***
— Мы же вроде пошли за продуктами, — Джебом немного растерялся, когда вместо магазина они зашли в парк, и Марк присел на скамейку. — Хотел поговорить с тобой, — спокойно выдал старший, делая глубокий вдох. — Давно надо было так сделать, а то вел себя как маленький. Ты мне столько раз помогал и делился своими чувствами и эмоциями, а я… Прости, — последнее слово далось Марку тяжело, но все же он сказал, и ему стало намного легче. — Тебе не за что извиняться. Считаешь, что ты мне никогда не помогал? Ошибаешься, — Джебом поймал взгляд старшего и улыбнулся, — ты внимательно выслушивал все мои ворчания. Если остальные просили меня помолчать, то я шел к тебе, чтобы бы меня молча выслушали. И пусть ты много мне не говорил, но твои советы помогали. Так что я должен тебя благодарить. Джебом говорил с такой уверенностью, что Марк поверил в эти слова. И старший невольно стал улыбаться. Казалось, что прежнее состояние возвращается. Он всегда будет благодарен лидеру за его поддержку в трудную минуту. — Ты хороший друг, — похлопав по плечу Джебома, Марк приподнялся со скамейки и пошел в сторону выхода из парка. Джебом же наблюдал, как старший медленно уходил от него. Вот только в этот раз тот повернулся к нему и с улыбкой на лице позвал его. Что может быть лучшего этого?.. Все-таки они зашли за продуктами, накупили любимых сладостей и рамена. Джинен убьет за это, но сейчас было все равно. По дороге домой Джебом опять начал жаловаться и ворчать, а Марк ему отвечал и давал советы. Прям как раньше. Когда они зашли в квартиру, было очень тихо. Но потом из комнаты вышел Джексон, за ним макнэ лайн и только позже из кухни вышли Енджэ и Джинен, который сразу обратил внимания на прозрачный пакет. Тяжело вздохнув, Джинен злобно поглядывал на лидера и Марка. Но те отвели от него взгляд. — Джексон, я тебе должен кое-что рассказать, — схватив за локоть тонсэна, Марк быстро зашел в их комнату. Взглянув на Джексона, Марк почувствовал себя неловко. Зачем он это сделал? Чтобы не слушать упреки Джинена, но, кажется, лучше бы он остался там. Потому что взгляд тонсэна хуже, чем ворчания Джинена. — Что ты мне хотел сказать? — взяв за руку старшего и пристально наблюдая за ним, Джексон улыбнулся. — Не хочешь сегодня потренироваться? — выдохнул Марк и пытался спрятаться от взгляда тонсэна. Такая атмосфера давила на него. И Джексон тоже. — Марк, — тонсэн приблизился к старшему ближе, прижимая его к двери, — тренировка будет чуть позже. Закрыв дверь на замок, Джексон губами прикоснулся к молочной коже старшего, даря тому стаю мурашек. Марк мог бы ответить на это, но слова застряли в горле. Он мог бы оттолкнуть наглого парня, но руки слушались не разума, а сердце. Они плавно переместились на спину Джексона, который удивился таким действиям. Джексон, замерев на несколько секунд, после стал дарить старшему поцелуи, поднимаясь все выше, пока губы не дошли до чужих. Он посмотрел в глаза старшему, как бы прося разрешение на большие действия. Но Джексон ничего не мог разглядеть. А отступать все равно было уже поздно. Прикоснувшись к чужим губам, нежно и совсем невинно, боясь, что его оттолкнут. Но ничего такого не было, наоборот, он вскоре почувствовал на своей шее теплые и нежные руки. Двинув губами, Джексон наконец почувствовал уверенность в своих действиях. Руки залезли под майку старшего, даря стаю мурашек. Такая приятная кожа на ощупь — Джексону хотелось проверить каждый участок. Хотелось прикоснуться к каждому месту. Он чувствовал, как у него появился фетиш. Поцелуй становился смелее, и в тишине комнаты стали слышны тихие причмокивания. Уши у обоих парней покраснели от стыда, от смущения и от неправильности данной ситуации. Но останавливаться не было желания. Воздуха стало катастрофически не хватать, тогда Марк и Джексон отстранились друг от друга, открыв глаза. Оба не улыбались. Просто молчали, смотря друг на друга. А потом Марк тихо прошептал: — Такого не должно быть. — Это неправильно, но я не вижу другого выхода, — ответил Джексон, притягивая Марка к себе.***
После длинного упрека от Джинена из-за вредной еды Джебом решил с Марком посмотреть какой-нибудь фильм. Только с ним были схожие вкусы. Джебом, дойдя до комнаты Джексона и Марка, услышал щелчок двери. Они никогда не закрывались. Может быть, просто хотят поговорить наедине, чтобы их никто не трогал. Подойдя поближе, лидер даже шороха не услышал. Очень странно, а потом еле слышный звук. То ли причмокивания, то ли еще чего-то. Но Джебом не тупой, и понял все сразу. Развернувшись, он ушел на кухню, где его встретил Джинен со своими упреками. Но ему было так фигово, что он его просто не слушал. Джинен замолчал, заметив странную реакцию лидера. Когда Джебом молчит — это страшно. Лидер, взяв кружку с кофе, заранее приготовленный, ушел к себе в комнату, где сразу направился к окну. Присев на подоконник, Джебом чувствовал, как сердце больно сжималось. Вот кто изменил старшего. Джексон. Джебом сжал кружку в руках. Чувства подступали к горлу, но он никогда никому их не раскроет. Не скажет, насколько он любил Марка. Его секрет уйдет вместе с ним в могилу. Все равно этой любви не суждено случиться. Так думал Джебом, но как же больно это осознавать. И сегодня он чуть не раскрыл свои чувства, когда они вместе с Марком сидели на скамейке. Так хотелось рассказать, но боязнь потерять дорогого человека была сильнее. Ведь Марк может испугаться таких чувств от парня, от друга. — Джебом, с тобой все в порядке? — Джинен тихо зашел в комнату, застав лидера на подоконнике. — Не хочешь посмотреть фильм? — Джебом мило улыбнулся, и Джинен ему поверил, согласившись с предложением. Он поверил его фальшивой улыбке.