Педагогическая поэма Утера

      Колокол на караульной башне возвестил о новом дне. Запах сырости и чего-то несвежего защекотал ноздри. Темное подобие комнаты кружилось перед единственным открытым глазом и останавливаться совсем не хотело. Как детская каруселька с назойливыми колокольчиками и мерзкими рожицами игрушечных шутов. Так же, как не хотел открываться и второй глаз. Ощущение парящего в воздухе сознания, не имевшего возможности оторваться от такого тяжелого тела, никак не вязалось с затхлым смрадом странного помещения. Странного ли? Или, все-таки, знакомого? Вновь зазвонивший башенный колокол, словно каменным молотком отстучал свою мелодию на висках юноши. Как набат посреди пустыни. О да, пустыня! Именно она царила в голове и горле молодого человека. Попытка приподнять голову привела лишь к тому, что комната закружилась еще сильнее. Откуда-то пробивался лучик света, и юноша слепо пополз в его сторону. Но по дороге наткнулся на нечто, напомнившее такое же безвольное тело. И тело это невнятно, но вполне себе нецензурно, ответило на столкновение. И еще и двинуло острым локтем под дых, вызвав новый фейерверк эмоций в гудящей голове. Однако, локоть не только добавил остроты ощущений, но и заставил открыться второй глаз, и его обладатель, наконец, оглядел то место, где имел 'счастье' спать. - Што я туут деаю? - вопрос в никуда ответа не поимел. - Эй! - босая нога пнула по ребрам второго тела. На сей раз вопрос, подкрепленный действием, имел чуть больше успеха: тело подняло темную ушастую голову и затуманенные глаза уставились на молодого человека. - Че надо? - Ты кто? А я кто? - Кажется, до вчера я был твоим слугой? - Это вопрос? - Не знаю... А ты. Ага, Ар-тур. Ты сын Утера, да. Веикого и ужж... ужжаснава. А я.. Мел.. Мевлин. Мервин. Мен... Не важно. Я - он. А ты другой он. А там в углу есть третий он, но кто он, я не вспомню. - А тот он, он точно он? Не она? Или оно? - Отку-да тут она взяться? - А мы тут откуда? - Кажется, из таверны, но не буду утверж-жжать. - А-что-вообче-слу-чи-лосссь? - Слушайте, заткнитесь оба, - в углу зашевелился третий 'он', поморщился от зловония и попытался сесть прямо. - А случилась вчера грандиозная попойка. Кажется, с некоторыми разрушениями... А главный в этом королевстве не оценил торжества момента. - А мы в каком ко-ро-лев-сте? - уточнил белокурый юноша, который пытался примерить к себе имя 'Артур'. - В славном Камелоте, где ж еще... - поморщился третий. - Я - Ливад, если что. Менестрель странствующий. Вы ж вчера со мной песни горланили. И еще несколько таких же, в коронах. Ну, маленьких. Как они у вас там называются? - Ка-ме-лот... - Артур Пендрагон зажал гудящие виски руками. - Песни? Наде...юсь, это было ху-удшее, из того, что было...