Полюби меня

Намджун застал брата в слезах, на полу коридора. По омеге было видно, что состояние у него не из лучших, потому что глаза опухли и покраснели до неузнаваемости, а на щеках выступили пятна от слез – аллергическая реакция, и голос был севшим из-за громких криков и рыданий. После долгих уговоров Чим рассказал все как есть, еще и листочком с диагнозом в нос брату ткнул – чтоб наверняка. Альфа помог брату умыться и, пока тот вытирал лицо и пытался успокоить всхлипы, Джун успел переодеться. Уложить все еще всхлипывающего Чимина оказалось куда труднее, чем Нам мог себе представить. Брат вцепился в домашнюю футболку старшего и не желал отпускать, попросив альфу сегодня поспать с ним. Чимин к боку прижался, отчего у Джуна невольно чувство дежавю подкатило. Все это больно напомнило то время, когда младший боялся спать в темноте и одиночестве, каждую ночь забираясь в кровать брата. – Ты Чонгуку рассказал? – поинтересовался альфа, поглядывая на кусающего палец омегу. Тот отрицательно замотал головой, смаргивая слезы. Джун хмыкнул, нахмурив брови. – А собираешься? – Я не знаю, – судорожно выдыхает Чим, хлюпая носом. – Боюсь его реакции. Лучше я сам уйду. – Дурак, – фыркает Намджун, давая мелкому подзатыльник. – Во-первых, он твой альфа, так что должен быть в курсе всего, что с тобой происходит. Во-вторых, ты еще молод для этого дерьма, так что выкинь все дурное из головы и думай только о хорошем. В крайнем случае, сейчас люди проходят различные лечения и борются за свое счастье. – Думаешь, Гук будет бороться? – по-ребячески тянет Чим, утирая нос рукавом. – Ну, знаешь, у вас еще столько времени впереди до того момента, когда вы захотите детей. Так что у тебя есть и шанс, и возможность для лечения, – Джун проводит ладонью по мягким волосам омеги, заглядывая в его заплаканные глаза. – А… Когда ты узнал, что Чон – мой истинный? – Чимин поджал губы, пряча взгляд от старшего. Стыдно, что он ведет себя как ребенок, хотя давно пора стать взрослым и самостоятельным. – Когда ты с ним на тренировки ходил, помнишь? Я тогда сразу понял, что аромат вишни – то, что тебе надо, – альфа мягко улыбается и щелкает брата по кончику носа. – Так что не раскисай и обсуди это с Чонгуком. Он всяко лучше меня сможет успокоить и убедить. – Спасибо, – шепчет Чим, утыкаясь носом в грудь Джуна. – А еще поздравляю… – С чем? – удивляется Намджун. – Я знаю про беременность Сокджина, – шепчет засыпающий Чимин, сладко зевая. – Тэхен его тест видел… – Он сильно злится? – сглатывает Джун, вмиг напрягаясь. – Он не похож на злого человека, скорее, на счастливого придурка смахивает, – тихо хихикает Чим и, наконец, засыпает после длительной и сильной истерики. Намджун широко улыбается, крепко прижимая к себе брата и думая, что жизнь налаживается. Утром Чимин проснулся от шума и устрашающего топота. Глаза после вечерней истерики окончательно заплыли, а губы ныли из-за укусов, превратившихся в маленькие кровоточащие ранки. Омега приоткрыл глаза и испуганно вжался в подушку, замечая раздраженного Чонгука, что мельтешил по комнате и подозрительно собирал вещи в чемодан. У Кима сердце замерло и дыхание перехватило, потому что от альфы веяло серьезностью и злостью. Омеге стало страшно, а еще неприятно, потому что с Чоном надо поговорить, и немедленно. – Поднимай задницу и собирай свои манатки, – хмыкает Гук, сдергивая с омеги одеяло. – Я знаю, что ты не спишь. – Зачем? – сипит Чимин, пытаясь увеличить глаза, чтобы лучше видеть. – Ко мне переезжаешь, чтобы больше не сбегал, – Чонгук бросает одеяло на пол и продолжает подбирать вещи омеги, скидывая их в сумку. – А меня ты спросить не хочешь? – Чимин тут же принимает сидячее положение и складывает руки на груди, недовольно смотря на обнаглевшего альфу. – Ты же меня не спрашиваешь, когда неожиданно сбегаешь, а потом на телефон не отвечаешь. Я, блять, полгорода обошел, пока искал тебя, – Чонгук сверлит омегу злым взглядом и чуть ли не рычит. – Тебя даже дома не было! – П-прости, – тут же тушуется Чимин, опуская взгляд в пол. Чонгук устало и шумно выдыхает, присаживается перед Чимином на корточки и пытается поймать его взгляд. – Я что-то не так сделал? Тебя кто-то обидел? – Чонгук ласково поглаживает острую коленку Чимина, замечая искусанные губы и слезы в уголках глаз. – Я такой дурак, Кукки, – шмыгает носом Чимин, вытирая рукавом домашней кофты слезы. – Прости меня… – Сначала расскажи, почему пропал, – Чонгук скользит пальцами по пухлым щекам, утирая крупные слезинки Чимина. – А ты обещаешь меня не бросать? – Чимин смотрит с надеждой в глазах, заставляя альфу невольно напрячься. – Хм, смотря что ты натворил, – Гук хмурит лоб и невольно сжимает коленку омеги. – Объясни, что произошло. – Ну, ты ведь знаешь, что у меня проблемы с гормонами, – невнятно начал Чимин, поглядывая на свои пальчики и пряча их в рукавах. – Я недавно анализы сдавал… И вчера результат пришел… – Я уж думал, что серьезное, – хмыкнул Чон, невольно облегченно выдыхая. – Не пугай так, а. Чимин сжал губы и тихо всхлипнул, нервно теребя края рукавов кофты. – Это серьезно, блять, – выпаливает Чим и тут же заходится в слезах. Чонгук растерянно смотрит на ревущего Чимина и на секунду теряется. – Минни, подожди, успокойся, – Гук начал судорожно стирать дорожки от слез, ласково поглаживая покрасневшую кожу милого личика. – Ну перестань, прости… – Я н-не м-могу… Иметь де-те-ей, – сквозь всхлипы вымолвил Чимин, поднимая взгляд на альфу, но из-за слез ничего перед собой не видя. – Н-не могу-у-у… – Чимин, успокойся, кому говорю, – серьезно требует Чон, подаваясь ближе к омеге и невесомо целуя его опухшие глаза. – Хватит, я не могу смотреть, как ты плачешь. – Чонг-гуки-и, – хнычет Чимин, цепляясь пальчиками за футболку старшего. – Я рядом, я здесь, – Чон прижимает к себе Кима и успокаивающе поглаживает его по спине, прижимаясь щекой к виску омеги. – Это же такая глупость, ты чего? Ты ведь у меня сильный, мы со всем справимся. Восстановим мы твой гормональный сбой, и нарожаешь ты мне детишек еще. Только перестань плакать, а то лицо щипать будет. – П-правда? – хлюпает носом Чимин, утыкаясь в ключицы альфы. – Конечно, – мягко улыбается Чон, немного отодвигая Чимина и вновь вытирая уже высыхающие слезы. – Ну вот, теперь ты красный и… – Я люблю тебя, – слишком неожиданно выдыхает Чим, даже сам пугаясь своих слов. Чонгук изумленно замирает на месте, а после слишком самодовольно улыбается. – А я уж думал, что первый признаюсь, – Гук мягко целует ладошку Чимина, которой омега прикасается к щеке альфы, и смущенно смотрит на Кима. – Я рад, что наши чувства взаимны. – Я сейчас опять разревусь, – неловко смеется Чимин, утирая сопли. – Лучше вещи начни собирать, а то я тут один не справляюсь, – усмехается Гук, поднимаясь на ноги. – А Джун не против? – интересуется Чим, смущенно приспуская край кофты и прикрывая боксеры. – Он только за, – пожимает плечами альфа. – Тем более, он эту квартиру, наверное, продавать будет, чтобы к своему омеге переехать. – Думаешь? – шмыгает носом Чимин, заглядывая в наполовину опустошенный шкаф. – Тэхен потащил твоего брата за кольцом для папы, думаешь, он не заставит? – смеется Гук, приобнимая Чимина сзади и целуя его в основание шеи. – Тэ же теперь живьем с Намджуна не слезет. – Они хоть не поубивают друг друга? – пугается Чим, тихо охая. – Будем надеяться, что нет, – улыбается Гук, вдыхая самый лучший аромат в мире. Чимин жмется к груди альфы спиной и смущенно улыбается, подставляя шею горячим поцелуям. Гук касается мочки уха и тихо выдыхает. – Больше не скрывай от меня ничего. Чимин кивает и закусывает ноющую губу, стараясь перестать краснеть и смущаться. Омеге уже не страшно, но все еще немного стыдно. Отныне он обещает себе, что больше не будет пытаться разобраться со всем в одиночку, ведь рядом есть Чонгук. Вместе они справятся со всем.