Сделка

      На завтрак были тушеные овощи, которые приготовил папа. Странно, на него совсем не похоже. Он встал пораньше, чтобы приготовить вкусный и сытный завтрак, добровольно вызвался подвезти до школы, да ещё и светился всё утро. Нет, это вовсе не означает, что обычно мой отец — серый зануда. Просто поведение слишком странное даже для него. Сидя на пассажирском сидении, я пыталась понять, что вызвало волну позитива, которую словил папа. Глядя на него, самой хотелось утонуть в этой волне и расплыться в улыбке, но вспоминая, куда меня везут, хочется биться головой об оконное стекло. Как же надоела эта школа. — Мышонок, мы приехали! — разбудил отец от угнетающих мыслей. — Кстати, сегодня после школы не задерживайся нигде, хорошо? У меня для тебя сюрприз! — Ну, пап! Зачем интриговать перед занятиями?! — возмутилась я. Да, это подло, заинтересовывать собственную дочь, что она теперь не сможет нормально погрузиться в учебный процесс. А ведь скоро экзамены!       Вообще, прошлая неделя была скучной. Каждый следующий день был похож на прошедший; учителя гнобили нас, мол, ничего не сдадим, бестолочи неблагодарные, только о девушках и думаем (ага, особенно я), и так далее. Тсукиёми загадывал однотипные желания, которые выполнялись без особого интереса и, как говорит один мой родственничек, на отъебись. Когда Икуто желал какую-то лёгкую и неинтересную штуку, я настойчиво просила, чтобы тот ещё хорошо подумал, но итог не давал ожидаемых результатов. Под конец недели удалось выполнить тридцать желаний. Парню удавалось загадывать их со скоростью стреляющего пулемёта, но потом фантазия сдала, и Тсукиёми затих.       С Тадасе и Наги мы продолжали хорошо общаться, а банда Икуто не переставала над ними подшучивать методами их босса. Вспоминаю дни, когда только перешла в «Хинки». Могу признать, что было весело отплачивать той же монетой своему обидчику, пока мы не встретились в тот поздний вечер. Вспомнились брезгливое пожимание рук и ухмылка Тсукиёми. Несколько месяцев прошло, а казалось, будто только вчера начался учебный год.       Да, скоро конец весны, а значит сложные экзамены, из-за которых легче прыгнуть с высотки, чем предпринять попытку написать хоть что-то. Однако как-то люди успевают подготовиться к тестам за незначительное количество времени. Из-за экзаменов учителя решили взять на себя всю подготовку школьного фестиваля, получившего название «Последнее цветение». Никто не понимал, почему назвали именно так, ибо у всех приходили ассоциации с сакурой, которая успела отцвести ещё в начале апреля, но директор отрицательно мотал головой. «Узнаете всё в конце фестиваля», — говорил он постоянно. Ещё один любитель интриг.       Сегодняшние уроки были посвящены материалам, которые могут попасться в тестах. Все пытались сосредоточиться, но уже к середине занятий у всех сдала усидчивость, поэтому некоторые отсыпались, некоторые переписывались на бумажках, а кто-то строил смешные рожи, привлекая к себе внимание. Я человек, понимающий важность оценки, тоже решила расслабиться и порисовать в специально отведённую для рисунков тетрадь. В голову лезли некоторые наброски, которые можно было бы собрать воедино, но итог мне не нравился. Пришлось вертеть головой и искать вдохновение, которое находилось недалеко от меня. Стоило мне обернуться назад, как взгляд приметил спящего Тсукиёми, откинувшегося на спинку стула так, что головой почти касался парты сзади сидящего Михагуне, который тоже спал, положив свою голову ему на плечо. Не знаю, специально или случайно так вышло, но захотелось запечатлеть этот момент как можно скорее, а то модели могут поменять положение. Вот тебе и память до выпуска! — Рэй-кун! Ты в столовую? — остановил меня Хотори, когда я кивнул в знак согласия. — Не торопись. Нагихико позвал нас на крышу, сказал, чтобы даже запах в столовой не вкушали! — спародировал блондин интонацию Фуджисаки, и мы засмеялись. Тадасе повёл меня на крышу, спрашивая, что я делал на уроке. В ответ показал «сонную картину», где одноклассник убедился, что рисовать умею. Он попросил посмотреть всю тетрадь, и я отдал, ловя каждый одобрительный взгляд или жест собеседника. Как же приятно, когда хвалят за дело, в которое ты душу вкладываешь.       Мы поднялись на крышу, где Нагихико сидел в позе лотоса на каком-то покрывале, а рядом стояли пакеты. Мы подошли к другу, он пригласил сесть. У Фуджисаки был очень усталый вид. Тадасе поинтересовался самочувствием лучшего друга, на что тот потёр глаза. — Всё нормально, — начал отвечать он, — просто у моей мамы вчера день рождения был, поэтому осталось очень много еды. Мама с удовольствием разрешила угостить вас и собрала целый пакет с перекусом, — пояснил он, глядя на пакет, а потом доставая из него содержимое. Там было множество бутербродов как с травой, так и для любителей мяса и рыбы, онигири с начинкой и без, такояки на палочках и лимонад. Мы сразу поняли, почему парень такой замученный. Да я бы тоже задолбалась столько есть в одиночку. Мы принялись за трапезу, попутно слушая весёлые истории Нагихико, которые приключились вчера вечером. От смеха Хотори подавился кусочком какой-то еды, поэтому мы с Наги надели маски спасателей и поспешили освободить друга от мучений. — Хинамори, захват! — приказал брюнет, встав в героическую позу, указывая на блондина. Я подняла Хотори, обхватив его живот, а Наги подбежал сзади. — Открой ротик! — последовал удар по спине, после которого вылетел кусок огурца. Тадасе стал откашливаться, а мы встали, задрав головы вверх. — Миссия выполнена! — гордо объявила я, отбив пятюню Нагихико. — Идиоты, — дотрагиваясь до горла, злостно проговорил блондин, который, наверное, раз шесть нам проклятья наслал.       Школьное время подходило к концу, оставалось отсидеть последний урок. Все уже были в приподнятом настроении, но каждый знал, что придётся готовиться дома, ибо большую часть либо прослушал, либо проспал. — Эй, Хинамори-кун! — знакомый голос раздался почти над ухом, отчего я вздрогнула. Тсукиёми, кто же ещё. — Я внимательно слушаю, — переведя взгляд на упавшего рядом одноклассника, протянула я. — Ты же хороший человек и отличник, поэтому вряд ли откажешься позаниматься после уроков, чтобы подтянуть несчастного меня. — Во-первых, я бы с удовольствием, но с языками у меня проблема, во-вторых, сегодня никак не смогу. — С языками мне Рин обещал помочь. Он и тебя подтянет, правда тоже почему-то не может сегодня, — вздохнул собеседник, опираясь головой о руку. — Давайте завтра тогда соберёмся, в чём проблема? Только где? — Тупой вопрос. У меня, конечно, — он хотел бы ещё что-то сказать, но раздался звонок. — Я позвоню.       Как я не хотела задерживаться в школе, но мне не удалось вовремя уйти. Господин Хирано поймал меня и попросил помочь с бумагами. Как я только не отнекивалась, но тот пообещал раскрыть тайну названия школьного фестиваля, поэтому я согласилась. Хоть одной загадкой для меня станет меньше. В помощь взяли ещё пару учеников из параллельного класса, благодаря которым работа шла быстрее. В конце они ушли, а Йоширо-сан раскрыл карты только мне. От этой новости я пришла в замешательство, поэтому толком не могла понять — радоваться или убиваться. — Ну, как тебе идея, Рэй-кун? — спросил директор, копаясь в ящике. — Эм, смело, но как на это отреагируют ученики? — Ну, думаю, им это скрасит трудовые будни. Некая смена обстановки и общества, понимаешь? — он сел в кресло, продолжая объяснять мне, а потом послышался щелчок. — О, чайник вскипел! — я медленно подступала к двери, чтобы не засесть у Хирано на ещё дольше. Он заманивал конфетами, печеньем и прочими вкусностями, но я отнекивалась, а когда вышла из кабинета, рванула прочь. Нет, директор не казался маньяком или педофилом, просто ему нравилось спокойно общаться с подростками и детьми, о чём говорили многочисленные награды на стене его кабинета. Йоширо молодой директор, в котором парни видят друга, но и не забывают, что мужчина занимает высокий пост. Может, это можно назвать уважением. Однако то, что он спокойно общается с нами, немного пугало.       Когда я прибежала домой, то опоздала на приличное время. Надеюсь, папа не сильно обидится. Свет горел в кухне, поэтому я зашагала туда, швырнув портфель на лестницу. — Пап, прости, меня задержали в школе! — с извинениями встала на пороге кухни и застыла. — Ой, Реи, я забыл представить свою дочь, — папа встал из-за стола, где сидели женщина и парень, внимательно разглядывающие меня. Только она смотрела с улыбкой, а пацан вовсе челюсть отвесил. В принципе, я тоже. — Это Аму! — на плечи упали руки папы. — Р-Рэй? — подал голос юноша. — М-Михагуне?