Запутанные прелести жизни

      Прошло уже около двух дней с момента происшествия, всё было почти обыкновенно: Михаил молча довозил меня до работы, и уходил заниматься своими делами, а я занимался своими, собственно. Как ни странно, отцу он ничего не сказал, по крайней мере, разговора с отцом не было, а значит, все пока нормально. Быть может, Миша просто не хочет проблем между мной и отцом, или же не может решиться все рассказать, до сих пор, хотя человек он очень решительный и уверенный. Отношения между нами поменялись, обращается он со мной уже совсем не как с маленьким, часто придирается ко всему, к работе особенно, но сайт переделывать мы не стали, «Господь» остыл, и сказал, что дизайн вполне хороший.       Снова в своём офисе, сижу напротив Михаила, занимаюсь своими делами, как ни странно, больше нет этого горящего чувства, ведь он теперь в курсе обо всём, обо всех моих чувствах. Мне стало легче, на самом деле, надо было признаться раньше, и не было бы всей этой «белиберды».       Обеденный перерыв, Михаил больше не зовёт меня с собой, а одному мне никакие столовые не нужны, и без этого прожить могу, но его это по-моему не волнует, он ушёл, поел, пришёл, и дальше занимается делами. Иногда подходит ко мне с вопросами, на которые я быстро даю ответ, и все снова уходит в своё русло. Как некстати ко мне подошла Мария — одна из менеджеров, сообщив о том, что у неё проблемы с интернетом. Мы пошли вместе в другой офис, я начал искать причины и устранять неполадки, многие ушли на обед, в офисе менеджеров было от силы человека три, тут же Мария заговорила: — А что это было на лестнице? — В смысле? — Пытаясь не выдавать волнения от неожиданного вопроса, переспросил я. — Ну, пару дней назад, на лестнице, вы там что-то не поделили с Михаилом? — Господи, нашла что вспомнить, не важно это, забудь.       Ужас, ну нельзя же так резко и неожиданно спрашивать о таких вещах?! Благо она отстала, интернет я ей настроил, и работа продолжилась. Нужно сходить в туалет, пока перерыв, потом времени не будет, начальник стал слишком зол ко мне, и в рабочее время редко когда отпускает. Спустился вниз, и зашёл в нужную комнату, в одной из кабинок кто-то есть, но моё внимание это не привлекло. Быстро сделав все свои дела, и помыв руки, я открыл дверь, чтобы выйти из этой комнаты. Благодаря своей невнимательности, я нечаянно врезался впереди идущего человека. — Извините, — равнодушно проговорил я. — Внимательней будь, Стас. Знакомый до одури голос немного шокировал, точнее, удивил, это был Михаил. — Извините, — снова произнёс я, только немного с другой интонацией. — Мы ведь договорились «на ты». — Я забылся. — Ты обедал? — наконец поинтересовался он. Господи, нужно оно ему больно, знать это, для чего вообще интересуется? — Нет. — Почему? — Все так же чётко и уверенно произносил он. — Ну, вы меня с собой не зовёте, а одному оно мне не надо, — честно ответил я. — Глупый. — Ну спасибо. Повисла глухая тишина. Сказать было нечего, но один вопрос витал в воздухе, который я всё-таки решился задать: — Почему вы не сказали отцу? — Спокойно спросил я. — Всё-таки будешь продолжать обращаться на «Вы»? — Да, пока что, — с равнодушием ответил я. — О том что произошло на лестнице, ты об этом? — Да, именно. — Время не пришло. — Так значит, скажите? — Конечно, обязательно скажу. — Вы хотите испортить наши отношения с отцом? — Нет, мальчик мой, я хочу чтобы ты рос нормальным, а не тем, кем растешь.       «Мальчик мой» теперь, кажется, это звучит по-другому. Он и раньше называл меня так, в каком-то смысле слова, но сейчас я слышу это совсем по-другому, стало даже приятно. Разговор я не стал продолжать, думаю, смысла нет, и я пошёл дальше по лестнице. Он остался на своём месте, но даже не обернулся, я скрылся. Пришёл в офис, сел за рабочее место, и продолжил дальше делать сайт, голова немного гудела от этого, но не просто же так я этим занимаюсь. Вспоминаю сказанные слова Миши: «я хочу чтобы ты рос нормальным, а не тем, кем растешь», хм, а ему какая разница вообще? Ведь это моя жизнь, уже ничего не изменишь как я захочу, так и будет, я решаю, тем более мне скоро восемнадцать, всего годик с лишним осталось. Начнётся другая жизнь, я думаю.       Рабочий день окончен. На часах шесть вечера, пора домой. Я вышел из офиса и ждал на улице Михаила, прошло уже десять минут, а его нет, надо позвонить. Не успел я вытащить телефон из кармана, как у входа появилась его физиономия. — Долго, однако. — Улаживал некоторые проблемы. — Ясно. — Ну что случилось? — Ничего, поехали домой скорее, домой хочу. День выдался немного муторным, хотелось отдохнуть. Доехали мы довольно быстро. Я начал собираться выходить. — Спасибо, до завтра. — Давай, малой. Вышел из машины, Михаил уехал, я прошёл в дом. На кухне красовался готовый ужин, наконец, он приготовил что-то домашнее. Помыв руки я сел за стол и смел все, что было в тарелке. Тут же из-за двора пришёл отец. — Привет, Стас, поел уже? — Да, вкусно, спасибо пап, — радостно поблагодарил я отца. — Как день, устал? — Да, есть немного, пройдёт до завтра. — Ну это да, иди отдыхай, — с улыбкой проговорил отец. Я хотел уйти, но внезапно увидел входящий вызов на телефон папы, он лежал на диване, звонил Миша. Я подал телефон отцу. Он, ответил не раздумывая, и спустя пять минут разговор был окончен, отец засуетился и быстро начал куда-то собираться. — Пап, что случилось, ты куда? — Миша звонил, просил о встрече в кофейне, сказал что-то важное. Я сразу понял, что это «важное». Ничто иное как инцидент на лестнице и моя ориентация. — Может, в другой раз, ты ведь с работы, устал, отдохнул бы лучше. — Нет, Стас, Миша сказал что-то важное, это касается тебя и говорил он очень серьёзно, нужно ехать. Останавливать его смысла нет, делать нечего, ехать за ним и подслушивать разговор — тоже бесполезно, остаётся только ждать и думать, как оправдываться перед отцом.       Время проходило мучительно долго, я каждую минуту ждал отца, а с другой стороны, хотелось чтобы он не приходил совсем, ведь я не знаю что ему говорить, как смотреть в глаза после этого, и как вообще называть себя его родным сыном? Я до последнего думал, что Миша не скажет отцу об этом, но так или иначе, он сделал это, возможно, он действительно это делает во благо мне, по его словам, но я ведь знаю, что ничего хорошего, тем более для меня, из этого не выйдет. Прошёл час, отца все ещё нет, видать, очень все там серьёзно.       От нечего делать я сел на окно, закурил сигарету, хоть и не курю вовсе, и решил почитать книгу, ведь за чтением время быстро пролетает. Руки немного тряслись от волнения и страха, и сквозь буквы, напечатанные на книге, я пытался найти оправдание и ответы на его вопросы. Прошло ещё полчаса, и вдруг я услышал стук в дверь, странно, зачем отцу стучать, когда есть ключ? Я слез с окна и направился ко входу, но отец вспомнил о ключе раньше, и сам открыл дверь. Мы стояли напротив друг друга, по его лицу было видно, что он все знает, но злости, обиды и ненависти я там не видел, скорее насмешку. Он разделся и прошёл на кухню, не сказав мне ни слова, я сел рядом с ним, вопросы витали в воздухе, но в комнате была глухая тишина. — Ну что ты молчишь? Давай, ори, злись и учи меня жизни, — проговорил я неуверенно. — Зачем? — С насмешкой спросил отец. — Ты ведь все знаешь, тебе Миша все сказал. — Знаю, — равнодушно и все с той же насмешкой отвечал папа. Снова повисла тишина. Зная меры его строгости, я думал тут будет неминуемый скандал. — Ну как так получилось-то, Стас? Как тебя занесло-то так далеко? — Получилось, пап, все девушки… сучки, вот и получилось. — У нас это наверно семейное, но я так надеялся, что с тобой такого не приключится, я так хотел внуков… — В смысле семейное? — Удивлённо спросил я, с повышенным тоном. — В прямом, Стас, я тоже нетрадиционный, и мне уже очень давно нравится Миша. — Прекрати, шутка не удалась. — Я разве шучу? По его тону и взгляду, действительно не сказать что шутит, так значит это правда? Новость меня потрясла, я был в таком удивительном шоке, что не мог сказать ни слова, рот был открыт, мысли перемешались, а голос совсем пропал. Тело затрясло от шока, нервов, и наверно ревности. Да как так вообще случилось? Это сон, мать вашу? Да я поверить не могу, он так пошутил? Что за ужасное чувство? Тело обдало холодным потом, в животе все скрутилось от нервов, я не мог поверить ушам, не мог принять услышанное.       Не оставаясь на кухне ни на минуту больше, я быстро убежал к себе в комнату, сел на окно и выкурил сразу около пяти сигарет, от этого стало физически и плохо, и я решил что нужно пока остановиться. Лёг на кровать, смотрел в потолок, не мог поверить своим ушам, не мог все так быстро воспринять, ничего не понимал. Ну как, Господи, как? Это же невозможно, как отец все это время мог так хорошо это скрывать? Так вот почему он смотрел на него такими глазами, вот почему он проводил с ним все своё свободное время, и был очень рад, когда Миша гостевал у нас. Вот и ответы на все вопросы. Надежды разрушены, мир сломан, самый близкий человек, самый родной и любимый — оказался соперником. Да это ведь смешно, на пенсию скоро, а у него любовь на уме, да и к кому, к мужчине?! Надо просто успокоиться, и пытаться все это принять как должное, надо просто немного подумать, как жить с этим дальше.