Блицкриг по-скиллиански

16.00-17.00

- Люди - фурункул на лице галактики! Протеане отвергли младшие народы: кроганов, ворка и людей!... Младшие народы погубят нас! Ибо это предсказано!.. Пришли времена предсказанные! Воспряньте! Пускай души ваши устремятся к боевой славе! Покайтесь, ибо конец света блиЖок!... Пророк прервал свою речь, так как неправильно произнес на общегалактическом последнее слово. Он еще раз повторил его, поразившись, насколько скуден и омерзителен этот язык, появившийся несколько сотен лет назад и основанный на азарийских, саларианских и турианских словах, как будто во вселенной больше нет никаких рас. Сначала он хотел записать свою речь на языке землян - но он был еще отвратительней, и Пророк отказался от этой затеи. Общегалактического вполне достаточно, чтобы большинство жителей Элизиума поняли. А родной язык он знал настолько плохо, что это ни в коем случае нельзя было демонстрировать в открытом эфире. - Покайтесь, ибо конец света блиЗок! - проговорил он в очередной раз, как вдруг его коммуникатор запищал. Проверив адресата, батарианец презрительно усмехнулся. Халиат. Пророк ненавидел всю человеческую расу и даже лидера пиратов, которому был вынужден подчиняться. Вынужден, так как собственные силы еще не возросли настолько, чтобы проявить открытое неповиновение. Когда-то Пророк был изгоем своего клана. Собственный народ отказался от него. И изгой не мог найти себе цели в жизни, пока не попал на Элизиум несколько лет назад. Тут он увидел возможность стать тем, кто поведет за собой массы. Вражда двух рас лишь укрепляла ненависть в сердцах батарианцев, облюбовавших эту колонию и втайне мечтавших заполучить её в свои руки. Пророк своими речами искусно сумел обратить копившуюся ярость своих сородичей из обычного чувства в клокочущий вулкан. Разумеется, не сразу он стал тем, кем стал. Потребовались долгие годы. Количество его последователей не было велико. Но полгода назад все изменилось, когда с ним связался Халиат. Он посвятил "святого" в свои будущие планы и предоставил возможность обрести настоящую власть. Финансовая подпитка пиратов помогла Пророку расширить поле для своей пропаганды и увеличить число последователей в десятки раз. Халиату нужна была сила внутри колонии, способная взять под контроль некоторые районы города и дестабилизировать колонию изнутри. Пока цель еще не была достигнута. Пророк подозревал, что "недотурианцу", как прозвал он про себя Халиата, нужна была лишь гарантия захвата города и пресечение возникновения оппозиции. Что ж, он мог не волноваться: Юго-западный район уже был в руках Пророка. И что сейчас хотел этот пират? Пророк активировал входящий сигнал, переведя его на старенький голопроектор. Тут же высветилась небольшая проекция размером с локоть, но из-за плохого качества Халиат приобрел почти комичные черты. Пророка это позабавило, но он спрятал свою насмешку. - Халиат, - склонил голову влево батарианец, хотя он совсем не хотел демонстрировать этот жест, так как искренне презирал своего сообщника. - Пророк, - отозвался пират. Голос у него был недовольным. - Я хотел бы знать, где генерал Шабах. Он не отвечает на мои вызовы. - Генерал сейчас недоступен для разговоров, - ответил батарианец. - Он возносит молитвы нашим богам. - Сейчас не время для молитв, - огрызнулся тот. - Солдаты Альянса по-прежнему в городе. Из-за них штурмующим отрядам пришлось сменить изначальный план захвата. Генерал Данака не справляется с наступлением. И мне нужен Шабах. Пусть заканчивает уже молиться и выйдет со мной на связь. - Я передам ему, что вы ждете, - примирительно заверил Пророк. - От вас пока толку тоже маловато. Вы уже захватили Промышленный район? - Пока нет, - требовательный тон "недотурианца" Пророку очень не понравился, но он сдержался. - Стоит ли напоминать, что мои последователи - лишь обычные жители? У них нет ни вашего вооружения, ни вашей защиты. Стычки с Сопротивлением обходятся нам большими потерями. - Вы же сами, как мне помнится, утверждали, что Сопротивление - это лишь жалкая кучка гражданских! - Так и было! Но лишь до тех пор, пока этот Шепард не открыл свой рот! Это вдохновило слишком многих его сородичей на борьбу! - нахмурился Пророк. - Вы обещали, Халиат, что раздавите солдат Альянса уже в первые часы нашей с вами операции! Так что это ваша неудача ставит под угрозу все наши планы! - Поосторожнее со словами, Пророк, - пригрозил пират. - Это я дал вам власть. Но я могу её и отобрать. "Уже нет", - хотелось возразить батарианцу, но он благоразумно промолчал. Еще не время. Молчание в ответ, очевидно, Халиата удовлетворило. Он кивнул. - Я уже на планете. Скоро сам прибуду в город и возглавлю штурм вместо Данаки. У вас еще есть время, чтобы разобраться с вашей задачей. - Мы все сделаем. Промышленный район скоро будет нашим, - уверил его Пророк. - Заодно я приказал найти и уничтожить этого Шепарда. - Шепарда предоставьте мне. У меня уже есть идеи на его счет, - возразил "недотурианец". - Я назначил награду за его голову, и скоро она будет болтаться на шпиле. А пока занимайтесь своими фанатиками, Пророк. И больше не смейте ни в чем упрекать меня - не то я разверну свои силы в вашу сторону! Связь на этом прервалась. И батарианцу уже не надо было сдерживать свои истинные эмоции. - Жалкий фурункул, - презрительно прошептал он и продолжил работать над своей речью, которую намеревался транслировать по всем доступным сетям.

***

- Грязная жаба, - выругался Эланус, отрубив голопроектор. Дышать было трудно. На Элизиуме стояла невыносимая жара. Как в таких условиях еще и сражаться, Халиат не представлял. Он не был военным и никогда не относил выносливость к своим преимуществам. Его главным оружием всегда были хитрость, подлость, внезапность. Он мог продумать план нападения и захвата, но сам в этом плане отводил себе скорее роль наблюдателя сверху. Он не хотел спускаться на планету, но проклятый альянсовец вынудил его. И теперь уничтожение этого лейтенантишки пират рассматривал как одну из своих приоритетных целей. Никто не смеет бросать вызов Эланусу Халиату и оставаться в живых! Беседа с Пророком тоже не принесла чувства удовлетворения. Грязная жаба, изображающая святого, хочет захватить город под свой контроль. Идиот. Не дождется. Эланус воспользуется его истеричными фанатиками в качестве тупой силы, а потом сотрет их вместе с остальными в порошок. - Халиат, - связался с ним генерал Данака. - Мы продвигаемся по Транспортной Магистрали двумя группами. Скоро достигнем центра. - Отлично. Я прибуду к вам через час. Может, чуть быстрее. Пока у меня есть другое дело. - Важнее, чем наше наступление? - Это одно из возможных решений, - огрызнулся пират и снова вырубил связь первым. Проклятые батарианцы! Они уже застряли у Халиата в печёнке! Сказывалась жара. Но больше - факт того, что все шло не по плану. Задержка высадки, проблемы со станцией "Молния", этот Шепард... Из-за этого грязного ублюдка пришлось даже высаживаться как можно дальше от города, чтобы ненароком не попасть в зону контроля ПЗО! Ну ничего. Через пару часов все будет кончено. - Эй, Васка, - передал он своему водителю в последнем оставшемся из двух купленных два месяца назад M-080. - Вези меня в здание городской ратуши. Пора приготовить сюрприз.

***

Дежа вю. Это была первая фраза, пришедшая на ум капитану Томасу Берингу, стоило ему заставить себя приоткрыть глаза. Снова над головой зависло яркое голубое солнце с желтоватыми проблесками, снова его куда-то тащили. Но на этот раз волокли не по земле, зажав шкирку мощной рукой. Покачивания иллюзорной "лодки" были плавными и приятными, а воздух пах смесью ароматов жженной резины, озона и еще каким-то знакомым, но еле уловимым запахом. "Доверься Ему, милый", - по-прежнему просила жена Тильда глубоко в подсознании, ведь Беринг уже махнул на себя рукой. Он чувствовал себя так, словно его пережевал элкор. И это было странным, ведь после такого никто не мог выжить. Открыв глаза, капитан огляделся. И тут же наткнулся на резкий неприятный взгляд четырех глаз перед собой. Это заставило его дернуться, а его руки - искать свой пистолет. Однако чья-то нежная ладонь опустилась на грудь, сдерживая его и без того тщетные попытки к сопротивлению. - Все хорошо, - теплый женский голос успокаивал на общегалактическом языке. - Это мой брат Лахто. Он не причинит вам вреда. - Где... я? - не понимал Томас, все еще пытаясь подняться. - Кто вы такие? Что вам нужно? Над ним склонилась батарианка с потрясающе красивым для этой расы лицом и непривычно добрыми золотисто-черными глазами. Она сделала какой-то жест, и "лодка" перестала покачиваться. А потом некто по имени Лахта опустил её на землю, и капитан наконец сообразил, что его несут на самодельных носилках. - Меня зовут Эка, - представилась инопланетянка. - Это мой брат Лахто. И отец Бахак. Наш клан именуется Кра'Ратна. Мы нашли вас, когда вы истекали кровью. Я остановила кровь, но я не врач и больше ничего не могу. Только ввести еще одну дозу панацелина. Она у нас последняя, но если вам больно... - Мне чертовски больно, - не стал юлить Беринг, ощупывая себя. Рана от резотрона была еще свежей, но кровь остановил гелеобразный панацелин. А вот живот почти посинел. Заглянув туда через дыру в прослойке брони, мужчина простонал. - Прошу вас... введите панацелин. Геройствовать под натиском такой боли не получалось. Да и смысла не было. Батарианка вытащила из сумки шприц с жидкостью и уже хотела было ввести в вену человеку, как тут брат схватил её за руку и выдал недовольную и нечленораздельную фразу. Капитан не понял ни слова, кроме двух вещей: этот причмокивающий, отвратительный человеческому слуху звук был батарианским языком, а встроенный переводчик в ухе Беринга - последний писк моды, купленный Тильдой "на всякий случай" за бешеные деньги - дал сбой. Эка ответила что-то, потом вырвала руку и поставила укол. Её брат красноречиво скорчил и без того не самую приятную физиономию. Берингу сразу же стало лучше. Боль постепенно отступала. - Где мы? - спросил он, оглядевшись, и сразу же вспомнил, что за знакомый запах щекотал ноздри. Запах перерабатываемого нулевого элемента. - Промышленный район, - уже предсказуемо ответила батарианка. - Нам нужно идти дальше. Нельзя надолго останавливаться. Прежде чем капитан успел задать другой вопрос, двое пришельцев подняли носилки и понесли вперед. Взгляд недружелюбных четырех глаз Лахто изрядно беспокоил. - Зачем вы помогаете мне? Женщина... самка - Беринг не знал, как именуют женскую особь в батарианском обществе - негромко пояснила: - Мы живем здесь почти с самого основания. Это наш дом. Мы не хотим ввязываться в политические игры людей и своего народа. - Это пираты, - выдохнул капитан. - У них нет народа. - Тем более, - подтвердила она. - Ваши солдаты эвакуируют гражданских. Мы направляемся туда, чтобы спрятаться в горах, пока все не закончится. Мы как раз решали этот вопрос, когда... когда появились вы. Мы могли оставить вас и уйти. Но я уговорила отца помочь. - Спасибо. - Это не ради вас. А ради того, чтобы ваши солдаты-люди приняли нас. Беринг нахмурился. - Но, кажется, ваш брат с таким решением не согласен. - Лахто еще молод, - покосилась правыми глазами батарианка на идущего сбоку. - В нем живет жажда приключений. И наивность. Он полагает, что Пророк - это воплощение Кха'Раго - бога свободы. Батарианец впереди, которого Беринг не видел, издал некий звук, похожий на насмешливое "кхм". Эка великодушно прокомментировала. - На самом деле, это не так. Пророк - такой же смертный, как и мы. - Еще бы, - вдруг раздался хрипловато-низкий голос невидимого. Должно быть, это её отец Бахак. - Я знал Пророка еще до того, как он назвал себя так. Он влачил жалкое существование на Кхар'Шане, предал свой клан, за что был изгнан. Потом как-то оказался здесь в образе Пророка и за несколько месяцев обзавелся своими слушателями. Поливать грязью людей - вот все, что он умеет. Но такие речи популярны сейчас. И поэтому у него много последователей, точнее - фанатиков, которым он внушает, что люди - это скверна, и борьба с ними, даже самыми ужасными методами - это благо. И многие его слушают. А на самом деле он лишь вселяет ненависть в сердца своих сородичей, особенно молодых... - Откуда ж он взялся-то, - выдохнул Беринг, скривив лицо от эха боли, когда носилки сильно качнуло. - Он взялся из глупости и ненависти, - пояснил философски Бахак. - Все казалось безобидным, пока пару месяцев назад его последователи не начали устраивать беспорядки в колонии, причиняя мирным жителям, таким как мы, убытки и неудобства. Полиция с ними справлялась. Но очевидно, это была лишь разминка перед сегодняшним днем. Он смолк, а капитан не стал больше ничего выпрашивать. Обезболивающее уносило его в свои мысли, туда, где он был со своей женой и еще не рожденным ребенком. Вот они втроем покупают себе большой дом в пригороде Кливленда, откуда он сам был родом; вот он учит своего сына или дочь рыбачить на озере; вот они вместе едут на просмотр любимого фильма... Беринг плавал в своих фантазиях еще какое-то время, пока вдруг не почувствовал, что носилки оказались на земле. - Почему... мы остановились? - прошептал он, ища глазами Эку. Она стояла в нескольких метрах и пыталась разнять спорящих на своем языке отца и сына. Спор, впрочем, длился недолго, и наконец она вернулась. - Впереди одни баррикады, а значит, там можно встретить последователей Пророка, - пояснила она. - Это может быть опасным. Они посчитают нас предателями, раз мы помогли вам и не хотим вмешиваться в их войну. Придется обойти. Так дольше, но безопаснее. Беринг оглянулся. Из жилой зоны огромного города они переместились в столицу заводов, фабрик и нехитрых построек, предназначенных для ночевки рабочих. Откуда-то издалека доносился звук стрельбы и взрывов, но определить направление не получалось: то ли от расплывающегося сознания, то ли от многочисленных непрекращающихся стычек вокруг. - Идем в обход, - вернулся Бахак и взялся за носилки. Лахто последовал его примеру, но физиономия у него была еще менее довольная. - Откуда вы знаете, куда вообще идти? - не понимал Томас. Батарианка тепло улыбнулась, став по-настоящему красивой. - Ваш акра указал нам путь. - Акра? Кто это? - Военачальник, - подобрала она нужное слово. - Лейтенант Шепард. Он или его солдаты повесили знаки на Головизионной башне, указав направление таким, как мы. Вот, смотрите, - она вытянула руку, и, напрягая зрение и чуть приподнявшись, Беринг увидел башню, на которой было прикреплено полотно с изображением символа Альянса. - Что за глупость, - не поверил раненый. - Он ведь просто крест поставил туда, куда стрелять нужно. - Я слышал, что солдаты захватили станцию "Молния", - встрял Бахак. - А значит, небо безопасно. Томас выдохнул. Если так, то Шепард не просто идиот. Он к тому же герой. Глядя на прекрасное голубое небо, Беринг не на шутку задумался о том, что он здесь делает. Он давно уже должен был умереть. Но по счастливой случайности его спасло звание, потом - нож Шепарда, услышанная речь, и наконец - представители народа, которых он всегда воспринимал скорее как врагов, нежели друзей. Могли ли это быть простые совпадения? Или все-таки Он присматривал за Томасом Берингом? Тильда дала бы однозначный ответ. Она была настолько поглощена религией и верой, что воспринимала малейшие сомнения своего мужа хоть и с пониманием, но скорее - со снисхождением. "Доверься Ему, Томас", - шептала она снова и снова в мыслях, и Беринг сдался: будь что будет. Их маленькая группа резко остановилась. По выражению лица батарианки капитан сразу же понял, что дела плохи. Ну вот и ответ свыше. Кажется, в планах вездесущего Бога Тильды добить её мужа и в придачу несколько мирных батарианцев. - Отдайте нам альянсовца! - раздался чей-то неприятный низкий голос, и Беринг почувствовал, как по коже пробежали мурашки. В таком состоянии он даже котенку не сможет дать отпор, а, судя по выражению страха на лице батарианки, их встретила группа. Капитан не мог посмотреть, лежа на носилках. - Мы несем этого человека к врачу, - произнес Бахак, и Томас был несколько поражен, каким спокойным голосом батарианец это сказал. - Он ранен. Ему нужна помощь. Ради нашей богини Хе'крата, пропустите нас. - Мы сами ему поможем, - отрезал голос. - Положите его на землю. А сами отойдите вон к тому зданию. И повторять я не буду. Кажется, на семью Кра'Ратна навели оружия, так как Эка тихо воскликнула и сделала шаг назад. - Делайте, как они сказали, - прошептал Беринг, понимая, что из-за него они рискуют своими жизнями. - Положите меня на землю. И уходите. - Бахак Кра'Ратна никогда не бросает тех, кто нуждается в помощи, - твердо заявил батарианец, не дрогнув ни мускулом. - Старик, ты хочешь, чтобы мы преподали тебе урок? - рявкнул неизвестный, потом послышался звук быстрых шагов, и в то же мгновение звук удара. Бахак резко осел вниз, а Беринг на носилках упал на землю, так как Лахто полез защищать отца. Завязалась короткая потасовка, смешанная с ливнем батарианского языка, жестов и восклицаний. Но закончилась она также быстро, как и началась: троих оттащили в сторону пираты - или же фанатики - и приставили к стене одного из домов, что Берингу сразу же не понравилось. Он попытался встать, но организм протестовал: внутренности как будто готовы были вылезти наружу, дыхание перехватывало, голова кружилась. - Что вы собираетесь делать? - пораженно прокричал Лахто на общегалактическом, закрывая свою семью. - Мы же так не договаривались! - Так это ты?... - вцепился в него отец и затряс. - Ты предал нас? - Я сделал только то, что должен был, чтобы защитить нас! - Пророк не прощает тех, кто помогает врагу, - послышался насмешливый ответ, и в ту же секунду Беринг с ужасом узнал звук автоматического прицеливания на винтовках. - Прошу... не надо... - зашептал он, пытаясь встать, но сил не было. Тогда он развернул голову и увидел перекошенное страхом лицо Эки за плечом своего отца. Вот и весь ответ. Спасибо, Всевышний. Но, кажется, Тот припас самое интересное напоследок: откуда-то сбоку раздались выстрелы, и по пораженным крикам фанатиков Беринг сообразил, что стреляют не они. Знакомый звук упавшей гранаты - и яркая вспышка озарила все вокруг, ослепив всех, включая и фанатиков. Снова выстрелы, более четкие, продуманные, уже из пистолетов. И стоны раненых. Перед глазами капитана все поплыло. Он видел лишь голубое небо над собой, уже в очередной раз приготовившись умереть. Как вдруг небо закрыла чья-то голова в шлеме. Кто-то склонился над ним. - Господи Иисусе... - пораженно прошептал неизвестный, потом быстрыми движениями снял свой шлем, и Беринг наконец-то узнал это лицо. Капрал ВКС Альянса Систем Берк Ли, 205ый взвод 103его дивизиона! - Капитан, это вы? Мы думали, что вы мертвы! - Спасибо, Тильда... - прошептал Беринг, сразу же почувствовавший себя как дома. - Спасибо, Господи.

***

Диана Аллерс готова была скрести ногтями о стены от неопределенности собственной судьбы. Еще полтора часа назад солдаты отвели её в эту камеру, где не было ничего, кроме голых стен и унитаза, и с тех пор никто даже не поинтересовался о её самочувствии. Пилота Крука отвели в другую камеру - и больше о нем ни слова. Впрочем, Аллерс не сильно переживала по поводу его участи, так как куда больше её волновала мысль, что собираются сделать с ней. Вариант со страшным словом "ликвидация" она даже не рассматривала. В конце концов, это же Альянс. Тот самый, гражданкой которого она и являлась, на благо которого трудилась и вообще который должен был её защищать, а не закрывать в какой-то камере неизвестно где! "Эх, Далем, увидимся ли мы когда-нибудь снова...", - пронеслась в голове совсем уж унылая мысль, и журналистка прогнала её прочь. Прочь! У неё было время, чтобы все обдумать и рассмотреть факты со всех сторон. Факты, факты, факты. Второй Флот в системе Ветус. Тайно. У ретранслятора их пытались убить незнакомые истребители. Явно не Альянс. Тогда кто? Элизиум не отвечает. Ария Т'Лоак что-то знала... В этот момент перечисления всех имеющихся фактов дверь камеры открылась, и вошел офицер в стандартной флотской форме и с нашивками старшего лейтенанта. - Мисс Аллерс, прошу за мной, - требовательно произнес он, даже ничего не спросив и ничего не пояснив. Диана колебалась, так что офицер, сдержав вздох, коротко заметил: - Вас ждут для беседы. Беседа - это хорошо, решила журналистка и сделала первые шаги. Офицер молча повел её по палубам дредноута со звонким названием "Эльбрус", куда принудительно в один из доков была посажена личная яхта компании вместе с двумя пассажирами. Аллерс успела покопаться в памяти и найти когда-то прочитанную о дредноуте информацию. Кажется, он принадлежал к серии дредноутов "Эверест" и являлся одним из трех выпущенных Альянсом на верфях Сатурна. Больше Аллерс ничего не могла вспомнить. И сейчас, стуча каблуками по покрытой металлическими листами и слегка обшарпанной палубе корабля, досадовала на то, что когда-то не прочитала больше. Её провели в небольшую комнату, отличавшуюся от камеры лишь размером и наличием стола и двух стульев. И камерой видеонаблюдения под потолком. Никаких удобств. - Присаживайтесь, - указал на стул лейтенант и быстро ушел. Здесь было прохладно, и женщина быстро замерзла. Она обняла себя руками, чтобы хоть как-то согреться. В этот момент в помещение вошел невысокий пожилой мужчина в адмиральской форме. Лицо его было испещрено морщинами, на висках серебрилась седина. Держался он очень властно и прямо - Диана сразу же узнала эту спокойную, слегка пружинистую походку. В новостях этот мужчина появлялся часто. Адмирал прошел к стулу напротив и молча сел. У журналистки появилось странное навязчивое чувство, что он ждет её первого вопроса. Однако это чувство быстро рассеялось, когда мужчина заговорил первым: - Вы знаете, кто я, мисс Аллерс? Диана сглотнула от волнения. Она еще никогда не имела шанса говорить не просто с военным такого класса, но с человеком, которого по праву считали героем Войны Первого Контакта. То, что он возглавлял Второй Флот, не было для неё секретом. Неожиданностью стало лишь то, что он сам решил с ней поговорить. - Адмирал ВКС Альянса Систем, командующий Второго Флота Кастани Дрешер. В школе я как-то писала про вас доклад. - Весьма польщен, - слабо усмехнулся он. - Знаете, вы оказались для меня большой неожиданностью. Меня трудно удивить, но вам это удалось. Что здесь делает журналистка на яхте, зарегистрированной на вашего редактора, некоего мистера Холланда, и являющейся собственностью компании "Новостная сеть Альянса"? - На нас напали, когда мы вышли из ретранслятора, - принялась объяснять Диана. - Нам удалось убежать через астероидное поле. Потом мы взяли курс на Иоппу. И вот мы здесь. - Да, ваш пилот уже рассказал мне о ваших злоключениях, - кивнул Дрешер. - Как рассказал и то, что вы направлялись на Элизиум. Крук Дональдс также сообщил, что нанят вольным пилотом вашей компанией и получил приказ готовиться к вылету за полчаса до вашего появления. Даже времени ему не оставили, чтобы вещи собрать. Куда вы так спешили? - Я... - вдруг сбилась Диана, ощутив какую-то угрозу. Как будто её в чем-то заподозрили. - Я всего лишь хотела быстрее улететь, пока мистер Холланд не передумал. Всего-навсего. Я получила редакционное задание проверить, что происходит на Элизиуме. - А что, по-вашему, происходит на Элизиуме? - поднял он бровь, втыкая в неё свой внимательный взгляд. - Не знаю... - выдохнула женщина, слегка растерявшись. - Я думала, вы мне расскажете. Просто я наткнулась на некоторые данные, меня смутившие, и уговорила мистера Холланда дать мне это задание. - Какие данные? Диана быстро пересказала ему все свои "аргументы", как однажды проделала это со своим редактором. И если мистер Холланд отмахнулся от всего услышанного, посчитав её сведения и догадки полной ерундой, но все же давший ей это задание, скорее, чтобы избавиться от неё ненадолго, то адмирал Дрешер выслушал её с серьезным и даже заинтересованным лицом, без тени насмешки или скепсиса. Выдав все, что она знала, Аллерс откашлялась, так как голос внезапно охрип. Адмирал заботливо подал знак на камеру, и через какое-то время принесли стакан с водой. - Спасибо, - поблагодарила Диана. Очевидно, ликвидировать её не собирались. Все-таки это не пираты. - Я поражен, мисс Аллерс, - наконец, произнес адмирал. - Вы сработали намного лучше, чем некоторые из Разведки. И будь вы военной, я повысил бы вас в звании. - Правда? - удивилась женщина, не спеша, впрочем, радоваться. Все равно форму она не носит. - Но так как вы журналист, да еще и очень любопытный, боюсь, судьба вас ожидает печальная, - продолжил адмирал, заставив Диану побледнеть. - Что... что вы говорите? - Вы - как заноза в заднице, мисс Аллерс, - голос Дрешера стал жестким. - И теперь у меня появилась проблема, которую мне предстоит решить. Звучит она так: что с вами делать? - Отпустить, - буркнула женщина, ставя стакан обратно на стол. - Не могу, - покачал головой тот. - Давайте я вам кое-что расскажу. Официально Второй Флот базируется в системе Утопия, о чем вы сами уже упомянули. Внутренняя версия, известная команде, зафиксированная во всех приказах и протоколах, а также в бортовом журнале, звучит примерно так: флотилия, отколовшаяся от основного Флота, была перенаправлена к планете Иоппа, так как были получены разведданные о готовящемся пиратском нападении на эту планету и захвату её территорий вместе с заводами, добывающими гелий-3. - Но есть еще и третья версия, не так ли? - слабо улыбнулась Диана, начиная потихоньку соображать, к чему клонит адмирал. - Именно. Но о ней во всех официальных источниках Альянса будут молчать. И это входит в список моих прямых обязанностей - не допустить никакой огласки. Все члены моего экипажа давали присягу хранить молчание о своих заданиях и перемещениях флота, даже самые сообразительные. А вот вы такой присяги не давали, что довольно прискорбно. - Так вы знаете, что происходит на Элизиуме... - пораженно прошептала Диана. - И вы это допускаете. - Разумеется, это не моя идея, - нахмурился Дрешер. - Но я служу Альянсу, и если Командование решило, что нападение на колонию сулит политические выгоды всему государству - я буду следовать приказам. - Но как такое возможно... - не понимала журналистка. - Пираты захватывают колонию, а Альянс ничего не делает? - Соображайте лучше, мисс Аллерс, - строго велел он. - Для чего, по-вашему, мы здесь прячемся? Как раз для того, чтобы разбить пиратов и не дать им уйти через ретранслятор. В этом противостоянии нам нужна победа. Но с привкусом крови. - То есть вы умышленно сидите тут сложа руки, пока на планете убивают гражданских? - задала вопрос женщина, не веря своим ушам. Еще больше не веря тому, что ей вообще это рассказывают. Это наводило на определенные нехорошие мысли. И снова из памяти всплыло страшное слово "ликвидация", теперь уже не показавшееся ей таким уж невозможным. - Отбросьте ваши эмоции, - сказал Дрешер, как приказ отдал. - Вы же умная женщина. Вы должны понимать, что иногда цена, которую мы платим, оправдывает те результаты, которые мы получаем. Альянсу нужен Скиллианский Предел. А для этого Альянсу нужен мощный толчок, и - что важнее - оправдание в глазах галактического общества. И, к слову, в политике применяется это уже не в первый раз и не только нами. Да и у нас был пример высокой эффективности такого подхода. Вы же писали доклад. Должны понять, о чем я. Диана с изумлением посмотрела в глаза адмиралу, как будто все еще не могла поверить, что Санта-Клауса не существует. Неужели Дрешер говорит о захвате Шаньси и Войне Первого Контакта? А ведь именно Второй Флот прибыл на помощь колонии и тоже под его командованием! Как под копирку! - Только не говорите, что случившееся с Элизиумом было опробовано на Шаньси, - выдохнула она пораженно. - Не совсем. В Шаньси все получилось случайно. Но Командование хорошо усвоило урок. Вспомните, какие преимущества открылись перед нами после Войны Первого Контакта: Альянс прогремел своей силой на всю галактику, заявил о себе и своей способности отстаивать интересы, турианцы выплатили нам немалые репарации, и мы довольно быстро влились в галактическое общество как сторона, понесшая несправедливые потери... Скиллианский конфликт слишком затянулся. Иногда нужно пустить кровь, чтобы с ней вышел и весь гной. Мисс Аллерс, вы не задаете себе вопроса, зачем я вам это рассказываю? - Задаю, - совсем испугалась она, снова почувствовав жуткий холод. - Теперь, когда вы разрушили мои иллюзии, я не строю иллюзий относительно своего будущего. - Ну что вы, - вдруг мягко улыбнулся Дрешер. - Никаких радикальных мер я предпринимать не стану. Все-таки я военный, а не пират. Но ваше вмешательство может выйти боком, как мне, так и вам. Но прежде всего вам, если вдруг вы осветите в прессе то, что я только что вам рассказал. Диана, - тон адмирала стал еще мягче, и мужчина чуть подался вперед. - У вас есть только два пути выхода из этой ситуации. Первый, тот, к которому взывает ваша совесть - это все рассказать гражданам Альянса и галактики. Но, поверьте, это ни к чему не приведет. Вас просто раздавят, и вы не сможете сопротивляться под таким давлением. Они - и говоря "они", я имею в виду таких, как, например, адмирал Райс, о ком вы тоже, возможно, слышали - перевернут все с ног на голову, сделают вас сумасшедшей и запрячут в психушку. Сколько бы там ни кричали, пытаясь рассказать правду, эта правда будет никому не интересна. Даже если кто-то в неё поверит, таких будет слишком мало. Граждане, в основном, не желают впутываться в политические игры и напрягать свой мозг, чтобы читать между строк. Мистер Холланд уволит вас, потому что на него надавят сверху, ни один работодатель не возьмет вас в свой штат, поскольку репутация ваша будет уже омрачена скандалом, наркотиками или еще чем-нибудь, вы станете никому не нужной. Вас смешают с грязью, превратят в умалишенную или того хуже - посмешище. Вам по душе такая перспектива? Пока он это говорил, воображение Дианы немилосердно рисовало безрадостные картины: вот она пытается доказать правду, ссылаясь на мелкие факты, Крука, Арию Т'Лоак или бортовой журнал яхты, который наверняка уже стерт, - а в ответ над ней смеются, потешаются, как над клоуном. Если даже мистер Холланд не поверил её "аргументам", то кто поверит вообще? Дрешер добился нужного эффекта: напугал её до чертиков. - Но есть и другой путь, - предложил он, как будто из самых мрачных закоулков выглянуло солнце. - Другой? - Диана почувствовала слабую надежду. - Да. Вы можете стать первым корреспондентом, осветившим события на Элизиуме. Стать первой, кто расскажет об ужасном нападении пиратов, кто осветит невыносимые страдания простых жителей, кто с гордостью покажет гражданам Альянса и всей Галактики, как Второй Флот прибывает на помощь жителям колонии и доблестно сражается за них. Вы получите уникальные кадры с полей сражений. Найдете того человека, которого назовете героем и про действия которого будете рассказывать с проекционных экранов головизоров на завтрак, на обед и на ужин. Вы сделаете себе имя, и оно прозвучит очень весомо: военный корреспондент Диана Аллерс. Единственное, что от вас потребуется - это осветить события так, как вас об этом попросит Альянс. И молчать о нашем сегодняшнем разговоре. Если вы будете соблюдать эти условия, довольно простые, на мой взгляд, то станете для Командования просто незаменимой. Вам откроют дорогу туда, куда обычным журналистам она закрыта. Вы станете первой, кому будет позволено заглядывать в святая святых: на Флоте, на Земле, где угодно, где Альянс будет иметь такую возможность. Это куда приятнее, не считаете? Диана совсем растерялась. Только что адмирал озвучил ужасные последствия её действий под натиском совести и данной журналистской клятвы, а теперь предлагал не только спасительную соломинку, но и просто огромные перспективы для её карьеры! Для этого нужно будет всего лишь промолчать. Точнее, говорить только то, что можно будет говорить. - Но Крук... - начала она тихо, на что Дрешер улыбнулся, уже почувствовав её согласие. - О нем не беспокойтесь. Он уже дал свое согласие на зачисление в экспериментальную и лучшую летную программу Альянса по подготовке пилотов. Его перспективы тоже весьма радужные. Ему уже обеспечили льготы и стипендии, летные часы и карьеру отличного пилота - а прохождение через пояс астероидов, знаете ли, рискованная вещь - а в будущем, возможно, в его руки передадут какой-нибудь "самый лучший корабль Альянса". Но чтобы вы не опасались, сообщу, что с ним разговор был гораздо короче. Неплохой парень, но не слишком-то умен. Он вообще не спрашивал про Элизиум. Также вам не стоит беспокоиться и о мистере Холланде. Он отправил вас на задание. Вы оказались просто в нужном месте и в нужное время. А я разрешил вам осветить события. Ваши репортажи станут хитом. И ваш редактор, который еще совсем недавно хотел избавиться от ваших догадок, станет умолять вас остаться работать именно на него. А хотите - мы сделаем вас саму редактором. Будете сидеть в офисе вместо мистера Холланда. - Нет, спасибо, - покачала она головой. - Я люблю путешествовать. - Диана... - Дрешер снова назвал её по имени и посмотрел прямо в глаза. - Я правильно вас понял, что вы выбираете второй вариант? Клятва журналиста удерживала Аллерс от немедленного согласия лишь несколько минут. Наконец, женщина опустила голову и кивнула. Адмирал удовлетворенно улыбнулся. - Вот и замечательно. У нас в запасе еще есть пара часов, чтобы обсудить детали. - Но чего вы ждете? - Сигнала, - любезно пояснил Дрешер, очевидно, уже полностью убедившись, что она на его стороне. - Мы направимся на Элизиум только в трех случаях. Первый - если Альянс получит просьбу о помощи. Второй - когда пройдет 12 часов, которые по инструкциям ВКС должны пройти, если населенный пункт не выходит на связь и тогда, и только тогда, мы имеем право отправить разведчика. И третий - если получим информацию о том, что пираты собираются покинуть колонию. - Но... от кого вы получите эту информацию? Дрешер снова улыбнулся, но как-то холодно. - Привыкайте к тому, что многие вопросы будут оставаться без ответа, мисс Аллерс. И еще, очень важное, о чем я должен предупредить вас: если вдруг Альянс узнает, что вы рассказали кому-нибудь о нашем с вами секрете - сделке конец. Никаких вторых шансов не будет. Никакого первого варианта. Вам просто не дадут рта раскрыть, прежде чем решат проблему по-своему. И полагаю, решать её будет тот самый адмирал Райс. А вам совсем не захочется узнавать, каким образом он решает проблемы. Вам это ясно, мисс Аллерс? Диане показалось, что её горло сжали железные государственные тиски. И все же ей слишком хотелось жить и жить хорошо, чтобы почувствовать в себе стремление ослушаться и пойти с ножом против огромного бронированного танка. - Все предельно ясно, адмирал Дрешер. Я готова сотрудничать.

***

Второй опорный пункт - закреплен. Линия растянута, но не слишком сильно, чтобы не допустить прорыва. Снайперы на местах. Магистраль предварительно очищена от гражданских и заминирована с помощью самодельных растяжек. Прилегающие переулки перекрыты обломками зданий и аэрокарами, чтобы направить пиратов по нужному пути. Путь отхода открыт - а Шепард, перечисляя в голове все принятые меры в условиях жесткой экономии времени, был уверен, что отступать в любом случае придется. Их задача сдержать наступление. На большее его группа была неспособна. При всем желании солдат сражаться трезвую оценку их боеспособности и потенциала никто не отменял. Надо заметить, ни один не ушел после случившегося с пленной батарианкой. Вряд ли действия старшего офицера можно было назвать благородным поступком. Черт, это нельзя было назвать даже приемлемым поступком! Расстреливать пленных - к такому даже сам Шепард, как он полагал в начале, был не готов. Но чтобы играть по-крупному, нельзя бояться замарать руки. Симонс была хорошим солдатом. И если бы не это нелепое неблагоразумие, стоившее ей жизни, сейчас этот хороший солдат стоял бы на рубеже, чтобы пролить кровь в бою. Только так и должен погибать солдат. В бою. Не от взрыва гранаты фанатичной батарианки с промытыми мозгами, не от мощных лап яга или случайного падения кирпича. В какой-то мере, больше или меньше, Шепард чувствовал вину за смерть каждого своего солдата. И сейчас он должен был доказать всем и самому себе в первую очередь, что эти жертвы были не напрасны. - Доложить о готовности. Прием, - передал он по рации. Он и двое его солдат сидели в укрытии по фронту предполагаемого продвижения колонны пиратов на втором ярусе небольшого строения, в обычной жизни - пропускного пункта Магистрали, где каждый водитель был обязан продемонстрировать свой пропуск или желание заплатить за проезд. Здание было укреплено с помощью аэрокаров и большого аэроавтобуса; работающего, впрочем, с небольшими сбоями, кинетического щита на втором ярусе и небольшой автономной турелью, калибра "я только царапаться умею", но сейчас даже такой калибр оказался весьма кстати. По правому флангу обосновалось звено сержанта Бейтса, отвечающее, коль скоро опыт имелся, за эффектные и - что немаловажно - своевременные взрывы от растяжек. Бейтс в своей обычной манере, то есть с помощью благих матов, велел МакГи "не облажаться на этот раз", хотя еще пять минут назад упоминал своему командиру, что хотел бы приставить рядового к повышению и награде, если "нам не наступит то самое, сэр, неприличное". Левый фланг занимал капрал Йетти со своим звеном, в чьи обязанности входило воспользоваться гранатометом тогда, когда в этом будет необходимость. То есть сразу и желательно в цель. А также вести огонь, пока не будет получен другой приказ. Патрульный Дормен, в меткости чьих глаз уже все имели возможность убедиться, отвечал за звено снайперов. Они спрятались где-то на крышах. - "Красное звено" готово. Прием,- доложил Бейтс. - "Синее звено" готово. Прием, - отозвался Йетти грубым голосом после некоторой заминки. Он все еще не отошел от смерти Симонс. Наверняка, винил во всем себя, как и лейтенант. Последний только надеялся, что это подстегнет капрала к активным действиям, а не повергнет его в пучину жалости к самому себе. Сам Шепард еще не определился, есть ли у него вообще время и право думать о чем-то, кроме предстоящего боя. Даже мысли о судьбе Мэй он засунул глубоко в "карман". Так как внутреннюю связь между звеньями они поддерживали только с помощью раций, а на Дормена не хватило, с крыши одного из боковых зданий мелькнул три раза зеркальный блик. Его звено, состоящее аж из трех снайперов, тоже было готово. - Инкас, докладывай. Прием. - Мы готовы к встрече гостей, сэр. Прием, - раздался в ответ голос второго лейтенанта, чье отделение заняло станцию "Молния", чтобы встретить группу зачистки пиратов, направившуюся к ним. - Инкас, если станет жарко, ты знаешь, что надо делать. Прием. - Знаю, сэр. Удачи вам. Прием. - Лейтенант, - вклинился в передачу Бейтс. - Дормен передает со своей позиции, что до контакта минут пять-семь!...Три "Мако"!.. Три тяжелых робота!.. Около тридцати ходячих!.. Замыкает M-080!.. Хрен знает, почему замыкает!.. Через несколько секунд Бейтс опомнился и добавил: - Прием! Шепард усмехнулся. Обаяние сержанта трудно переоценивать. Однако новости были не просто плохими - катастрофическими. Джон ожидал чего-то подобного, но все-таки внутренне надеялся, что им дадут пострелять подольше, прежде чем придется сверкать пятками. Черный юмор так и лез наружу, стоило подумать о соотношении сил. - Внимание, готовность пять минут. Открывать огонь только по моей команде, - передал он. - Инкас, рули своим балом. Тебе тоже удачи. Прием. Пять минут ожидания. Шепарду уже казалось, что он кожей ощущает тяжелую поступь трех тяжмехов и трех десятков пиратов вкупе с вибрацией крутящихся мощных колес M-080. Интересно, какой идиот среди пиратов и почему придумал, что самая мощная машина замыкает колонну? Внезапно инструментрон на левой руке просигналил о принятии сообщения. Шепард нахмурился, глядя на мигающий огонек и соображая, что все это может значить. У пиратов было всего три сети: одна зашифрованная, очевидно, для их переговоров, две другие - для зомбирующих трансляций то сообщений Халиата четырехчасовой давности, то пропагандистских речей Пророка, призывающих убивать всех "человеческих тварей", то призыв какого-то генерала "найти и отрезать голову этому Шепарду" за несколько тысяч кредитов. Такая популярность среди пиратов Джона стала почти забавлять. В ответ на каждое такое сообщение он снова загружал в сеть запись своей речи. Клочкову бы понравилось. Но только что полученное сообщение было новым. Еще до того, как открыть его и прослушать, у Шепарда засосало под ложечкой. "Говорит лидер Объединенных пиратских сил Эланус Халиат, - запись с низким хрипловатым голосом, так похожим на турианский, снова завладела вниманием и прозвучала поразительно спокойно. - Шепард, кем бы ты ни был, тебе не выстоять. Я снова предлагаю тебе сдаться. Обещаю, что твоих солдат я не трону. Но твоя голова мне сейчас просто жизненно необходима. Уже придумал, как ею украсить свою каюту. Поставлю твою башку на столе, а в твои глазницы воткну ножи. Хочу верить, что ты не позволишь страху перед смертью пересилить бремя ответственности за жизни своих солдат. Будь храбрецом и подари им жизни. Пусть сдадут оружие и убираются, куда хотят..." Шепард тихо выругался. Этот сукин сын сумел преподнести свои условия так, что отказ от них породит не столько вопросы у солдат, сколько у гражданских, которые непременно спросят себя, а не испугался ли лейтенант Шепард, пообещавший защитить их, такой малоприятной участи? Кем бы ни был этот пират, соображалка у него работала. "Чтобы помочь тебе с мотивацией, я кое-что тебе приготовил, - продолжал Халиат на записи. - Со мной тут двенадцать членов городского совета: семеро мужчин и пять женщин. Многие из них плачут прямо у моих ног, умоляя их отпустить. Хочешь послушать? Как насчет вас, дамочка?... - в этот момент послышался плач какой-то женщины и короткий диалог: - Хочешь попросить Шепарда спасти свою жизнь, а? А ну проси, сука!... - По...пожалуйста... у меня... двое детей...лей...тенант..." Какое-то время слышался только плач, крики и звук наносимых ударов, а потом снова раздался, уже не прикрываясь хладнокровием, голос Халиата: "У тебя три минуты, Шепард. Иначе я убью их всех". Прием сигнала закончился, а Джон несколько резиновых секунд смотрел на свой девайс. Если пять минут назад он наивно полагал, что хуже быть не может, то очень сильно ошибался. Скорее всего, это была запись, заранее подготовленная. Выходит, пираты знали, что где-то впереди их ожидала очередная засада? Это все только усложняло. Мысли Джона заработали с лихорадочной скоростью. Маловероятно, что пираты знали, где именно их ожидает засада. Участок Магистрали, который нельзя было обойти, тянулся на несколько сотен метров, и все же про элемент неожиданности можно было забыть. Вопрос был в другом: что делать ему, Шепарду, в этой ситуации? - Внимание, - позвал он по рации, чувствуя, как в горле пересохло. Прежде чем продолжить, он прочистил горло. - ...Готовность три минуты. Как приняли. Несколько секунд никто не отвечал. Первым откликнулся Бейтс, чей голос был по-настоящему угрюмым. Несомненно, все слышали только что загруженную запись. - "Красное звено" готово, сэр. Умоем этого ублюдка в собственной крови! Прием! Вслед за Бейтсом доложил о готовности и капрал Мариетти. Правда, голос у него был не настолько решительный. Он сомневался. Что бы ни планировал Халиат, ему удалось главное: он посеял сомнения. Нельзя было оставлять это без ответа. Снова воспользовавшись взломом Клочкова, Шепард записал и отправил сообщение: "Халиат. Ты ответишь за все, что сделал. Твоей голове я место тоже присмотрел". В тот момент, когда он деактивировал свой инструментрон, прогремел первый взрыв от растяжки.

***

Пираты подтянулись к станции где-то спустя полчаса после того, как все было приведено в боевую готовность. Кинетический барьер, опоясывающий все ограждение и тянущийся на несколько метров выше, был полностью стабилен и прекрасно функционировал. Три тяжелые турели были переведены в автоматический режим. Гражданские укрылись в бункере с инструкциями немедленно закрыть дверь при возникновении угрозы. В случае прорыва обороны, Инкас хотел, чтобы его солдаты, сейчас занявшие позиции по периметру, имели возможность укрыться там же. Некоторые из выживших работников изъявили желание помочь в обороне, и второй лейтенант нехотя дал свое согласие, однако велел им занять позиции с флангов и просматривать скалистые хребты, окружавшие станцию с восточной стороны. Вряд ли пираты поползут оттуда, но все же присматривать не помешает. К тому же, Инкас не хотел лишний раз подвергать гражданских опасности. Джоэл не был глупцом и понимал, что не исключена и такая возможность, как прорыв в обороне. И тогда он был готов умереть с честью и достоинством, защищая людей. Мысль погибнуть в бою за свои идеалы почти доставляла ему неосязаемого удовольствие, несмотря на примесь волнения и страха перед неизвестным. Куда меньше удовольствия ему доставляла другая мысль о том, что, если пираты прорвутся, придется, по приказу Шепарда, деактивировать Комплекс ПЗО полностью и привести его в негодность, чтобы противник не мог им воспользоваться. Вышки были заняты часовыми. Они-то и предупредили о приближении противника и быстро снабдили остальных необходимой информацией о военной силе врага - а её было достаточно, чтобы почувствовать дыхание смерти: около пятидесяти наемников, три робота и пять боевых машин. Услышав данные, лейтенант ощутил, как слегка задрожали руки. - Всем приготовиться! - приказал он и в два шага взобрался на помост у стены, взглядом проверив, все ли солдаты заняли свои позиции. Джоэл увидел, как из бункера выбежала Теа, сжимая в руках пистолет. Синее лицо было весьма решительным. Этого еще не хватало. - Что вы делаете? - негромко окрикнул он. - Немедленно уходите к гражданским! - Не хочу больше прятаться, - отмахнулся она, взбираясь на помост к нему. - Тем более, пока нет оснований. - Теа, - обратился он к ней вполне серьезно. - Вы ведь не солдат. - Я могу помочь, - твердо произнесла она, не сдвинувшись с места. - И я остаюсь. Спорить было бесполезно, так что Джоэл просто вздохнул обреченно. - Мы можем ударить по пиратам с воздуха с помощью Комплекса, пока они не приблизились? - спросил он с плохо скрываемой надеждой, но она отрицательно покачала головой. - Слишком близко. И пираты об этом знают - высунулись из скал в самый последний момент. И вправду: пираты показались из-за большого выступа скалы и стали медленно приближаться, уже совершенно не таясь, только тогда, когда расстояние между ними и главными воротами станции не стали превышать метров двухсот. - Турели готовы? - спросил лейтенант у своего солдата-техника, отвечающего за ведение огня. - Да, сэр. Активирую по вашему приказу. - Пока подождем, - неопределенно ответил Джоэл, хотя сам еще не знал, чего он ждет. Неужели возможности переговоров? Почему-то он был уверен, что пираты начнут стрелять первыми. И ожидал именно этого. Приказать открыть ответный огонь всегда легче, чем стрелять по противнику, пока не представляющему никакой угрозы. Почему пираты не предпринимают никаких действий? Наемники просто шли, укрывшись за своим тяжелым транспортом. Что, если они тоже ждут реакции? В таком молчаливом приветствии прошло еще минут семь и было преодолено почти две трети расстояния, отделявшего противоборствующие стороны. Наконец, группа пиратов вдруг остановилась, по-прежнему не открывая огня. Инкасу это показалось очень странным. Что происходит? Вот крышка люка одного из двух M29 поднялась, и оттуда показался батарианец. Довольно ловко он спрыгнул на землю, выпрямился во весь свой высокий рост и огляделся. Потом проделал какую-то манипуляцию на инструментроне, и через секунду до станции долетел его мощный низкий голос, прозвучавший через встроенный в шлем громкоговоритель: - Меня зовут Чарн Ахба. Кто главный у вас? Инкас почувствовал, как его сердцебиение ускорилось. И в то же время он был рад тому, что начались переговоры. Худой мир лучше доброй войны. Проверив свои щиты на всякий случай, лейтенант выпрямился, чтобы его было видно из-за ограждения. - Второй лейтенант ВКС Альянса Систем Джоэл Инкас, - громко представился он, слегка кивнув. Батарианец сделал два шага вперед. - Мне поручено вернуть эту станцию под контроль объединенных пиратских сил. Я могу взять объект силой, - уверенно сказал он, - и клянусь, так и будет. Но у меня есть другая идея. Он резко ударил по корпусу "Гризли", и оттуда показался еще один пират, грубо вытаскивающий из нутра машины какого-то насмерть перепуганного человека. Это был обычный гражданский, каких в городе пруд пруди. Наверное, не успел спрятаться. Наемник грубо спихнул мужчину вниз. Тот упал, дрожа как осиновый лист. И тогда назвавший себя Чарном схватил его за шкирку. - Нет!... Не надо! Пожалуйста! - зарыдал пленник, но, получив мощный удар по челюсти, сразу же смолк. - Итак, - снова прогремел голос главаря. - Предлагаю такую сделку: ты отключаешь барьер и вооружение и сдаешь мне станцию добровольно. Я сохраню жизнь твоим солдатам и рабочим, даже позволю вам уйти восвояси. В противном случае, захвачу объект силой, хотя это обойдется мне высокими потерями. А мне не хотелось бы терять своих собратьев. Но все твои солдаты и рабочие в таком случае будут перебиты. Ты сам должен понимать, что захват станции - это лишь вопрос времени. И количества убитых. Я дам тебе время на раздумья, но не думай слишком долго, так как каждые пять минут твоего промедления я буду убивать по одному гражданскому! У меня их с собой хватит на... полчаса. Этого, - указал пистолетом пират на плачущего мужчину, - я убью для примера! Едва договорив, он выстрелил. Плач пленного тут же прервался, труп упал на землю. Инкас в каком-то ужасе глядел на то, что из "Гризли" вытащили очередного пленника, на этот раз женщину. Батарианец взглянул на свой инструментрон, проверяя время, а потом, пнув пленницу вперед, приставил к её голове пистолет. - Время пошло! - огласил он. Инкасу показалось, что он ослышался, чего-то не понял, что-то не уловил. Он был готов сражаться до последнего с агрессором, но это? Его поставили в такое положение, что любое его решение будет неправильным! Из двух зол, как известно, выбирали меньшее. Но что меньше в данном случае? Возможно, пригнувшаяся рядом азари слишком хорошо понимала эмоции людей, так как сразу же негромко и предостерегающе произнесла: - Это обман! Они все равно убьют тех гражданских! Инкас понимал, что такое возможно. Но вместе с тем он допускал и такую мысль, что у пиратов тоже могут быть понятия о чести. Что, если батарианец говорит правду? Левая рука Джоэла, опирающаяся на ограждение, сжалась в кулак. Он обвел мрачным взглядом своих застывших в ожидании солдат. На лицах одних был написан страх, на лицах других - надежда на то, что сегодня они останутся в живых. Инкас не хотел обманывать эту надежду. - Какие у меня гарантии, что ты выполнишь свое обещание? - громко крикнул он главарю пиратов, который по-прежнему ждал ответа, направив пистолет в голову пленницы. - Мое слово! - сразу же отозвался тот. - Слово Чарна Ахба из клана Архат! Все мои враги знают, что несмотря на нашу вражду, я всегда держу свое слово! Никто из твоих людей не пострадает! Все твои солдаты уйдут живыми! И гражданских я тоже отпущу! Мне не нужны ни потери, ни рабы, ни ваши смерти! Только результат! Инкас все еще колебался. Ему так сильно хотелось спасти своих солдат и всех невинных гражданских, попавших в руки пиратов, что это желание заставило его всерьез задуматься о возможном варианте сдачи станции. Ведь однажды уже такое случалось. Чуть в большем масштабе, но ведь было же! Адмирал Уильямс сдал колонию турианцам. И несмотря на то, что его заклеймили трусом, вряд ли кто-либо из жителей Шаньси, оставшихся в живых благодаря такому трудному решению, так считал! - Ты даешь мне слово чести, что никого не убьешь? - снова спросил Инкас, а азари вдруг снова схватила его за руку. - Да! Слово чести! Я прибыл сюда не за рабами, не за смертями или наживой! Я пришел за своим лидером, как и ты! Сдай мне станцию - и уходите! Но не вынуждай меня действовать жестко! У тебя осталась ровно минута до того, как мне придется убить этого человека! И вина за его смерть будет не на моих плечах, а на твоих! - Хорошо! - остановил его лейтенант чуть дрогнувшим голосом. - Не убивай гражданских! Я сдам тебе станцию! - Отключай барьер и выходи сюда! Ты и твои бойцы! - велел Чарн. - Я не сунусь на станцию, пока все солдаты Альянса не бросят оружие и не выйдут с поднятыми руками! Головы некоторых солдат повернулись в сторону своего командира. Кажется, не все были согласны с почти принятым решением. Инкас быстро спустился с помоста, направившись в пункт управления оборонными системами. За ним побежала азари и схватила его за локоть, останавливая. - Вы что, совсем с ума сошли? - А что я должен сделать? - нахмурился он. - Позволить пиратам убить и эту женщину? Вы это хотите сказать? - Разумеется, нет! Но и сдавать станцию нельзя! - Теа, они все равно прорвут оборону, рано или поздно! Посмотри на соотношение сил! Но если прорвут с боем, то все мои солдаты будут мертвы, как и ваши коллеги! Так не лучше ли воспользоваться этим шансом сохранить им жизни? Этот пират дал мне слово чести! - И вы верите слову чести пирата? - удивилась она, не позволяя ему продвинуться в пункт. - Вы спятили? В каком мире вы живете? - А в каком живете вы? - вдруг почувствовал раздражение Джоэл. - В мире, где смерть человека считается приемлемой потерей? Где командир бросает своих солдат в заведомо проигрышное сражение, только чтобы продемонстрировать пиратам, кто тут главный? Где трупы врагов вывешивают на флагштоке, как какое-то мясо? Где пытают военнопленных, выкалывая им глаза? Нет уж, спасибо! Я не хочу быть таким, как Шепард! - О чем вы говорите? - не поняла она, растерявшись на миг, и мужчина быстро вырвался. Но она снова догнала его, попытавшись преградить путь. - Прошу вас, Теа, уйдите с дороги! - рассердился Инкас. - Лучше идите и прикажите своему инженеру вывести из строя Комплекс! Вот это и нужно сделать! А не спорить со мной! Я все равно сделаю так, как считаю правильным! Как-то случайно получилось, что, желая отодвинуть её, он не рассчитал и оттолкнул чересчур сильно. Она упала на землю, потом резко поднялась и убежала. Инкас даже не успел извиниться, ведь он не нарочно! Просто слишком торопился, чтобы вовремя отключить барьер и спасти несчастную женщину снаружи. Это ему удалось за десять секунд до истечения времени. Барьер был отключен, как и турели. Потом ворота начали разъезжаться. Лейтенант быстро вернулся к солдатам и приказал им собраться внизу. - Вы уверены, сэр? - спросил кто-то из рядовых. - Уверен, - отозвался командир, так как действительно вдруг ощутил приятное осознание правильности своих действий. Шепард ошибался, когда говорил о пиратах. Да, они пришли с оружием, но все же нашелся тот, кто начал переговоры прежде, чем стрельбу. Разве это не знак, что Шепард ошибся?

***

Дым от одного-единственного прозвучавшего взрыва рассеивался несколько минут. Увидеть в черно-сером облаке что-либо было практически невозможно. И тем не менее Шепард пытался это сделать, чтобы понять, что послужило причиной взрыва. Ответ был дан чуть позже, когда дым слегка рассеялся. На расстоянии метров двухсот в свой визор лейтенант различил приближающуюся колонну врага. Все, как и говорил Дормен: "Мако", роботы и пираты. Но кое-что было необычным, и Шепард даже не сразу понял, что его так смутило. Среди облаченных в броню пиратов то и дело маячили чьи-то тела, и если Джон не сразу разобрался, кому они принадлежали, то, когда смысл всего происходящего дошел до него, внутри все похолодело. Он увеличил дальность встроенного в визор бинокля в надежде, что ошибся в своих предположениях. - Бейтс, - передал он. - Ты видишь то же, что и я?! - Да, сэр! - отозвался тот. - Они используют гражданских, как щиты! Едва он проговорил это, как кто-то из пиратов, схватив одного человека и выпустив в небо очередь, очевидно, для устрашения, приказал гражданскому бежать вперед. Последний колебался несколько мгновений, но потом сорвался с места и побежал, как угорелый, прочь, даже не догадываясь, что там очередная растяжка. - Нет, идиот... - едва слышно прошептал Шепард, совершенно пораженный увиденным. Не успел он и подумать о своих дальнейших действиях, как прогремел новый взрыв. Когда рассеялся дым, глазам лейтенанта предстало ужасное зрелище: в том месте, где была растянута взрывчатка, осталось лишь красное пятно с разбросанными отдельными конечностями. - Проклятье! - выругался он, сжав в бессилии кулаки, поскольку эта картина повторилась еще дважды, и каждый раз пираты вместе с колонной продвигались вперед, в целости и сохранности. Мало того, что группу Шепарда лишили эффекта неожиданности, так еще и обошли подготовленные ловушки, не оцарапав и щитов! Но цветочки были впереди: чем ближе продвигалась штурмовая группа, тем четче становилось видно, что гражданских у них еще много. Кое-кто был прикован к тяжмехам, несколько, привязанные, едва поспевали за "Мако", среди отдельных штурмующих пиратских групп мелькали напуганные человеческие лица. Колонна продвигалась вперед прямо на глазах, а Шепард так и смотрел на происходящее, не в силах поверить, что вся его решимость вдруг испарилась в один момент. Руки слегка задрожали. Зубы он стиснул так сильно, что ощутил в деснах боль. - Лейтенант!... - донесся встревоженный голос Бейтса. - Они скоро пройдут! Что будем делать?.. Отступать было нельзя. Шепард понимал это каждой клеткой своего тела. Волосы на затылке, казалось, зашевелились, когда он принял очевидную истину. Отступать нельзя. Иначе пираты захватят главную транспортную жилу, центральные районы и кварталы, доберутся до юго-востока и до колонны эвакуации. - Лейтенант! Прием!.. - голос сержанта слегка сорвался. - Огонь, Бейтс, - выдохнул Шепард, на миг закрыв глаза. Потом, открыв их и снова уставившись на сменявшиеся лица в толпе, уже четко повторил: - Огонь! - Сэр... - тот на миг даже опешил. - Но как же... - и смолк, не закончив фразу. - Если мы сдадим рубеж, мы сдадим весь город! - Джон повысил тон и почти рявкнул это в рацию, так как ему все труднее становилось сдерживать свои эмоции. - И тогда мы обречем куда больше гражданских на смерть или рабство! А потом эти сволочи разбомбят всю колонию с орбиты! Ты этого хочешь? Чем дольше мы занимаем их делом, тем больше вероятность, что Альянс прибудет на помощь! Я отдал вам приказ, сержант! Выполняйте! И если потом меня ждет Трибунал, так тому и быть! Огонь! Но тщетно. Бейтс никак не мог решиться, а время улетало прочь. Тогда Шепард, быстро убрав рацию, выхватил у притихшего и побледневшего рядом Стокмена его снайперку, прицелился в одного пирата и выстрелил. Громкий звук прорезал нависшую над кварталом тишину, подобно резкому взмаху клинка. Пуля снесла одному из пиратов щиты и стала спусковым механизмом для начала боя. И тут уже вихрем понеслось. Пираты сгруппировались. Начали отстреливаться, определив по звуку, откуда пришла пуля. Фланги, наконец, очнулись от оцепенения. Раздался ответный огонь. Общий ливень очередей то и дело прерывали снайперские выстрелы с крыш. - Активировать турель!! - заорал Шепард, когда на их пункт посыпался пулеметный град от одного из "Мако", приправленный ракетными подарками нескольких тяжмехов. Кинетический щит пока держался. - Целься тщательно! - с этими словами лейтенант перебросил винтовку Стокмену и достал свой пистолет. - Где, мать твою, Круз, турель?! Рядовой Круз, ответственный за турель, не отвечал. Молокосос был так поражен воцарившимся хаосом, что подлетевший к нему лейтенант запросто оттолкнул его прочь от панели управления. Потом быстро активировал турель, выделив ей три передние цели. Калибр не пробьет броню тяжелой техники, но хотя бы слизнет с неё щиты. А там уж Мариетти должен сообразить. В этот момент щит лопнул. Стекла в смотровых окнах разбились вдребезги от огня, и Шепард бросился на пол. Он быстро дополз до ближайшего и открыл огонь, целясь преимущественно в рассыпающихся по флангам пиратов и стараясь не смотреть, что случилось с гражданскими. - Йетти, давай гранаты, чтоб тебя! - передал он в рацию, заметив, что два робота стали получать повреждения. Капрал не заставил себя ждать. Выпустил сразу несколько штук, попав, как было уже усвоено, в головы. Тяжмехи мощно взорвались, посеяв среди окружавших их пиратов сумятицу и опрокинув некоторых взрывной волной. Этим тут же воспользовались снайперы, добив их. Несмотря на шквал огня с трех сторон, тяжелая техника продвигалась вперед. За ней укрылась большая часть пиратов. - Бейтс! Нужно разделить их! Взрывай дронов! - велел Шепард. - Это приказ! Момент был самым подходящим. Два "ползуна", оставшихся после атаки на "Молнию", были размещены по центру магистрали и только и ждали заветного момента. Но воцарилась заминка, и Джон уж было решил, что придется снова подстегивать сержанта перечислением безрадостных перспектив. Но нет: тот, видимо, смирился с положением дел и активировал взрывчатку. Два высоких столба пламени, дыма и шума поднялись вверх, сковырнув двух роботов и одного "Мако". И что важнее - разделив штурмующую колонну на две части. Сейчас, когда щиты получили повреждения, самое то воспользоваться этим! Выстрел. Выстрел. Укрытие. Ракетная атака, от мощи которой Шепард даже отлетел от окна назад. Баррикада из аэрокаров впереди разлетелась в стороны. Обломки транспорта взмыли вверх, снося все вокруг. Одна из деталей резко заскочила в пункт и угодила в Круза. Тот, забившись в угол и так и не сделав ни одного выстрела, мгновенно скончался. То ли пираты поняли, откуда идут приказы, то ли фланги не представляли для них большей угрозы в отличие от все еще фыркающей турели, но основной огонь сосредоточился по центру. Турель тут же взорвалась. А волна из пулеметных очередей, ракет и отдельных выстрелов была настолько велика, что Шепард даже не мог и носа высунуть наружу. Стокмен упал на пол, зажавшись в клубок. - Стокмен, вали отсюда! - приказал Джон, указав на лестницу. - Я тебя прикрою! Тот, дождавшись короткой передышки между очередями, принялся ползти. Шепард, даже не выглядывая в окно, просто вытянул свою винтовку и принялся палить. Через несколько секунд рядовой почти на брюхе скатился по ступеням вниз, и Джон прекратил бессмысленную трату боезапаса. Щиты под таким натиском давно лопнули, а восстановиться им не давал непрекращающийся ливень огня. Стены строения уже дышали на ладан, еще немного - и оно просто сложится, как карточный домик. Оставаться здесь больше нельзя. Едва Джон об этом подумал, как возникла очередная пауза, прокатившаяся по нервам с нежностью лезвия. В затылке закололо в предчувствии опасности. Поддавшись инстинкту, лейтенант бросился к лестнице. Как раз в ту минуту, когда в проем окна залетела целенаправленная какой-то сволочью ракета. Изысканного спуска по ступеням не получилось. Взрывная волна просто харкнула мужчиной вниз, едва не переломав ему все кости. Второй ярус пункта взлетел на воздух. - Сэр! - Стокмен кинулся в своему командиру, и Шепард ощутил очередную дозу панацелина. Плечо от недавнего ранения вспыхнуло болью от тысячи игл, в глазах помутнело, голова закружилась. Все-таки набег на "Молнию" не прошел даром. Сотрясение давало о себе знать. В который раз уже взрывная волна показывает ему, кто сильнее? В третий за последние три часа? Личный рекорд. - Все в норме, - Шепард сбросил с себя оцепенение. Панацелин быстро развеял желание поспать на руинах. - Уходим! Кажется, пропускной пункт на время оставили в покое, удовольствовавшись взрывом. Так что двое вывалились на улицу и без особых усилий заняли укрытия, образованные от разлетевшихся обломков. Шепарду эта передышка дала возможность восстановить щиты и оценить расклад. Впрочем, ничего не изменилось. Они по-прежнему в заднице. - Бейтс! - передал он. - Прием! Но тому, похоже, некогда было отвечать. То, что тяжелая техника сотворила по фронту, теперь пыталась проделать и по флангам. Даже слепому было понятно, что и там долго не продержаться. Оставался последний туз. - Теа! - позвал Шепард. - Теа К'алатони! - Лейтенант Шепард? - послышался встревоженный ответ азари. Кажется, она уже освоила примитивную технику землян и оставленная ей рация Клочкова в порядке. - Прием. - Вы настроили лазеры?!... - Джон не успел продолжить, так как рядом, почти над ухом, просвистела пуля. Угодила бы прямо в голову, если бы не щит. - Стокмен, черт тебя дери, прикрывай меня!! Чтобы не искушать судьбу, мужчина упал на землю. Его напарник открыл огонь. - Лазеры?! - проорал Джон, пытаясь перекрыть шум сражения. - Вы перенастроили их? Прием, мать вашу! - Да, лейтенант! - напугано отвечала Теа. - Как вы и приказывали! Мы смогли увеличить зону покрытия, перенастроив их на инфракрасные частоты! С помощью коротких волн мы увеличили дальность, но "Сокол" не предназначен для стрельбы по наземным целям! Прием! - Мне плевать! Мне нужен удар с воздуха! - резко отмел он её возражения. - Немедленно запеленгуйте наш радиосигнал! И открывайте огонь! Прием! - Но тогда лазеры перегреются! Линзы просто не выдержат! И мы окажемся без защиты! К тому же, мы пеленгуем три возможные точки вашего сигнала! Мы не знаем, куда бить! Прием! - Делайте, как я сказал, черт вас дери! - выругался Джон. - Открывайте огонь через пять минут! А потом сворачивайте Комплекс и уходите под землю! Прием! - Лейтенант Шепард! - вдруг отозвалась азари почти напугано. - Мне нужно кое-что вам сказать: ваш помощник собирается сдать станцию пиратам! Прием! Шепарду почудилось, что у него слуховые галлюцинации. Может, ударился головой сильнее, чем думал? - Что? Что вы сказали?! - Лейтенант Инкас собирается сдать станцию пиратам! - прокричала она. - Уже и барьер отключил! Он сказал, что не хочет рисковать жизнями солдат зря! Что пираты все равно пробьют защиту! И приказал деактивировать Комплекс! Что, что мне делать? Прием! Оторвавшись на мгновение от рации, Шепард вдруг вернулся в перипетии боя. И сообразил, что Стокмен так старался прикрыть его и переборщил, слишком явно продемонстрировав их укрытие. И теперь один из роботов направлялся прямиком в их сторону с красноречивым намерением. - Идиот! - Шепард в запале совсем перестал выбирать слова. Схватив Стокмена, он затащил его в укрытие. - Есть гранаты? - Всего одна осталась, сэр! - вытаращил тот глаза. - И только дисковая! - Давай! Получив заветное, Шепард быстро её активировал и, переведя в дисковое состояние, бросил в сторону тяжмеха, мысленно молясь, чтоб меткий глаз его не подвел. Минуты тикали, и если он не успеет, все они будут погребены под ударом "Молнии" вместе с пиратами. Глаз не подвел. Граната прилипла к корпусу робота. Десяти секунд таймера было слишком много, и Шепард активировал её вручную. Тяжмех взорвался, но не критично. По крайней мере, это его ненадолго задержало. Вот почему у Йетти в бою на "Молнии" таких не оказалось?? Тогда не пришлось бы устраивать эти танцы с перчаткой! - Молодец! - зачем-то похвалил Стокмена Шепард. Наверное, за то, что тот не Йетти. Потом, вспомнив про азари, передал в рацию: - Теа! Не знаю, что там случилось с Инкасом! Но сдавать станцию нельзя! Немедленно открывайте огонь, как мы и договаривались! И активируйте барьер! Держитесь до последнего! Как поняли? - Я поняла вас! - Джону показалось, что азари произнесла это с видимым облегчением. - Запускаем лазеры! Красный код! Прием! - Внимание! Красный код! Красный код! - повторил Шепард в рацию. - Живо! Отключение через минуту! Возобновление - в точке сбора! Как принято? - Понял, сэр! - раздался запыхавшийся голос Бейтса. - Принял! - Локстон! Как принято? Локстон, как принято? - Я... понял, сэр, - раздался перепуганный голос капрала, который, верно, был в ужасе от того, что творилось на другой стороне канала. - Инкас! - передал Джон на всякий случай. - Что бы ты ни планировал делать - оставить! Слышишь меня, сукин сын? Отставить!... Шепард ничего не успел добавить, так как робот неподалеку очухался и снова стал заливать их огнем. Вести сейчас психологические беседы со вторым лейтенантом возможности не представилось. Нужно было еще предупредить Дормена и его снайперов, не имеющих рации, о планируемом отходе. - Прикрывай меня! - снова бросил он Стокмену и по бледному лицу солдата понял, что тот боялся этого приказа больше остальных. Робот неподалеку уже очухался и теперь снова тащил свой металлический зад в их сторону. Шепард рванул обратно к пункту. На первом этаже бушевал пожар, прокравшийся с лестницы. Но панель управления воротами на магистрали была цела. Быстро актировав управление, Джон ввел заранее приготовленную команду и побежал назад. Открепил свою рацию. - Отключение связи! - на всякий случай проговорил он и, не отпуская кнопку передачи, почти вдавил её внутрь. Вытащив последний баллон с гелеобразным панацелином, он щедро выдавил гель на кнопку и пару секунд терпеливо ждал, когда тот затвердеет. - Прикрой меня! - заорал он Стокмену. - Опять?? - не поверил тот своим ушам, так как робот уже почти подобрался к ним вплотную. Если бы не обломки, за которыми они прятались, их бы уже давно изрешетили. Но к чести Стокмена, он все-таки открыл огонь, отвлекая тяжмеха. Этих секунд Шепарду хватило. Лейтенант вылез из-за укрытия с другой стороны и замахнулся для броска. Зашвырнул рацию как можно ближе к основным силам пиратов, все еще ведущих огонь по флангам. Да так постарался, что сознание озарила вспышка боли в плече и рука почти онемела. Да и хрен с ней! Пора сверкать пятками! Схватив Стокмена за шкирку левой рукой, Джон оттащил его от укрытия. - Уходим! Уходим! Робот почти дышал им в затылок. Правда, несколько секунд искал их среди обломков, не в силах распознать свои цели. Вот, наконец, его электронные мозги нашли искомое - и пулемет затрендел, словно соскучился по кинетическим щитам и еще больше - по пробитой плоти. Двое, убегая, отпрыгнули в разные стороны. Щиты жалобно завопили. Адреналин в крови просто кипел. Бросив мимоходом взгляд на ворота магистрали, Шепард с удовлетворением увидел, как они стали медленно разъезжаться. Дормен тоже должен был это увидеть и понять сигнал! По крайней мере, лейтенант на это надеялся. Большего он сделать не мог. Послав жест рядовому, он начал стрелять по жестянке, отвлекая её внимание. Солдат перебежками побежал вперед, остановился у точки и последовал примеру своего командира, прикрывая его отход. Джон рванул назад. Добравшись до люка, он почти сорвал его с петель, уже не заботясь о том, что пираты раскусят способ их передвижения. Двое быстро нырнули под землю и отпрянули в сторону, поскольку робот, заметив их перемещение, стал бездумно палить в дыру в земле. Тяжело дошагав, принялся обходить её с разных сторон и снова палить. Потом, очевидно, его программа дала сведения, что цели исчезли, и за неимением других тяжмех, как тупая сковорода, развернулся и пошел к основному полю битвы. - Идем, - выдохнул с облегчением Шепард, отключил свой визор и машинально вытер со лба пот, почти застилавший ему глаза. - Так точно, сэр, - после сражения Стокмен даже развеселился. Должно быть, мысленно возрадовался, что прикрывать никого больше не надо. Пока.

***

- ... Что бы ты ни планировал делать - оставить! Слышишь меня, сукин сын? Отставить!... Инкас слышал все переговоры через свой канал в рации. Но лишь укрепился в своем мнении, что Шепард совсем обезумел! Иначе зачем он приказал К'Алатони нанести удары с воздуха прямо по жилым кварталам, где полно гражданского населения? Джоэл быстрым движением отключил свою рацию и швырнул её об стену. - Лейтенант Шепард жертвует своими солдатами и гражданскими, как скотом! - вырвалось изнутри. Джоэл посмотрел на своих людей. - Я же хочу сохранить вам жизни! С пиратами, как показывает этот пример, можно договориться! Выходим! Он осторожно выступил за пределы станции самым первым, с поднятыми руками, заложенными за голову. За ним, через какие-то секунды колебания, послушной вереницей вышла вся его группа солдат: четырнадцать человек. Главарь пиратов тут же убрал свой пистолет. Несмотря на то, что время, отведенное для раздумий истекло, пленница все равно оставалась жива. Это очень воодушевило Инкаса, поскольку стало доказательством того, что выбранное им решение правильное. Медленно солдаты подтянулись к пиратам, шагая друг за другом. Когда до главаря пиратов оставалось лишь пара метров, Джоэл уже хотел было открыть рот, чтобы что-то сказать, как вдруг Чарн Ахба, не говоря ни слова, поднял руку и выстрелил в голову женщине. - Нет!! - прокричал Инкас, не веря своим глазам, и в ту же секунду несколько десятков выстрелов буквально врезались в альянсовцев, снося их щиты и прогрызая плоть. - Нет!! Инкас хотел броситься на главаря, в праведном гневе от столь подлого обмана. Но батарианец легко сбил его с ног и своим ботинком прижал голову к земле. - Идиот, - усмехнулся пират. - Кончайте их! Лейтенант, широко открыв глаза, с ужасом глядел на то, как всех его солдат перебили. Как тот самый скот, который он упоминал раньше. Тот самый, которым не хотел стать! Внезапно раздались громкие выстрелы из крупнокалиберных пушек, и Инкас сообразил, что ПЗО начал обстрел квартала по заданной точке. Более того, активировались турели и стали заливать пиратскую группу огнем. Над металлическим ограждением снова засветился голубоватым цветом кинетический барьер. Неужели это сделала Теа? Инкас почувствовал, как Чарн схватил его за шкирку. - Почему турели активны?! Ты, долбанный кретин!! Пираты быстро сообразили, что надо делать: боевой транспорт разъехался по разным сторонам, открыв непрерывный огонь по барьеру, наемники поспешили занять укрытия и тоже подключились к обстрелу. Джоэл валялся на земле, не в силах ни встать, ни даже о чем-либо подумать. Все, что он мог - это глядеть с почти детскими слезами на то, что осталось от его группы. Как он мог так обмануться? Как? Что происходит? Куда катится весь этот мир? Внезапно над ухом прорезалось: - Отходим! - это был встревоженный чем-то голос Чарна. - Отходим! Живо! Рука пирата схватила совершенно беспомощного в своем ужасе от содеянного лейтенанта и стала затаскивать в "Гризли". Неужели пираты решили отступить, даже не начав толком атаку? Почему? В этот момент, словно ответ на этот вопрос, откуда-то сверху блеснул своей мощью яркий пучок энергии. Потом снова и снова. Взрыв за взрывом. Станцию буквально стерли с лица земли.

***

Ракетные удары прогремели через минуту-две. Шепард чувствовал себя настолько уставшим, что даже не посмотрел на время. Все, что ему оставалось, так это надеяться, что он застанет все свои звенья в живых в точке сбора. Несколько минут сотрясалась земля от взрывов, пока, наконец, все не стихло. Двое продолжили свое движение, ориентируясь по карте. Они продвигались молча и не так быстро, как самим хотелось бы. Сказывался пережитый шок, усталость и ранения. Адреналин никак не желал рассеиваться, все еще держа в напряжении. У Джона даже затряслась правая рука, после того как прошло онемение. Пришлось вспомнить свои навыки по владению оружием левой. - Мы на месте, - констатировал он хриплым голосом, так как чертовски хотелось пить. - Я иду первым... Не успел он договорить, как земля снова сотряслась. Но это не могло быть ПЗО! Удары были такой мощи, словно великан несколько раз подпрыгнул на одном и том же месте, раздавив своей огромной пятой что под ногу попалось. Вибрация усилилась, сверху на головы посыпался песок, и Джон со Стокменом был вынужден упасть на землю, прямо в вонючую жижу, и прикрыть голову руками. Стихло все довольно быстро. Какое-то время двое еще оставались на местах. Потом Шепард поднялся и не смог скрыть мрачного выражения лица. Он слишком хорошо понял, что это было. - Орбитальный удар, сэр... - прошептал почти благоговейно рядовой. - Они что...? Договаривать он не стал. Все и так было до боли очевидно: они лишились станции "Молния". Причем ответ от пиратов был настолько стремительным, что ни Комплексы не могли быть свернуты, ни гражданские не могли укрыться в бункере. Это был конец. Джон, стараясь не думать про то, что произошло только что, молча принялся вскрывать электронный замок люка. На это потребовалось минут десять, за которые Шепард дал себе обещание, что если он сегодня не сдохнет, то обязательно пройдет курс по электронике. Хотя такое обещание он давал себе еще даже в криминальной юности. Однако в ту пору он больше любил стрелять, чем вдумываться в схемы. Впрочем, с тех пор мало что изменилось.... Он думал о чем угодно, только не о печальной судьбе, постигшей станцию "Молния". - Готово, - с нескрываемым облегчением резюмировал лейтенант итоги своей работы и стал медленно сдвигать крышку. Высунул сначала пистолет, потом полголовы. Вокруг было тихо. Выбравшись наружу, они прошли еще два квартала до точки сбора. И к его ужасу, там никого не оказалось. - Займем этот дом и подождем немного, - велел лейтенант, стараясь не думать о худшем. Ждать пришлось долго, заняв покинутый жителями небольшой дом. Прошло минут двадцать, прежде чем Джон смирился с очевидным: никто, кроме них двоих, не выбрался. То ли не хватило времени, то ли на пути попались неприятности. Это было почти катастрофой. Вдвоем со Стокменом они третий рубеж, самый важный, удержать не смогут. Они уже нацелились на то, чтобы направиться к колонне эвакуации, как вдруг на улице стали стягиваться какие-то люди с оружием. Шепард, сделав резкий знак напарнику, спрятался в доме, прислонившись к оконному проему и пытаясь разглядеть, кто это такие. Это точно не были солдаты. Их броня была разношерстной, словно с чужого плеча и старых образцов, да и то только у впереди идущих. Остальные же были в обычной гражданской одежде, но каждый был экипирован оружием по полной программе: винтовки, снайперки, гранаты и даже несколько гранатометов, хотя и оружие было разношерстным, словно кто что нашел на большой свалке черного рынка. Но это были не пираты. И еще, что Шепарда поразило больше остального: здесь не было инопланетян. Вообще. Внезапно среди этих неизвестных появилась знакомая фигура, а через секунду раздался голос Бейтса, негромко зовущий: - Лейтенант Шепард! Вы здесь? Джон пригляделся. Это и вправду был Бейтс. Без наручников, в броне и с оружием. И, кажется, не под прицелом. А через пару секунд вместе с неизвестными показались и другие выжившие солдаты Альянса: Мариетти, Макги, Дормен! Прятаться уже не было смысла. Подняв руки вверх и на всякий случай демонстрируя пустые ладони, Шепард показался в окне. Несколько разношерстных стволов сразу же угрожающе повернулись в его сторону, но Бейтс тут же спохватился: - Не стрелять! Это лейтенант! - Какого черта, сержант... Кто эти люди? - с этими словами Джон вышел из чужого дома, оглядывая толпу незнакомцев. Их тут было человек сорок, если не больше. Не дав Бейтсу ответить, вперед выступил какой-то мужчина. Короткая стрижка, широкие губы и скулы, небритые дня три щеки. Но по качеству его брони, которая была чуть лучше, чем у остальных, Шепард сразу же понял, с кем имеет дело. С главарем этой неизвестной шайки. - Макс Кендалл, - протянул незнакомец руку для рукопожатия. - Я и мои люди - из Сопротивления. Джону показалось, что он ослышался. - Из Сопротивления? - он не смог скрыть скептическое выражение лица, Кендаллу явно не понравившееся. - Да. - Эти люди спасли наши жизни при отходе, - пояснил Бейтс. - Мы хотели помочь вам, но успели только к отступлению, - Кендалл слегка скривил губы. - Однако вы и сами, похоже, неплохо справились... - Вот именно, - сухо ответил Шепард. - Откуда вы взялись? - От верблюда, - усмехнулся Кендалл. Потом примирительно поднял руку. - Я все вам расскажу. Только давайте займем позицию вместо того, чтобы торчать на виду у всех в квартале. Шепард стиснул зубы. Если его первым порывом было послать этих любителей к черту, то он быстро подавил это глупое желание и кивнул. - Нам нужны люди. Мне нужны люди. И если вы готовы биться против пиратов, то тогда поговорим. Сержант, закрепитесь на позиции. Бейтс принялся выполнять приказ, а Шепард быстро пересчитал глазами оставшихся в живых в "Группе-1". Шесть человек. Не шестьдесят. Даже не шестнадцать. Всего шесть. Он тяжело вздохнул. Потом головой указал на небольшой домишко, где недавно укрывался со Стокменом. - Прошу в командный центр, - усмехнулся он Кендаллу в ответ. Тот кивнул и приказал своим людям оцепить квартал. Шепарду почудился горький привкус во рту. Хотя скорее всего, это лишь кровь, смешанная с грязью. Или это так на него подействовала эта наглая физиономия? Молча он отобрал рацию у сержанта. И передал сообщение, едва сумев повернуть свой язык: - Станция "Молния". Прием. Как и ожидалось, в ответ лишь шипение помех. Джон повторил свой запрос, но безрезультатно. Впрочем, он не ожидал ничего другого. Надежда - слишком хрупкая субстанция, чтобы на неё полагаться. - Локстон, прием. - На связи, сэр! - отозвался тот. - Безумно рад, что вы живы! Прием! - У меня плохие новости, капрал, - проговорил Джон. Привкус во рту усилился. - Ты должен был услышать орбитальный удар. Комплекс ПЗО был атакован. Скорее всего, разбит. Теперь мы без защиты. Небо небезопасно. Повторяю: небо небезопасно. Разбей колонну на несколько групп, смешай людей с батарианцами. И найди другие маршруты эвакуации. Так мы снизим возможные потери. Как принял. - Сэр, - голос капрала был слегка, хотя что там слегка - очень напуган! - Я не знаю, смогу ли я... вот если бы сержант Клай... вдруг я не смогу... Прием. - Ты справишься, капрал, - твердо проговорил Шепард. - Ты все сделаешь. Выполняй приказ. Конец связи. Он прикрепил рацию себе, вдруг заметив слегка насмешливый взгляд Кендалла. Оказывается, тот молча за ним наблюдал. Это вконец добило терпение Шепарда. - Я что, сказал что либо смешное, гражданский? - угрожающе протянул лейтенант. - Отнюдь, - улыбнулся тот. - Не волнуйтесь, элти: наш идейный вдохновитель позаботится о колонне эвакуации. - Идейный вдохновитель? Это что еще за хрен... - потом устало вздохнул. - Ладно. Пошли, Кендалл. Расскажешь, что вы, ребята, за звери.