Sweet dreams

Все утро Минако мечтала узнать, о чем думала ее сестра. Или не сестра – девочка до сих пор не могла до конца принять тот факт, что по венам так похожей на нее внешне девочки текла кровь лунотянки. Ну или не совсем кровь – скорее душа и память, или что-то еще, что невозможно определить ни одним анализом. О том, что и сама Минако когда-то являлась представительницей иной планеты, да еще и голубых кровей, девочка с золотыми волосами и ярким бантом старалась не думать. Хоть это и было очень сложно. Как и гнать мысли о самом дорогом подарке, о каком могла мечтать девочка. До поздней ночи она вновь и вновь возвращалась мыслями туда, в полутемный салон аэромобиля, где, кроме нее и Такито, никого не было. Где сердце так жалобно и болезненно билось, когда он преподнёс свой перстень… И как жгло в груди, глядя, как он касается ее пальцев губами, от осознания, что она его обворовала… - Какие у вас сегодня планы? – буднично осведомилась Икуко, доедая свой завтрак. - Разве у нас могут быть другие планы, кроме как пойти в школу? - улыбнулась коротко Усаги, и в этой улыбке не было ни намека на волнение. Неужели она действительно не переживала из-за того, что ждало их сегодня? Или же она знала что-то, что специально не рассказала им?! - У вас двоих? – улыбнулась в ответ их мать и покачала головой. – Даже не знаю. Тут один коллега нашептал мне, что моя малолетняя дочь, оказывается, красуется на баннере в центральной части города. В купальнике, – выделила женщина, глянув на распахнувшую в страхе глаза Минако. - Это было после школы… – сумела выдавить из себя тихо Минако, пряча глаза в стол. - А другая, – продолжила их родительница, переведя взгляд на вторую дочь, – та, что менее расторопна и спортивна – занимается в кружке боевых искусств. - Мы играли в волейбол, мама, – отозвалась Усаги совершенно непринужденно, и едва не закатила глаза. – А это не какие-то там драки… - Но спорт, – заметила Икуко, опуская на стол пустую чашку. - Да, – согласилась Усаги. – И там такие мальчики!... Икуко рассмеялась, и ее звонкий смех подхватила Усаги. И Минако стоило огромного труда поддержать их смех. - О, кстати, Мина, – улыбнулась Икуко, остановившись уже в дверях. – Коллега дал мне для тебя книгу. Как ты любишь – принцессы, балы, любовь. И протянула потрепанный экземпляр с давно выцветшей обложкой. - Спасибо, – прошептала девочка, дрожащими пальцами принимая книгу. С трудом ей удалось разобрать на практически обесцветившейся картинке название «Дневник Принцессы». Под загнутым углом обложки виднелась корона. В глазах помутнело из-за слез, и Мина бросилась обнять маму. – Спасибо! Та снова рассмеялась, и девочка, не отпуская дольше обычного объятий, хотела запомнить этот смех так надолго, как только возможно. Сохранить его в своем сердце до последней секунды. Чтобы не сомневаться в том, что предстояло впереди и не повернуть назад. Даже когда они ушли из дома практически следом за матерью, оставив и школьные платья, и учебники в своей комнате. Даже когда Мина обернулась в конце их улицы, бросив последний взгляд на родной дом. Даже когда в отдалении мелькнуло высотное строение издательства. Усаги же не оглядывалась, упрямо шагая вперед, словно здесь ее совершенно ничто не держало. И Минако даже на мгновение подумалось, что так, скорее всего, и было – после приезда из Новой Осаки ее двойняшка стала совершенно иной, словно чужая в этом мире. Даже когда смеялась вместе с мамой, несмотря на горе, даже когда плакала навзрыд от обиды или выплеснувшейся боли утраты отца, даже когда говорила вчера о том, кто они на самом деле и каково их предназначение. Она даже альбом со своими рисунками не взяла, – осмотрев фигурку Усаги, вдруг отметила Мина, и это показалось ей очень странным. Ей припомнились красивые картинки девушки в длинном, явно бальном платье, и диковинные виды. Сады и аллеи, кратеры на поверхности планеты, арки и балконы, звездное небо и Земля… Со школьной скамьи младших классов Минако мечтала стать принцессой. И не какой-нибудь сказочной, а самой настоящей, и, конечно, в мире, где нет Металлии: чтобы жизнь заполняли нарядные платья и непременно танцы; чтобы не ходить в быстро наскучившую школу в колючей форме, а отправляться на пикники в волшебные сады; чтобы, кружась по паркету в старинном забытом вальсе, среди сотен лиц увидеть те самые глаза. Самые прекрасные на свете, непременно голубые, на красивом мужественном лице. И чтоб непременно, несмотря на обязательства и формальности, в них горел огонь подлинных чувств. А быть может, это все были не мечты? – мелькнуло в ее голове, и девочка в очередной раз взглянула на идущую рядом Усаги. Вопрос так и не сорвался с языка. – Быть может, это тоска по прошлому? Но спросить, так ли то, Минако не решилась. Какой сейчас в этом смысл? Город медленно просыпался, включаясь в привычный будничный ритм. Где-то уже трудились люди, чтобы обеспечить Новый Токио всем жизненно необходимым; где-то уже пеклись вкусные пирожки и булочки, наполняя улицы обалденным ароматом; где-то только-только выползали из квартир школьники, отправляясь на уроки; где-то уже звучала музыка уличных исполнителей, своей мелодией подгоняя прохожих. Мальчик на прилегающей к центру улице предлагал им купить газету с полным перечнем того, что можно, а что нет в связи с появлением вируса в стенах города. Но и он быстро остался позади, как и ухоженные, насколько это было возможно, дома и цветные вывески. Полузаброшенная промзона обняла их серым безликим бетоном со всех сторон, за исключением разве что неба, но и оно мало отличалось цветом от обшарпанных стен. Дождевые тучи нависали очень низко, скрывая крыши некоторых строений. Мако и Рей уже ждали их: они устроились в полусидячем положении, облокотившись на стену одного из обанкротившихся когда-то производственных цехов. - Привет, – произнесла Минако и попыталась улыбнуться, но, глядя в усталые после бессонной ночи глаза девочек, признала, что попытка не удалась. - Тоже не спалось? – хмыкнула Макото, убрав руки в карманы толстовки. – Мы с Рей встретили здесь рассвет. Если в нашем городе такое возможно представить. - Да, я… с трудом задремала к утру, – произнесла Минако, впервые чувствуя, с каким трудом давались самые незамысловатые слова для поддержания простого разговора. Впрочем, никто из них не стремился его поддерживать: Мако опустила взгляд на свои руки, что-то перекатывая пальцами, а Рей словно вызывала Усаги на поединок в гляделки, но девочка с оданго смотрела куда-то вдаль, покусывая губу и хмурясь. - А вот и Ами, – коротко улыбнувшись, оповестила Усаги, и все напряжение ушло с ее лица. Девочка с короткой стрижкой быстро достигла их компании, тепло, насколько могла из-за волнения, приветствуя ровесниц. - Привет, – кивнула Рей, поднимаясь на ноги. Мако лишь кивнула, вставая следом. Ее руки вновь оказались спрятаны в карманах. - Раз мы собрались, тогда пойдем? – предложила Усаги и обернулась к непривычно молчаливой и наблюдательной Минако. – Мина? Куда нам? - Усаги, подожди, – произнесла Ами, виновато пряча руки за спиной. – Мне нужно кое-что рассказать тебе. - Что такое? – как можно мягче произнесла девочка с оданго. Ей совершенно не хотелось откладывать то, что должно случиться. - Еще на Дне города я нашла старые записи, но только вчера после твоего рассказа я смогла понять, что в них и к чему, – произнесла Ами, стараясь не растерять смелость. – Там написано про Серебряный кристалл. - Про Серебряный кристалл? – удивленно вмешалась Рей. Ами лишь кивнула, взглянув на нее. – И что там? Ты знаешь, где его искать? Усаги же молча смотрела на взволнованную Мицуно. - В легенде, которую Рей вчера нам рассказала… Серебряный кристалл сработал на Луне, – произнесла синевласка, и все же, как не держалась, отвага испарилась из ее тела, уступая место привычной тихой девочке-школьнице с отличными отметками. И лишь схватившись за талисман Тоши, который так и остался на ее шее, она смогла продолжить: – Поскольку он был своего рода артефактом Луны. И на Земле… не сработает. - Что? – изумленно воскликнула Рей, во все глаза уставившись на сверстницу. - Как это «не сработает»? – выпалила Минако и обернулась к девочке с оданго. – Ты знала об том? Мако хранила молчание, лишь закусив нервно губы. - Ты знала об этом? – резко повторила Рей, обернувшись к Усаги. Внутри все сжалось от гнева и отчаяния, что вновь наполнили ее душу. Но гулкий удар, сотрясший мостовую, оборвал их диалог и заставил девочек обернуться. - Что это? – удивленно воскликнула Минако, и все взгляды обратились в сторону шума. Жуткий грохот и треск не смолкал несколько минут, и лишь потом к нему добавились крики людей и сирены спецтранспорта. Огромное облако пыли взметнулось в небо, поднявшись над крышами всех домов. Место происшествия было именно там, где в центре города располагалось самое высокое здание. - Кажется, это… – неуверенно начала Ами, сжимая пальцы. - Рухнуло издательство, – сухо произнесла стоящая в стороне Рей, всматриваясь вдаль. Минако замерла. Сейчас был самый разгар рабочего дня, и, вероятнее всего, Такито… Но от горестных мыслей ее оторвал новый звук. И он был совсем иным – словно нарастающий гул среди криков людей, он мощной волной несся в их сторону, а затем обрушился подобно шторму. Громкий треск раздавался вокруг, и пешеходные дорожки, тянувшиеся от центра города, начали таять. Кусок за куском они рассыпались, отправляясь в долгое путешествие в Старый Токио. Змеившиеся трещины неумолимо приближались к ошеломленным подругам, и с жутким скрежетом земля под ними дрогнула, разбиваясь на куски. - Быстрее! Сюда! – скомандовала успевшая сориентироваться Мако и рванула к ближайшему зданию. Одним ударом локтя выбив остатки стекла в незаколоченном оконном проеме, она ловко запрыгнула внутрь. Девочки поспешили вслед, а край пропасти нагонял их с пугающей скоростью. Асфальт, в безопасности которого школьницы были убеждены с детства, рассыпался прямо под их ногами. Перемахнув через низенький подоконник, шатенка ухватила за руку Минако, помогая взобраться. Усаги перемахнула следом, сразу отойдя в сторону, чтобы не мешать Ами забраться внутрь. Грохот нарастал, огромные обломки бетона рушились вниз. И вдруг раздался смех. Он звучал словно из ниоткуда, зловещий и громкий, из нескольких голосов сливаясь в один торжествующе-злобный хохот. Рей, застывшая у самого окна, изумленно обернулась. На мгновение ей показалось, что она узнала один из голосов… Громкий треск прямо под ногами отрезвил ее мысли, но было уже поздно: последний кусок дорожки, на которой стояла мико, сорвался в пропасть заброшенного города. И она вместе с ним.