Moth's Dream

— Вам покороче, мисс? -Немного ниже ушей, — я села в парикмахера и сейчас смотрю на этого гадкого утенка в зеркале, ощущая невероятное отвращение к тому, что я сейчас вижу. Эти волосы, длинные рыжие волосы, которые благодаря моим истерикам и самобичеванию сталь сечься и превратились в самую настоящую паклю, вместо приятных жестковатых локонов. Парикмахер взглянув на меня сверху вниз, осматривает волосы и хмурится. — Вы уверены? Этого уже не вернешь, — произнесла та осторожно и стала трогать их на качество. — Да, — резко ответила я, посмотрев на нее через плечо. Ее последняя фраза прозвучала приговором, заставляя меня вздрогнуть, еле удержав вновь подступившие слезы. — Просто сделайте вашу работу. Пожалуйста, — я кладу на стол пятьдесят долларов и откидываюсь в кресло. Мой мастер тут же замолчала и достала свои заколки. И вот, вскоре я наблюдаю за тем, как прядь за прядью падает на пол и вот, через некоторое время я ощутила самые кончики на своих щеках и, стоило отойти девушке, как я запустила руку в волосы, чувствуя, насколько они короткие на затылке, но к лицу становятся длиннее. Я чуть задумалась, в горле засел горький ком. Что ж, мне бы хотелось иметь в себе что-то, что бы напоминало о НЕЙ. Хотя бы отдаленно, но мне это нужно. — Окрасьте кончики. Сантиметров десять по всей голове, — произнесла я, заставляя девушку чуть приподнять брови и поджать губы, она явно не рассчитывала еще и на это, но ведь клиент всегда прав, а потому та вновь подошла, чуть вороша мои волосы, она спрашивает: — И в какой же цвет? — Синий, переходящий в голубой, — не задумываясь произнесла я, понимая, что да, это именно то, что мне так необходимо сейчас. Даже если это будет неуместно. — Мисс, вы понимаете, что это будет дорого для вас? Сначала осветлить, а потом в два тона… — она было начала, но увидев мое пустое лицо, не выражающее ничего, кажется, лишь вздохнула и приступила к работе.

***

Когда мне наконец удалось посмотреть на себя, я ощутила непонятную мне смесь чувств. С одной стороны это выглядело нелепо: длинная шея, короткий волосы, теперь еще и крашеные. С другой же, мне нравится. Расплатившись с мастером и за покраску, я вышла на улицу и медленно поплелась домой. Родители сейчас носятся со своим кафе, и я предоставлена сама себе. Заткнув уши наушниками, я замираю у небольшого магазина и вижу черное пальто на манекене. Оно двубортное и выглядит очень знакомо. Кажется, что Айси носила такое когда-то, когда мы гуляли по вечернему городу. На ней были очки, чтобы никто не узнал. Болезненно улыбаюсь, ощущаю щемяще-нежное чувство в груди. О, все эти конспирации, постоянные прятанья от прочих «Винкс» и ее сестер. Как же это было безумно и глупо, но тогда казалось единственным логичным выходом. Я чуть улыбаюсь и теперь понимаю, что хочу это пальто. Однако, увидев ценник на нем, просто одергиваю себя. Семьсот долларов. Это не по карману не только мне, но и нашей семье в целом на данный момент, поэтому, посмотрев на мелочь в своей руке, я вздыхаю и иду дальше по бульвару, сворачивая за угол, видя кофе-с-собой в небольшой палатке. Неторопливо приближаюсь к этому фургончику и беру пряный латте. Раньше мне очень нравился кофе с имбирным сиропом. О, в Магиксе, когда мы гуляли с девочками, я всегда брала моккиато с кучей всего: взбитые сливки, какой-то сироп, посыпка, а порой даже палочка корицы, однако сейчас просто кофе с молоком, чтобы выпить его как можно быстрее и не уснуть. Стоя, я смотрю на небольшого размера пончики, цветные и красивые. Жаль, что аппетита у меня нет никакого. Когда бариста поставил стакан передо мной, я аккуратно открываю крышечку и беру сахар, насыпая сразу два пакетика, задумчиво смотря в пенку, перемешивая шпажкой полученное, как вдруг рядом со мной остановилась какая-то девушка. Я медленно перевела взгляд и вдруг увидела ЕЁ. Бледно-голубой цвет волос и глаз… Я узнаю где угодно. Правда она на себя не похожа, один из глаз скрывала густая челка с легкими рыжими перьями, а длинный хвост ниспадал ей на плечо. Она была в темном — как и прежде — пальто нараспашку и зеленом свитере. Ее берет под цвет свитеру и ярко накрашенные глаза… И я просто смотрю на нее. Эту незнакомку. Как она прекрасна!.. Не слышу слов, что слетают с бледных губ, но вижу, как она берет пончик в небольшой салфетке и, расплатившись уходит прочь. И, смотря ей вслед, я ощущаю, как уныние клубком червей прорастает в моей груди, и тонкие паутинки печали, ставшей уже хронической, вновь ложатся на сердце, заполняя собой все, делая меня одним сплошным темным пятном… Я даже не могу заставить себя пойти за этой девушкой, ведь мой психиатр сказал, что мой мозг мог просто спроецировать все эти образы, но черт. Я не удивлюсь и тому, что она привиделась мне. Тряхнув головой, я почувствовала, как короткие вьющиеся волосы сзади щекочут мне шею. Закрываю кофе и иду по направлению к дому. Я слушая свой старый плейлист, кликаю «вперед», «вперед» и «вперед», понимая, что ни одна из этих песен не ложится на душу, как вдруг я натыкаюсь на «Р» (пи) и слышу знакомые до боли ноты. Когда-то в той школе один знакомый предложил мне послушать эту группу. Тогда она показалась мне очень унылой и неприятной, однако сейчас я осознаю, что Placebo приходятся кстати именно в такие моменты. Когда, казалось бы, от тебя отказался весь мир. Вот она. Моя песня. Мой милый принц, ты единственный… А точнее, единственная, и ты не принадлежишь мне. Сейчас так хочется, как в этой чертовой песне, ощутить в венах бы дозу морфия, чтобы потерять связь с реальностью, чтобы хоть на секунду очутиться там, где мне хочется. Я иду домой и осознаю, что в этой жизни я — никто. На самом деле, так и есть. Там я была принцессой, тем, от кого многое зависело. У меня было все, а сейчас… Наверное, лишь воспоминания. Зайдя в нашу квартиру здесь, я сняла верхнюю одежду, как вдруг услышала испуганный «ах» матери. Она смотрит на меня, стоя в проходе меж кухней и прихожей и тут же начинает причитать о том, что я «сделала огромную ошибку», «мои волосы меня только красили», «как я пожалею об этом». Как же хочется просто взять и послать ее. Правда. Впервые у меня такое желание, но оно жгучее и идет прямо от сердца, однако, выдохнув, я лишь шепчу эти слова, будто зачарованная. My sweet prince, you one… You one. — Единственная, — срывающимся голосом выдавливаю я, зайдя в свою комнату, после чего я подхожу к окошку и беру из клетки Кико, прижав его к себе. Хотя бы он настоящий, и это меня очень радует. Прикрыв глаза, я смотрю в дом напротив, как вдруг замечаю в окне четвертого этажа, казалось бы, ту самую незнакомку из палатки с кофе. Она стоит на балкончике в коротких шортах и растянутой майке-борцовке, ее волосы заплетены в аккуратную косу, а в тонких пальцах подрагивает сигарета. О, знала бы она, что сейчас для меня сравнима лишь с богиней, и я просто заглядываюсь на каждый жест этой незнакомки. Даже не зная, как ее зовут. Но… Эта девушка так напоминает мне мою ледяную принцессу, что хочется просто стиснуть ее в объятиях, прижаться и никуда не отпускать. Кролик чуть забился в моих руках, явно желая выбраться, но сейчас я слишком увлечена созерцанием моей неизвестной, что совершенно не до его предупреждений. И в итоге этот маленький засранец заставляет меня чуть визгнуть, выпуская его из рук, прямо в клетку. Я потираю пальцы. Черт, это так больно! Я и забыла, что он кусается, и это больновато. Когда я подняла голову, то уже не увидела этой девушки, так что, отойдя от окна, переодеваюсь и сажусь на кровать и потираю переносицу. Кажется, что теперь появился хоть какой-то просвет, ведь я могу наблюдать за этой девушкой. Надеюсь, что могу.