higher

Пустая жестяная банка с характерным скрежетом стукается об асфальт, распрыскивая остатки освежающего напитка, а затем и вовсе сминается под натиском тяжёлого ботинка. Парень с тёмно-рыжими волосами и густо подведёнными глазами перебрасывает кожаную куртку через плечо и переступает через невысокий шлагбаум, который отделяет школьную территорию от рядом расположенного парка. Учебный год только начался, на улице стоит невыносимая жара, а Юнги уже подумывает о том, как бы побыстрее свалить от этого сброда людей. Парень бросает ленивые взгляды в сторону своих одноклассников и отходит чуть дальше — в тень, где так же сидит на небольшом бетонном крыльце ещё один парень. — О, — Намджун отлипает от экрана своего телефона и смотрит на Юнги вымучено, но улыбается благодарно, когда ловит банку с холодной газированной водой. Весь помятый, растрёпанный Ким Намджун с залегшими под глазами тёмными кругами — это уже настолько привычно, что Мин даже не обращает внимания. Наверное, снова провёл ночь не один, или шлялся где-нибудь. — Шуга. Юнги и не надеялся услышать «спасибо» в свой адрес, ведь это Мон, он, наверняка, даже слов таких не знает. Отовсюду доносится радостный визг, школьники радуются встрече со своими друзьями, в воздухе повисла аура радости и безграничного счастья. Юнги блевать от такого счастья хочется: он несдержанно выхватывает из рук Намджуна телефон, цепляет к нему проводки и вставляет в уши, врубая первый попавшийся трек — ему всегда нравился музыкальный вкус Кима, но ехидная ухмылка сама наползает на лицо Юнги, когда экран снова загорается, оповещая о новом сообщении. От Сокджина. Намджун забирает свой телефон, но музыку не выключает, просто набирает сообщение в ответ. И Юнги обязательно бы сказал ему «спасибо», если бы он это слово знал. Но вместо всего этого рыжий откидывается на плечо Джуна и расслабляется, закрывая глаза. В ушах долбят какие-то биты, а сам Юнги находит в этих битах вселенское очарование. На колени к Юнги падает что-то тяжёлое и парень подпрыгивает на месте, готовясь прописать чего-нибудь обязательно больного наглому созданию, но это всего лишь Сокджин. Сокджин и его сумка на коленях Мина. Сокджин и его идиотская мягкая улыбка, губки бантиком, бровки утютю. Так и хочется потискать за эти щёчки. И кто бы мог подумать, что Ким Сокджин в школьном возрасте свяжется с плохой компанией? Юнги вытаскивает из ушей наушники, отдаёт их Намджуну и лениво потягивается. До урока чуть меньше двадцати минут и спешить, собственно, некуда, но желание повидаться с Чонгуком у Сокджина адовое, Намджун как всегда только «за», ведь «эй, Юнги, мы не видели мелкого всё лето» заставляет совесть проснуться. Мин закатывает глаза, облизывает обветренные губы и медленно плетётся ко входу в школу. В коридоре как-то быстро всё смолкает, стоит Юнги появиться на горизонте: запуганные взгляды одних, восхищённые других — компания Мин Юнги никогда не остаётся без внимания. Сокджин мило улыбается в сторону каких-то девиц, классом младше, Намджун снова в своём телефоне, а Юнги откровенно насрать: он лишь выискивает чёрную макушку своего донсена, желая дать пинок под зад, потому что негласное правило собираться вместе никто не отменял. Но Чонгука нигде нет, Мин почти уверен, что его нет и в школе, но Джун показывает последнее полученное от него сообщение: «я буду ждать внутри, хён», и Мин Юнги проклинает весь мир. — Не маленький, сам придёт, — лениво тянет Джин и открывает дверь, ведущую на лестницу, пропуская друзей вперёд, - он, наверное, в клас… Оу. Юнги останавливается, Намджун отрывает взгляд от телефона, и даже не отталкивает повисшего на нём Джина. Юнги довольно ухмыляется и поднимает руку в жесте, приказывающем молчать и наблюдать. Молча. Чон Чонгук собственной персоной, его можно было бы узнать даже со спины: высокий, немного резкий и бесконечно наглый. А сейчас в его взгляде холодный огонь, на губах то ли оскал, то ли улыбка, и голос звучит так.. по-взрослому. — Это моё место, — шипит он сквозь зубы и пихает щуплого паренька к стене, прижимая его рукой в плотную к пыльной холодной поверхности. Тот слабо пищит и пытается вырваться, но получает вместо свободы — неплохой удар прямо в солнечное сплетение. У незнакомого паренька ноги подкашиваются и сам он сползает по стенке, а Чонгук ухмыляется так.. красиво и поднимает школьника за воротник пиджака, — и чтобы я тебя здесь больше не видел, усёк? Школьник яро кивает головой, что-то бормочет в оправдание, но Чонгук даже не слушает, он оборачивается на низкий смех Намджуна и вся его наглая напыщенность улетучивается, превращая Чон Чонгука в мальчика-одуванчика. Юнги думает, что Чонгук — хороший актёр. У Сокджина какая-то не скрытая гордость в глазах, ведь именно он притащил мелкого в компанию Юнги, убедив самого Юнги, что Чон чего-то, да стоит. Мин в этом убеждается который раз. До начала занятий чуть меньше пяти минут, Юнги сидит на лавочке рядом с Намджуном и лениво смотрит в окно: в такую погоду неимоверно хочется спать, и Юнги бы давно прилёг где-нибудь на крыше, но перед учителями он уже засветился, а портить с ними отношения в начале года — себе дороже. Тяжёлая рука Джуна на плече мешает здраво думать, и все мысли только о друзьях, ведь эти укурки — самое дорогое, что сейчас есть у Юнги, и что пора бы снова собраться вне школы и натворить какого-то безумия, но внезапно возникнувшая тень перед глазами заставляет Мина начать мыслить. Он даже уверен, что перед ним какой-нибудь идиот вроде Сокджина, или Чонгук, который стоял минутой ранее у стены и читал книгу, но, открыв глаза, Юнги брезгливо морщится. — Сколько за ночь, принцесса? Пак Чимин собственной персоной. От одного упоминания его имени Юнги бьёт почти всегда, да и не важно кто это: друг или враг, — получает каждый. Юнги хочет ударить самого Чимина, и плевать, что в пяти метрах стоят учителя, и плевать, что школьников — целый коридор, и даже плевать, что он вылетит из школы за очередную драку, потому что Чимин не достоин даже плева в лицо. Лишь только хорошей такой трёпки. Но рука Намджуна, теперь только сильнее давящая на его плечо, заставляет остаться на месте. — Пара пиздюлей, ты берёшь свои яйца в кулак и откатываешь. — Юнги говорит таким тоном, будто бы он Господь, сошедший на землю. Мин собой доволен, он чувствует довольство его ответом Намджуна, он видит одобряющую улыбку Чонгука, но блеск чёрных глаз напротив — бесит неимоверно. Звонок раздаётся над самым ухом, призывая учеников пойти в классы, и даже Чимин, не говоря ни слова, отходит от Юнги, окликая в толпе Хосока и его странную собачонку — Тэхёна, чтобы через минуту скрыться за дверьми класса. — И как ты десять лет дружил с этой мразью, Юнги? Вопрос Намджуна остаётся без ответа, потому что ответ на него и не нужен вовсе. Мин сбрасывает с себя руку Намджуна и медленно тащится в класс, провожая взглядом удаляющуюся спину Чонгука.