Очнись, ты нужен нам!

— Ох, черт… — слабо простонал сорвиголова, прислоняясь к стене коллектора. До их убежища оставалось совсем немного, буквально пара минут ходьбы, но тошнота и головокружение почти доконали черепашку. Во рту был крайне противный горький привкус, вызывающий рвотные позывы. Все-таки черепашке довольно сильно досталось, да и то, что он продолжал сражение после получения раны, довольно сильно сказалось на самочувствии бойца. «Как будто есть время думать о своих проблемах! Лео у Шреддера по моей вине!» — Рафаэль, рыча, оторвался от стены и стремительно, пока не пропал внезапный прилив сил, направился к дому. Проклятый порез на пластроне продолжал кровоточить, заливая прижатую к открытой ране руку кровью. Кажется, если так и будет продолжаться, Донателло просто-напросто запретит брату участвовать в неминуемой спасательной операции. Даже удивительно… Пожалуй, это будет первый раз, когда спасение на самом деле требовалось Лео, а не кому-то из его братьев. Нет, были разные случаи… И ранения, и контузии разнообразные, провалы… Но не было ни одной ситуации, когда мечник на самом деле находился в плену у противника в одиночестве. У самого Рафа подобный случай уже был, и это не тот опыт, которым сорвиголова хотел бы поделиться с братьями*. Дверь с негромким, но отчетливым скрежетом отворилась, и немного мутному взору Рафаэля предстал ярко освещенный дом, возле компьютерного центра которого стояли явно взволнованные Дон, Майки и сенсей. «Замечательно! Никого будить не придется,» — попытался найти хоть что-то хорошее в ситуации раненый мутант, закрываясь свободной рукой от чересчур яркого света. И кто просил умника устанавливать такую мощную осветительную систему? — Раф, где ты был? Где Лео? — сходу засыпал вошедшего вопросами Микеланджело, делая несколько шагов навстречу брату. Он на самом деле переживал, когда обнаружил, что телефон Рафа остался дома, а Лео не отвечает на звонки. И сейчас… Что-то странное было в позе и движениях Рафа, в его сиплом дыхании. Словно он недавно… дрался?.. — Рафи? — снова окликнул его Майки, подходя еще ближе. Неожиданно все еще молчащий черепашка покачнулся и как-то неловко стал заваливаться набок. Оказывается, Майки очень вовремя оказался рядом с ним, поскольку успел подхватить того под руку и удержать в вертикальном положении. Еще более встревоженные, мастер Сплинтер и Дон помогли перетащить Рафаэля на потертый диван перед любимым местом младшего — множеством экранов телевизоров. Сейчас эти приборы молчали, так же, как молчали и все присутствующие в комнате. Чувство чего-то страшного, непоправимого стелилось у ног мутантов, пока Донни обрабатывал рану, осторожно накладывая тугую повязку. — Это моя вина, — неожиданно заговорил Раф, своими хрипами наводя на мысль о наждаке в горле, — Лео… Его поймали футы. Микеланджело вздрогнул, потрясенно взглянув на избитого брата. Его удивленный, нервный смешок разнесся по всему помещению. «Надо же, никогда не замечал, что у нас есть эхо,» — удивился младший из команды, когда понял, как прозвучала его реакция на слова Рафа в подобной атмосфере. Гнетущей и тяжелой. Пахло горько, какими-то травами и лекарствами из аптечки Дона, которую тот терпеть не мог использовать. — Как это случилось, Рафаэль? — тихо спросил учитель, подходя ближе и положив теплую лапу на плечо разбитому сыну. Тот глубоко вздохнул, прежде чем начать свою маленькую, но на удивление складную речь. По мере движения рассказа, Дон все больше хмурился, во взгляд учителя постепенно проникала скорбь, а Майки все больше пугался вариантов того, что может сейчас твориться с их Лео. Рафаэль знал, что будет именно такая реакция, все же не в первый раз кто-то из них попадает в беду. Но никогда еще не было подобного! Никогда раньше братья не подставляли друг друга так… позорно. Это тяжелым камнем легло на грудь, сдавливая покрепче каких-то там бинтов. — Его нужно вытаскивать, мастер, — выдохнул Донни, протягивая руку к своему шесту, ранее прислоненному у другого края дивана. Уже один этот жест означал полную готовность к действиям, более того — пацифист Донателло оказался в ярости. Внезапно посерьезневший Майки кивнул, теребя рукояти нунчак, но не вытаскивая их из креплений, — он не уверен в успехе их миссии, боится, но все равно пойдет. Раф приподнялся, опираясь на локоть и внимательно глядя на учителя, всегда готовый сорваться с места и броситься в бой, несмотря на раны, особенно если это касается его брата. Все ждали ответа только одного члена их семьи. Учитель стоял, опустив голову. Дыхание сбивалось, когда он вновь и вновь пытался принять страшную правду — его старший сын, опытный, хоть и юный боец на мечах, неплохой стратег, крайне ответственный и справедливый, сейчас находится в руках безжалостного монстра, скрывающегося под личиной Ороку Саки, — Шреддера. И только Творец знает, что за страшные извращения и пытки придут в мозг этой мрази, когда в плен попал один из самых надежных элементов команды противника. Сплинтер всем своим сердцем желал спасти своего сына. Он пока не видел выхода из этой ситуации, но был уверен, что стоит ему только дать сыновьям взять дело в свои руки, как словно сам собой начнется складываться какой-никакой, а план действий. Вот только… Этот план, скорее всего, будет чересчур опасным, сумасбродным и самоубийственным, потому что его дети не могут по-другому. И сердце старой крысы всегда не на месте, когда они уходят на задание, особенно по отдельности. Поэтому… — Я пойду с вами, дети мои, — он поднял твердый взгляд темных серых глаз, не обращая внимание на удивление, показавшееся на лицах черепашек. Да, в последнее время их сенсей редко выходит из логова, опасаясь за свое здоровье и общую безопасность их места жительства, но сейчас совсем другая ситуация. Леонардо нужна помощь, чем раньше, тем лучше. Пока не поздно…

***

Первое, что Лео понял — у него ужасно болит голова. Настолько, что даже не хочется вспоминать, что там Донни ему рассказывал о насильственном усыплении с помощью клофелина* и побочных эффектах такого действия. Хотя головная боль среди них однозначно есть, вкупе с тошнотой и головокружением. События, предшествующие его отключке, Лео помнил на удивление четко, включая предназначающийся Рафу дротик с этим самым снотворным. Интересно, почему именно ему? Для каких целей? И стоит ли сейчас открывать глаза, чтобы определить окружающую обстановку, или еще немного попритворяться спящим? «Стоит рискнуть,» — решил для себя Леонардо, осторожно открывая глаза. И только сейчас он сообразил, что совершенно не чувствует остального тела. Словно… его и нет вовсе. Анестезия? Зачем? Поддаваться панике черепашка не спешил, осторожно осматривая помещение, в котором оказался. Чистое, просторное, без какой-либо мебели, выдержанное в белых и голубых тонах. Металлические стены. Холодное дуновение сквозняка на лице — в углу комнаты обнаружилась стандартная вентиляция, забранная крепкой решеткой. И стальная дверь в стене слева, сквозь которую все так же не проникало ни звука. Полнейшая тишина. Ребристый железный пол светло-голубого, почти белого цвета. Благодаря своему осмотру Лео смог определить, что сейчас полулежит на чем-то, явно привязанный или прикрепленный каким-то другим способом. Никаких камер наблюдения он не заметил, с другой стороны, из-за непонятного онемения мутант не способен посмотреть, что находится позади. Беспомощность угнетала, а обстановка и ожидание наводили страх, с которым подростку пока удавалось бороться. Одиночество оглушало. Скрежет, раздавшийся из-за двери, сначала представился Леонардо миражом — настолько он потерялся в тишине этой проклятой камеры. Но затем в помещение вошло несколько людей с характерной символикой клана фут на левой стороне груди. Как будто этот символ заменил им сердца. Черепашка напрягся. Какого панциря они собрались с ним делать? Кто эти люди в серых комбинезонах и белых халатах поверх прочей одежды? Не обращая внимания на явное напряжение своего «подопечного», эти люди подошли ближе, знаками, без единого слова, показывая воинам клана, куда ставить странного рода оборудование. Ослепительно-белая доска размером почти со всю стену медленно въехала на свое место прямо перед теперь уже откровенно нервничающим мутантом, еще одна стойка с другим прибором явно заняла место за его спиной, а по правую руку был поставлен небольшой столик с капельницей. Дыхание Лео участилось против его воли. Что. С. Ним. Собираются. Делать? Зачем нужны все эти приборы? Разве Шреддер не хотел просто убить всю семью мутантов? Ну, не просто убить, а с особым садизмом, но это уже само собой подразумевается. Но эксперименты… Это то, чего Леонардо стал бы ожидать от агента Бишопа, а никак не от их прямолинейного «врага №1». Какую подлость задумал Шреддер на этот раз? Так много вопросов и негде взять ответы. Впрочем, это могут быть последние минуты его жизни… Осознанной жизни, пока Лео еще знает и помнит, кто он. Ведь вскоре ему придется забыть… Один из «халатов», как кратко окрестил этих людей Лео, дал отмашку, и экран вдруг загорелся так ярко, что зарябило в глазах. В то же время в ушах начал нарастать странный, забирающий волю шум, схожий с гулом волн, накатывающих на берег. Черепашка не понимал, что происходит, он больше ничего не видел и не слышал, но внезапную слабость и очень резкую тошноту не заметить было невозможно. Похоже, в него начали что-то вливать через капельницу, хотя укола в онемевшее предплечье мутант так и не почувствовал. В голове все скакало, было ужасно плохо… Прежде чем все окружающее исчезло, он успел позвать, едва шевеля онемевшими губами: — Р-реб-бята…

***

— На всякий случай повторяю наш план, — заговорил Донни. Он понимал, что в очередном заученном произнесении вызубренных пунктов нехитрого плана нет никакого смысла, но не хотел больше терпеть давящую на слух тишину, — Мы аккуратно и тихо взламываем систему футов с помощью передатчика, который на территорию особняка пронесет Кейси. Затем Раф отвлекает внимание охраны, оставшейся без технической поддержки, на небольшие, но эффективные взрывы, используя при этом привязанные к стрелам взрывчатые элементы, — Рафаэль кивнул, поправляя съехавший с панциря колчан с этими самыми стрелами, — После чего присоединяется к нам во время нашего проникновения через очистительную и вентиляционную системы. Внутри мы будем действовать по обстоятельствам, но ориентироваться на схемы, оставшиеся с прошлого нашего проникновения. — Мы не знаем, где Шреддер держит вашего брата, — негромко сказал Сплинтер, встречаясь с каждым из сыновей взглядом и стараясь разглядеть там хоть тень сомнения. Ее не было, и это вызвало прилив гордости, частично вытесняющей страх за старшего сына, — Поэтому нам предстоит очень большая работа, дети мои. И все же не забывайте: наша главная цель — вытащить Леонардо. Не стоит отвлекаться на остальное, какие бы опасности нас ни подстерегали. — Кейси? Ты готов? — обратился Донателло по передатчику к брюнету, сейчас стоявшему неподалеку от центрального входа. На поводке тот держал большого, но добродушного пса темно-серого окраса по кличке Шторм. Этот прекрасно выдрессированный дог принадлежал старому знакомому Джонса, и тот разрешил взять собаку для «одного небольшого дельца, никак с ограблениями и прочей шелухой не связанного, клянусь». — Я рожден готовым! — по привычке ответил мужчина, отключаясь и наклоняясь к Шторму. Пара секунд — и пес внезапно сорвался с места, на полной скорости залетая внутрь территории. Переполошившиеся охранники на входе не смогли задержать, как они думали, хозяина этого животного, который с громкими криками «Стой! Стой, зараза!» забежал вслед за ним. Тревогу поднимать не стали, но тут же связались с другими постами внешнего периметра, сообщив о проникновении внутрь какого-то собачника с большим аргентинским догом серой масти. Тем временем Кейси, прилично поотстав от питомца, вытащил небольшой, с планшет размером, прибор, который предстояло подсоединить к «любому толстому проводу, который ты увидишь, Кейси». Так он и поступил, усмотрев на стене здания вполне подходящий под описание кабель. Сделав свое дело, он громко свистнул, подзывая к себе убежавшего слишком далеко Шторма. Погладив его по ушам, брюнет ласково заявил: — Хороший мальчик… Пошли отсюда, пока те милые ребята в форме охранников нас не выпроводили. «Остальное за вами, парни,» — на мгновение обернулся на небоскреб Джонс, с тревогой осознавая, что где-то внутри сейчас находится его друг. Кто знает, что с ним происходит… От дальнейших мыслей его отвлекли грохот и вспышки на периферии зрения. Похоже, фаза два плана по спасению началась, и лучше бы Кейси убраться отсюда подобру-поздорову, пока случайная взрывчатка не оказалась опасно близко к его местоположению.

***

«В кои-то веки этот болван все сделал правильно,» — ухмыльнулся Рафаэль, направляя выстрел чуть выше и дальше по двору особняка. По некогда зеленым лужайкам заполыхал огонь, а красивый скульптурный фонтанчик был разнесен вдребезги попавшей в отверстие взрывчаткой Дона. Но сохранность штаба фут совсем не волновала мутанта, который неловко коснулся бинтов на груди. Шреддер заплатит за все, а в особенности — за те раны, которые наверняка уже причинил старшему из братьев. — Раф! Рафаэль, возвращайся! Мы уже у входа в вентиляционную шахту. Поторопись! — голос Дона, раздавшийся из прикрепленной на руке рации, вывел Рафа из заторможенного состояния холодной ярости. Нужно торопиться. Черепашка сбросил лук и колчан с крыши, дождавшись звука столкновения с мусорным баком. Вряд ли футам придет в голову проверять свалки вокруг особняка, а надежнее спрятать просто нет времени. Быстро спустившись с крыши, ниндзя бросился к найденному остальными членами команды проходу. Он успел добраться до него как раз к тому моменту, как были восстановлены охранные системы небоскреба, с облегчением сообщил Донателло, помогая брату подняться в шахту. Проникновение завершено. Теперь предстоит только одно: найти Леонардо. Но проще сказать, чем сделать! Здание в сотню этажей, нашпигованное ловушками и сигнализацией, с кучей охраны и целой армией воинов внутри… Почти нереально. Но разве есть выбор? Разве не шел Лео на такой же риск ради них? Почему старший никогда не показывал и не говорил, что ему тоже было страшно идти на задание, заранее зная о сложности, почти невозможности успешного исхода? Раф не знал ответов на эти вопросы, но знал, кому может их задать. Поэтому карабкался вверх, раздраженно отвергая помощь братьев и учителя, и периодически выбивал решетки на вентиляционных отверстиях, чтобы взглянуть, что там, снаружи. Долго продолжать такое путешествие мутанты не могли, будь они хоть сто раз ниндзя, поэтому в одной из комнат просто выпали из трубы. Лежа на спине и пытаясь отдышаться, Рафаэль повернул голову налево, чтобы одним взглядом спросить у создателя этого плана, куда им идти дальше. Но Донни просто хватал ртом воздух, пока не сумел взять себя в руки. Понимая, как дорога каждая минута, он принялся просматривать схемы и чертежи на своем мини-компьютере. А остальные тем временем решили осмотреть помещение, в котором оказались. Просторное полутемное помещение, напоминающее холл во дворце. Множество статуй и картин на стенах, украшения в традиционно японском стиле, большой круглый стол с черной лакированной поверхностью и многочисленные лампады… Вполне обычный холл в доме богатого эмигранта из Японии. Много зеленого и черного цветов, иногда перемежающихся красными вспышками — символикой клана фут. Эти огромные уродливые знамена были как языки пламени, облизывающие пропитанную ложью, как оливковым маслом, комнату. — Наверное, это здесь Шреддер устраивает приемы с мэром города, — с презрением предположил Рафи, настороженно осматриваясь. Он чуял подвох, да и само помещение оказывало очень гнетущее воздействие на психику вспыльчивого мутанта. — Думаешь, мы настолько важные шишки? — немного дурашливо спросил Майки, картинно изображая радостную задумчивость. Сорвиголова усмехнулся, немного успокаиваясь. Умеет же этот болтун разряжать атмосферу! Решив не оставлять прикол без ответа, Рафаэль начал: — Ну, раз уж мы… — Раз уж вы здесь, вы станете прекрасным дополнением к моей коллекции трофеев, — хрипло сказал некто за их спинами. Очень знакомый некто. И, мгновенно готовясь к драке и выхватив оружие, Раф развернулся, чтобы увидеть ненавистное чудовище в прочных доспехах. Словно из ниоткуда вокруг небольшой команды спасения появились футы в количестве нескольких десятков. Точно никто из загнанных в ловушку мутантов сказать не мог, но Раф был готов отдать руку на отсечение, что их раза в два больше, чем в прошлое нападение на них с Лео. — Ороку Саки, — поприветствовал старого врага мастер Сплинтер, занимая оборонительную позицию плечо к плечу со своими детьми. На его лице не отражалась ни одна из бушующих внутри эмоций. Страх, отчаяние, волнение — все это может переждать, а пока необходимо сосредоточиться. И все же голос мастера ниндзюцу слегка задрожал от гнева, когда он продолжил, не отрывая пристального взгляда от скрывающихся за алыми визорами глаз противника: — Где Леонардо? — Там, где ты, жалкий грызун, не захочешь его видеть, — сощурился Шреддер, позволяя торжеству проскользнуть в хриплый рычащий голос, искаженный динамиками шлема. Он прекрасно понимал, что это туманное заявление разозлит и выбьет из колеи четверых мутантов, застывших сейчас перед ним. И рассчитывал уничтожить их… Морально и физически, отняв у них самое дорогое… — Что ты с ним сделал, урод?! — рыкнул Рафаэль, почти бросаясь вперед, но посох сенсея преградил ему путь. Учитель решил выждать дальнейших действий врага, чтобы строить стратегию боя, исходя из чужой тактики. «Что ж, неплохой ход,» — расхохотался воин в доспехах, поражая даже своих союзников — а точнее, слуг, — внезапной вспышкой веселья. Да, об этом плане знали очень и очень немногие… Только самые приближенные из слуг были в курсе проекта, на который было потрачено несколько миллионов долларов. Лишь незначительная часть состояния мистера Саки, но все же это немало средств. — Вы хотите забрать своего брата? — злорадно спросил мужчина, сам не совсем понимая, что его настолько развеселило. В глазах Шреддера загорелось предвкушение, — Попробуйте! Он поднял левую руку, блеснув лезвиями текаги в свете лампад. И тут же откуда-то с переплетения потолочных балок спрыгнула фигура. Светло-зеленая кожа, прямая осанка, две катаны в руках… Абсолютно белые глаза равнодушно смотрели на группу растерянных мутантов перед собой из-под угольно-черной повязки. Такие же черные ленты были повязаны вокруг рукоятей мечей, сейчас спокойно, почти расслабленно лежащих в ладонях Леонардо. Примечания *У самого Рафа подобный случай уже был, и это не тот опыт, которым сорвиголова хотел бы поделиться с братьями — имеется в виду серия с появлением киборгов-невидимок, когда Рафа поймали и Хан угрожал его распилить как минимум. Серия называется "Стать невидимкой" *о насильственном усыплении с помощью клофелина — клофелин — способ усыпления человека через напиток. Но я предположила, что в данном случае это вещество сначала развели в, допустим, воде, а потом уже заправили им дротик.