта. Все одиночество мира, казалось, взвалилось вдруг на ее плечи, неподъемными гирями повиснув на израненном сердце. В ее душе была дыра. Дыра, в которую, точно через сито, провалилась все мелкие радости прожитых дней, но которая все же не позволяла исчезнуть все более и более разбухающей грусти. Наступала ночь. Становилось все темнее и холоднее. Люси куталась в плед, будто он был ее последней защитой, последним щитом в битве, где она осталась безоружна. Поскрипывали колеса, фыркали боровы время от времени, шуршали кроны деревьев, тихо напевал не известную девушке мелодию Му, в траве на обочине дороги стрекотали кузнечики. И Люси вдруг почудилось — на самую долю секунды, но все же, — что ей вдруг стало легче, уютнее, спокойнее; Люси смотрела на звезды, просыпающиеся в небе, на луну, лениво выплывающую из-за густых крон, лесные тени, покачивающиеся от дуновений ветра. Ей вдруг показалось, что небо стало ближе, а ветер мягче, что тени — гуще, а звезды ярче; и усталость незаметно опустилась на ее плечи спокойной волной, разлилась по телу свинцом, Люси закрыла глаза и уснула. Люси снилась ее прошлая жизнь, снился Fairy Tail, снились Нацу, Хэппи, Эрза и Грей, снились Леви и Мира, снились ее родители и снилось мирное голубое небо, пронзенное золотыми лучами, которое раз за разом являлось знаменем их победы. Одним словом, Люси снилось счастье, а это, без сомнения, лучший предвестник предстоящей удачи.