Sparkling ash

       К рассвету, большая часть восставших, разбрелась из города. Мое тело так же перестало тянуть куда либо, и я смог благополучно отправиться подальше от города. Подкрепление из соседнего города, должно было прибыть совсем скоро. До того как я очнулся мертвым, я шел в бой на стороне солдат города. Город уже месяц находился в осаде войска, пришедшего со стороны белых пустынь. Это были кочевники, разоряющие все на своем пути. Я лично так ни разу не видел их, погиб прямо сразу же, как вступил в бой. Стоило моему взводу выйти на равнину, где предполагалось разбить врага, сознание покинуло меня, очнулся я уже с собственным мечем в груди. После такого можно понять, почему церковь так ненавидит магию.        Двигаться стало совсем легко. Выйдя из города, я за сутки дошел до другого края золотой долины, огромного поля дикой кукурузы, и углубился в лес, который раскидывается на добрую половину континента.        Вообще, за всю свою жизнь, я лишь пару раз покидал стены города. Уж слишком страшно было, с детства всякие охотники и прочие люди, работавшие за пределами стен, травили байки о чудищах, которые живут снаружи, что ж, я теперь пополнил их состав.

***

      Через пару дней, мои руки, начали неметь, а ноги переставали гнуться. К стати да, я смог приделать себе руку того рыцаря, который пытался меня заколоть. Оказалось, что если я ем что-то в достаточных количествах, то моя плоть начинает восстанавливаться. Пока я сыт, я почти даже не отличался от обычного человека, только кожа слегка серая и глаза словно стеклянные. Но когда мое тело начинает голодать, мышцы высыхают, становятся тугими и твердыми, словно жгуты, а кожа темнеет и трескается.        Сначала я переживал, ведь людей в этом лесу встретить тяжелее, чем умереть от глыбы льда в пустыне, а поймать животное у меня не вышло бы в таком состоянии. Но как оказалось, вода и любая другая еда, может немного помочь. Но лишь на пару часов.        я шел почти без остановки три или четыре дня, за это время я лишь иногда останавливался, что бы напиться воды, на случай если найти еду не выйдет в ближайшее время, и собственно для поиска самой этой еды.        С курса меня сбил запах. Я учуял такой же запах, как в зале храма. Это был запах крови, при чем он постоянно передвигался, но судя по тому, что он становился сильнее, я передвигался быстрее. К закату, я уже мог точно сказать как далеко от меня источник, и даже назвать его размер и вес. Я шел прямо за ним, примерно в десяти или меньше метрах. Я ждал удобного момента, чтобы изучить свою жертву. Когда солнце совсем село, мне удалось подкрасться совсем близко. Я давно не ел, но на удивление, в предвкушении нападения, мои мышцы стали мягче и послушнее. Я дождался пока жертва остановится на привал, разведя костер, они смогли осветить участок леса вокруг них. Их было четверо. Я верно поступил, что не стал нападать раньше, так как я не заметил что жертва не одна. Запах крови шел от высокого, грузного мужика, он весь был в ранах, с ног до головы. Он был одет в простенькую накидку из черной ткани и меховые сапоги, казалось о нормальной одежде, сшитой, а не перевязанной веревками, он не слышал. С ним были еще пара мужчин, они были одеты на тот же монер, но один был в капюшоне, а второй полностью замотал голову в такую же ткань, как и та, из которых были их накидки. Четвертой была девушка, она носила точно такую же накидку, но из под нее было видно, что остальная ее одежда сделана куда лучше и удобнее. Из-за накидки, по началу трудно было сказать кто она, но ее нес на плече тот огромный мужик, и судя по форме бедер и длинным волосам, это была именно девушка. Они привязали ее к одному из деревьев, которые окружали небольшой пяточек земли, на котором расположились люди. Судя по всему, она шла с ними далеко не по своей воле.        Трое уселись вокруг костра, скинув мешки и оружие рядом с собой. Завязался разговор, но я ничего не понял, должно быть это и были одни из тех кочевников, нападавших на город. Хотя разбираться мне совершенно не хотелось, да и какая разница кого есть.        Выждав удобный момент, я ринулся на них, даже не задумываясь о том, что проигрываю в количестве. У меня был лишь тот меч, который остался в руке рыцаря когда я уходил. Он все так же ужасно жег меня, но если держать его правой рукой, которая принадлежала рыцарю, то жжения вовсе не было. Я не рычал и не издавал каких либо звуков, которые присущи зомби и прочим мертвецам, когда они нападают. Я лишь побежал на них с небольшого пригорка на котором скрывался до момента, пока люди расселись вокруг костра. Сбегая с холмика, я разогнался куда быстрее чем рассчитывал, но уже на бегу слегка изменил план. Изначально планировалось просто наброситься на самого большого, чтобы вывести его из боя первым и набраться сил для остальных. Но на такой скорости, это не очень удобно. Вместо этого я с разбегу перепрыгнул через него, в прыжке наступив на него ногой, а приземлившись, вогнал меч прямо в того, что закрывал голову капюшоном. Я не очень хорошо продумал все, по этому меч просто застрял в земле, приколов тело бедняги. Я тут же ринулся обратно, пока остальные не успели схватить оружие. Тот, что был побольше, еще только тянулся к своему мечу, когда второй, с замотанным лицом, уже обнажил свою саблю. Мои пальцы крепко ухватились за широкие плечи бугая, я даже не ожидал, что смогу так в него вцепиться, не успев встать, он потерял равновесие и грохнулся на свою же сумку. Мне хватило пары секунд, чтобы вгрызться в его шею. Его мышцы были довольно объемными, по этому разгрызть его позвонки не вышло, это немного нарушило мои планы, которые я перестал строить с момента как побежал в бой.        Убить бугая сразу не вышло, однако куски его плоти заметно прибавили мне сил. Мужик оказался не сильно рад такому повороту, он сначала попытался скинуть меня, а затем поднялся и завалился на спину. Он упал прямо в костер, по всей видимости, рассчитывая что я загорюсь и отпущу его. Однако, огонь не обжигал меня, можно сказать, из нас двоих, загорелся только мой противник. Он долго терпел, но поняв, что толку в этом мало, тут же вскочил, будто на нем не болтался труп человека. Его товарищ уже сориентировался, он занял удобную позицию и целился, чтобы нанести удачный удар и избавить друга от опасности. Однако я, хоть и был живым трупом, но не был безмозглым живым трупом. Я отпустил плечи своего противника, и приземлился на землю. Доставать застрявший в трупе и земле меч слишком долго, однако клинок, висящий на поясе раненого врага, вытащить в разы проще. С помощью него, я смог еще сильнее ослабить врага, глубокий порез в нужном месте заставит его истекать кровью еще больше, помимо ран от моих укусов. Теперь же, раз избавиться от самого опасного противника быстро не вышло, нужно измотать его, пусть потеряет силы, пока я буду разбираться с его более ловким другом. Он оказался не дураком, и начал отступать, не давая мне приблизиться, однако я был быстрее чем он. Вот только он оказался хитрее, когда я начал настигать его, он резко ринулся на меня, вогнав свою сильно изогнутую саблю мне под ребра, он пролетел под моей рукой, и по инерции рассек мой бок. Такая рана, должна была если не убить меня сразу, то оставить беспомощно собирать свои же кишки. Однако моя плоть зажила почти сразу же, как лезвие его клинка перестало разделять края раны. Такого быстрого затягивания ран у меня не было даже в храме, когда я сожрал кучу народу. Противник точно не ожидал такого, по этому даже не повернулся ко мне после выпада. Лишь тот крупный парень заметил, что я в порядке, и выкрикнул что-то не ясное своему другу. Тот отпрыгнул и в меня полетел небольшой топорик, он воткнулся мне в плече, но я тут же вырвал его и метнул обратно. Метать топоры, скажу честно, я не умел. Он полетел слишком криво и воткнулся в дерево к которому была привязана пленница. Тот воин, что был ближе, молнией извернулся и вонзил мне свою саблю снизу вверх, прошив меня от бедра до ключицы с другой стороны, он хотел вырвать клинок, но я схватил его за руку и ударил коленом в подбородок, от чего тот на мгновение потерялся и выпустил клинок. С другой стороны на меня тут же напал второй, он выхватил меч из тела своего товарища, это меня слегка огорчило, этот меч уже жег меня однажды, и такой поворот событий я не продумал. Тут же выхватив саблю, которая осталась во мне, я попытался отбить удар, однако он оказался настолько сильным, что моя кость просто лопнула от давления, сабля выпала, но я уклонился. Сломанная рука не заботила меня, так как тут же кость начала выпрямляться и срастаться. Я совсем не ожидал подобной прыти от этого бугая, и сильно пожалел о том, что не смог убить его сразу. К моменту когда я вновь принял удобное для боя положения, он уже замахнулся для удара, и в этот раз он меня достиг. Полуторный прямой меч, крашенный рунами святого огня, пошел мне примерно под ключицу, меня тут же сковала судорога и пронзила сильная боль, сильнее чем в первый раз. Пока я был обездвижен, второй противник пришел в себя и ринулся на помощь. Клинок в груди жег меня настолько, что я невольно закричал. Вернее зарычал, мой голос словно расщеплялся в глотке и звучал, как несколько рычащих голосов. Сабля моего врага вновь почти поразила меня, однако, ни с того ни с сего, бугай вытащил из меня меч, широко размахнулся, от чего его друг отскочил, и вогнал его себе в грудь, сверху вниз. Я на секунду замешкался. Точно так же умер и я! Что тут…? Колебаться времени не было. После удара клинка, мои раны перестали затягиваться, лишь дымились словно гаснущие угли. Я схватил правой рукой “свой” меч. И рывком вытащил его из тела мертвого бугая. Второй парень стоял ко мне почти спиной, он уставился куда-то в сторону, и я не стал его дожидаться, разрубив его от плеча до груди одним ударом. Ударь я двумя руками, его бы разрубило надвое, но я уже давно понял, что держать меч левой рукой не вариант.