Moth's Dream

Эта победа была невероятно сладостной для меня. Я не думала в тот момент ни о чем, ощущая лишь трясущиеся ноги и то, как тело сводит странной судорогой. — Блум, мы сделали это! — голос Стеллы раздается рядом, и я не могу не улыбнуться, взглянув на нее, а после и вовсе стиснув подругу в объятиях. Эта гора мышц, массивный дракон, который так резко всех переполошил, выйдя из своих болот и правда был опасным противником, с которым мы справились с большим трудом даже с нынешними силами. Однако он все же вернулся домой, а значит, что все в порядке. — Я предлагаю отпраздновать! — блондинка чуть сжала меня в своих руках, не теряя присущего ей жизнелюбия. Она действительно была да и является солнцем нашей команды. Я отстранилась, посмотрев на измотанных девочек. Восемь лет бок о бок, пройдя через десятки, сотни испытаний, мы все равно вместе. Мы Винкс. Мы те, на кого рассчитывают, а это — ответственность. Я осматриваюсь вокруг, глядя на мёртвые деревья, лежащие на земле по воле нашего болотного друга, мягко скольжу взглядом вверх, на макушки массивных елей, и вижу темную, до боли знакомую тень. Конечно, без твоей руки, любовь моя, не обошлось. Я тоже скучала. Да, я рада видеть тебя. Да, скоро мы сможем увидеться. — Блум? — встревоженный голос Флоры раздался рядом, вырывая меня из раздумий. Вздрогнув, я вновь улыбаюсь им, и чуть «ойкаю», вызвав лишь общее хихиканье. Уже вечером мы в Магиксе, на съемной квартире, где живём около полугода вшестером. Здесь уютно и просторно, а главное, что нам не пришлось расставаться, чего так боялись и девочки, и я. Хотя иногда жизнь в таком людном месте, пусть и в дюплексе, достаточно неудобна. И, кажется, что я одна сегодня не злоупотребила алкоголем, ведь стоит лишь взглянуть на Стеллу, что обнималась с бутылкой добротного виски, чтобы понять: девочки давно уже выросли. Хмыкнув себе под нос, я поднимаюсь на второй этаж. Мне уже двадцать четыре года. У меня есть друзья, семья, даже две, если подумать. Я принцесса и невеста человека, который мне… Не безразличен. Но я не сказала бы, что люблю его до безумия, нет. Скорее, это выгодные отношения обеим сторонам, построенные на взаимодоверии и дружбе. Возможно когда-то что-то и было, но лишь в перерывах между теми моментами, когда рядом была ОНА. Да и сам Скай не страдает от этого. Его молодой человек с Земли. Он мил и нежен и как никто подходит этому принцу на белом коне. Жаль, что этого не объяснить его родителям. Но и фиктивный брак устраивает нас обоих. — Вы долго заставляете ждать себя, ваше высочество, — раздался ядовитый шепот со стороны окошка. Оглянувшись, я сталкиваюсь взглядом с парой ледяных глаз цвета мутной воды. Она выглядит устало. Творить зло — утомительное дело, понимаю. Я приблизилась и без слов заключила её в объятия, прижав к себе, стиснув так, что ребра ведьмы чуть хрустнули. — Не так долго как ты, — я злюсь. Почему она исчезла на два месяца? Как посмела так надолго оставить? Я ненавижу её. Ненавижу. И люблю так сильно, что порой она кажется мне божеством. Только моим божеством, ведь она прекрасна. И принадлежит только мне. Я впиваюсь ногтями в её кожу через одежду, ожидая ответа. — Где ты была? Я ждала тебя. — Скажи мне, принцесса, когда ты привыкнешь к тому, что в отличие от тебя, привилегий я лишена, и давно? — этот её тон… о, как я ненавижу его! Говорит со мной, словно с ребенком. Как же раздражает. Она отстранилась и встала, оказываясь выше почти на голову. Шпильки, мини-юбка, топ, скрывающий ребра от силы. Она одевается, как шлюха и называет это городским комуфляжем. Ощущаю под пальцами кромку сапог, что не так далеко от юбки. — Нам с сестрами необходимо быть как можно более скрытными. Им тяжело, я знаю, ведь чем ты выше взлетишь, тем больнее падать. И то, что с сестрами трикс происходит сейчас — этого я бы не пожелала никому. Кажется, что они утратили былой кураж, отдалившись друг от друга. Каждая сама за себя, но при том, если Дарси и Сторми связывает нечто большее, чем сестринская привязанность, то Айси и правда тяжело приходится. Но ведь она гордая. Она ни за что не признаётся. Я знаю. — Смс мне бы хватило, чтобы быть спокойной, — я мягко нащупала держащую плотный хвост Айси заколку на её затылке и распустила бледно-голубые жесткие волосы, вороша их рукой, желая сказать ведьме что-то, но вдруг… -Блум, спокойной ночи, сладкая! — пьяный голос Стеллы за дверью и хихиканье Музы. Когда мужчины на заданиях, кто-то же должен греть постель девочек, и в этом нет ничего постыдного — потребности, которые нужно удовлетворить. — Какая прелесть, принцесса, — проговорила она, обходя меня, прикасаясь своими холодными руками к моим плечам. Сжимая их, она уткнулась носом в мою шею. —  Со мной в душ, — я хочу её согреть. Этот лёд должен быть горячим. Ведь ещё в первый год она с огнём дракона забрала часть моего сердца, и я верю, что хотя бы эта мизерная частица должна греть её изнутри. Усмехнувшись, Айси подошла к зеркалу, и я услышала «вжик» молнии. Юбка упала на пол, следом и топ, а после она ступила на пол босыми ногами, спустившись со своих каблуков, став примерно одного роста со мной. Бельё отправляется туда же, на ковер, а я смотрю, как завороженная, за каждым её движением. Как красива эта молочная кожа в свете луны!.. Скинув халат и собственное бельё, я оказываюсь на равных с моим ледяным ангелом и, взяв ее ладонь, веду Айси в смежную ванную комнату, запираясь на щеколду. Мы легли в горячую ванную, и ведьма тут же буквально размякла, откинув голову на бортик. Устроившись на груди девушки, я неторопливо целую её в шею и скулу, стиснув руки в своих собственных. — Так и происходит, Блум. Твоя звезда разгорается только ярче, а моя опускается и вот-вот потухнет. Почему ты все ещё рядом? Ведь я могу убить тебя прямо сейчас, — она сдавила мой подбородок, глядя гордо сверху вниз. Я привыкла к этому взгляду. Он такой родной, казалось бы но… Болезненный мне. Кажется, что я никогда не перестану ежиться. Она прикоснулась к моей спине, и я ощущаю, как на коже расцветает ледяной узор, как её стягивает. Но я спокойна, смотря ей в глаза, не смею отвести взгляда. — Потому что я люблю тебя. — Любви нет, — она отдернула руку, но, сев на её бедрах, беру ладони Айси и целую их до запястий, после чего кладу руку на грудь девушки, чувствуя тепло, ощущая, как-то самое, моё пламя, теплится в сердце этой глыбы льда и ласкает мне руку. — Есть. И она здесь. Моя любовь всегда с тобой, слышишь? — я глажу её по лицу второй рукой и ловлю усмешку на этих тонких губах. — Ты такая наивная. Такой ребёнок, Блум. И знаешь, мне порой удивительно то, что именно ты смогла… Приручить меня, — она села прямо, прильнув вплотную, сжав мою талию, так, что я вздрагиваю и обнимаю свою ведьму за шею. — Мой снежный барс, — я улыбаюсь и ловлю снисхождение на её лице. — Скажи, как мне заставить тебя заткнуться? — Поцелуй меня... — и она целует. Так долго, так сладко, и правду сказать, я готова спорить, что с этим не сравниться ни одному щербету или мороженому, которые так любит моя ведьма. С придыханием, я отрываюсь от этих ледяных губ, смотрю на неё и вновь накидываюсь. Так голодно, так жадно, словно не видела, не чувствовала её настолько долго… Всю вечность. Эти ласки в ванной комнате всегда сводили меня с ума, как и её. Я знаю, потому что каждый жест, каждый взгляд Айси мною изучен до мельчайших подробностей. Нам хорошо только тут, только вдвоём, огонь и лёд. Несовместимое, ненавистное друг другу, но такое страстное, жгучее сочетание рядом. Я чуть отстраняюсь и неторопливо ласкаю её шею, ключицы, грудь, ощущая шелк кожи, лишаясь рассудка лишь от этих прикосновений. Она позволяет взять себя здесь, плавясь в моих руках подобно свече, куску льда рядом с раскаленным железом, а в ответ я отдаюсь без остатка ей, дарю свои стоны и вздохи, расцарапывая спину ведьмы до кровавых полос, кажется, что завтра она вновь будет ворчать по поводу моего отвратного вкуса в одежде в попытках скрыть следы нашей любви. Это наш секрет, только мой и её. И все, больше об этом знать никому не надо. Лёжа рядом с ней, обнимая её со спины в постели, я приникаю щекой к выпирающим лопаткам Айси, всем лицом потираясь о исцарапанную мною же кожу, стараясь насквозь пропахнуть ею, я хрипло шепчу: — Моя милая принцесса, ты единственная… Единственная. — Спи, Блум, — слышу я в ответ недовольное фырканье и улыбаюсь, зная, что она смущена. Я счастлива. Я засыпаю, будучи совсем удовлетворённой и спокойной.

***

Я открыла глаза утром, но не обнаружила ни Айси, ни подоконника с маргаритками Флоры. Меня встретила холодная больничная палата, точнее потолок и стены: единственное, что мне удалось разглядеть, а также пищание аппарата жизнеобеспечения. Что произошло? На руке катетер с отходящими к капельнице трубками. Пару секунд я смотрю по сторонам, а потом… Трудно дышать и, закашлявшись, я вырываю трубки из носа и горла. Резко подняв голову, я смотрю в зеркало на двери, в котором отражается рыжий, угловатый утёнок, которым я была восемь лет назад. Что происходит?.. Не успела я подумать об этом, как вдруг какая-то женщина в больничной форме воскликнула: -Она очнулась!