Escape

— Здравствуйте. — Здравств… Кэп, какого лешего она здесь делает?

Время — чудесная штука, заставляет людей довериться друг другу, лечит раны, приводит в норму отношения между двумя людьми. Неудивительно, что Фелиция со своим, если не учитывать пару мелочей, ярким характером, пришлась, в итоге, Капитану по душе. Наконец, он прекратил опасаться, что она начудит в ненужном месте, выкинет что-либо несуразное и мог спокойно заниматься своей работой супергероя, пока его внучка сидела в одной из лабораторий, донимая вопросами и рассказами работников. Особенно Фелиции нравилось занимать Беннера, он всегда казался ей замкнутым и необщительным, казалось, нечего найти в таком человеке. Тем не менее, он был единственным во всём Щ.И.Т.е, кто не прикрывался работой, а с удовольствием совмещал её с болтовнёй девчонки. Та делилась с ним переживаниями, рассказывала о путешествиях и приключениях, которые в своё время свалились на её голову, а затем строила гипотетические ситуации, носившие печальный характер и настораживавшие Брюса. Она была смышлёной и сложной в плане понимания. Никогда не говорила напрямую, и мало людей на планете понимали её. Фелиция намекала всегда, и если ты не увидел эту маленькую деталь в её огромном рассказе, то дальнейшие действия девчонки застанут тебя врасплох. Беннер замечал детали в её разговорах ни о чем, но не торопился обсуждать их с ней или кем-либо другим, считая это не своим делом. Обычно, после лаборатории Беннера, Фелиция направлялась на тренировочный полигон, где весело проводила время в компании гневающейся на неё Наташи, с которой отношения так и не сложились, или Бартона, который травил уморительные шутки про Капитана, которые подтверждались мистером Рамлоу и целым отрядом и которые доносились до Роджерса за то короткое время, пока Фелиция ела рожок мороженого. Стиву нравилось проводить с ней время, вместе ходить по музеям и пиццериям, готовить дома и таскать её с неудобного дивана на кровать после того, как она засыпала за просмотром фильма. Он начинал чувствовать семейную связь между ними и расстраивался, когда по работе не мог прийти домой и оставлял Фелицию одну. Фелиция же сидела полночи на подоконнике, окутанная смутными мыслями, и каждую такую ночь она сидела в нерешительности. А может сегодня?

<…>

Это был душный вечер. Солнце ещё не село, потому заглядывало в окна сквозь щели в шторах. Капитан возвращался домой после двухдневной вылазки во вражеские края, тащил целый пакет вкусностей и любимого персикового мороженного Фелиции. Уставший, но воодушевляемый предстоящим поглощением сластей за просмотром фильма, он не сразу понял, что дверь в его квартиру была не заперта. Стив тихо поставил сумки возле входа и настороженно двинулся в гостиную, готовый к борьбе. К его удивлению, уныло прибранная комната пустовала, и он осторожно двинулся дальше к комнате Фелиции. — Ты решила прибраться? — входя, спросил он, но не теряя бдительности, и тут же замер — никого. Он не увидел, не понял, он почувствовал это — она ушла. Вся квартира была в холодном порядке, который был редкостью при Фелиции. Она ушла, внезапно исчезла, испарилась, собрав вещи и оставив лишь небольшой клочок бумаги. «Не ищи меня и прости меня, Капитан. Я не смогла так жить». Он не верил своим глазам — ушла. Сбежала, когда он только доверился и открылся ей. Выгребла всё, что смогла, с полки в его сердце под названием «семья» и оставила дальше пылиться, поломанную и старую. Бросила, не выдержав жизни в любви. И корила себя, грызла изнутри, потому что позволила себе эту привязанность. Неготовая меняться, Фелиция вновь пустилась в бега, пытаясь найти себе место, вычеркнув из своего списка то, в котором могла бы быть счастлива. <…>

Ей хватило недели, чтобы приноровиться к своей старой жизни. Ей хватило недели, чтобы позабыть всё то, что было с ней. Но прошлое порой любит напоминать о себе, иногда в таких неожиданных местах и при таких неожиданных обстоятельствах, что обезоруживает тебя напрочь. Так вот, Фелиция гуляла по переулку, на время ставшего родным, когда вдруг заметила знакомое скуластое лицо. — Кого я вижу, мистер Рамлоу, — протянула она, улыбаясь, и чувствуя пятой точкой, что что-то здесь неладное и что он пришёл не один. — Харди, не вынесшая жизни с Капитаном, хорошо скрываешься, — подходя к ней ближе, проговорил Брок, недобро оскалившись. Она отступала назад, пока не уперлась спиной в чье-то огромное тело, тут же схватившее её и заключившее в магнитные наручники. — Надеюсь, ты набегалась, Фелиция. — Какое разочарование, мистер Рамлоу, вы мне так нравились.