Sweet dreams

Утренний свет лениво проникал через зелёные тернии дворцового сада. Лучи скользили по нежной листве, озаряя кроны деревьев своим светом и теплом, ласкали затосковавшие за недолгую ночь цветы, и медленно захватывали все больши́е участки мягкого ковра из сочной травы. Молодой человек перевернулся на спину, распахивая свой плащ, укрывавший его от холодных объятий ночи и росы. Дуновение утреннего ветра смешало запахи цветов и свежести рассветного часа: солнце только-только появилось во всей красе над землей, отплывая от горизонта. Медленно, крадучись не хуже королевского лазутчика, лучики пробирались к гостю, нашедшему свой приют под раскидистой кроной старого дуба. Граница золотившейся под их действием травы становилась все ближе и ближе, пока осторожно не коснулась стертой подошвы сапог. Темные кожаные сапоги, видавшие тысячи километров дорог и непроходимых чащ. Потертые, мятые и грязные от длинного ночного пути, но все же целые и надежные, они говорили о своем хозяине не хуже него самого. Темно-серые, почти черные брюки, умело заправленные внутрь сапогов, причисляли спящего юношу если не к особам королевской крови, то наверняка к приближенным к короне. Длинный плащ с зелёным подбивом, служивший и лежанкой и покрывалом, позволял определиться еще точнее. Такие в королевстве носили лишь четверо. Лорды, верные советники и друзья кронпринца. Белый китель с золотыми нашивками и ровными рядами застегнутых полностью пуговиц практически сливался с его бледной кожей. Длинные огненные волосы скрывали лицо. Солнце ласково прошлось по ним, золотя и без того яркие локоны. Что-то несвязно прошептав, юноша нехотя открыл глаза. Над ним, буквально в нескольких метрах, простирались ветки, покрытые молодыми зелеными листиками, сквозь котрорые поблескивало голубое небо. Оно было чистым, как самый дорогой топаз, увенчавший корону властителя Терры. Переливчатые, такие звонкие и приятные трели птиц доносились откуда-то из ветвей, но как бы не старался, приметить пернатых певцов у него не получалось. И он улыбнулся, прикрывая глаза вновь. Спокойствие разлилось по всему телу, и молодой человек лениво потянулся, даже не думая подниматься. Ему хватило одного только взгляда, чтобы понять, где он находится. Королевский дворец. Северный сад, рядом с резиденциями четырех лордов. Он, в отличие от своих друзей, умел ценить такие моменты, как этот. Полное единение с природой. Маленькое счастье от тишины, пения птиц и ароматов цветов. Простирающееся от края до края безоблачное голубое небо. Мирное голубое небо. Благоухающие совсем рядом цветы коснулись его обоняния, обволакивая тонким запахом лилий из цветника и дикорастущих по всей территории дворца маленьких синеньких цветочков с капельками солнечного света. Ирисы. Зеленые глаза тут же распахнулись. Волнительные воспоминания прошедшего вечера и ночи заполнили его голову, согревая сердце и душу. Теплая улыбка расцвела на губах и он, преисполненный небывалым количеством сил и энергии, поднялся на ноги, осматриваясь. Все верно: северный сад, раскидистый вековой дуб недалеко от его апартаментов. Удивительно тонкий, изысканный вкус, - отметил про себя парень, разминая мышцы, вновь и вновь обводя взглядом раскинувшееся величие территорий королевского дворца. Конечно, благоухание всевозможных цветов, нежная листва деревьев и кустарников и мягкая, как перина трава на газонах – заслуги почивших правителей Террианского государства, а не молодого принца (будь его воля, он засадил все территории кустами с алыми, как кровь, розами), но без помощи матушки природы, ее благословления здесь не было бы такого великолепия, вызывавшего дивный восторг у местных жителей, и уж тем более у с других планет… Других планет… Мысли юноши вновь унеслись на синюю планету, затерявшись где-то в саду среди молчаливых, под стать чопорным жителям, деревьев и кустарников, но обязательно под ее балконом. Он отряхнул плащ, подбирая его с земли, и тут же вернул его на законное место – на свои плечи. Грезы грезами, а служба не ждет. Рыжеволосый боялся даже подумать, насколько будет страшен гнев их главнокомандующего, не нашедшего его на раннем утреннем построении. Впрочем, любое наказание стоило прикосновения губами к нежной щеке девушки. Неспешно он двинулся к главным дорожкам, с наслаждением вдыхая прекрасный весенний воздух. Эта весна была для него особенной: помимо распустившегося буйным цветом вишневого сада, что осыпал ароматными и крошечными, как маленькие снежинки, лепестками его покои, он увидел ее и понял, что пропал. Пропал бесповоротно и так глупо, что стыдно даже признаться своим друзьям. Но, кажется, ему удалось подобрать ключик к сложному механизму души меркурианки. Уже у самой тропинки к одному из входов во дворец, юноша наклонился и сорвал синий цветок. Его дивный запах преследовал его с прошлого вечера, и юноша совсем не был против такой компании. Ирис… - Эй, соня, просыпайся! – ворвался грубый и хриплый голос, нарушая всю идиллию утра. – Проспишь своего головастика. И кровать мощно тряхнуло от добродушного пинка старшего брата. Нехотя Тоши раскрыл глаза, чувствуя, как бешено колотится его сердце. Все та же его комната. Над кроватью на потолке были прикреплены звезды Нефрита, на письменном столе – завал учебной литературы и тетрадей после быстрого и неряшливого выполнения домашнего задания, а на полу – его одежда. Та самая, в которой он вернулся со встречи с Ши Тенно. И все кругом блеклое и серое, как и мир за окном. Удивительно яркий сон заполонил все его сознание, не желая отступать. Это безграничное чувство счастья, ощущение комфорта и радости трепетали в его груди. Огромные зеленые ветви, дивные цветы, птицы и бескрайнее голубое небо, словно выкрашенное краской. Такое нереальное и запредельное, что при взгляде в его глубину может закружиться голова. А голоса птиц были ни с чем несравнимым чудом, превосходившим даже четырнадцатую симфонию Шостаковича… - Тоши, поднимая свою ленивую задницу, - вновь появился в дверном проеме Лео, на ходу одеваясь. – Опоздаешь. Тоши перевел на него пустой взгляд и кивнул. - Ага, - отозвался Цоизит, пытаясь успокоиться. Он торопливо поднялся и распахнул окно, впуская утро в свой дом. Тайная надежда касалась его души, скользила в нем, но ей не суждено было сбыться: Новый Токио все так же утопал в сером смоге, дождливых каплях и пыли, что медленно превращалась в грязь. Выпустив с разочарованием воздух из легких, Тоши потер лицо. Это всего лишь сон. Удивительная греза, застигшая его по утру. Сон, вытекший из вчерашних разговоров, обсуждений и его идей. Его вчерашних мыслей о Серенити и Лунном Королевстве, так красочно описанном Мамору и Кунцитом. Это его собственная фантазия, что так ладно сложилась из нового задания Ши Тенно и прочитанной второпях книге к сегодняшнему уроку искусствоведения. Кажется, она называлась «Рыцарь круглого стола». Но удивительный мир никак не исчезал из его головы. Особенно в лабиринтах серых домов, которыми он брел к квартире Нару. Этот серый, задымленный город со звуками рева моторов, голосов людей и звуков аэроэкспресса ничем не походил на тот волшебный нереальный мир тишины и спокойствия. Там пели птицы, а не дребезжали железяки, там цвели сады и зеленели деревья, а не серели старые бетонные стены домов, там благоухали цветы, а не жженое масло, горелые куски пластмассы и каучука. Там все было иначе. И Тоши, скрываясь в подъезде дома Нару, поймал себя на мысли, что он хотел бы туда вернуться. Он позвонил всего лишь раз, и его одноклассница появилась на пороге. - Доброе утро, Нару, - с улыбкой произнес Тоши, но девочка окинула его совсем не приветливым взглядом. - Оно совершенно не доброе – буркнула шатенка и захлопнула за собой дверь. И не дожидаясь ответа от немного шокированного юноши, двинулась вниз. Уже у дверей на выход из подъезда в Новый Токио, она обернулась и все с тем же не самым радушным настроением добавила: - Ты идешь? Я не хочу опоздать.